Террористы космоса

( Звездный Волк - 15 )

Сергей Сухинов

Сергей Сухинов

Террористы космоса

Пролог. Город Красных Зорь

Дао и не заметила, когда пошел снег. Она медленно шла по улице огромного пустынного города, среди сотен небоскребов, уходящих в багровое небо своими изящными, вершинами, каждая из которых выглядела настоящим произведением искусства. И весь город Красных Зорь был тоже шедевром, созданным неведомым художником. Правда, город был еще далеко не достроен. Недоделки встречались довольно часто. Вот и сейчас Дао не заметила, как, зазевавшись, ступила правой ногой в лужу, и погрузилась ступней почти по щиколотку в ледяную воду, в которой плавали снежные сгустки.

Увидев это, Дао инстинктивно вскрикнула, а затем рассмеялась и покачала головой. Лужа… что ей какая-то лужа! Она ныне могла свободно прогуляться по дну океана, и не ощутить никакого дискомфорта. Ни огромные давления, ни вечный мрак и холод, ни подводные течения и коварство вязкого дна ничуть не пугали ее. Жаль, что на это планете не было океанов. Кажется, не было…

Ее привлек блеск витрины. Подойдя к огромному стеклу, девушка некоторое время с интересом разглядывала манекены, разряженные в пестрые вечерние туалеты, похожие на наряд из разноцветных птичьих перьев. Собственно говоря, это и были перья. Любопытно, на каких планетах обитают этакие райские птицы? Хотя, какая разница…

Поначалу платья понравились Дао. Но затем, критически оглядев их, девушка решила, что они излишне вызывающи и почти не прикрывают тело. А ведь на манекенах не было нижнего белья, если исключать кружевных трусиков. Пожалуй, ее друзья мужского пола могут счесть такой наряд вульгарным. Ну а подруги могут и жестоко высмеять, назвать дурочкой.

Как ни странно, но ныне, после Перерождения, многие прежде вполне приемлемые в жизни поступки стали казаться совершенно недопустимыми. Почему-то прежде Дао казалось, что в городе Красных Зорь должна царить невиданная свобода и быть может, даже разврат. Но ничего этого не произошло, и Дао ощутила нечто вроде разочарования, хотя вовсе не собиралась в этой, новой своей жизни пускаться во все тяжкие. В городе Красных Зорь царили аскетические, пожалуй, даже немного ханжеские нравы. А вернее, здесь было всем на всех наплевать, каждый жил своей жизнью и ничуть не зависел от окружающих. Возможно, каждая за дверью каждой обитаемой квартиры скрывался свои Содом и Гоморра, но никому до этого не было дела.

Поразмыслив, Дао все же решила зайти в бутик. Снег усилился, мокрые снежинки норовили попасть в глаза, чтобы растаять на кончиках ресниц и потечь по щекам, словно слезы. Это ничуть не грозило ее здоровью, было просто неприятно. А ведь в той, прошлой жизни Дао часто болела простудными заболеваниями, и у нее был хронический гайморит. На лечение она тратила кучу денег, и порой на Рождество из-за этого она не могла купить себе хороший подарок. Сейчас, правда, денег у нее вообще не было, да это неважно.

Дао толкнула стеклянную дверь и вошла в небольшой, уютный магазин. На вешалках висели вечерние дамские туалеты, один роскошнее другого. Вдоль мерцающих стен стояли хрустальные столики, на которых были аккуратно расставлены изящные футляры с драгоценностями.

В первые годы своей жизни в городе Красных Зорь она обожала шопинг. С огромным клетчатым чемоданом (Дао просто нигде не могла найти подходящую по размеру сумку) девушка носилась по бесчисленным магазинам, универмагам, бутикам, ювелирным лавкам и прочим райским местам, и набивала чемодан всем, на что ложился ее жадный, неизбалованный роскошью глаз. Да разве она одна! То там, то здесь на улицах ей встречались горожане, люди и гуманоиды нескольких рас. Они бегали точно с такими же чемоданами, из которых торчали клочки разноцветных тряпок. Иногда замки не выдерживали, а на мостовые вываливались груды одежды, смешанные с драгоценностями, изящными статуэтками и всем таким прочим. Собирать все это с мокрой мостовой (а в городе Красных Зорь часто шли дожди) никому не хотелось, поэтому груды вещей оставались лежать на мостовой, пока их не убирали юркие роботы-дворники.

Однако со временем это приятная охота за роскошью перестала возбуждать азарт в Дао. Она и в прежней жизни не болела вещизмом, а здесь, в городе Красных Зорь, это и вовсе оказалось пустым делом. Ее немногочисленные подруги одевались в точно таких же бутиках и носили такие же роскошные драгоценности, которые в той, прежней жизни, стоили бы целые состояния. Но здесь это не имело никакого значения. Молодые люди из их компании первыми поняли это, и стали приходить на вечеринки не во фраках и даже не в костюмах, а в простых допотопных джинсах и футболках. Но девушки пока держались — уже не из-за вечной борьбы за мужчин, а просто из гордости.

Дао стала поочередно примерять вечерние туалеты и критически осмотрев их, вновь вешала на место. Чепуха, слишком пестро. А вот из украшений ей пригляделось изящное колье из звездного жемчуга. Когда мать подарила ей очень похожее колье, только из дешевого речного жемчуга. Господи, как же давно это было…

Дверь слегка скрипнула, и свет под потолком мигнул. Дао обернулась и увидела, что в магазин вошел мужчина в длинном синем пальто и широкополой шляпе. Они были покрыты мокрым снегом. Поверх пальто шею незнакомца окутывал длинный белый шарф.

Дао удивилась. В ее квартале жило совсем немного мужчин человеческой расы, и со всеми она была хотя бы шапочно знакома. Большинству из них не было и тридцати лет, то есть почти столько же, сколько и ей сам ой, хотя она и выглядела почти девчонкой. А незнакомцу было на вид хорошо за сорок. Он был высок ростом, темноволос, с довольно приятным, хотя и явно синтезированным лицом. От ямочки на раздвоенном подбородке Дао уже тошнило — она встречалась почти у каждого второго мужчины, кто решил в этой жизни расстараться со своей прежней внешностью. Почему-то мужчины полагали, что раздвоенный подбородок делает их более сексуальными!.. Пожалуй, только глаза мужчины привлекали: грустные, уставшие, но в то же время и довольно жесткие. «А этот человек, наверное, способен на все», — подумала девушка.

Мужчина скользнул по ней холодным взглядом, коротко кивнул и, даже не пытаясь заговорить, направился к ювелирным столикам. Пройдясь вдоль стен, он остановился возле одного из хрустальных столиков и протянул к нему руку. Пальцы естественно уткнулись в хрустальное стекло. Незнакомец попытался его приподнять, чтобы взять понравившееся ему украшение, но не смог. Дао знала, в чем тут дело — сбоку столика имелся маленький замочек, его надо было нажать дважды, и стекло само бы открылось.

Но мужчина явно не был посвящен в подобные тонкости, известные любой женщине. Он глухо выругался, а затем обрушил на столик мощный удар кулака. Стекло разлетелось на десятки острых осколков.

На ладони незнакомца появились глубокие порезы. Кровь брызнула на его одежду, закапала на пол. Чертыхнувшись, мужчина пытался остановить кровь носовым платком, но не смог. Тогда он схватил другой рукой коробку с украшением, не глядя сунул ее в карман пальто и, повернувшись, зашагал к выходу.

— Эй, подождите! — крикнула ему вслед Дао.

