Человек из Р.О.Б.О.Т.А.

( Парни из С.В.И.Н. и Р.О.Б.О.Т. - 2 )

Гарри Гаррисон

Сотрудник спецподразделения Р.О.Б.О.Т. Генри прибывает на отдалённую планету, чтобы найти пропавшего на ней инспектора Галактической переписи Сергеева. Дело сильно осложняется тем, что почти все взрослые, встреченные им, пытаются убить его.

В поисках ответа на возникшие вопросы, а также пропавшего инспектора, Генри приходится проникать в тайны казалось бы чуждого общества…

Гарри Гаррисон

Человек из Р.О.Б.О.Т.А

(Парни из С.В.И.Н. и Р.О.Б.О.Т. — 2)

1

Корпус помятого корабля все еще вибрировал от удара при посадке, когда, завизжав, открылся грузовой люк. Из него высунулась стрела крана и стала выбрасывать на запекшуюся землю ящики разной величины, затем из люка вылетел и распластался на ящиках пестрый, в разноцветных заплатах балахон. Продолжая терпеливо работать, стрела вынесла наружу стулья, чашки, роботов, охладитель воды, ящик для денег, плевательницу и другие разнообразные предметы.

Немного в стороне, в разгар самой лихорадочной работы, из люка, затрещав, упала металлическая лестница, и по ней, уклоняясь от размаха стрелы, вышел человек. Он был одет в клетчатый плащ и поношенный, ярко раскрашенный круглый старомодный шлем, известный под названием "дерби". Не успев сойти на землю, человек уже сильно вспотел. Его звали Генри Уинн, хотя друзья называли Хенк.

Сухая пыль летела из-под ног, когда он утомленно дотащился до длинного ящика и упал на стул рядом с ним. Он щелкнул выключателем, из ящика полилась громкая, с медными звуками музыка. Когда он достал из охладителя бумажный стаканчик с водой, музыка сменилась гремящей записью его голоса:

"Приходите! Приходите купить их, хватайте, пока они горячие, холодные или теплые! Вы никогда в жизни не видели таких машин, домашних приспособлений и роботов, подобных этим. ПОКУПАЙТЕ! ПОКУПАЙТЕ! Пока они не кончились!"

Вся эта деловая активность возле корабля казалась неуместной среди бесплодного ландшафта. Оранжевое солнце палило, низко вися над горами, поднимая жаркое марево. Корабль приземлился в дальнем конце космопорта, состоящего из огромного чистого поля. На другом конце его сквозь струящееся марево виднелась башня и легкое здание порта. Почва была спекшейся, нигде ничего не двигалось.

Генри снял шлем, вытер ладонью пыль и пот, тут же выступивший опять, и положил шлем на место. Льющуюся музыку и слова всасывала горячая, нескончаемая тишина.

В дальнем конце поля возникло какое-то движение, и, приближаясь к кораблю, стало быстро расти облако пыли. Оно мчалось к кораблю до тех пор, пока сквозь него не стало видно темное пятно. Нарастал звенящий рев. Генри прикрыл глаза, защищая их от пыли. Когда он снова открыл их, то увидел, что темное пятно превратилось в огромного мужчину, слезающего со своего экипажа. Он очень внятно заговорил, в смысле его слов можно было не сомневаться.

— Залезай в свой корабль и убирайся отсюда!

— Был бы счастлив сделать вам это одолжение, — тепло улыбаясь, сказал Генри, — но у меня повреждена дюза.

Наступила напряженная тишина, пока стороны изучали друг друга. Они представляли собою контраст. Мужчина перед трициклом (разновидность мотоцикла с гидростабилизатором и прочными гусеницами вместо колес) был высоким, с обветренным лицом. Он смотрел на Генри из-под широких полей шляпы, держа правую руку на потертой рукоятке пистолета, торчащей из кобуры. Выглядел он весьма эффектно.

Генри Уинн, напротив, выглядел весьма неэффектно. Расплылось в улыбке его широкое лицо — злые языки часто называли его толстяком. Он все время разваливался там, где все люди садились прямо. И сейчас он был весь в поту. Белокожая рука его сильно дрожала, когда он протянул незнакомцу стакан с холодной водой.

— Хотите пить? — спросил он. — Хорошая ледяная вода. Моя фамилия Уинн, друзья называют меня Хенк. Я убежден, что не задержу вас, шериф, — добавил он, разглядев золотой значок, приколотый к широкой груди собеседника.

— Грузи свой утиль на корабль и убирайся отсюда! Даю тебе две минуты, потом буду стрелять!

— Поверьте мне, я люблю делать одолжения. Но состояние дюзы…

— Прошла одна минута. Выметайся!

— Пощадите меня! Не могу. Вы случайно не знаете, есть ли кто-нибудь в космопорту?

— Выметайся, — повторил шериф, но уже не так напористо. Было видно, что он задумался о поврежденной дюзе и о том, как можно вышвырнуть этот корабль с планеты. Генри воспользовался временным затишьем и нажал коленом на выключатель в задней стенке своего ящика.

— Настоящее старое ретткатское виски — лучшее в Галактике! пронзительно заверещал выпрыгнувший из ящика маленький робот. Казалось, он был сделан из секции трубы, с плоскогубцами вместо челюстей. В клещеобразных манипуляторах он держал янтарную бутылку, протягивая ее шерифу.

Отреагировал тот мгновенно. Выхватил длинноствольный пистолет и выстрелил. Взлетело облако пыли и дыма, раздался громкий треск и бутылка перестала существовать.

— Ты пытался убить меня? — заорал шериф, наводя пистолет на Генри и нажимая спуск. Генри не шелохнулся и продолжал улыбаться. Пистолет щелкнул, потом еще раз, когда шериф вторично нажал на спуск. Не сводя с Генри глаз, шериф сунул пистолет в кобуру, завел двигатель и в туче пыли умчался прочь.

— Что все это значит? — спросил Генри, говоря, казалось, пустоте. Пустота ответила эхом, но хриплый голос прошептал ему в ухо:

— Тип с огнестрельным оружием намеревался причинить вам вред. Оружие сделано из сплавов, поэтому я выработал узконаправленное магнитное поле огромной напряженности, чтобы внутренние части оружия не двигались и оно не сработало.

— Он посчитает это очень странным.

— Вряд ли. Записи моих измерений показывают, что оружие склонно к неисправности. Эта неисправность называется "осечка".

— Я знаю это, — Генри сделал глоток воды.

— Что вы знаете? — раздался пронзительный голос из-за ящика.

Генри наклонился и увидел мальчишку, стоящего за ящиком. Голова его была ниже ящика.

— Я знаю, что вы — мой первый покупатель на этой далекой планете. Поэтому вам причитается специальный приз Первого Покупателя.

Он быстро сыграл на установленной перед ним клавиатуре и наверху ящика открылась дверца. Из нее показался робот с трубчатыми конечностями и изверг из себя огромный леденец. Генри протянул его мальчишке, который подозрительно оглядел леденец со всех сторон.

— Что это?

— Разновидность сладостей. Возьми за палочку рукой и засунь в рот.

Мальчишка нерешительно захрустел леденцом.

— Ты знаешь человека, который только что уехал отсюда? — спросил Генри.

— Шериф, — чавкая, ответил мальчишка.

— Это его единственное имя?

— Шериф Мердит. Ребята не любят его.

— Я бы не стал упрекать их за это…

— Что это он ест? — раздался голос.

Генри обернулся и увидел мальчишку постарше, который тоже появился бесшумно.

— Конфету. Ты любишь конфеты? Первая даром.

Подумав несколько секунд, второй мальчишка кивнул. Генри наклонился над выдвижным ящиком, так, что его лицо полностью скрылось, и что-то прошептал. Мальчишки не слышали его, но на корабле слышали очень хорошо.

— Что здесь происходит? Откуда взялись эти мальчишки? Вы что, спите?

— Компьютеры не спят, — ответил голос в ухе. — Мальчики не вооружены и двигались очень тихо и осторожно. С моей точки зрения, они не представляют угрозы. Еще пятеро приближаются к кораблю с разных сторон.

Они подходили к ящику один за другим и каждый получал леденец. Генри нажал кнопку денежного регистратора, звякнул колокольчик, открылся небольшой ящичек и в окошечке появилась надпись: "Не для продажи".

— Конфеты даром, — объяснил он ребятам. — Не хотите ли чего-нибудь еще? Бегите домой, ломайте свои копилки и получите все. Даже роботов, с памятью, телеуправляемых…

— А ружье? — с надеждой спросил один подросток.

— Робби уже большой, ему скоро может потребоваться ружье, объяснил мальчишка поменьше, и все закивали.

— Извините, но у меня нет оружия, — сказал Генри, что было абсолютной ложью. — И даже если бы оно у меня было, я не имею права продавать его несовершеннолетним.

— Когда мне понадобится ружье, я возьму его у своего дяди, — с мрачной свирепостью сказал Робби.

Денежный регистратор несколько минут весело звенел, пока мальчишки поняли, сколько привлекательных вещей есть для них у Генри.

— Приятная планетка, — сказал Генри, подталкивая Робби пачку звуковых комиксов.

Раздалось несколько микровзрывов, пока мальчишки листали страницы.

— Неплохая книга, если вам нравятся коровы, — пробормотал Робби, впившись в новый комикс.

— Вашу планету часто посещают другие люди?

— Никто и никогда. У нас на Олагтере не любят чужаков.

— Недавно к вам должны были прилетать. По крайней мере, один человек. Мне известно, что Галактическая Перепись посещала вашу систему. Руководил экспедицией командор Сергеев.

— Вот он! — донесся с открытой страницы звукокнижки низкий вопль. — Он только что совершил посадку и теперь уходит вправо…

Робби захлопнул книжку и к чему-то прислушался. Потом положил книжку и убежал. Остальные мальчишки тоже исчезли со своими покупками, и через мгновение вокруг было пусто.

2

— Что это значит? — громко спросил Генри.

— Со стороны космопорта приближается машина, — ответил компьютер. — У мальчиков тонкий слух, они услышали шум мотора.

— Они молоды, поэтому слышат более высокие частоты, — проворчал Генри. — Теперь я тоже слышу. И даже прекрасно вижу пыль — острота зрения у меня единица.

— Я просто констатирую факты, — безжизненным голосом ответил компьютер.

Новый экипаж оказался полугусеничным автомобилем, который оглушительно ревел, приближаясь к кораблю, и затормозил с душераздирающим скрежетом. На Генри вновь налетело облако пыли.

Неужели все здесь передвигаются столь стремительно? — подумал он.

Выпрыгнувший из машины мужчина мог показаться родным братом или близким родственником шерифа. Та же широкополая шляпа, стальной взгляд, дубленая кожа и оружие под рукой.

— Здравствуйте, — сказал Генри, разглядывая черный зрачок дула. Мое имя Генри Уинн, но друзья называют Хенком? А вас как?

Единственным ответом на дружелюбный вопрос Генри был хмурый взгляд. Генри ответил на него улыбкой и снова попытался завязать разговор.

— Ну, ладно, тогда перейдем к сути дела. Могу я что-то сделать для вас? Не желаете ли купить маленький летающий транзистор, который будет всюду следовать за вами и услаждать вас музыкой день и ночь?

— Для вашего корабля подойдет тридцатисантиметровая труба? спросил мужчина.

— Конечно, — живо ответил Генри. — Вы не скажете, где я могу достать ее?

— Здесь, — ответил тот, вытаскивая из машины длинную металлическую трубу и подкатывая ее к ящику. — Она стоит 467 кредитов.

Генри кивнул и раскрыл денежный регистратор.

— Могу дать вам 3,25 кредитов наличными, а на остальные выписать чек.

— Только наличными.

— Тогда прошу вас подождать немного, пока я не продам свои превосходные товары, так как в наличии у меня сейчас мало денег.

Глаза мужчины сощурились, палец лег на спусковой крючок пистолета.

— Тогда вот что: давайте меняться. Я обменяю эту трубку на оружие — автоматы, пистолеты…

— Извините, но я не торгую оружием. Однако, у меня есть прекрасные роботы для этих целей.

— Боевые роботы-убийцы?

— Нет, не такие. Но я могу снабдить вас роботами-телохранителями, которые защитят вас от кого угодно. Ну, как?

— Если он работает, то сделка состоится. Покажите его.

Генри набрал на панели код. Робот был общего назначения, но теперь его реакции были настроены именно на такую работу. Менее чем через десять секунд на корабле открылся люк, по лестнице стремительно сбежал робот. Оказавшись на земле, он энергично отсалютовал Генри.

— К какому виду роботов ты относишься?

— Я робот-телохранитель. Я всегда должен охранять "его", "ее" или то, что мне поручат.

— Это — "он". Охраняй его, — указал Генри на мужчину.

Робот стремительно обежал своего нового хозяина и, не обнаружив опасности, остановился, настороженно жужжа.

— А как я узнаю, что робот действует?

— Сейчас я продемонстрирую это.

Из выдвижного ящичка Генри достал большой охотничий нож и, крепко сжав его рукоятку, шагнул вперед с криком:

— Убью! Убью!

Противодействие последовало от робота раньше, чем мужчина успел выхватить свое оружие. Нож полетел в пыль, а Генри оказался на земле с ногой робота на шее.

— Сделка заключена, — сказал мужчина, засовывая пистолет в кобуру. — Забирайте трубу и улетайте отсюда, иначе не доживете до рассвета.

— Очень приятно, что предупредили меня. Осталась маленькая формальность. Мне нужна ваша фамилия для платежного счета и регистрации продажи робота.

Мужчина выказал все признаки сильного раздражения.

— Для чего вам моя фамилия? — Слова так и брызгали недоверием.

— Все совершенно законно. Без вашей фамилии счет будет недействителен и вы не будете владельцем прекрасного робота. Его могут забрать и подвергнуть вас…

— Сайлас Эндерби, — хрипло прошептал мужчина, с трудом выталкивая слова изо рта. И стремительно укатил вместе с покупкой.

— Странно, бедняга Сайлас вел себя так, словно произнесение имени вслух — табу. Что у них за диковинные обычаи? — Генри задумался и обратился к компьютеру: — Ты поверил мальчишке, что Сергеева нет на этой планете?

— Очень сомнительно, — ответил тот. — 97,346 шанса из 100 против этого. Командор Галактической Переписи не мог покинуть планету без своего корабля.

— А корабль похоронен на этом поле. На какой глубине?

— Скрываемый корабль находится в пятнадцати футах от поверхности и на расстоянии ста тридцати футов шести дюймов на северо-восток от вашей правой ноги. Перед посадкой я точно установил его местонахождение и связался с его компьютером. Я подозревал, что нас сразу же атакуют, если мы сядем возле места приземления.

— Правильное решение. Как дела с туннелем?

— Закончен. Буровая машина достигла корабельного люка около 3,36 минуты тому назад. Теперь машина роет второй туннель в вашу сторону.

— Сообщи, когда она закончит. Я искренне надеюсь, что на этот раз ты укрепил стенки туннеля?

Прошла минута, прежде чем компьютер подыскал нужное выражение в бездонных кладовых своей памяти.

— По моему заключению, из-за происшествия на Гальмагене-4, где туннель был меньше, вы наводите панику в негативной и сатирической форме. Я уже объяснял вам, что это произошло совершенно случайно…

— Я слышал твои объяснения. Я только хочу, чтобы подобное не повторилось.

— Сделано все необходимое, — ответил компьютер, и в тоне его вряд ли можно было заметить какое-либо раздражение.

Генри налил второй бумажный стаканчик воды и постучал по трубе. Та мелодично зазвенела. Роботы могли установить ее за час, но если он возьмет лебедку и постарается установить ее сам, то провозится до темноты. Тем самым, у него появится повод оставаться на планете подольше. Генри сомневался, что успеет завершить работу до утра.

— Туннели закончены, — прошептал в его ухо голос компьютера.

— Хорошо, будь начеку. Я пошел.

На тот случай, если за ним наблюдали, Генри продолжал играть свою роль. Он снова глотнул воды и поставил стаканчик на край ящика. Зевнув, сладко потянулся и демонстративно похлопал себя по губам, широко раскрыв рот. Заканчивая потягиваться, он сшиб стакан на землю. Он наклонился якобы за ним и оказался за ящиком, невидимый для наблюдателей с другой стороны поля. Задняя стенка ящика распахнулась и Генри пролез в отверстие.

Почти тотчас же его фигура возникла за ящиком, но теперь это был человекоподобный робот. Робот держал стакан. Выпрямившись, он сел на стул. Посторонний наблюдатель несомненно решил бы, что это именно Генри сел на стул и стал терпеливо ждать окончания ремонта.

А Генри в это время уже пробирался по туннелю в двадцати футах над поверхностью планеты.

3

— Этот туннель выглядит намного лучше предыдущего, — сказал Генри.

— Верно, — ответил компьютер из говорящего устройства небольшого многоцелевого робота, державшего в клешне фонарь. На стенах были нанесены светящиеся стрелки и надписи: "Захороненный корабль". Генри двинулся в указанном направлении.

Конечно, невероятно, что корабельный компьютер мог чувствовать вину, но, возможно, он считал, что раньше уделял этому недостаточно внимания. Туннель был облицован стальными плитами, сваренными друг с другом. Высота его была достаточна, чтобы Генри мог идти, не сгибаясь. Из скрытых приемников тихо лилась музыка.

Туннель круто повернул и закончился у главного коридора, идущего от корабля. Робот-сварщик прервал свою работу, чтобы дать Генри пройти, и указал направление.

— Захороненный корабль там, — ровным, монотонным голосом сказал робот.

— Неплохо, неплохо, — заметил Генри, особенно восхитившись фотографией земного леса, покрывавшей одну из стен.

Туннель закончился у металлического бока захороненного корабля, в центре которого виднелся люк шлюзовой камеры. Высокий робот, склонившись над электродрелью, сверлил отверстие в боку.

— Ты, кажется, говорил, что уже давно все сделано.

— Вы забыли спросить о входе, — ответил компьютер через робота-сверлильщика. — Компьютер этого корабля — низкоорганизованная система, не способная рационально мыслить. Он может выдавать навигационные данные, как это запрограммировано, но открыть люк отказался, поскольку нам неизвестна кодовая фраза. Следовательно, необходимо отключить его от управления.

В это время дрель закончила работу. Робот, очистив отверстие, прошел немного вперед и шагнул в сторону. Со стороны корабля Генри по туннелю пробежал крошечный робот. Он был не больше человеческого пальца и из-за многочисленных ног походил на насекомое. За ним тянулся провод и, когда робот вбежал на борт, Генри увидел похожий на драгоценный камень телеобъектив, установленный над злобно выглядевшими челюстями-кусачками робота. Робот двинулся прямо к отверстию, таща за собой провод.

— Для чего он предназначен?

— Для моего прямого управления этим кораблем. Я отключу корабельный компьютер и возьму управление на себя.

Это было очевидно. Через минуту ожили мониторы и люк входного шлюза открылся. Генри двинулся вдоль провода, протянутого роботом, в рубку управления. Воздух на корабле был чистым, не было заметно никаких признаков присутствия человека.

— Что ты обнаружил? — спросил Генри.

Ответил корабль Сергеева, хотя Генри знал, что говорит его собственный корабль:

— Последняя запись в судовом журнале сделана около года назад. Точнее, 372 дня. Записано: "Совершил посадку в 16.45".

— Не очень-то разговорчив наш командор Сергеев. Должно быть, он приземлился, сделал запись и вышел наружу. Мы можем предположить, что это уже после захоронения корабля.

— В памяти есть еще только серия радиопредупреждений. Они поступили в дела местного робота через три дня после посадки. Мы можем лишь догадываться, что с командиром произошло что-то плохое, чего вполне можно ожидать от этой "мирной" планеты. Имеющие к этому отношение зарыли корабль, чтобы скрыть улики.

— Что будем делать теперь?

— Я предложил бы вам вернуться. К кораблю приближается экипаж.

— Видео!

Загорелся один из навигационных экранов, когда корабль получил сигнал своего адаптера. На экране появилась туча пыли.

— Я не успею вернуться до приближения машины, так что оставь робота на месте, — приказал Генри.

— Но он запрограммирован лишь на выполнение несложных движений и слов.

— Переключи его на меня, это же легко.

Компьютер повиновался. Человекоподобный робот сел прямее и хихикнул, когда гусеницы замерли и на землю спрыгнула группа мужчин.

— Что вам угодно, джентльмены? Готов предложить вам свои товары.

Компьютер задержал слова Генри на сто миллисекунд для программирования челюстей робота. Обман, видно, сработал, поскольку мужчины расселись вокруг робота. Одним из них был шериф. Остальные были одеты и вооружены так же, как он.

— Вы тут задавали какие-то вопросы.

— Кто? Я? — переспросил Генри и робот ткнул себя в грудь.

— Да, вы. Вы спрашивали о командоре Сергееве.

Пока шериф произносил эти слова, слева на экране появилась надпись: "Один мужчина обходит ящик. В руках у него тяжелый предмет".

— Я не упоминал этого имени, — сказал Генри и прикрыл микрофон рукой. — Если они хотят убить меня — пусть. Этим мы добьемся большего.

— А мне кажется, вы спрашивали о нем. Я знаю, что вы спрашивали о нем.

"Вам нанесли удар сзади по голове", — появилась надпись и экран показал робота, падающего на ящик.

— О-о-о, — простонал Генри и замолчал.

— Теперь вы отключены, — сообщил компьютер.

— Установи в их машине несколько скрытых датчиков. Настрой их на большой радиус действия.

Олгетейцы двигались быстро. Двое взяли Генри-робота под мышки и швырнули через борт. Третий схватил его за ноги и втащил подальше в кузов. Шериф уже сидел за рулем, заводя мотор. Как только ноги последнего оторвались от почвы, он послал машину вперед. Прошло всего несколько минут. Олгетейцы действовали быстро.

Еще быстрее действовали роботы. Так что пока мужчины наклонялись к павшему, электронные импульсы открыли корабельное хранилище. Мужчины сгибались под тяжестью ноши, а сотня роботов стремительно исполняла команды.

Большинство работали под землей и были размерами меньше муравья. Всеми управлял корабельный компьютер. Роботы рекой текли по туннелю и лезли из-под ящика. Они карабкались на грузовик, разбегались по нему стремительной ордой.

— Показывай мне, что находится перед машиной, — сказал Генри, откидываясь в пилотском кресле и собираясь провести свое похищение как можно комфортабельнее. Экран мигнул и показал клубящуюся пыль.

— Слишком низко. Подними до уровня кабины.

Сцена переместилась. Теперь стали хорошо видны приближающиеся здания космопорта. Они мелькнули мимо, когда грузовик свернул и помчался по колеям грязной дороги.

— Дороги оставляют желать лучшего. Теперь мне понятно, почему все их машины имеют гусеницы. Надеюсь, ты воспользовался преимуществами поездки, сидя в грузовике?

— Да, все сделано. В настоящий момент установлено шесть датчиков и адаптеров, в ближайшее время их число увеличится. Все будет зависеть от продолжительности поездки.

— Длительная поездка на этом жуке? Куда это они направляются? Кажется, в город на той стороне?

— Да.

Дорога еще раз повернула и стала извилистой. Внезапно впереди сквозь пыль показалось что-то движущееся. Не снижая скорости, шериф свернул с дороги и стал продираться по кустам, объезжая препятствие. Пересеченная местность оказалась ровнее дороги и скоро впереди показалось стадо сбившихся в кучу животных, которое объезжал шериф. Генри с удивлением разглядывал вращающиеся глаза, вздымающиеся холки и громадные острые рога на голове каждого животного.

— Как называются эти странные звери?

Корабельный компьютер порылся в памяти и через несколько миллисекунд выдал ответ:

— На Земле они относятся к породе: Ves dominus. Эти животные выведены от обычных коротконогих коров в одной из крупнейших стран Земли — Соединенных Штатах, в Техасе, и предназначались для развлечений. Есть данные, что начало таким развлечениям было положено в Испании…

— Должно быть, это было великолепное зрелище, но если ты углубишься в детали, мне станет плохо. Очевидно, эти животные составляют основу экономики Олгетера. Очень интересно. Поставь "жука" на ноги вон тому человеку, сопровождающему стадо.

— Слово стадо означает крупную группу животных. Человека при этом следует называть пастухом.