— Ну, что там еще? — буркнул мужчина, но все же остановился.

Дао приветливо улыбнулась ему

— Кажется, вы поранились. Помощь не нужна?

Мужчина поморщился.

— Пустяки. Вы же прекрасно знаете, что все это — пустяки. Хотите, покажу вам чудо?

Он поднял окровавленную ладонь и пристально стал смотреть на нее. Спустя несколько секунд кровь перестала течь, а чуть позже исчезли темные пятна на пальто.

— Могу починить и стекло, если это так важно, — с подчеркнутой любезностью произнес мужчина, но, судя по его взгляду, он здорово разозлился.

— Простите, я сказала глупость, — с обезоруживающей улыбкой ответила Дао. — Просто я очень удивилась, когда в женский бутик вошел мужчина. Сто лет сюда хожу, и никогда не видела, чтобы представители сильного пола интересовались женскими безделушками!

Мужчина усмехнулся и натянул на зажившую руку перчатку.

— А я ими и не интересуюсь. Честно говоря, меня куда больше интересует женщина, которой я хочу подарить эту штуку. У нее сегодня день рождения, так что нужно было раздобыть какой-нибудь подарок. Осталось теперь найти цветы. Здесь поблизости есть цветочный магазин?

Дао кивнула.

— Конечно. На углу нашего квартала их целых два. Самые изысканные букеты, составленные из цветов, что произрастают в разных частях Галактики. Мои кавалеры обожают дарить экзотические букеты, но я предпочитаю обычные розы с Земли. Розовые розы.

Незнакомец кивнул.

— Знаю. Я ведь тоже родом с Земли. Хотя это было давно, очень давно…

Он вдруг с интересом оглядел Дао с ног до головы. Девушка слегка покраснела. Она была одета в свою любимую стеганную короткую куртку и синие облегающие брюки, заправленные в короткие сапожки. Всю остальную верхнюю одежду, которая одно время занимала целую комнату в ее квартире, Дао однажды выбросила в мусорный контейнер. Правда, тогда было жаркое лето, а сейчас, осенью, куртка уже не защищала ее от холода и пронизывающего ветра, что в это время года почти постоянно дул со стороны Фабрики.

— Как вас зовут? — внезапно спросил мужчина.

— Дао.

— Красивое имя… Кажется, оно как-то связано с древней терранской философией?

Девушка кивнула.

— Рикард, мой прежний приятель, однажды рассказывал мне об этом. Он раскопал в библиотеке старые книги с Земли. Оказалось, что Дао — это одно из основных понятий древнекитайской философии. Была некогда на Земле такая великая страна, Китай, не слышали? В конце 22 века другая великая страна — США, уничтожила всех китайцев с помощью особых нана-вирусов, которые не трогали людей других рас.

Незнакомец кивнул.

— Я что-то слышал про эту первую и последнюю нана-войну. Кажется, китайцы создали тоталитарный коммунистический режим, который угрожал всему свободному миру. Хорошо, что их вовремя остановили демократические страны! Потомков китайцев нет ныне ни одной планете, и слава богу. Только коммунистов сейчас не хватает в Галактике! Говорят, эти уроды пожирали собственных детей, а все жены у них были общими.

Девушка внимательно посмотрела на гостя. Невозможно было понять, шутит он или говорит серьезно.

Она продолжила:

— Рикард сказал, что дао — это путь человека, его нравственное поведение, а также первопричина вселенной, ее таинственные закономерности, целостность жизни. Вот так написано в Энциклопедии Земли. Но ко мне это не имеет никакого отношения. Это я-то — первопричина Вселенной, ха-ха!..

Голос Дао сорвался на всхлипывания, и девушка отвернулась, чтобы скрыть выступившие на глазах слезы. Вскоре она почувствовала мужские руки на своих плечах.

— Тогда зачем вы выбрали себе такое странное имя?.. Хотя, признаюсь, оно вам идет. Вы такая… хрупкая, изящная, словно фарфоровая статуэтка.

Дао улыбнулась сквозь слезы.

— Да уж, статуэтка… Если хотите, я покажу вам ближайший цветочный магазин и помогу выбрать букет для вашей дамы. Мужчины всегда теряются перед такими простыми вещами.

Они вышли из бутика. Дао чуть задержалась, и наскоро восстановила разбитое стекло. Не то, чтобы это было так важно — просто кто-то мог случайно пораниться и испортить себе настроение.

На улице стало еще темнее и холоднее. В высоком небе носились багровые тучи. Снег почти перестал, и мостовая сразу же очистилась от луж.

Мужчина поднял голову и с интересом взглянул на верхушки небоскребов. Как всегда, даже в полночь, они переливались всеми оттенками красного и розового цвета.

— Красиво… — наконец, сказал он. — Но куда же я забрел, не могу понять. Моя дама живет в квартале 605–7–11. Но там, кажется, небоскребы были чуть пониже, да и выглядели они снизу иначе.

Дао удивилась.

— Конечно — ведь это совсем другой квартал! Ваша дама живет почти в миле отсюда. Смотрите!

Она указала в сторону Фабрики. За высокой каменной оградой виднелись бесконечные ряды заводских корпусов. В нескольких местах из высоких труб в воздух то и дело выбрасывались факелы пламени и дыма.

— Видите самую высокую трубу? Напротив нее и находится квартал 605–7–11.

— Ого! Далековато.

— Да — если идти пешком. Но вы такую погоду, да еще поздно веером это не самая хороша идея. Вы можете прибыть туда очень быстро. Ну, вы меня понимаете…

Дао запнулась, словно сказала что-то неприличное. Мужчина пристально взглянул на нее.

— Вы хотите сказать — я могу туда полететь?

— Конечно. Как все… Вы можете с помощью радиобраслета вызвать аэрокар. Ими сейчас редко пользуются, но они в городе есть. А можно все-таки…

Она вновь замолчала, но мужчина понял. Он крепко взял ее в руку, и легко взмыл в воздух.

Дао вскрикнула. Разумеется, она умела летать, как и все жители города Красных Зорь, но это не доставляло ей ни малейшего удовольствия. Если бы это был полет, подобный свободному парению птицы! Но это нечто другое…

— Отпустите! — сердито крикнула она, но мужчина, казалось, даже не расслышал ее слов.

Они летели вдоль стены одного из небоскребов, так близко от окон, что к ним можно было при желании притронуться рукой. Многие окна, разумеется, были темными — ведь в городе еще было очень мало жителей. Но там, где горел свет, Дао увидела то, что ожидала: одиноких людей, мужчин и женщин, сидевших возле телевизоров или ужинающих на кухне. Лишь кое-где встречались парочки, и они занимались любовью. А в одной из квартир, под самым куполом небоскреба, развлекались сразу несколько человек, мужчин и женщин.

Мужчина затормозил и некоторое время разглядывал клубок из голых тел, что плыл над полом то сжимаясь, то разжимаясь. Под потолком брызгала лучами цветоустановка, даже через толстое стекло наружу доносилась ритмичная секс-музыка, модная в этом месяце.

— И охота вам подглядывать, — нервно сказала Дао, старясь не смотреть на оргию. — Кажется, вы спешите на свидание к своей даме? Не теряйте время зря.

Кто-то из любителей группового секса высунул голову из клубка тел и приглашающее махнул им рукой. Мол, присоединяйтесь!