— Будешь ты что-нибудь делать? Почему ты читаешь мне лекции?

— Указанная операция завершена.

Внезапно последовала стрельба, потом сильный взрыв. Экран заполнился клубами пыли и потух.

4

— Вряд ли ты можешь сообщить мне, что произошло, — сказал Генри, вложив в эти слова весь свой сарказм.

— Буду счастлив информировать вас, — ответил компьютер, игнорируя тон Генри, — что полугусеничная машина сначала вспыхнула, потом подорвалась на мине. Сейчас дам изображение.

На экране возникла картина полнейшей неразберихи. Никто из пассажиров, казалось, серьезно не пострадал, когда машина перевернулась, и все залегли за ней, ведя огонь по людям, сопровождавшим животных. Те покинули своих подопечных и, используя в качестве прикрытия неровности рельефа, палили в грузовик. Трещали выстрелы, ревели животные. Генри-робот лежал в пыли, съежившись, как выброшенная кукла.

Потом наступило затишье. Возможно, стрелки перезаряжали оружие. Из-за перевернутого грузовика замахали белым флагом. Несколько пуль пробили ткань, прежде чем стрельба прекратилась.

— Бросайте оружие, конокрады! — крикнул один из пастухов. — Иначе мы вздернем вас еще до захода солнца!

— Какие конокрады? — раздраженно взревел шериф. — Я шериф. Ваш шериф, избранный в прошлом месяце. Почему вы обстреляли и взорвали нашу машину?

— Вы пытались украсть наших коров!

— Нужны мне ваши коровы! Мы захватили человека из внешнего мира.

— Покажите его.

Генри увидел робота, поднятого над кузовом грузовика, и задрожал, ожидая, что в него пустят пули. Но ничего подобного не произошло.

— Ладно, можете ехать дальше. Но больше не пытайтесь красть скот, слышите?

— Как мы можем уехать, если вы повредили машину?

После долгих и многословных препирательств обе группы появились из укрытия, не выпуская из рук оружие, и осмотрели повреждения. Их оказалось немного. Видимо, при постройке машины ее создатели рассчитывали на подобные случаи. Обвязав машину веревками, пастухи дернули ее своими трициклами и поставили на гусеницы. Спутники шерифа снова забрались в кузов и обе группы расстались, обменявшись многочисленными хмурыми взглядами.

— Их нельзя упрекнуть в избытке дружелюбия, — сказал Генри, когда путешествие возобновилось.

Грузовик проезжал мимо загонов для скота, бесчисленных стад коров. Дорога заканчивалась у огромного здания с малым количеством окон. Грузовик затормозил и, когда пыль рассеялась, ехавшие в нем мужчины собрались у запертой двери.

Эта дверь была самой запертой дверью в мире, и Генри посмотрел на нее со страхом. На ней было более дюжины засовов, с них свисали замки всех форм и размеров. Причина создания такой конструкции стала ясна, когда к прибывшим присоединилась еще небольшая группа, вступившая с ними в спор. Они стояли не тесно, а слегка рассредоточились и образовали кольцо, внутри которого оказались прибывшие, удобно положившие руки на рукоятки оружия. Соглашение было достигнуто довольно быстро. Генри не следил за разговором, так как компьютер записывал его и, в случае необходимости, всегда мог ознакомить с этой записью. Каждый человек отпер свой замок и все бочком, один за другим, стали протискиваться в дверь.

— Не очень-то они доверчивые люди. Очевидно, у каждого свой ключ и, чтобы отпереть дверь, их надо собрать всех вместе. Что же за секреты таятся за этой дверью?

— После локации здания стало ясно, что в нем находится…

— Довольно, оставь мне маленькую тайну. Твой разум слишком холоден и склонен к вычислениям, компьютер. Ты не пытался эксперимента ради обзавестись предчувствием, яростью, сомнениями?

— Благодарю вас, мне неплохо и без этих эмоций. Машине вполне хватает удовлетворения от приобретения знаний и совершения логических действий.

— Да, могу себе это представить! Но наши друзья ушли. Дверь открыта, они вносят меня в здание. Включи внутренние датчики, чтобы мы могли узнать тайну этого дома.

Оптические датчики, очевидно, были установлены на шляпах людей.

— Бойня, — сказал Генри. — Ну, конечно же!

Это была не просто бойня. После того, как животные попадали из загонов в дальний конец этого здания, все операции производились автоматически. Отсюда животных заставляли двигаться электроуколами к сепаратору. Успокоительные газы, болеутоляющие средства и гипнотические препараты наполняли воздух и счастливые животные радостно шли к своему концу. Мгновенно и безболезненно они превращались в говядину, передвигаемую далее по конвейеру. Некоторые говяжьи туши грузились в герметические корабли-рефрижераторы, другие разрубались и укладывались в холодильник. Все операции производились быстро, полностью автоматически. За прозрачной стеклянной перегородкой не было видно ни единого человека. Конвейерные линии шли бесконечным потоком с постоянной скоростью и не нуждались в человеческом вмешательстве.

Здесь также был центр управления, куда поступали на обработку и хранение все компьютерные данные, именно туда и направились ковбои, неся похищенного. Шериф открутил большой болт, запирающий металлическую дверь, и Генри-робота внесли в центр. Не все спутники шерифа последовали за ним, так что изображения на экране замелькали, когда компьютер выбирал наилучшую точку для наблюдения.

События развивались быстро. Шериф и все остальные вышли и заперли дверь. Генри-робота оставили внутри.

— Что там происходит? — спросил Генри и получил ответ, не успев закончить вопроса.

Генри-робот сел и открыл глаза. Его взгляд скользнул по кандалам, охватившим его лодыжки, и по цепи, соединявшей кандалы со стеной, к которой она была привернута болтами. Вдоль стены были установлены компьютеры и банки информации, а в дальнем конце помещения имелась дверь, в которой показался человек, протирающий глаза ото сна. Он резко остановился, заметив гостя.

— Наконец-то один! — взревел он, бросаясь вперед. Его пальцы сомкнулись на шее робота. — Выпусти меня или я убью тебя!

Глаза-объективы робота заполнило разгневанное лицо. Развевалась черная борода и блестела лысая голова. Генри дал сигнал компьютеру, чтобы тот подключил его к роботу.

— Я предполагаю, что вы Сергеев?

— Сейчас я сверну тебе шею, — проворчал Сергеев, сжимая пальцы, хотя руки его уже начали уставать.

— Очень рад с вами встретиться, командор Сергеев. Хотя предпочел бы, чтобы вместо шеи вы пожимали мне руку. Если вы глянете вниз, то заметите, что я такой же пленник, как и вы, так что вам нет никакой нужды душить меня.

Сергеев отпустил шею и отступил. Из комнаты, откуда он появился, за ним тянулась цепь.

— Кто вы такой и что здесь делаете?

— Меня зовут Генри Уинн, для друзей — Хенк. Я бедный торговец хорошими роботами, на которого напали бандитствующие жители этой планеты.

— Я почти готов поверить вам, так как после того, что произошло со мной… Однако, у вас что-то странное с шеей…

По экрану побежала надпись: "Комнаты обысканы, найден только один "жучок". Я отключил его и снабжаю фальшивой информацией из памяти".

— Отлично, — сказал Генри. — На некоторое время мы прикрыты. Поднимите цепи.

Сергеев шагнул назад, потянув робота за руки.

— Теперь нечего опасаться, — продолжал Генри. — Вы командор Сергеев из Галактической Переписи. Последнее сообщение от вас поступило восемь стандартных месяцев назад. Меня послали найти вас.

— Ну, вот вы и нашли меня. Что дальше?

— Не валяйте дурака, командор. Вот мое удостоверение. — Робот открыл рот, извлек оттуда удостоверение и протянул Сергееву.

— Отличный фокус. Оно даже не намокло.

— И не могло намокнуть. Тот, с кем вы сейчас разговариваете, мой дубликат-робот. Сам я нахожусь в космопорте. Если вы взглянете на удостоверение…

— Р. О. Б. О. Т.! Что это значит? Этот глупый большеротый робот дал мне удостоверение и говорит, что он робот?

— Прочтите, пожалуйста, надпись мелким шрифтом.

— Генри Уинн, старший офицер, — медленно прочитал Сергеев и с удивлением огляделся. — Где же ваш батальон? Это что — шутка?

— Это не шутка. Вы ведь, как офицер Галактической Переписи, имеете допуск к классификационным документам?

— Даже если это так, я не стану вам ничего рассказывать.

— И не нужно. Вы должны знать, что Патруль не в силах следить за соблюдением законов во всей сфере влияния человека. Большинство населенных людьми планет достаточно хорошо справляются с этим сами. Но не все. Патруль тоже не всегда может справиться. Следовательно, необходимо создать спецслужбы.

— Да, я слышал о С. В. И. Н. О. — свиньях межзвездной охраны. У вас тоже свиньи?

— Извините, у меня не свиньи, но думаю, вы убедитесь, что Р. О. Б. О. Т. сделает это не хуже. Я работаю один, но у меня прекрасная аппаратура…

— Инвентаризацию мы произведем позже, а пока что высвободите меня отсюда.

— Скоро, командор, скоро. Но сначала нам надо решить небольшую проблему. Почему вы оказались в тюрьме? Чем здесь занимаетесь? Я могу легко освободить вас отсюда, но это же не изменит общепланетную ситуацию.

— Это необходимо сделать! — Сергеев зашагал взад-вперед по комнате, гремя цепью. — Эта сельскохозяйственная планетка приходит в упадок. Здесь царит извращенный дух пограничной жизни, где каждый человек — индивидуалист и убивает всякого, кто хоть чуть-чуть коснется его дел.

— Звучит не обнадеживающе, — пробормотал Генри.

— Кто позаботится о них? На Форбунге вряд ли, хотя планета принадлежит к их системе и вначале была ихней колонией. Вокруг их звезды вращаются четыре планеты.

— Знаю, я посетил их, пока искал вас. На Форбунге мне сказали, что вы отбыли на Олагтер, хотя вас предупреждали, чтобы вы не делали этого.

— Я серьезно отношусь к присяге Переписи, поэтому должен был. После гнета тотальной индустриализации на Форбунге жители, переселившиеся на Олагтер, с удовольствием избрали свой образ жизни. Они полностью порвали связь с внешним миром и создали общество, которое я считаю самым отвратительным за все мое шестимесячное путешествие.

— Расскажите, пожалуйста, поподробнее.

— Что вам уже известно? — подозрительно спросил Сергеев.

— Только поверхностные факты. Форбунг — высокоиндустриальная планета, и Олагтер играет важную роль в его экономике. Эта планета является идеальным местом для выращивания крупного рогатого скота и здесь, кажется, ничем другим и не занимаются. Мясо загружают в контейнеры, запускают на орбиту, откуда буксиры доставляют их на Форбунг. Продолжительность перелета контейнеров не играет роли, так как этот процесс непрерывен. На другом конце трассы их подбирают буксиры и притормаживают, так что под рукой всегда имеется постоянный запас мяса.

— Вы знаете об их договоре?

— Да.

— С Олагтера грузят мясо в контейнеры и отправляют на орбиту. Корабли с Форбунга доставляют все товары ширпотреба, необходимые здесь… Их корабли никогда не садятся на Олагтер. На первый взгляд, все кажется полностью согласованным, если не приглядеться к этой планете пристальнее.

— У вас есть основания так говорить?

— Только я, Сергеев, знаю всю правду об этой планете. И она такова, что кровь стынет в жилах. Одно время я, как и вы, смеялся, когда меня предостерегали…

5

— Можно назвать это… своеобразными родственными аналогиями, сказал официальный представитель Форбунга, нервно постукивавший пальцами по столу.

— А именно? — спросил Сергеев, стараясь приглушить свой голос.

Открытое позади него окно выходило на космопорт Форбунга. Командор, обернувшись, поглядел на свой корабль, только что заправленный топливом. Он страстно хотел улететь. Произвести перепись населения здесь было так же легко, как съесть пирожное. Планета была высокоорганизованной, с вычислительными центрами в каждом городе. Сергеев провел здесь несколько дней и убедился, что вся жизнь планеты запечатлена в его записях. Перепись заключается в том, что надо определить плотность населения и численность людей, живущих на планете. Микросекундой позже эти данные были отпечатаны на экране и он получил экземпляр на собственном бланке. Огромное количество цифр. Следующая планета, Олагтер, будет представлять более трудную проблему и, следовательно, будет интереснее.