Мужчина рассмеялся:

— Дао, хотите, сольемся с этими людьми в общем экстазе? Ладно, шучу. Вы девушка серьезная, поэтому, наверное, и одинокая. А разве вы не знаете, что говорит Один нам подобным существам: соединяйтесь и размножайтесь! В городе уже появились около сотни детей — первых детей нового сообщества! Они уже свободны от наших воспоминаний и фобий, они могут по-настоящему наслаждаться свободой, которую не знал еще ни один человек со времен Сотворения Мира. Уж они-то вряд ли станут бродить по грязным и мокрым улицам, вместо того чтобы летать в воздухе! А вы, наверное, даже в свою квартиру поднимаетесь на обычном гравитационном лифте.

— Да, я предпочитаю лифт, — сердито отозвалась Дао. — Может, это глупо, но этот так. И все мои приятели тоже предпочитают ходить на работу пешком, и только на территории Фабрики пересаживаются на скоростные поезда, чтобы добраться до своего сектора. Ну отпустите же меня!

Мужчина выпустил руку, и Дао едва не начала падать, но все же сумела принять горизонтальное положение. Оттолкнувшись от стены, она полетела в сторону своего дома, даже не попрощавшись со своим странным спутником.

Отсюда, с высоты сто десятого этажа, город выглядел как ущелье красных и розовых скал. Там, внизу, царила мгла, лишь кое-где озаряемая огнями фонарей. А вот окон горело не так мало, как ей представлялось. Каждый день на планету прибывали несколько сотен Перерожденных, и они потихоньку засеяли пустующие квартиры. Возможно, лет через сто город Красных Зорь заживет полноценной, бурлящей жизнью, и по улицам будут сновать толпы прохожих, так же как и в ее родном Чикаго. Хотя не исключено, что к тому времени все, в том числе и такие же первопоселенцы вроде нее, предпочтут летать по воздуху.

Она повернула голову направо и вздрогнула. Фабрика напоминала необъятную металлическую пустыню, над которой то и дело в воздух вздымались клубы дыма и огня. Дао и понятия не имела, что производилось в тысячах цехов этой громадины, и даже думать об этом не желала. Мэр-компьютер предоставил ей жилье здесь, на заводской окраине города и сделать с этим ничего было нельзя. Она старалась как можно реже выходить на лоджию, вот и все.

Наконец, вперед показался хорошо знакомый небоскреб. Его купол напоминала грот, испещренный десятками овальных пещер. Иногда в этих пещерах вспыхивали синие огоньки, оттуда доносились сдавленные крики и пение. Однако вряд ли в куполе кто-то жил. Скорее, это был изыск архитектора. В доме было немало подобных чудных особенностей, словно бы его строителям обладали извращенным воображением. Но ничего, жить можно.

Дао чуть спустилась до уровня семьдесят пятого этажа и, наконец, приземлились на своей обширной лоджии, по обе стороны которой стояли нелепые мраморные колонны. Она уже и не помнила, когда таким образом возвращалась в свою квартиру, но не спускаться же сейчас вниз, к лифтовым кабинкам!

Оконная дверь была, разумеется, заперта изнутри, так что девушке пришлось снять кроссовку и разбить стекло. Стекло можно было разбить и рукой, но одна мысль о кровь и ранах была ей неприятна, хотя опасности в ее нынешнем состоянии не было никакой.

Квартира располагалась на трех уровнях. Дао сразу же направилась в ванную, с брезгливостью сдирая с себя мокрую одежду и бросая ее сразу на пол. Робот уборщик, что-то ворча по своему обыкновению, полз вслед за хозяйкой и собирал вещи.

Дао забралась в цилиндрическую кабинку, включила душ и под горячими струями воды сразу же почувствовала себя лучше. Вода смывала не только пот, но и воспоминания от этого нелепого дня, который принес ей очередные разочарования.

Она работала в Оранжерее, где выращивались фрукты и ягоды с многих обитаемых миров. Оранжерея напоминала огромный тропический сад, в котором круглые сутки светило горячее солнце, было тепло и уютно. Дао отвечала за учет выращенных комнатных растений, которые затем развозились роботами-посыльными по многих квартирам города. Работа была несложная и довольно приятная, поскольку вокруг было немало живых растений. А с некоторого времени растения были ей куда приятнее, чем люди.

Живых растений? А с чего она взяла, что растения были живыми? Ведь не были же живыми обитатели города Красных Зорь, и она в том числе. Нет, разумеется, они были живыми, поскольку имели душу и воспоминания о той, прошлой жизни. Но все остальное…

Дао посмотрела на себя. Ничего не скажешь — довольно красивое тело. Упругая белая кожа, тонкая талия, в меру тяжелые бедра — мужчины любят такие попки. Вот разве грудь немного отвисла: увы, все — таки ей уже не двадцать лет… И на коже появились прыщики. Фу, и как это она себя так запустила в последнее время?

Дао зажмурилась и сосредоточилась на мысленном образе своего тела — уже без замеченных ею недостатков. Открыв глаза, она увидела, что грудь приподнялась и отвердела — такой она была лет десять назад. Прыщики тоже исчезли, даже странно, что они вообще появились. Ноги… А что ноги? Нормальные ноги. Тэд считает их красивыми, другие мужчины тоже с удовольствие смотрят ей вслед, так что ноги трогать не стоит. А то она и сама не заметит, как превратится в суперкрасавицу. А ведь она никогда красавицей не была! Только дай себе волю, как делают многие ее знакомые женщины, и мигом забудешь, кем ты была раньше…

Дао судорожно сглотнула. Ей захотелось плакать от одного этого слова «раньше». Здесь, в этом городе, оно звучало порой зловеще!

Раньше она была человеком из плоти и кожи. Не самым совершенным, но все же человеком. А сейчас…

Дао снова закрыла глаза, отдала себе приказ — то, что им было категорически запрещено делать, а потом снова открыла глаза. И не увидела ничего! Вода хлестала из душа и проходя сквозь воздух, с шумом падая на пол кабинки. Ни одна струйка не отклонилась от своей траектории, будто в кабинке никого не было!

Девушка снова всхлипнула и провела руками по своему телу. Вернее, мысленно провела руками по своему несуществующему телу. Поначалу она ничего не почувствовала, и в который уже раз ощутила панический ужас. Но затем усилием мысли вернула себе прежний облик — и сразу же ощутила кончиками пальцев каждую шероховатость на своем теле, пульсацию крови в жилах, легкую, тянущую боль внизу живота (завтра у нее должны были начаться месячные) — словом все, что ощущала прежде, когда жила на Земле.

Дао была энергочеловеком — таким же, как и сорок тысяч первых обитателей города Красных Зорь. Что такое энерголюди, она и сама толком не понимала. За пять с лишним лет, что она прожила на этой планете, Дао изучила только крохотную долю своих новых возможностей.

Она могла при желании принять любую псевдоматериальную форму, в частности, форму своего прежнего тела. Но это было не обязательно — она могла жить в виде любого другого тела или материального объекта, скажем, стула. А могла и вовсе обходится без оболочки, как сейчас. Ее энергическая структура при этом сохранялась, а все остальное не имело жизненно важного значения.

Она могла есть, пить, заниматься любовью с себе подобными энерголюдьми, ходить на работу и делать вид, что занимается некой важной для общества деятельностью. Но могла этого всего и не делать, никто бы ей и слова не сказал. Денег в городе Красных Зорь не существовало, все магазины были завалены товарами с многих галактических миров — бери, не хочу. Поначалу она и брала, а теперь чаще не хотела.

Дао обладала бессмертием и полной свободой передвижения. При желании она могла превратиться в ракету и отправиться в далекое космическое путешествие. Но она могла странствовать по Вселенной и в виде сгустка энергетического замкнутого поля, существенного значения это не имело.

Она могла… Дьявол, в том — то и дело, что она могла решительно все! Будучи человеком, она была слабой и уязвимой, подверженной болезням, стрессам, старению и всем прочим сомнительным радостям бытия, не говоря уже о неизбежной смерти. Сейчас ничего из этого (за исключением стрессов) ей уже больше не грозило. Войдя в огненную печь Чистилища и пройдя процедуру Превращения, она рассталась не только с прежним, хрупким и уязвимым телом, но и со многими прежними проблемами. Ей пообещали, что в новой форме энергочеловека она не потеряет ничего из тех радостей, которые имеет любой обычный землянин, и не обманули. Она вовсе не превратилась в бесплотного человека-невидимку. Она сохранила свой разум и свою душу. Одним усилием воли она может воссоздать свое тело, вернее, его видимость, сотканную из тончайших силовых полей. Ее пять чувств по-прежнему дарят ей все радости жизни. Более того, при желании она может обрести еще сто других органов чувство, о которых прежде и не подозревала! Она может…

Да, она может многое, очень многое, почти все. Но не хочет. Пока не хочет…

Мысленно вздохнув, Дао мысленно выключила кран, и вода перестала течь. Ей было лень открывать дверцу души, и она вновь превратилась в невидимку. Она прошла сквозь стекло кабинки и инстинктивно мысленно потянулась рукой к полотенцу. И только потом вспомнила, что у нее сейчас нет тела, и вытирать ей нечего. В общем-то она вполне могло обойтись и без душа, просто привыкла, что по вечерам после работы надо идти в ванную.

В дверь позвонили. Дао поплелась в прихожую, что располагалась на среднем уровне квартиры, и только уже открыв дверь, вспомнила, что встречать гостей в невидимом состоянии — это верх неприличия.

На лестничной площадке стоял давешний мужчина в черном пальто. В руке он держал большой букет роз. Розовых роз, именно таких, какие ей нравились.

— Ох! — испуганно выдохнула Дао. — Вы! Как вы меня нашли?

Мужчина улыбнулся, глядя через нее, словно сквозь стекло.

— Мисс Дао, вы забыли надеть халат…

Взвизгнув от стыда, Дао словно вихрь помчалась назад. Оказавшись на третьем уровне, в спальне, она вернула себе свой натуральный облик в последнем варианте, с подтянутой грудью и без прыщиков на коже, а затем стала рыться в шкафу. Халат? Нет уж, дудки. Хотя она и выбросила массу ненужных тряпок, но все же десятка три вечерних туалетов у нее найдется.

Надев синее, с глубоким декольте платье, она с тоской уставилась в зеркало. Всколоченные волосы, лицо без следа грима, усталые глаза. Сколько же нужно времени, чтобы привести себя в порядок? В прежние времена на это ей редко хватало часа. Но сейчас она вспомнила, что нужно только закрыть глаза и пожелать стать такой, какой она хочет. В ее воображении тотчас возникли сотни вариантов возможного макияжа. Она торопливо подобрала более или подходящий вариант своей «боевой раскраски», полюбовалась на свое новое, преображенное лицо, надела немного драгоценностей, а потом побежала к лестнице.

Мужчина стоял посреди гостиницы, продолжая держать букет. Он был одет в безукоризненный черный смокинг. Джентльмен, да и только, — констатировала не без удовольствия Дао. Не чета моим знакомым охламонам, которые до того распустились, что уже и футболки не всегда заправляют под брюки.

— Ого, а вы — красавица! — улыбнувшись, сказал незнакомец. — Надеюсь…

— Все натуральное, можете не беспокоиться, — кивнула Дао. — Я не люблю ничего искусственного… Как ваше имя?

— Смит, — ответил гость. — Зовите меня просто Смит. Не весть какое оригинальное имя, зато легко запоминается. Я рад, что мы встретились, мисс Дао!

Он вручил девушке цветы, и та поставила ее в вазу, а потом отдала мысленный приказ и ваза наполнилась водой.

— Садитесь, Смит, — сказала она, указывая на кресло, похожее на морскую раковину. — Хотите вина?

— Да. Лучше что-нибудь с виноградников нашей родной Земли. Как насчет шампанского?

Дао замешкалась. В ее баре были десятки видов вид, но шампанское… Нет, этого вина она вообще никогда не пробовала, хотя что-то про него слышала.

Поняв причину ее замешательства, Смит сунул руку в карман брюк, и словно фокусник вытащил оттуда бутылку с длинным горлышком, закутанным в серебристую фольгу. Из другого кармана он извлек солидных размеров серебристое ведерко со льдом.

— Простите, но у меня просто не было другого выхода, — немного смущенно сказал он. — Сам терпеть не могу подобные штучки!

— Ничего, — улыбнулась Дао. — Это я виновата, вы здорово меня поддели с шампанским… Давайте выпьем за знакомство!

Смит умело открыл бутылку и разлил шампанское по высоким бокалам. Они выпили, изучающее глядя друг на друга.

«Черт, да у меня добрых два месяца не было мужчины! — пронеслось в голове девушки. — Тэд в последнее время стал совсем невыносим, только и говорит о своих космических проектах… А ведь мне от него надо совсем другое: немного тепла и заботы. Смит… хм-м, почему бы и нет? Этот мужчина совсем другой, чем зануда Тэд. Смит явно куда серьезнее и основательней, и это мне нравится».

— Выходит, я невольно украла вас у вашей дамы? — после паузы с натянутой улыбкой произнесла Дао.

— Так уж получилось, — пожал плечами Смит. — Сам не понимаю, почему полетел вслед за вами. Там, в бутике, вы больше походили на мокрого воробышка. А сейчас я вижу, что вы прекрасны, и вполне соответствуете вашему амбициозному имени. Дао! Я никогда не встречал женщин с таким чудесным именем… Вы любите заниматься любовью с незнакомцами?

Дао внезапно ощутила прилив желания. Этот человек был редким нахалом, но ей определенно нравился. Да и зачем упускать шанс наконец-то избавиться от постылого одиночества?

— Нет, я не хочу отдаваться первому встречному, — наконец нежно промолвила она. — Но разве ныне это — проблема? Давайте откроемся друг другу, Смит! Я хочу знать о вас все — разумеется то, что вы готовы открыть постороннему человеку. В свою очередь я готова вам открыться. А потом мы сразу же ляжем в постель. Честно говоря, я вся дрожу от желания.

Гость задумчиво пожевал губы.

— Открыться… В принципе, я не против. Но видите ли, моя работа запрещает мне делать подобные вещи. Я — инспектор, и прибыл в город Красных Зорь по служебным делам. А это обязывает меня к известной сдержанности.

— А-а, инспектор, — разочарованно произнесла Дао. — И чего же вы инспектируете? Наверное, Фабрику? Уж не знаю, что она изготавливает, но имейте ввиду: трубы порой так дымят, что все небо над городом покрывается плотной серой дымкой! А иногда сквозь окна проникает глухой грохот, словно где-то вдали стучат сотни кузнечных молотов. Здесь, на окраине, от всего это становится просто невозможно жить!