— Мясо, — говорил представитель, — единственный источник белка для нашего населения. Мы понимаем, что на Олагтере развились… как бы это сказать помягче?.. экзотические местные обычаи, и здесь мы ничего не можем поделать. Из-за недоброжелательного отношения к чужакам наши люди никогда не посещают эту планету. Так что мы не можем оказать вам помощь в случае каких-либо неприятностей…

— В моей работе всегда встречаются неприятности. Мы не нуждаемся в помощи. Если это все, то я приступаю к выполнению своей задачи. Ни дождь, ни буря, ни ночная темнота не останавливают нас во время подсчетов.

— Ладно, поверю в это. Удачи вам, командор! — Представитель слабо пожал руку Сергеева.

Настроение у Сергеева было бодрое, он радовался отлету. Его высокие сапоги громко стучали по металлической лестнице, когда он поднимался на корабль. Документы отбытия были в порядке, церемонии завершены, он закрыл шлюз и прошел в рубку. Он сел в кресло, пристегнулся. Напряженно хмуря брови, склонился над пультом управления.

"Курс на Олагтер", — выбил он на пульте, дождался сигнала готовности и нажал кнопку СТАРТ. Корабль стартовал. Компьютер занялся пилотированием и прокладыванием курса. Только когда корабль лег на курс к Олагтеру, Сергеев заспешил в игровую комнату, с удовлетворением потирая руки.

Последние несколько дней, занятый активной работой, он не обдумывал второе сражение на Спике-3. Военные рассматривали его, как классическое, в котором денебцы потерпели поражение. Все теории соглашались с этим, а командор Сергеев — нет. Он воспроизводил сражение.

Игровая комната была собственноручно им переоборудованным помещением, связанным с корабельным компьютером. В память компьютера были внесены все великие сражения в прошлом и большинство мелких. Эти сражения могли быть снова проиграны в комнате Сергеева, им самим против компьютера. Интересно то, что ход сражения можно было менять и они всегда заканчивались не так, как в прошлом. За этим занятием Сергеев проводил все дни, отрываясь лишь тогда, когда компьютер доставлял ему еду или выключал свет на ночь.

— Второе сражение на Спике-3! — громко сказал он, входя в комнату. Воздух потемнел и наполнился символами космических кораблей, висевших неподалеку от раскаленной звезды. Командор уселся за пульт управления и со слабой улыбкой стал отдавать приказы.

Он не мог оторваться от этого даже тогда, когда компьютер напомнил ему, что они достигли орбиты Олагтера. Не получив ответа, компьютер прервал игру. Свет заполнил помещение, зрелище разбитых кораблей исчезло. Сергеев обалдело заморгал.

— Ты бросил игру именно тогда, когда я начал побеждать!

— Вы уже проигрывали это сражение девятнадцать раз подряд, терпеливо напомнил компьютер. — Мои анализаторы говорят, что вы проиграли его и на этот раз. Мы на орбите Олагтера.

— Я мог выиграть, — бормотал Сергеев, надевая мундир, расчесывая и смазывая кремом опущенные усы. — Я должен был победить.

Посадка была совершена компьютером с такой же легкостью, как и отлет с Форбунга. На планете находился радиобуй, и по его лучу сели в пыльном, заброшенном космопорту. Командор вызвал по стандартной частоте начальника космопорта и не получил ответа. Удивленно пожав плечами, он не стал повторять, а начал передавать вызов на других частотах. Но результат был прежним: ответа не было.

— Негостеприимно, — проворчал Сергеев. — Никто не имеет права игнорировать Галактическую Перепись.

Рукавом кителя он отполировал козырек фуражки и надел ее. Удостоверение находилось во внутреннем кармане, а на ремне висело церемониальное оружие. Он был готов. Перепись нельзя игнорировать!

Спускаясь по трапу и уже начиная потеть в своем мундире, он заметил несущееся к кораблю облако пыли. Он не ступил на землю, решив подождать и посмотреть, какой прием его ожидает. Прием оказался совсем не таким, на какой он рассчитывал. Из пыли вынырнула машина, представляющая собой смесь колесного и гусеничного экипажа. Она резко затормозила перед кораблем, пройдя юзом по земле. В кабине находилось двое мужчин. Оба вскочили на ноги и открыли по Сергееву огонь, один из пистолета, другой — из автомата.

У Сергеева сработал старый боевой рефлекс. Пока его ошеломленный мозг посылал проклятия убийцам, военный опыт бросил его на землю, и он покатился по пыли в стороны. Катясь, он выхватил пистолет церемониальный или нет, Сергеев всегда чистил и смазывал его. Это было доброе старое оружие, стреляющее разрывными реактивными пулями. Пули выбивали пыль вокруг него и с воем рикошетировали от стального трапа, но не причиняли ему ни малейшего вреда.

Зато первый же его выстрел попал в армированное ветровое стекло автомобиля. Второй выбил автомат из руки нападавшего. Третий уничтожил дверцу автомобиля и ранил одного из бандитов. Четвертый превратил двигатель в кучу металлолома.

Нападающие начали отступать, пошатываясь. Сергеев торопливо стрелял, целясь в землю, пока они не исчезли из поля зрения.

— Все требования должны быть удовлетворены, — пробормотал он, отряхиваясь от пыли. — Галактическая Перепись не терпит такого обращения.

Затем он посмотрел на полугусеничный вездеход и пожалел, что так основательно раздолбал его. Здание космопорта находилось на дальнем конце посадочного поля, на приличном расстоянии от корабля. Пока он раздумывал, что делать дальше, показалось новое облако пыли, и на этот раз командор заранее подготовился к встрече, укрывшись за подбитой лестницей, предполагая снова что-то подобное.

Но прибывший в четырехколесной машине двигался намного медленнее и затормозил на приличном расстоянии от корабля.

— Я один! — крикнул он. — Я не вооружен!

Он замахал в воздухе пустыми руками.

— Подходите медленно, — ответил командор, не спуская глаз с пришельца.

Мужчина действительно оказался один. Он вылез из машины, дрожа от страха и ожидая выстрела. Руки его все время были подняты вверх.

— Я шериф, — сказал он. — Мне надо поговорить с вами.

— Разговор — дело хорошее, а стрельба — нет. — Сергеев вышел из-за укрытия не снимая руки с пистолета.

— Простите, незнакомец, но некоторые наши парни слишком возбуждаются при виде чужих людей и всего такого. Я шериф и официально заявляю вам: добро пожаловать!

— Это уже лучше. Я командор из Галактической Переписи. Прилетел сделать перепись вашей планеты.

— Не знаю, производилась ли у нас когда-нибудь перепись. Я никогда не слышал о ней.

— Если бы мы поехали в вашу контору, где, я надеюсь, есть кондиционеры, я бы вам все объяснил, — сказал командор, стараясь тоном не выдать своего отвращения. Глупость жителей некоторых отдаленных планет была выше всякого понимания.

— Прекрасная идея, если вы с этим согласны. Мы можем отправиться

Поездка оказалась короткой. Машина вроде бы и не набирала скорости. Она шла вперед, пока не остановилась перед длинным рядом полуразрушенных зданий. Шериф вошел в замусоренный холл и командор последовал за ним. Когда он переступил порог, шериф обернулся и обхватил его за туловище, прижав руки к бокам.

Гневно взревев, командор Сергеев изо всех сил пнул шерифа по ноге, вырвался из захвата и схватился за оружие. Но на нем уже повисло несколько человек. Они, наверное, притаились в соседней комнате, а один даже выскочил из-под стола. Они набросились на него и повалили на пол, несмотря на его бешеное сопротивление и отчаянную ругань. Оружие у него вырвали, а самого быстро и крепко связали.

— Что все это значит? — гневно закричал Сергеев. — Вы понимаете, что делаете?

— Мы все понимаем, — сказал шериф, зло сверкая глазами. — Наш последний управляющий заводом умер, а машины не могут сами смотреть за собой. Мы вам дадим хорошую работу.

6

— Вот и вся моя история, — закончил Сергеев и снова зашагал по комнате. Его цепь звенела и волочилась за ним. — С тех пор я нахожусь здесь, жертва этих туземных кретинов. Я их раб, здешние жители невероятно эгоистичны, крайне недоверчивы и фантастически ленивы. Они пасут стада и враждуют друг с другом — в этом проходит вся жизнь.

— И вы не пытались сопротивляться?

— Конечно, я отказался! — рявкнул Сергеев. — Тогда они перестали меня кормить. Теперь я сотрудничаю с ними. Для меня это слишком примитивная работа, мне остается только протирать шкалы — машины все делают сами. Теперь вы понимаете, что нам с вами нужно как можно скорее покинуть это место.

— Скоро, скоро, — сказал Генри, и компьютер вложил в голос Генри-робота успокаивающие нотки, сопровождаемые теплой улыбкой. Здесь вы будете в безопасности, и как только я закончу исследования, мы покинем…

— Сейчас же! Немедленно! — закричал Сергеев.

— Вы должны понять, что я тоже, как и вы, несу ответственность за здешних жителей. И вы причините вред только себе. Первое "О" в слове Р. О. Б. О. Т. означает вторжение. Этим мы и займемся. Мы сунули нос туда, куда нам не следовало. С этой планетой что-то не так, и я намерен выяснить, что именно. Вы будете здесь в безопасности, пока я не выполню эту задачу. Это займет несколько дней…

— Вы оставляете меня здесь одного? Вы собака, свинья, дурак…

— Как вы прекрасно ругаетесь на своем родном языке после стольких лет путешествий! Вы не будете одиноким, с вами остается робот. Он связан с моим компьютером. Он может петь вам песни и читать книги. Вы неплохо проведете время, пока я буду занят.

Генри поспешно отключился.

— К кораблю приближаются три экипажа, — сообщил компьютер.

— Засыпь туннель, ведущий к ящику, погрузи его на борт и закрой люки. Брось холодильник и все лишнее.

— Я сделаю все, как вы сказали.

Генри торопливо покинул захороненный корабль и задумчиво направился к своему. Он напряженно хмурил брови и не замечал ни приятного прохладного ветерка из вентиляторов, ни приятной музыки, звучавшей как бы издали.

Туннель, ведущий под ящик, был уже засыпан и робот-сварщик как раз устанавливал стальную плиту на бывшее соединение туннелей, когда Генри проходил мимо. В конце туннеля его ждал подъемник, рассчитанный на одного человека, который быстро поднял Генри в рубку управления.

Генри упал в кресло перед пультом и нажал кнопку. Экран перед ним ожил, на нем возникло прекрасное изображение, подаваемое с вершины корабля. Все снаряжение было уже погружено в корабль, люки закрыты.

Через несколько секунд на песке перед кораблем остановились три гусеничных машины. Одна из них аккуратно раздавила холодильник с водой. Из машин выскочили мужчины, засверкали вспышки, затрещали выстрелы, производимые по кораблю. Иногда до Генри доносился звон, когда пуля попадала в корабль и отскакивала от обшивки. Им понадобится более мощное оружие, если они хотят что-то сделать с кораблем. Несколько мужчин посовещались, сели в машину и умчались.

— Вечно они торопятся, — заметил Генри. — Я думаю, они привезут то, что причинит больше вреда. На этой планете таится что-то нехорошее.

Компьютер не ответил, так как не получил прямого вопроса, но слушал внимательно. Прищурив левый глаз, Генри взглянул на солнце, заходившее за горизонт.

— Я проголодался, — сказал он. — Дай мне пищу для размышлений. Жареное мясо. Немного жареной говядины из Форбунга. Я устал, словно прошел несколько миллионов миль.

— Недожаренное мясо с чесночным соусом, зеленый салат, хлеб и бутылка красного вина, — предложил компьютер.

— Отлично, но исключи чеснок. Он испортит обо мне впечатление, если придется с кем-либо беседовать. И выключи свет.

Небо над горизонтом после захода успело стать из багряного зеленым, когда прибыл ужин. Генри хорошо подкрепился и выпил, волна удовлетворения, идущая от желудка, захлестнула его мозг.

— Хотя наш друг командор Сергеев пробыл на этой планете около года, я считаю, что он ошибся. Это место приятнее, чем он думает. Ты нашел информацию о его прошлом?

— Да, — ответил компьютер. — До перехода в Галактическую Перепись служил в Патруле командиром крейсера и был отчислен по ранении.

— Прекрасно! Солдаты никогда не проявляли интереса к антропологии и прочим другим "логиям", которые их окружали. Мы должны отказаться от его выводов и провести собственное исследование. В этом обществе имеются некоторые факторы, сбивающие меня с толку. Надо подумать над ними. Что заставляет детей избегать взрослых? Не всех детей — только мальчишек. Нет девчонок и не видно женщин. Почему? И зачем столько замков на бойне?

— У меня не хватает информации для ответа на эти вопросы.

— Ладно, потом, когда станут известны некоторые факты. Посмотрим, что творится у них в домах. Я уверен, что ты записывал всю информацию от робота-телохранителя, врученного Сайласу Эндерби.

— Да.

— Покажи его дом снаружи и изнутри.

На экране замелькало изображение приближающегося дома с глухим фронтоном. Правда, не совсем глухим: хотя там не было окон, но были просверлены узкие отверстия, не похожие на бойницы. Но и бойницы тоже были. Робот обошел вместе со своим покупателей вокруг дома, с задней стороны которого находился вход, защищенный толстой стеной. Сайлас остановился возле двери с массивными заклепками и стальной окантовкой.

— Дай звук, — приказал Генри.

— Дождь поливает сады, — сказал Сайлас.

— В садах вырастает трава, — последовал ответ из-за двери и она стала медленно открываться.

— Пароль и отзыв, — заметил Генри. — Это больше походит на крепость, чем на жилой дом.

Дом и был крепостью. За дверью стояла подставка с оружием, самодельными гранатами и боеприпасами. По мере осмотра дома Генри видел системы обнаружения и оповещения о вторжении воров, запасы пищи, воды, сжиженного кислорода, отравляющие газы в баллонах и электрогенератор.

Более интересными для него были измученная женщина и две девушки, которых заметил Генри, когда они поспешно закрывали дверь в свою комнату. Они жили в стороне от главных помещений дома и хозяин не разрешал им покидать их комнаты.

— Все больше странностей, — пробормотал Генри. — Это надо исследовать. Как ты думаешь, можешь ты доставить меня в эту комнату, не подняв тревогу?

— Проще простого. Робот может легко отключить сигнализацию.

— Тогда поехали. Подай уницикл и подними аэрокоптер с телеобъективом.

— Вам не нужен боевой робот для охраны?

— Нет, слишком громко он топает своими ногами. Я полагаю, что моя реакция и твои разумные цепи уберегут меня от неприятностей.

Генри встал, одел шлем и вышел.

На корабле был потайной ход через посадочную опору, менее заметный, чем люк. Уницикл уже ждал Генри. Установленный вертикально, он торопливо жужжал. Он представлял собой одноколесный, вернее, одношаровый экипаж, поддерживаемый в вертикальном положении встроенным гирокомпасом. Сфера, на которой он двигался, была из мягкого материала и при движении раздавался лишь тихий шелест. Позади и впереди Генри несли охрану невидимые летающие роботы-наблюдатели.

— Каковы вести из города? — спросил Генри.

— В настоящий момент уничтожено шесть "клопов" по случайным причинам, девять обнаружено. Под непрерывным наблюдением находится 43 человека. Перед вами большой ров, я бы советовал взять немного правее.

— Потом дашь мне проводника. Пусть проводник показывает самый короткий и безопасный путь до города. Что делает шериф?

Впереди показался тусклый зеленый огонек. Это снизился один из роботов показывать Генри дорогу. Из приемника, укрепленного в ухе Генри, вновь послышался голос компьютера:

— Он ужинает вместе с женщиной, которую называет женой. Какой-то странный у них ужин.

— Что-нибудь экзотическое?

— Я имею в виду манеры поведения за ужином. Все блюда подаются в закрытой посуде. Шериф ставит каждое перед женой и проверяет, не отравлена ли пища. Когда жена отведает ее, то ставит тарелку перед ним и он доедает.

— В этом нет ничего странного. Вспомни дегустаторов на старой

Земле.

— Я понимаю, что вы подразумеваете, — через минуту ответил компьютер. — Он боится быть отравленным, поэтому ест пищу только после того, как кто-нибудь попробует ее. Пожалуйста, снизьте скорость и приготовьтесь повернуть налево. Я проведу вас по тихим улицам к дому, который вы желаете посетить… СТОП!

Уницикл задрожал и остановился, удерживаемый вертикально, когда Генри нажал на тормоз.

— Почему ты остановил меня? — прошептал он.

— За углом вон того дома три человека. Очевидно, они скрываются и следят за кораблем. Это женщина и двое детей. Мальчик по имени Робби, с которым вы уже встречались сегодня утром, и девочка того же возраста.

— У них не видно оружия? Помнится, Робби интересовался им.

— Детекторы не обнаружили никакого оружия.

— Отлично. Подключи меня к одному из охраны и приблизь меня к ним.

— Готово. Он парит над ними.

— Здравствуйте! Говорит Генри Уинн. Вы хотите меня видеть? спросил Генри через робота. В ответ послышалось удивленное бормотание и приглушенные вскрики, потом раздался женский голос:

— Где вы? Я не вижу вас.

— Да, пожалуй, это важно. — Даже через микрофон он ощутил напряженность ее голоса. — Сейчас я появлюсь.

Они ждали его, стоя в тени, прижавшись друг к другу. Мальчик стоял впереди, прикрывая женщин.

— Это не моя идея, — сказал он, шагнув вперед со сжатыми кулаками. — Мне все это не очень нравится. Но моя мать сказала, что пойдет сама, и я пошел с ней. Знаете, я не спускаю с нее глаз.

— Замечательно и очень правильно. Рад встретиться с вами, мадам. Генри слегка приподнял шлем, как опытный придворный кавалер.

— Вы должны помочь мне, — нервно заговорила женщина. — Когда покинете эту планету, возьмите с собой на Форбург детей. Там их ждут.

— Я не хочу уезжать, — твердо сказал мальчик. — Но Китти должна уехать, это верно.

Взошла луна Олагтерп и робко осветила узкие улицы. Китти была похожа на своего брата, возможно, на год-два старше его — ей было около пятнадцати. Она походила на мать, красивую женщину с матовой кожей и длинными черными волосами.

— А что ты скажешь, Китти? — спросил Генри.

— Это так далеко, — ответила девочка. — Я знаю, что больше не вернусь сюда. Я не хочу покидать мать, но… в то же время… Я знаю, что она права… — В голосе девочки зазвучали слезы. Ее мать подошла поближе и взглянула на Генри.

— Вы из внешнего мира, поэтому я могу сказать вам: вы никогда не поймете и не поверите, до чего тяжело быть женщиной на этой планете. Моя дочь должна избежать этой участи. Я тайно связалась с властями на Форбунге. Они сказали, что на этой планете надо создавать школы для обучения местных жителей на пилотов звездных кораблей. Это была прекрасная идея. Вы заберете детей? — В голосе женщины прозвучала откровенная мольба.

— Это можно сделать, хотя я тоже лечу не один. И есть осложнение…

— Скрывайтесь! — спустившись, предупредил робот. — Сюда приближаются машины, с них стреляют.

7

Женщина с детьми нырнула в убежище. Генри протащил уницикл за ними, услышав треск первого выстрела. Низко пригнувшись, он следил за двумя приближающимися гусеничными машинами. Их фары качались и беспорядочно бросали свет, двигатели ревели. Водители, очевидно, управляли ими одной рукой, а другой стреляли, что не помогало ни движению, ни меткость стрельбы: пули с визгом срикошетировали от стен над головой Генри, когда машины промчались мимо и скрылись за поворотом. Шум постепенно стих.

Генри поднялся и, осмотревшись, обнаружил, что остался один. СПИЕС кружил неподалеку.

— Они вернулись домой, — сообщил он. — Могу провести вас в здание, если хотите.

— Потом. Сейчас у меня более неотложное дело. Нужно взять интервью у олегтейца в его собственном доме и получить ответы на вопросы. Подмигивай мне фонариком, указывая направление.

СПИЕС полетел вперед. Генри поднял уницикл и последовал за ним.

— Следующий дом на правой стороне, — прошептал в его ухе компьютер.

— Я узнал его. Как попасть внутрь?

— Робот отключил сигнализацию и подключился к радиореле замка внешней двери. Когда вы подойдете к ней, он отопрет.

— Присматривай за велосипедом, — сказал Генри, останавливаясь на темном углу и выключая мотор. — Я не знаю, сколько времени пробуду там.

Он подошел к бесшумно открывшейся двери, скользнул в нее, и дверь захлопнулась, словно поймав его в ловушку. Он очутился в замкнутом пространстве — узком коридорчике не шире плеч. Коридорчик был тускло освещен электрической лампочкой в каркасе из металлических прутьев.

Генри торопливо проскользнул к вешалке рядом с дверью, где были оружие и амуниция — оружие очень эффективное.

Дом походил на крепость. Но почему?

У Генри было ощущение, что, если он ответит на этот вопрос, то разрешит все остальные загадки планеты.

Главный коридор выглядел достаточно обычным по любым стандартам, не считая незапертого ящика с газовыми гранатами, привлекательными кинжалами для рукопашного боя и дубинками, усеянными гвоздями. Но было на общем тускло-коричневом фоне несколько цветных пятен — ковер, прикрепленный к полу крючками, и картины в рамках, висевшие на стене. Генри рассматривал одну из них, изображавшую тропический остров в голубом море, вырезанную из журнала, когда в дверь в дальнем конце холла проскользнул робот-телохранитель и бесшумно приблизился к Генри.

— Докладывай, — приказал Генри.

— Сайлас Эндерби заканчивает ужин, миссис Энберби обслуживает его, дети смотрят по видео космическую оперу.

— Прекрасно. Устрой мне встречу с твоим хозяином.

Робот распахнул дверь и отошел в сторону, чтобы Генри мог пройти. Генри вошел в комнату, приподнял шлем и, широко улыбаясь, изо всех сил постарался убедить своим видом чету Эндерби в лучших дружеских намерениях.

— Добрый вечер, сэр и мадам. Я искренне надеюсь, что вы хорошо поужинали.

Миссис Эндерби пронзительно завизжала — нечто среднее между воплем кошки, которой наступили на хвост, и визгом свиньи, получившей пинок, швырнула блюдо, которое наполняла, прикрыла лицо передником и с рыданиями кинулась из комнаты. Ее муж реагировал менее восторженно. Он застыл, не донеся кусок до рта, выпучив глаза, словно в шоке. Когда Генри шагнул вперед, Эндерби затрясся, как паралитик, и зацарапал ногтями по кобуре, пытаясь достать пистолет. Но рычаг кобуры запутался в скатерти, и он поволок всю еду на пол, пока, наконец, смог открыть кобуру.

Генри с сожалением покачал головой, протянул руку и забрал оружие из вялой ладони хозяина дома.

— Как… — прохрипел Сайлас, — как вы… попали сюда?

— Очень просто. Позвонил в дверь и ваш робот-телохранитель впустил меня.

— Предатель! — сквозь сжатые зубы выдавил Сайлас. Он выхватил откуда-то маленький пистолет и два раза успел выстрелить в робота, прежде чем Генри отобрал у него и это оружие. Пули отскочили от стального корпуса робота и застряли в стене.

— Еще никто… никто в этом доме, — пробормотал Сайлас и застыл в кресле, уставившись остекленевшими глазами в пространство.

— Мы ни секунды не сомневались в этом, — сказал Генри, роясь в кармане куртки. — Я воспитывался в приличном месте и, по моим стандартам, степень вашего гостеприимства оставляет желать лучшего. Но, обратите внимание, я не жалуюсь. Живи и давай жить другим — вот мой девиз. Я побывал на многих планетах и многие из них драчливее вашей, хотя и ваша доставляет много хлопот. Я, конечно, не собираюсь оскорблять вас… — Генри, наконец, нащупал бланки контрактов и положил на стол перед собой. — Если вы подпишитесь вот здесь, мистер, я не задержу вас больше ни на секунду. Без вашей подписи ваша покупка недействительна, а мы оба заинтересованы в законности сделки.