Смит покачал головой:

— Боюсь, вы просто мнительны, мисс Дао. Во-первых, кузнечных молотов на Фабрике не сотни, а десятки тысяч. А во-вторых, силовая ограда, что находится невдалеке от вашего дома, гасит все звуки и вибрации, что идут со стороны цехов, и не дает вредным выбросам попасть в город Красных Зорь. Если бы ограда отключилась хотя бы на час, тот вы бы быстро оглохли и задохнулись от гари. Со временем мы непременно перенесем Фабрику в другую часть планеты. Но сейчас есть то, что есть.

— Хорошо, — нетерпеливо сказала Дао. — Раз инспекторам запрещено открываться, то я сделаю это сама. Не хочу, чтобы вы обнимали постели девушку, о которой ничего не знаете. Приготовьтесь, Смит!

Она вновь закрыла глаза и, глубоко вздохнув, распахнула створки двери, что вели в ее мозг, в те его потаенные уголки, где хранились ее самые драгоценные воспоминания. Первые смутные образы родительского дома в Канзасе, ее комната с окнами, выходящие в яблоневый сад, куклы, разбросанные по мягкому ковру, теплые, заботливые руки матери… Первая девичья влюбленность в соседского мальчишку Энди, хулигана и задиру, который ей почему-то казался смелым и благородным рыцарем…. Колледж, частые пропуски занятий вместе с развеселой кампанией обалдуев… Первый поцелуй, тисканья на заднем сиденье машины, потеря невинности на какой-то пьяной вечеринки — она так и не узнала, кто из троих ее приятелей имел счастье первым лишить ее девичества… Недолгая учеба в технологическом институте, смерть родителей в автокатастрофе, разорение… Неудачи во всех ее начинаниях, частая смена мест работы, череда парней, которые попросту использовали ее и бросали при первом удобном случае… Внезапно появившаяся боль в левом легком, страшный диагноз врачей… Безуспешные попытки занять у родственников деньги на дорогостоящую операцию, отчаяние, слезы, одиночество… Твердое решение покончить с бессмысленной, беспросветной жизнью… И тот удивительный, трагический момент, когда она плыла на лодке по озеру Мичиган, и на дне лодки лежал тяжелый камень и крепкая веревка. Тогда она думала только об одном: как сделать так, чтобы умереть в полном одиночестве, чтобы вокруг была только природа, и она. Но вдруг в ее сознании зазвучал мужской, бархатистый голос и сделал ей предложение, от которого она не смогла отказаться…

Разумеется, в этом уголке памяти хранились лишь тщательно отобранные и отредактированные воспоминания, предназначенные для чужого взгляда. Дао убрала оттуда очень многое. И неприятный случай в детстве, когда она отравила соседского пса, досаждавшего ей своим бешенным лаем, и оргии в колледже, когда она впервые попробовала наркотики, и участие в ограблении магазина, и ее сексуальные опыты с «розовыми» подругами, и многое другое. Впрочем, так поступали все, никто и никому до конца не раскрывал душу. Да и зачем это было нужно?

Наконец, она открыла глаза и посмотрела на гостя. К ее удивлению Смит что-то торопливо записывала на своем карманном компьютере. Уловив ее возмущенный взгляд, он со смешком пояснил:

— Простите, Дао, но я не могу забыть о своем профессиональном долге. Ведь я — инспектор, и поэтому мне интересно решительно все, что касается личной жизни города Красных Зорь. Ваши воспоминания… это отличная подборка. Три года назад, когда я был здесь в последний раз, подобные вещи передавались в плоском изображении, с примитивным монозвуком, монтаж страдал многочисленными накладками. Сейчас же — совсем другое дело!

Дао нахмурилась и нервно стала потирать руки — была у нее такая дурная привычка.

— И это все, что вы почувствовали, Смит?

Мужчина слегка смутился.

— О, простите… Я понимаю, что вы раскрылись передо мной, открыли интимные уголки своей души. Благодарю! Теперь я знаю, с кем меня свела судьба. И ваши вкусы и привычки я тоже знаю…

Он внезапно вскочил с кресла и грубо набросился на Дао. Выкрикивая какие-то непристойности, он содрал с ее вечернее платье, и дрожащими от нетерпения пальцами начал рвать тонкое кружевное белье. Девушка отчаянно сопротивлялась, звала на помощь, кусалась…

Но мужчина, естественно был намного сильнее и, лишившись последнее детали своего туалета, она сдалась. А затем погрузилась в наслаждение. Этот мужчина был опытным любовником, он правильно воспринял те картины секса, которые она ему показала. Она любила смесь дикой, необузданной мужской страсти с периодами нежности, когда ее истерзанное тело на время превращалось в скрипку, на которой умелый мастер мог извлечь мелодию любви. Но однообразие ее утомляло, и она начинала жаждать, чтобы ее с грубой руганью сбросили с пьедестала богини в грязную канаву похоти… Такие привычки они приобрела еще в колледже, когда ее имели сразу несколько студентов по очереди, и ныне не собиралась менять свои привычки.

Когда она изошла в третий раз, то силы покинули ее. Дао открыла глаза и увидела, что лежит здесь же в гостиной, на ковре.

— Прекрасно… — прошептала она пересохшими губами. — Прекрасно — для начала. А теперь отнесите меня на верхний уровень, в спальню. Там нам будет удобнее… Какая удача, что завтра выходной день! У нас масса времени, и не хочу терять ни одной минуты без наслаждения.

Она подумала: а ведь в ее новой жизни есть свои приятные стороны! Прежде ее партнеры, обычные земные мужчины, выдыхались после часа, максимум двух страстной любви, а дальше от них не было никакого толку. Энергомужчины могли заниматься любовью, сколько хотели. Другое дело, что они почему-то обычно вообще ничего не хотели, и зачастую избегали женщин. Новый мир предоставил для мужчин столько удивительных возможностей, что им было не любви.

Джон присел на полу и с хрустом потянулся. Он оказался отличном сложенным мужчиной, с сильными мышцами, но не чрезмерно большими, чем иногда злоупотребляли ее прежние партнеры.

— Спальня — это чудесно, — сказал он, с улыбкой глядя на разнеженную подругу. — Но уж слишком традиционно для расы хомо сапиенс. А ведь мы с вами принадлежим к совсем другой расе — властелинов космоса! Мы ведь даже не люди… Хотите, я научу вас, как принимать вид многих других разумных существ? Их сексуальные обычаи весьма любопытны, и подарят вам совершенно иные эмоции. Кстати, у некоторых галактических рас есть органы чувств, которые включаются только при половом контакте. Люди по сравнению с ними — просто грубо совокупляющиеся дикари!

Дао поморщилась.

— Мне уже предлагали сделать нечто подобное. Фу, по-моему, это не слишком эстетично! Жители других планет выглядят порой словно чудовища из кошмарных снов…

— Поверьте: когда вы превратитесь в одно из таких «чудовищ», ваше мироощущение изменится, — пообещал Смит. — Ха, быть может, вам даже не захочется возвращаться в прежний человеческий облик!.. Шучу, шучу. Но ведь и это — еще далеко не все, на что вы теперь способны, Дао! Любовь невидимок, чистых сгустков энергополей — это еще более упоительное занятие, чем может себе представить любое разумное существо во плоти и крови. Дао, такими вещами лучше всего заниматься в открытом космосе. Я научу вас, как это делать…

Девушка задумалась. Нет, ей не хотелось пробовать ничего нового, ее вполне устраивал и вполне традиционный секс. Но многие ее подруги уже вкусили экзотических плодов любви, а она как обычно отставала от всех. Такой уж у нее был консервативный характер… Может быть, стоит разок отойти от своих железных принципов? Тем более что кроме одиночества ей это ничего не принесло…

А между тем дьявол-искуситель продолжал горячо шептать ей в ухо:

— Там, среди звезд, вы по-настоящему ощутите себя Женщиной с большой буквы. И такая неземная любовь принесет волшебные плоды…

Дао очнулась от грез и в ужасе отшатнулась от любовника.