Продолжая находиться в шоковом состоянии, Сайлас нацарапал свою подпись и упал обратно в кресло.

— Убейте меня, — громко прошептал он. — Я знаю, вы пришли убить меня. Сделайте это поскорее, чтобы я не мучился.

— Ничего подобного, — Генри похлопал дрожащего мужчину по плечу, тот застонал и чуть не свалился на пол. — Это не мое дело. Я торговец, а не полицейский. Мне будет очень неприятно, если вы умрете.

— Вы не убьете меня? — изумленно спросил Сайлас, выпрямляясь в кресле.

— Никогда не был столь далек от этой мысли, как сейчас. Я могу продать вам еще одного робота, если хотите.

— Предатель, — завопил Сайлас, с ненавистью глядя на неподвижного робота.

— Он только выполнял свой долг, — сказал Генри, подвигая себе стул и садясь. — Не беспокойтесь об этом роботе. Он будет охранять вас, пока не кончится смазка. Не забывайте, что эта машина запрограммирована всегда быть на вашей стороне. Многим людям нельзя доверять, в отличие от машин.

— Никому нельзя доверять, — хозяин отодвинул свое кресло подальше от Генри и с вожделением уставился на коллекцию топоров, развешанную на стене.

— Могу в это поверить, — сказал Генри, засовывая бланки в карман и не спуская с Сайласа глаз. — Но меня интересует, почему вы так считаете.

— Они хотят убить меня, — сказал Сайлас, разглядывая один предмет в комнате за другим, за исключением своей руки, медленно ползущей к фруктовой вазе, наполненной ручными гранатами.

— Несомненно, они хотят убить вас и всех остальных. Но меня интересует, из-за чего? Что вызывает эту поголовную подозрительность и ненависть ко всем? Должна же быть какая-то причина.

— Умри, убийца! — закричал Сайлас, сунув руку в вазу. Когда он взмахнул гранатой, Генри пнул ногой робота.

— Очень опасно, хозяин, — сказал робот, протягивая руку и осторожно вынимая гранату из сжатых пальцев Сайласа. Он положил гранату в вазу, а ее отодвинул подальше. — Я охраняю вашу жизнь, сэр. Если граната взорвется в маленькой комнате, вы, несомненно, тоже пострадаете.

Сайлас задрожал, отшатнулся от робота и принялся яростно грызть ногти. Генри притворился, что не обратил внимания на этот инцидент.

— Меня удивляет, почему жители вашей планеты так подозрительны. Что послужило толчком для этого? Чего вы боитесь?

— Дикарей. Они хотят убить нас всех. Дикари только и ждут удобного случая.

— Дикари? — У Генри едва не стали торчком уши, как у собаки, от такой неожиданной информации. — Кто они?

— Дикари живут рядом, за холмами. Прячутся, нападают на наши стада и убивают всех, кто попадется. Их много. — Сайлас усиленно замотал головой, подчеркивая серьезность своих слов.

— Значит, дикари, — поддержал его энтузиазм Генри. — Они очень дико кричат, они, должно быть, причина всех беспокойств. Хорошо, теперь мне все ясно. Благодарю вас за гостеприимство. Не нужно провожать меня, я знаю дорогу.

Но Сайлас был уже на ногах, восстанавливая спокойствие и ход мыслей. Всю дорогу он пятился, провожая генри в холл и, прежде чем закрыть дверь, осмотрел окрестности в перископ.

— А теперь убирайтесь побыстрее и никогда не возвращайтесь сюда.

— Было очень приятно познакомиться с вами, — сказал Генри, обращаясь к захлопнувшейся двери. Он шагнул на улицу и в этот миг мир взорвался шумом и грохотом.

Генри метнулся назад, ища место, где можно укрыться. Стена здания напротив опрокинулась с чудовищным грохотом и прямо на Генри, громко завывая мотором, помчалась полугусеничная машина. Свет ее фар пришпилил Генри к стене, как насекомое. Со всех сторон гремели выстрелы, пули вонзались в стену рядом с головой Генри.

8

Внезапно фары погасли и машина помчалась прочь. Генри отшатнулся, когда она проносилась мимо стены, у которой он укрылся.

Стрельбы продолжалась. Собралось уже несколько машин и выстрелы звучали, как раскаты грома. Из дома Сайласа, по которому велся огонь, началась ответная стрельба, на дороге что-то взорвалось с ошеломляющим треском и яркой вспышкой. Дверь дома Сайласа была, несомненно, заперта, так что Генри побежал к своему унициклу и прыгнул в седло. Перед посещением Сайласа он выключил двигатель и остановил гироскоп. Уницикл медленно двинулся вперед, испустив дребезжащий стон, виляя и кренясь, как брыкающаяся лошадь. Генри крепко держался за руль, направляя шатающуюся машину по улице, уходя от разгорающегося за спиной сражения. Когда гироскоп набрал обороты, уницикл выпрямился и пошел устойчивее.

— Скорость еще недостаточна! — прокричал Генри, придерживая шлем. — О всевидящий бог роботов, может, ты объяснишь мне, что все это значит? Нападение застало нас врасплох, не так ли?

— Приношу вам свои извинения, но невозможно все знать, — ответил компьютер.

— Ты всегда утверждал, что способен на это.

— Пришлось бы обследовать каждый дом. Они, очевидно, держали двери под наблюдением — неизвестный человек или люди в здании напротив. План нападавших заключался в том, чтобы силой ворваться в дом, когда откроется дверь. И когда это началось, вы случайно попали в самую середку.

— Нападающие ворвались в дом?

— Нет. Я приказал СПИЕСАМ разбить фары и атакующие не попали в кромешной темноте по двери. В сражение оказались вовлечены другие машины и я с сожалением должен сообщить, что одна из них преследует вас.

— Удивительно, что тебе удалось заметить это, — проворчал Генри, до отказа поворачивая регулятор скорости, стараясь догнать свою тень, вытягивавшуюся в приближающемся свете фар машины преследователей. — Ты можешь разбить их фонари?

— У меня поблизости от вас только два СПИЕСа и один мне нужен для поддержания связи. — Свет исчез, как только эти слова прозвучали в ушах Генри. — Один израсходован. Советую вам повернуть как можно скорее, так как вторая машина намеревается перерезать вам путь. Я подслушал их радиопередатчик.

— Заглуши их!

— Уже сделано, но вторая группа знает о вашем местонахождении и направляется к вам. — Советую вам повернуть направо… — Генри повернул руль. — Нет, не туда!

Впереди возникла стена, завизжали тормоза. Генри вылетел из седла, а уницикл врезался в кирпичи. Генри поднялся, испытывая головокружение, весь в синяках, придерживаясь за стену, а в ушах продолжали звучать последние слова компьютера:…

— не туда, это тупик! Следующий поворот!

— Ты немножко запоздал с этой информацией, — через ноющие зубы процедил Генри, ощупывая себя и сдвигая сбившийся на глаза шлем. Какие у тебя еще есть бесценные предложения о том, как мне выбраться отсюда?

Он мрачно наблюдал, как тормозит полугусеничная машина, блокируя выход из проулка, как с нее спрыгивают двое мужчин и бросаются к нему.

— Вы можете уйти отсюда, — прошептал компьютер, — если последуете за мной.

Впереди что-то взорвалось, проулок наполнился густым дымом.

— Мне очень нравится твое предложение, если я смогу что-либо разглядеть, — сказал Генри и закашлялся, вдохнув клубы дыма. Что-то слегка толкнуло его в плечо.

— Держитесь за СПИЕС.

Генри положил руку на дрожащий стабилизатор СПИЕСа и, спотыкаясь, двинулся за ним через дым. Позади он услышал шарканье ног, что-то с металлическим звоном упало на остатки его уницикла, раздался громкий взрыв, свист пуль и жалобы на то, что ничего не видно. Что-то металлическое промелькнуло перед его лицом, и он отскочил в сторону.

— Это лестница, — сообщил компьютер.

— Ну и что?

— Если вы залетите на нее, вас поднимут на катер, висящий над вами. Я полагаю, вы хотите вернуться на корабль?

— Ты ошибаешься, — сказал Генри, поднимаясь по лестнице. — Вверх, вверх, прочь отсюда. Направляйся к холмам. Я хочу встретиться с дикарями, о которых говорил Сайлас.

Лестница задрожала под его весом, затем легко пошла вверх. Через секунду Генри повис над клубящейся тучей дыма, из которой доносился треск выстрелов. Отдельные, напоминающие крепости городские дома рассеялись внизу, а вдали на горизонте высилась темная громада гор. Черный диск воздушного подъемного крана заслонял звезды. Паукообразный робот спустился по лестнице, зацепившись клешней за плечо Генри, и сказал ему на ухо:

— Нынче ночью уже мало что можно сделать. Я советую вам вернуться на корабль, а утром…

— Тихо, ты, наседка слабоумных компьютеров. Я сказал, лететь к холмам и только туда. Снабди меня спальником, я посплю под звездами. А пока буду спать, пошли СПИЕСов сфотографировать холмы в инфракрасных лучах, чтобы утром мне было легче отыскать дикарей. Понятно?

Прошло несколько секунд, прежде чем прозвучал ответ, что означало одно из двух: либо компьютер задумался, либо обиделся.

— Я сделаю все, как вы сказали. Вы собираетесь путешествовать на этой лестнице?

— Да. Ночью освежающе прохладно после дневной жары. Поехали.

Темный ландшафт тихо поплыл внизу, среди бесцветной травянистой равнины встречались холмы. Они были покрыты смешанными лесами и лугами, среди которых поблескивали озера. Когда машина приблизилась к отвесным утесам горной цепи, кран медленно затормозил и стал снижаться. На скалистой вершине одной из гор оказалась травяная лужайка, окруженная со всех сторон отвесными обрывами.

— Это место неприступно, — сказал механический паук, — и невидимо с подножия. Я надеюсь, вам здесь будет удобно.

— Гм… — Генри зевнул. — Я чувствую, мне надо поспать.

Сверху лился рассеянный свет. Генри спустился и увидел, что компьютер занят работой. Генри вновь спросил о мешке и компьютер задал множество туманных вопросов. На траве была установлена пирамидальная палатка, украшенная цветными флагами. Внутри горел свет, золотистыми бликами сверкала медная кровать с чеканными линиями. Возле кровати под балдахином стояли стол и легкое кресло. Когда ноги Генри коснулись земли, из парящего над столом СПИЕСа сверкнули огоньки и зажгли свечи. Они осветили соблазнительные блюда с икрой, ломтиками хлеба, свежим луком и сваренными вкрутую яйцами. Паукообразный робот спрыгнул с плеча Генри и понесся к ведерку с шампанским, вскарабкался на него и схватил бутылку за горлышко.

— Закусите слегка перед сном, — сказал робот, скрежеща стальными клешнями по пробке.

Раздался хлопок, пробка вылетела, шампанское зашипело. Генри опустился в кресло и взял бокал.

— Большое спасибо, — сказал он, потягивая шампанское маленькими глоточками. — За ваше сочувствие и советы, но я должен сегодня вечером поработать сверхурочно. — Он взял из клешней робота бутерброд с икрой и принялся жевать. — Мне необходимо найти причину всего этого… М-м, всегда любил пикники на природе!

Поужинав, он добрался, спотыкаясь, до кровати и погрузился в такой глубокий сон, что лишь сдвоенный стук по медному тазу, в который на рассвете забарабанил робот-парикмахер, разбудил его.

Робот-парикмахер вытащил таз из своей грудной клетки и наполнил его из втулки на конце пальца теплой водой.

— Я обнаружил за ночь несколько источников тепла, которые оказались гигантскими животными, коих нельзя отнести к "дикарям". Эти животные робкие и травоядные, при малейшей опасности спасаются бегством, полагаясь на быстроту своих ног. Тем не менее, в ближайших окрестностях мне удалось обнаружить пять туземцев, имеющих приличное оружие, которые подходят под определение "дикари", что я получил.

— Местные гуманоиды? — спросил Генри, сполоснув лицо и набрав в ладони жидкого мыла из другого пальца робота.

— Очень сомнительно. Фотометрические исследования планеты показали семьдесят точек, где живут люди. Можно предположить, что "дикари" — это обычные люди, живущие по неизвестным причинам в примитивных условиях. Робот стал умывать Генри.

— Все неизвестное интересно, — пробурчал Генри сквозь зубную пасту. — Сразу же после завтрака мне нужно будет взглянуть поближе на этих отщепенцев.

Чашка исходящего паром черного кофе скользнула в его руку. Испытывая пренебрежение к обнаруженным людям, Генри допил ее и сел за стол. Плотно закусив поджаренной колбасой с рисовой кашей, он взял вторую чашку кофе и стал прогуливаться по краю утеса, наслаждаясь приятным видом холмов, выплывающих из тумана. Когда все снаряжение было упаковано, позади Генри раздался топот ног робота.

— Я готов, — сказал Генри, нажал кнопку "дезинтеграция" на чашке и швырнул ее вниз с утеса. Не пролетев и десяти футов, чашка превратилась в тончайшее облако пыли. — Как мы вступим в контакт с объектом?

— Кран доставит вас на место поблизости от объекта, — сказал паукообразный робот, спуская лестницу. Генри поднялся по ней. — Я буду вашим проводником весь остаток пути.

9

Поездка оказалась недолгой. Лестница исчезла в брюхе крана, Генри с роботом остались на гребне горы, от подножия которой уходила долина, ведущая к равнине.

— Мы на месте, — сказал паук. Он спрыгнул на землю, Генри последовал за ним.

— На этом гребне я бы посоветовал двигаться помедленнее.

— Я бы посоветовал тебе замолчать. Показывай дорогу и предоставь мне беспокоиться о том, как подкрасться к добыче.

Они продолжали путь в молчании, пробираясь по высокой траве под низко нависающими ветвями деревьев. Паук молча проскользнул между двумя каменными глыбами на краю крутого склона и указал клешней вниз. Генри снял шлем, лег в траву и заглянул за край обрыва. Пред ним предстало великолепное зрелище.

Он увидел обугленный и полуобглоданный коровий бок, лежавший в остывшей золе костра прямо перед ним. Рядом с мясом, наполовину в золе, наполовину на траве, растянулся необычный представитель человеческой расы. Его одежда, если можно назвать ее так, состояла из плохо выделанных шкур, скрепленных полосками кожи. У него были длинные, связанные узлом волосы и длинная спутанная борода. Шкуры и их владельцы были щедро вываляны в золе. Из-под шкур виднелся чудовищный переполненный живот, похожий на перезрелую дыню. Очевидно, он устроил пир и набил живот жареным мясом. Человека что-то беспокоило, несомненно, пищеварение, он стонал и катался по земле, не открывая глаз. Его рука, лежащая в золе, скребла землю, как огромное насекомое, и отщипывала кусочки от туши. Все это сопровождалось жеванием, глотанием и отрыгиванием — пиршество не прекращалось даже во сне.

— Очень приятное зрелище, — сказал Генри. — Оно на неделю отобьет мне аппетит. Пойдем посмотрим, что скажет нам этот Розебоунд.

Паук спрыгнул с его плеча, когда Генри заскользил вниз по склону. Дикарь внезапно проснулся, что потребовало от него значительных усилий, и удивленно уставился на Генри.

— Очень рад встретиться с вами, сэр, и рад видеть, что вы хорошо позавтракали, — любезно сказал Генри. — Позвольте представиться…

— Убью! Убью! — заорал дикарь, хватаясь за каменный молоток, лежавший возле него, и швыряя его в Генри удивительно быстрым движением. Молоток полетел прямо в лоб Генри. У того не оставалось времени уклониться.

Паук-робот изогнулся, в его оболочке возникло восемь отверстий и он метнулся навстречу молотку. Они столкнулись в воздухе и упали на землю. Паук хрустнул и затих.

— Заверяю вас, сэр, в самых дружеских чувствах…

— Убью! — снова забубнил дикарь и так же быстро метнул в Генри увесистый камень. Генри был уже настороже и легко уклонился от него.

— Давайте обсудим, как люди, некоторые…

— Убью! — заскрежетал зубами дикарь и кинулся в атаку, вытянув вперед руки со скрюченными пальцами. Генри не шевельнулся. Когда дикарь очутился возле него, Генри рубанул его ребром ладони по шее, отступил в сторону, и дикарь рухнул на землю.

— Уверяю вас, мы вполне можем добиться взаимопонимания, — сказал Генри, вытирая сальную руку о траву. У его уха зажужжало какое-то насекомое, он отмахнулся и тут же услышал тоненький голосок:

— Докладываю: по ущелью сюда направляется второй дикарь. Кажется, вооружен.

— Слабое утешение.

Раздался топот и перед ним появился другой дикарь. Он был так же грязен, как и первый, носил такие же засаленные шкуры, но на этом сходство заканчивалось. Во-первых, он был намного старше, с седыми волосами и бородой. Во-вторых, на шее у него болтался какой-то отрывок, настолько запачканный, что трудно было узнать в нем галстук. На носу восседали остатки очков. Одного стекла не хватало, а второе было так испещрено трещинами, что вряд ли можно было что-либо разглядеть через него. Мужчина остановился, склонив голову набок и, часто моргая, стал рассматривать Генри через треснувшее стекло. Потом закудахтал:

— Ну, ну… Что вы тут делаете?

Шаркая ногами, он стал медленно подходить к Генри.

— Вот такой разговор мне больше по душе. Очень приятно встретиться с вами…

— Приятно? Не пользуйтесь этим словом слишком часто, — сказал старик и присел возле обугленной туши. — Речь — точный инструмент, слова имеют цену. Например, имя… — Говоря все это успокаивающим голосом, старик незаметно погрузил пальцы в мясо и стал засовывать кусочки себе в рот, так что под конец слова его стали почти неразборчивыми.

— Я верю в это, — сказал Генри, — и готов согласиться с вами. Но должен спросить, что такой образованный человек, как вы, делает здесь, живя в этих жутких условиях?

— Отдыхаю, больше ничего. — Чавканье и треск, когда зубы его впивались в мясо, дробя кости. — И на секунду не думайте, что я уроженец этой планеты. Я ученый Форбунга, наблюдаю здесь за отдельными формами жизни. Ученый мир…

— Мое, мое! — заорал, вернувшись к жизни, первый дикарь и потащил тушу к себе. Продолжая одной рукой запихивать в рот мясо, пришедший другой схватил камень и треснул по голове владельца туши. Тот со стоном упал спиной в костер. Генри молчал, наблюдая, не делая никаких попыток прекратить драку.

— Очень интересно, — сказал он. — Как человек другого мира и ученый, вы должны иметь свою точку зрения на местную жизнь. Наверное, вы знаете, почему люди на этой планете так недоверчивы и склонны к драке.

— Да, знаю… — Чавканье.

Пауза тянулась до тех пор, пока Генри не спросил:

— И можете рассказать об этом?

— Конечно, доверие за доверие. Но помните, все это я опубликую первым. Все дело в радиации, я знаю. На планете существует пагубная радиация, которую можно обозначить символом "Х". Потому эту величину "Х" мы должны использовать при уточнении длины волны радиации…

Далее последовало множество слов, подобных предыдущим. Генри громко вздохнул.

— Он полоумен, бедняга.

— Если вы имеете в виду его психическое состояние, то вы правы. Геликоптер завершил вираж. — Я сравнил его психическую деятельность со своими записями и обнаружил, что на другой планете он имел бы 97,89 шансов из 100 угодить в психиатрическую лечебницу.

— Даже все сто. Это трагедия! Интеллигентный человек, прибывший изучать местные формы жизни, не выдержал напряжения. Мы должны сообщить, чтобы его забрали обратно.

— Я сделаю отметку в записях.

— Давайте возвращаться, — сказал Генри. — Здесь нет ничего полезного для нас… Что случилось?

Внезапно старик встрепенулся и приложил ладонь к уху. Затем оторвал от туши здоровенный кусок мяса и кинулся бежать. Второй дикарь тоже очнулся. Он застонал и сел, потом вскочил на ноги и быстро исчез из виду.

— Они услышали шум приближающихся трициклов, — объяснил компьютер. — Едут сюда со стороны равнины, где пасутся стада.

— Сообщай все, что узнаешь.

— Это еще не опасно, поэтому я не сообщал вам.

— Продолжай непрерывно информировать меня. Как мне отсюда выбраться?

— Кран уже в пути. Советую вам влезть на гору до прибытия этих людей. Они разыскивают похитителей своей коровы и, несомненно, проедут мимо, продолжая погоню.

— Было бы хорошо, если бы ты оказался прав.

Наверху оказался великолепный наблюдательный пункт. Оттуда Генри, невидимый сам, следил за трициклами, которые с ревом затормозили возле туши.

— Вот туша! — закричал кто-то. — Они сперли бычка и съели. Я же говорил вам, что не хватает бычка.

— Куда пошел вор?

— Охотничья собака покажет.

Генри махнул рукой орнитоптеру, тот сложил крылья и сел рядом с его головой.

— Что такое "охотничья собака"?

Через микросекунду компьютер ответил:

— Так называется животное с сильно развитым обонянием. Используется для розыска дичи по запаху. В наше время так называют особый прибор, который находит следы по запаху, подобно животному с таким же названием.

— Где кран?

— Прибудет через три минуты.

— Немедленно отсюда!

— Эй! — раздался голос внизу. — Собака показывает три следа. Два уходят прочь, а третий ведет прямо на гору.

— Кто-то сидит наверху!

— Лови его!

Генри хорошо поработал, но на стороне противника было численное преимущество. Трициклы взревели и появились рядом с ним.

Генри выдернул первого из седла и швырнул в остальных. Раньше он служил в Морском Патруле и умел драться.

Но Генри так и не узнал, что ударило его сзади…

10

Генри застонал, открыл глаза и возникшее зрелище очень не понравилось ему, поэтому он застонал и снова открыл глаза.

— Объясните, что случилось, — потребовал командор Сергеев, так близко наклоняясь к Генри, что борода щекотала нос.

— Джунгли, прочь! — сказал Генри, осторожно отводя бороду. Расскажите, что вам стало известно, пока я вел исследования. Я дополню.

— Вот те на! Вы позволили захватить себя. Теперь мы будем жить на бойне.

— Тише. Попытайтесь не кричать. Я вытащу вас отсюда, только расскажите, что случилось.

— Вы знаете, что случилось, или робот, похожий на вас, знает это. Я мог бы спать, но это создание вообще не спит, поэтому мы играли в шахматы. Внезапно он вскочил — несомненно, с целью уронить фигуры — и оторвал цепь, приковывающую его ногу к стене. Если бы я знал, что он способен на это, то давно бы заставил его освободить меня. Затем он влез на запоминающее устройство и спрятался. Пока я окликал его, дверь внезапно открылась и внесли вас, так похожего на робота. Вас моментально приковали и все ушли. Теперь ваш грязный робот совершенно игнорирует меня и режет дыру в стене. Сумасшедший!

Генри взглянул наверх. Прицепившись ногами и свисая вниз головой под потолком, робот ковырял стены полоской стали. У Генри закружилась голова, он застонал и закрыл глаза.

— Мне нужен врач.

— Помощь сейчас придет! — крикнул робот и проделал отверстие. Через несколько секунд в это отверстие влетел СПИЕС и сел на пол возле Генри. Он был в форме птицы и ярко блестел. Он выжидающе пожужжал, потом в задней стенке его открылся ящичек. Робот-Генри спрыгнул со стены и подбежал к СПИЕСу. Он вытащил из ящичка пакет, СПИЕС мгновенно взлетел и скрылся в дыре.

— Аптечка, — сказал робот. — Я буду лечить ваши раны.

— Сначала сними боль, — сказал Генри. — Объяснишь потом.

Все было выполнено немедленно. Накладывая на синяки мазь, робот начал рассказывать:

— Для остановки ваших противников у меня не хватило активных единиц, имевшихся поблизости. Но мне удалось предотвратить ваше убийство, произведя в их оружии некоторые дефекты. Я рассудил, что вас должны доставить сюда, откуда, по их мнению, вы сбежали. Я оказался прав.

— А если бы ты ошибся?

— Я приготовился ко всем возможностям. Тяжелые машины уже в пути.

Самодовольство компьютера объяснялось тем, что тяжелые машины боевые роботы — имели атомное оружие. Генри пошевелился.