— О-о, кажется я начинаю понимать! Вы вовсе не инспектор, Джон, а инструктор! Я слышала от подруг о таких мужчинах и женщинах. Мол, они рассказывают бывшим людям, какими удивительными возможностями мы ныне стали обладать. Их главная задача — заставить нас заниматься любовью в бесплотном виде, когда мы превращается в чистые сгустки энегрополей. Кажется, только после таких актов женщины могут забеременеть?

Улыбка сползла с лица Смита. Он холодно кивнул:

— Что ж, это так, не стану спорить.

— А та ваша дама…

— Она молода и прекрасна, и могла бы дать многочисленное потомство энерголюдей второго поколения. Но комплексов из той, прошлой жизни, у нее даже больше, чем у вас! Предыдущие два инструктора так и не смогли ее уговорить хоть на миг сбросить человеческую оболочку. Она панически боится всего нового и необычного. Наверное, ее все-таки придется дезактивировать.

Дао похолодела. Она слышала о внезапных смертях некоторых энерголюдей, но считала это обычными слухами. Разве могут умереть бессмертные?

Смит кивнул.

— Разумеется, могут — если так захочет Хозяин, тот, кого все вы зовете Один. Конечно, мы старались вербовать в число энерголюдей только самых достойных и перспективных индивидуумов с многих планет, но в спешке совершили ряд ошибок. Приходится теперь исправлять. Вы что-нибудь слышали о гибели мистера Лу Чиня? Он был в соседнем квартале, и погиб два дня назад, отравившись несвежими устрицами.

Дао ошеломленно покачала головой:

— Нет, не слышала. Я мало знаю даже соседей по лестничной площадке… Постойте, постойте! Откуда вы узнали о том, что именно я подумала? Разве мысли гражданина — не святая святых, куда вход посторонним воспрещен? Перед обрядом перехода меня уверяли…

Смит ухмыльнулся:

— И вас не обманули, мисс Дао! Но для нас, инспекторов, секретов нет… Видите ли, я не только инструктор, но еще и инспектор. В мою задачу входит отбраковка таких индивидуумов, как Лу Чинь — это тот господин, что отравился устрицами. После того, как мы с вами расстанемся, я отправлюсь к мисс Парадиз из квартала…… Если она будет продолжать упорствовать в своих заблуждениях, то боюсь, с ней тоже что-то случится.

Дао похолодела. Тоже? Это слово прозвучало зловеще.

Смит кивнул с обезоруживающей улыбкой.

— Да, вы тоже попали в черный список, мисс Дао. Вы живете в городе Красных Зорь уже пять лет, и не делали даже попытки зачать энергоребенка. Похоже, вы бесплодны — не физически, разумеется, а духовно. Теперь я в это убежден.

— Именно поэтому вы и пришли? — едва вымолвила посеревшими губами Дао.

— Увы, увы. После того, как мы случайно встретились с вами в бутике, и ваше поведение показалось мне подозрительным, я полетел за вами вслед. Узнав, где вы живете, я связался с Диспетчерской и получил о вас весьма негативную информацию. Видите, как просто!

Дао опустила голову:

— Да, все очень просто…

Она внезапно исчезла, превратившись в сгусток энергетического поля. Рванувшись, она помчалась к окну, чтобы врываться из небоскреба и унестись высоко в небо, подальше от ужасного мистера Смита. Но какая-то сила остановила ее, не разрешив покинуть квартиру.

Смит расхохотался. Он подошел к креслу и достал из кармана своих брюк прибор, похожий на пистолет.

— Даже не пытайтесь бежать, мисс Дао, — сказал он, нажимая на кнопки «пистолета». — Едва войдя в вашу квартиру, я создал внутри нее энегрококон. И советую вам вернуться в свой прежний облик. Думаете, я вас не вижу?

Некоторое время она, словно мотылек, билась о внутренние стенки невидимого кокона, но так не смогла найти выход. А потом, обессилев, приняла облик девушки Дао.

— Неужели вы меня убьете, мистер Смит? — вымолвила она посеревшими от страха губами.

Мужчина насмешливо глядел на нее, поигрывая оружием.

— Почему бы и нет? Закон позволяет мне в экстремальной ситуации самостоятельно ликвидировать любое социально опасное энергосущество. Как знать, быть может, вы и есть такое существо?

— Чего вы хотите от меня? — в отчаянии спросила девушка.

— Вот это другой разговор! Сейчас я вам объясню…

Смит подошел к Дао, крепко обнял ее и начал шептать в ухо ей такие гадости, что ее чуть не стошнило. Вырвавшись, она отскочила к стене и с ненавистью посмотрела на гостя.

— Теперь я все поняла… Вы не инспектор и не инструктор, вы — извращенец! Не думаю, что ваша Диспетчерская в курсе того, что вы требуете от своих подопечных. Это… это ужасно!

Смит пожал плечами.

— Ну, это как посмотреть. В той, прошлой жизни, подобные мои действия действительно порицались. Я охотился за женщинами в основном по вечерам, в парках. Это было жутко интересно: выследить одинокую жертву, неслышно следовать за ней среди темных деревьев, а затем внезапно появиться перед ней, словно демон, в ножом в руке! Дамочки обычно даже не кричали — так их парализовал страх. Они рыдали, дрожали, умоляюще глядели на меня словно кролики на удава — но послушно делали то, что я хотел. А я хотел многого! Я связывал им руки, засовывал во рты кляпы, и насиловал дамочек самым изощренным способом. Многим женщинам, по-моему, это даже нравилось. Признайтесь — ведь каждая женщина в глубине души мечтает, чтобы ее жестоко изнасиловали?

— А потом вы их убивали? — ответила вопросом на вопрос Дао.

— Хм-м… по всякому бывало. Все зависело от моего настроения и от поведения моей партнерши. Некоторые цыпочки так умело отзывались на все мои желания, что я отпускал их почти невредимыми, так, только слегка порезав для острастки. Других я действительно убивал. Не очень много — женщины пятнадцать-двадцать, не больше. А потом полиция напала на мой след, и начала охоту за мной по всему свету…

— И тогда вам пришло приглашение войти в число первых энерголюдей?

Смит рассмеялся.

— Да, это было забавно. Я стоял на опоре моста, прижавшись всем телом к бетонному столбу. Мне казалось, что полиция не найдет меня здесь, да еще в полной темноте. Но когда с обеих сторон на мост выехал сразу по несколько полицейских машин, то я понял, что мне не отвертеться. Оставалось только одно: прыгать в реку с пятидесятиметровой высоты. Была поздняя осень, в воздухе уже носились первый снежинки, дул пронизывающий ветер. Вряд ли бы я выплыл и добрался до берега. И тогда в моей голове зазвучал голос Одина. Болван, он поверил, что я — отчаявшийся неудачник, решивший свести счеты с жизнью, ха-ха!

Дао изумленно покачала головой:

— И сколько таких же подонков волей случая оказалось среди энерголюдей? Страшно подумать, что вы творите от имени Одина…

Смит наконец закончил настраивать свой пистолет.

— Думаю, что немало. Этот Один, не знаю уж кто она такой — сущий глупец. Он захотел создать свой Рай для людей и нелюдей всех рас, и своими же руками привел сюда немало дьяволов вроде меня. Но это — его проблемы! Мисс Дао, я жду. Если вы будете паинькой, то быть может, я сохраню вам жизнь.

Дао решительно мотнула головой.

— Нет!

— Тогда я буду вынужден вас убить. Все-таки в вас есть что-то социально опасное, не так ли? И вы отказались рожать новых энерголюдей. Жаль, очень жаль! Ничего, скоро в этой квартире появится другая, более сговорчивая и умная женщина…

Он поднял пистолет и нацелился в грудь Дао. Она закрыла глаза. «Может, это и к лучшему, — устало подумала она. — На что мне такой рай, где на каждом углу могут встретиться новые мистеры Смиты?»

Вдруг со стороны прихожей послышался звонок. Смит опустил пистолет и настороженно спросил:

— Это еще кто? Вы ждете сегодня вечером кого-то, мисс Дао?

Девушка открыла глаза:

— Н-нет. Хотя может зайти подруга из соседнего квартала, или кто-нибудь из соседей. Иногда у них возникает желание поболтать о нашей прежней жизни на Земле.

— Оденьтесь, — жестко приказал Смит. — Откройте дверь, и скажите, что дурно себя чувствуете. Учтите: я без колебания выстрелю вам в спину, если вы сделаете какую-либо глупость! Кстати, ваш гость тоже умрет. Это будет несправедливо, верно?

Дао кивнула. Торопливо одевшись, она направилась в прихожую, ощущая всей кожей спины холодный взгляд пистолетного дула.

Открыв дверь, она вздрогнула. На лестничной площадке стоял… большой мохнатый медвежонок! В одной лапе он держал букет с цветами, а в другой — торт.

— Миссис Джанин! — бодро воскликнул он. — От имени ваших друзей я поздравляю вас с днем рождения! Шестьдесят лет — разве это возраст? Особенно когда вы запросто можете превратиться в двадцатилетнюю девушку, или пятнадцатилетнего мальчика. Но я бы порекомендовал вам стать медведем, миссис Джанин…

Дао невольно улыбнулась, глядя на забавного игрушечного зверя:

— Увы, я не миссис Джанин. По-моему она живет этажом вышел. Строгая такая дама, неразговорчивая…

— Кто там, дорогая? — послышался сзади бодрый голос Смита.

— Не беспокойся, милый, это ошиблись дверью…

Медвежонок забавно пошевелил носом

— Сомневаюсь. Мне же дали точный адрес! По-моему, вы все-таки миссис Джанин…

Он уверенно шагнул вперед, и Дао вынуждена была уступить ему дорогу. Едва медвежонок оказался в прихожей, как грянул выстрел. Дао на миг ослепла от яростной вспышки. Когда она пришла в себя, то услышала какие-то сдавленные крики, несущиеся из комнаты.

Мистер Смит лежал ничком на ковре, извиваясь всем телом, словно большой червяк. Медвежонок сидел верхом на нем и выкручивал маньяку руки, да так что тот вопил от боли.

— Не беспокойтесь, мисс, Дао, — бодро сказал он. — Наша Служба Безопасности давно следила за этим типом. В последние недели в городе Красных Зорь случилось несколько загадочных смертей, и мы…

— Нет, нет, это не я! — завопил Смит — Я прилетел на планету только три дня назад, вам подтвердят в Диспетчерской! А это дура… я просто пошутил, разве не ясно?

Медвежонок осуждающе покачал ушастой головой, но ни чего он ответил. Он ловко связал руки мистера Смита энергопоясом. Тем временем в прихожу вошли двое плечистых мужчин в синей форме Службы Безопасности. Они без церемоний схватили отчаянно отбивавшегося маньяка и выволокли его из квартиры.

Медвежонок пригладил лапками свою шерстку, поднял букет с пола и вручил его ошеломленной девушке:

— Просим прощения, мисс Дао, за это неприятный инцидент. Что делать, в большом деле всегда поначалу случаются ошибки! Среди первых энерголюдей оказалось немало… э-э, не совсем хороших людей. Один крайне недоволен этим, и поэтому вербовщики на всех планетах ныне получили инструкции действовать гораздо тщательнее. Надеюсь, в больше никогда не услышите о таких людях, как мистер Смит. Кстати, его настоящее имя — Дин Вейзер.

Медвежонок зашагал к выходу.

— Постойте! — вскрикнула она. — Этот тип… он же маньяк и убийца. Вы его посадите в тюрьму, или казните?

Медвежонок остановился и с недовольным видом посмотрел на девушку:

— Ну вот еще, — пробурчал он. — До свидания, мисс Дао, и не забудьте — послезавтра вы должны вновь приступить к работе в Оранжерее. На прошлой неделе вы дважды опоздали на несколько минут, а это нехорошо.

Дверь хлопнула, и Дао осталась одна. Она вздохнула и бессильно опустилась на кресло и закрыла лицо руками. А потом зарыдала.

Успокоившись, она набросила на плечи плед и вышла на лоджию. Уж наступила ночь, но небо по-прежнему было подсвечено красными лучами солнца, которое полностью никогда не заходило. Было холодно, но снег больше не падал.

«Зачем я пришла сюда? — подумала девушка. — В этом мире я так же одинока и несчастна, как и на Земле. Наверное, от себя не убежишь… Неужто, мистер Смит прав, и я должна однажды стряхнуть с себя все прошлое, и раскинуть руки, и полететь к это багровое, холодное, небо? Быть может, оно не такое уж и холодное? Счастье… быть может, оно ждет меня где-то там, среди звезд?»

Дао неожиданно сбросила с себя шаль и подпрыгнув, встала на поручнях лоджии. Она тут же опасно качнулась, но все-таки сумела сохранить равновесие. Медленно она подняла руки и развела их в стороны, словно крылья.

— Я умею летать, — прошептала девушка. — Почему же я не летаю?

Среди багровых облаков проглянул кусочек неба, испещренный звездами. Чужими, незнакомыми звездами — ведь планета находилась очень далеко от Солнца, кажется, на другом краю Галактики.

Оставалось только подпрыгнуть и унестись ввысь. Дао больше не ощущала ни холода, ни страха. И ей вдруг стала постылой ее нынешняя, слабая и хрупкая оболочка. Маньяк мистер Смит был прав: принеся с собой в новый мир прежние свои проблемы, она никогда не станет счастливой. Нужно набраться смелости и начать все сначала, с чистого листа. А город Красных Зорь — все лишь пересадочная станция из прошлого в будущее, которому никогда не будет конца.

Она вдруг увидела, как с одного из балконов соседнего небоскреба в воздух поднялись две фигуры. Девушка в белом платье и совершенно обнаженный юноша, держась за руки, плавно взмыли к облакам. По пути они медленно таяли, словно две снежинки и, наконец, растворились в воздухе. Белое платье, словно большая снежинка полетело вниз, беспомощно размахивая пустыми рукавами.

Дао прыгнула с поручня, подлетела к платью и, схватив его, тотчас вернулась на свою лоджию. Ей не хотелось, чтобы такая красота валялась в грязи на мостовой. И потом, у нее никогда не было подвенечного платья.

— Я обязательно тоже улечу к звездам, — прошептала Дао, прижимая белое платье к груди. — Но только не одна… Должен же хоть кто-то полюбить меня? А потом меня уже ничто не удержит в городе Красных Зорь.

Глава 1

— Ну что, очухалась, сучка?