— Мы должны немедленно покинуть это место, — потребовал Сергеев, сжимая пальцы так, словно они кого-то душили.

— Да, согласен с вами. Но терпение, лайте мне несколько секунд собраться с мыслями.

— Десять минут, не больше! — Сергеев принялся расхаживать по комнате, поглядывая на свои часы.

— Щедрый вы человек, командор. Как вас, должно быть, любили ваши подчиненные.

— Возможно, но они никогда не говорили мне об этом. Мне вполне хватало того, что они повиновались моим приказам.

— Вы не смогли бы набрать экипаж на этой планете. Мужчины! Вероломные, подозрительные, смертельно опасные — выбирайте любую формулировку. Их образ жизни уже укоренился, а изменить все общество почти невозможно!

— Зачем изменять? Надо просто уйти! Пусть они живут со своими коровами, пылью и стрельбой. Все они сумасшедшие!

Глаза Генри внезапно расширились, он сел, выпрямившись.

— Что вы сказали?

— Вы что, глухой? Сумасшедшие! А сейчас мы должны убираться отсюда, ваше время истекло.

Генри медленно встал, шатаясь.

— Но может быть, если все они психически больны, это объясняет многое…

— Не наседайте, пожалуйста, командор, — сказал робот-Генри, становясь между своим хозяином и разгневанным представителем Галактической Переписи, который наступал на Генри, вытянув руки со скрюченными пальцами.

— Успокойтесь, командор, мы уходим, — сказал Генри, снова беря дело в свои руки. — Компьютер, я думаю, ты можешь извлечь нас отсюда?

— Раз плюнуть. Следуйте за мной, господа.

С легким треском робот разорвал цепь на ноге Генри, затем Сергеева. Они последовали за роботом к двери, которую он просто вышиб. Они прошли через зал к внешней двери.

— Ему не удастся так легко разбить эту дверь, — сказал Сергеев, указывая на толстые стальные брусья, из которых состояла наружная дверь.

— Будьте любезны отойти в сторону, — попросил робот.

Когда они отошли, дверь разлетелась бесформенными обломками металла. Выйдя наружу, Генри и командор увидели массивного робота с энергопушкой на месте головы. Глаза и рот его были на животе.

— Вам необходимо скорее уйти отсюда, — посоветовал робот-Генри. Ваше бегство уже подняло тревогу. Обстановка такова, что все мужчины в городе проснулись и сбегаются сюда.

После этого предупреждения роботы и люди бросились бежать сквозь мрак. Тучи закрыли луну и звезды, а улицы не освещались. Беглецы сумели избежать встречи с машинами, которые искали их. Когда, наконец, они добрались до космопорта, то увидели, что корабль окружен. От прожекторов и ручных фонарей было светло, как днем. Генри остановился, пригнулся и ткнул пальцем в ближайшего робота.

— Не притворяйся, что ты не знал об этом. Или ты оставил эту доброжелательно настроенную группу в качестве сюрприза?

— Нет, я бы информировал вас об этом. Но как я знал, новость о том, что корабль окружен, огорчит вас и помешает действовать разумно.

— Вот я тебе сейчас дам разумно! — крикнул Сергеев и пнул робота, но ничего, кроме жгучей боли в ноге, не почувствовал.

— Как же мы попадем на корабль?

— Следуйте за мной, — сказал робот. — Захороненный корабль командора Сергеева находится вне кольца окружения. Я прорыл туннель под охраняемой площадкой. Вы можете пойти этим путем.

— У нас нет выбора. Пойдемте, командор.

Свет был ярким и последнюю сотню ярдов им пришлось проползти на животе в узкой канаве. Они устали, вымазались в грязи и вымокли, когда вползли в широкую водосточную канаву.

— Прибыли, — сказал робот-Генри. — Если вы подождете несколько минут, туннель будет выведен прямо сюда. А пока я прошу вас соблюдать полную тишину, так как в нашем направлении движется вооруженный человек.

— Мы можем захватить его, не подняв тревоги?

— Это возможно. Пожалуйста, соблюдайте тишину!

Едва они успели залечь за грязным откосом канавы, как послышались приближающиеся шаги. Человек держал в руке револьвер, но ничего не видел в темноте, как ни всматривался. Робот-Генри метнулся вперед и схватил человека за лодыжки. Прежде чем тот успел закричать или пустить в ход оружие, они очутились в канаве. Генри сильно ударил его в подбородок, человек согнулся и рухнул на землю. Лицо его обратилось наверх, к свету, и Генри радостно прошептал:

— Наш старый приятель-шериф. Я не мог ожидать ничего лучшего!

Под землей раздался громыхающий лязг и на поверхности появился вращающийся наконечник бура. Через несколько секунд в отверстии показался робот-бурильщик и остановился, вибрируя небольшими колесами.

— Быстро в туннель, — посоветовал робот-Генри. — Я потащу шерифа за вами. Должен предупредить, что туннель не закреплен и выдержит только три-четыре минуты, а потом обвалится.

— Черт бы побрал тебя и твои дешевые туннели! — крикнул Генри, ныряя в туннель.

Сергеев следовал за ним по пятам. Когда их ноги исчезли, в туннель полез робот-Генри, крепко держа вялое тело шерифа. Замыкал процессию робот-бурильщик. В канаве остался лишь боевой робот, неся охрану.

11

Путешествие оказалось не из веселых. Кровля туннеля царапала Генри спину. Внутри было темно и душно, а Генри и так устал. Казалось, этому не будет конца. Он явственно чувствовал вес породы над головой и знал, что может не доползти.

Потом туннель повернул, выровнялся, и Генри различил впереди свет. Последним усилием он добрался до входа в укрепленный туннель и ввалился в него. Ожидавший в туннеле робот отряхнул с него грязь, затем выдернул из отверстия, как пробку из бутылки. Генри с шерифом вылезли из туннеля только наполовину, когда тот обвалился. Мужчины могли только в изнеможении сидеть, пока роботы откапывали шерифа.

— Я подумал, что, может быть, вы захотите холодного пива, — сказал робот, появляясь из соединительного туннеля с подносом, на котором стояли две запотевшие бутылки. — Как вы думаете, командор присоединится к вам?

Командор Сергеев пробормотал что-то невнятное и схватил одну из бутылок. Отбив горлышко, он поднес бутылку к губам и наполовину опустошил ее, прежде чем остановился перевести дух. Генри выпил свою бутылку не спеша, маленькими глотками.

— Ваш корабль вон там, командор, — указал он Сергееву. — Захоронен, но цел и невредим. Может, вы присоединитесь ко мне, пока мы не извлечем его?

Отдых и пиво значительно улучшили настроение командора.

— Буду счастливо побыть с вами. Кажется, я на всю жизнь набегался под землей.

Охая, они встали и направились по туннелю к кораблю Генри. Прежде чем подняться наверх и переодеться в чистую одежду, Генри дал корабельному компьютеру тщательные инструкции относительно шерифа. Он сидел в кресле, задрав ноги, читал письменный доклад компьютера и жевал сэндвич, когда к нему присоединился Сергеев.

— Садитесь и заказывайте, что вам нравится, командор, — предложил Генри, кивнув в сторону кресла. — Я рад, что удалось найти одежду вашего размера.

— Размера — да, но не материала. Я не нашел ничего, кроме отвратительной клетчатой ткани, из которой сшита ваша одежда. — Сергеев глянул в меню, протянутое ему роботом. — Что за доклад вы читаете?

— Разгадка тайны этой планеты. У шерифа в крови достаточное количество ДШПП или тараксеина, как иначе называется это вещество. Анализы указали на его источники.

Командор отметил в меню свой выбор, вернул его роботу и, нахмурившись, взглянул на Генри.

— Вы сошли с ума? — спросил он.

— Не я, а шериф. Этого человека на других планетах посчитали бы психически больным. Вам известно, что такое параноидальная шизофрения?

— Разновидность психического заболевания. Какое это имеет к нему отношение?

— Шериф болен ею, — объяснил Генри. — Параноики живут в вымышленном ими мире и не доверяют никому. В одной из форм этого заболевания жертва страдает манией преследования: человек убежден, что весь мир настроен против него. Он может действовать разумно, но не всегда.

— Вы хотите сказать…

— Точно. Все мужчины на этой планетке — душевнобольные, и им требуется лечение. При паранойе одна мысль нарушает строгий психологический порядок, она берет свое начало в детских конфликтах и тому подобном. Возможно, сложившийся здесь уклад жизни — лишь спусковой крючок для болезни, которая вызывается явно химическими причинами. Причины эти заключаются в нарушении коры головного мозга. Тараксеин антитело, производится организмов в ответ на вторжение инородных веществ. Похоже, он уничтожает не только болезненное начало, но и причиняет вред самому мозгу.

Командор зевнул.

— Вы хотите сказать, что этот… тараксеин или как он там называется?.. делает человека психически больным и причиняет вред? Если это так, откуда же он берется?

— Компьютер еще не закончил анализы, но уже обнаружил микроорганизмы, на которые можно возложить ответственность за это. Эти простейшие — очень слабые бактерии, и они, очевидно, медленно проникают в ткани человеческого организма. Но эта форма инфекции — худшая из всех, подобная проказе, так как ее действие такое медленное и слабое, что организм не замечает ее и не борется. Эти бактерии медленно и упорно накапливают силы, пока организм борется с другими врагами, и постепенно вырабатывают тараксеина достаточно для того, чтобы возникло заболевание.

— И сколько они действуют?

— Должно быть, около тринадцати-пятнадцати лет. Я встретил пятнадцатилетнего мальчика, у которого уже были признаки этого заболевания.

— А женщины и девочки?

— У них, должно быть, природный иммунитет — это самое логичное объяснение, поскольку бактерии существуют всюду…

— Тогда надо их уничтожить! — потребовал Сергеев.

— Успокойтесь. Конечно, мы сделаем это, но вспомните, результат станет известен только через пятнадцать лет. Наше преимущество в том, что мы знаем причину. С Форбунга прибудут врачи и возьмут дело в свои руки.

Сергеев схватил огромный сэндвич, принесенный роботом, откусил огромный кусок, а остатками махнул в сторону Генри.

— В ваших рассуждениях есть слабое место. Если эта болезнь так широко распространена, тогда бактерии должны быть и в мясе. Почему же на Форбунге нет никаких признаков этой болезни?

— Очень просто. Замораживание мяса убивает почти все организмы, не привыкшие к таким условиям. Ведь мясо отправляется отсюда замороженным и летит несколько месяцев. Других контактов с этой планетой Форбунг не имеет.

— Это разумно, — нехотя согласился Сергеев, приканчивая сэндвич и посылая робота за другим. — В таком случае, мне придется остаться здесь, пока не выкопают мой корабль. Местные жители больны, их надо лечить. А когда их вылечат, а проведу полную перепись населения. Это моя работа.

— Для них наступит лучшая жизнь. Дети уедут учиться, потом вернутся строить более разумное общество. Они сделают это скорее, чем чужаки. — Генри криво улыбнулся. — Это очень трогательно.

— Что? — спросил командор, более заинтересованный новым сэндвичем и бутылкой пива, чем разговором.

— Дети. Дети всегда бунтуют, пока молоды, свысока смотрят на старое поколение. Про них нередко думают, что они слишком тупы, чтобы понять идеи своих отцов. Но на Олагтере дети п_р_а_в_ы!

* * *

Потом было сказано еще много речей, церемония заканчивалась. Кадеты выходили из строя, высоко подняв головы, и получали документы об окончании училища. Один за другим проходили они простую церемонию, пока она не завершилась.

ВСЕ, они больше не кадеты!

— Патрульные, я приветствую вас, — сказал командор и голос его потонул в радостных криках. Эхо отражалось от купола крыши, стихнув только тогда, когда юноши выбежали навстречу своим назначениям и своей судьбе.

Командор остался один, думая уже о новых воспитанниках, которые прибудут на следующий день….

Они проходят из зала, с Земли, распространяясь по планетам и звездам Галактики, и в этом помогут им верные свиньи, преданные роботы, надежные друзья-мужчины, путешествующие вместе с ними в космосе и помогающие в завоевании далеких звезд.

Рука об руку свиньи, роботы и люди твердо шагают в удивительное будущее.