Селия застонала, открыла тяжелые веки, но ничего не увидела. Кажется, ее лицо закрывала маска.

— Где я? — прошептала Селия и едва расслышала свой голос.

Чей-то грубый женский голос ответил:

— Неважно. Достаточно далеко от Базы, так что можешь и не надеться: здесь тебя никто не найдет, ха-ха!

Самообладание стало понемногу возвращаться к Селии, и она вспомнила, как ее захватили в плен. Это произошло в картинной галерее Ллорнов — той, что располагалась рядом с крошечной посадочной палубой. Похоже, Томас и его ребята даже не подозревали о существовании этой палубы — уж слишком велика и сложна по конструкции была База!

Как она туда забрела? Сложно вспомнить… Морган и Томас в это время вступили в схватку с какими-то неведомыми врагами, внезапно напавшими на Базу, и она буквально не находила себе места от тревоги. Как жутко обернулся радостный день свадьбы единственного сына! Она должна была предвидеть это, предупредить Томаса о приближающейся опасности… Почему же в самый ответственный момент не сработал ее дар Предсказательницы?

Кто-то снова расхохотался:

— Да, ты здорово облажалась, сучка. Видно, не так уж силен твой дар, как мы думали. Просто ты здорово сумела запудрить мозги своему муженьку. Мол, я такая-сякая, вижу все на сто ходов вперед! А сама ни черта не можешь предсказать.

Селия спокойным тоном произнесла:

— Если я вам не опасна, то почему же вы боитесь снять с меня маску?

Незнакомая женщина фыркнула:

— Было бы кого бояться! Сынок, сними с этой сучки маску. А вот руки пока не развязывай.

Кто-то грубо стащил с ее лица маску, и Селия увидела, что находится в огромном куполообразном зале, похожем на те, что она видела на Базе. Впрочем, чему здесь удивляться — она конечно же находилась в одной из летающих станций Ллорнов. Она опустила глаза и увидела, что вдоль стен были установлены сотни высоких шкафов, внутри которых размешались десятки тысяч разноцветных капсул и коробок.

Она перевела взгляд в сторону, и увидела толстую, черноволосую, одетую в кокон из пестрых тряпок женщину. Когда-то она, наверное, была поразительной красавицей, но сейчас явно чрезмерно употребляла примитивную косметику.

Рядом стоял изящный, отлично сложенный черноволосый юноша лет двадцати. Красивое, хотя и лишенное яркой индивидуальности смуглое лицо, горящие энергией вишневого цвета глаза… Красная атласная рубашка, черные свободные штаны, черные высокие кожаные сапоги. Где-то она уже видела очень похожего юношу, но где?

— Кто вы такие? — окрепшим голосом спросила она.

Женщина поморщилась:

— А ты не догадываешься? Разве твой сынок забыл предупредить, что вы без спросу вторглись на территорию нашего табора?

Селия приподнялась (оказывается, она, связанная по рукам и ногам, лежала на узкой кушетке) и слабым голосом произнесла:

— Так вы цыганка…

— А ты — нет? — ухмыльнулась пожилая женщина. — Траян, ты только погляди на эту тварь! В крови ее матери была половина нашей цыганской крови, дед был чистокровным цыганом, а она и помнить не желает, кому обязана своим даром Предсказательницы. Вот каковы они, отступники! Тьфу, самые настоящие выродки. Моя бы воля — сразу бы перерезала этой твари горло.

Юноша поморщился.

— Мама, не увлекайтесь. Нам поручили всего лишь стеречь пленницу. Наш князь сам решит, что с ней делать. Сами знаете, чего нам нужно, так что ведите пока себя вежливо. И больше не называйте ее сучкой. Это миссис Чейн, понятно? Сходите, принесите ей поесть.

Толстая цыганка сплюнула себе под ноги.

— Тьфу, распустил нюни, аж противно смотреть. С нашими девками ты ведешь себя по-другому, по-мужски, Траян. А это — чужая, да еще и отступница. Смотри у меня, кобель!

Траян улыбнулся одними глазами, хотя его лицо оставалось бесстрастным. Он нагнулся, достал из лежащей на полу сумки бутылочку с водой и протянул ее Селии:

— Выпейте, миссис Чейн. Эта штука придаст вам силы.

Только сейчас Селия почувствовала, как сильно ее мучает жажда. Сколько же дней она пребывала без сознания?

Она сделал легкий глоток, и почувствовала, что в ее жилы словно бы влилась кипящая лава. Селия вздрогнула и удивленно взглянула на юношу.

Траян ухмыльнулся:

— Пейте, пейте, это не отрава и не алкоголь. Забористая штука! У нас ее прозвали «эликсир жизни».

— Прозвали? — удивленно спросила Селия. — Так это не ваше лекарство?

Траян покачал головой а затем указал в сторону шкафов.

— Мы нашли эту штуку здесь, в Аптеке Ллорнов. Ну, тех самых уродов, что создали Базу, флот из сотен боевых дредноутов, и многого другого.

— Аптека… — прошептала Селия. — Мой сын говорил, что они не раз пытались сюда проникнуть, но не смогли открыть ни одну из дверей, ни даже проделать вход в корпусе этой летающей станции. Как же сюда попали вы, цыгане?

Еще не успев произнести последнее слово, Селия поняла, что сделала ошибку. И вспыхнувшее от ярости лицо Траяна доказало это.

Юноша отпрянул от нее, слово от прокаженной. Он сжал кулаки, словно собираюсь наброситься на обочину, но все же сумел сдержаться.

— Скажите уж откровенней: как же сюда могли попасть такие дикари и варвары, как цыгане? — угрожающим тоном произнес он. — Да, мы сумели войти в Аптеку, и не только в нее. Мы уже давно вошли почти во все летающие Станции Ллорнов, и вернули их к жизни после сотен лет бездействия! И это было только началом… Нет, мы не дикари и не разбойники!

Селия поняла, что неосмотрительно задела больное место молодого цыгана.

— Простите, Траян, если я нечаянно обидела вас, — примирительно улыбнулась она. — Я просто хотела сказать, что мой сын собрал на Базе сотни лучших ученых и инженеров Галактики, а они за целый год не смогли войти ни в один объект Ллорнов, чтобы начать осваивать их Наследство.

Траян недобро сощурился:

— А с чего это вы взяли, что Наследство Ллорнов принадлежит именно вам? Мы, цыгане, первыми проникли в эту туманность, и мы первыми вошли на его объекты. Это все — наше и только наше! А вам всем надо поскорее убираться отсюда, пока мы не разозлились.

Селия поняла, что переговоры с цыганами будут очень трудными. Хотя она предвидела это… Стоп!

Судя по лицу Траяна, тот ничего не заметил. Наверное, в отличие от матери он не мог читать чужие мысли, и это хорошо.

— Всем вам? — переспросила она. — Траян, о ком ты говоришь? «Все мы» — это не я, и не мой сын, и даже не две тысячи обитателей Базы. Они лишь представляют все население галактической империи, и работают в их интересах и для их общей пользы. А ваш табор, сколько бы он ни был велик — всего лишь горстка эгоистичных людей, случайно попавших туда, где вас никто не ждал. Ты хоть знаешь, что Ллорны были многие тысячелетия Хранителями Галактики и оставили свое Наследство всем разумных существам с тысяч обитаемых миров?

Выстрел оказался точным. Траян смутился.

— Откуда вы это знаете? — проворчал он. — Вы что, встречались с Ллорнами? Они давным-давно сгинули неизвестно куда. Эта Аптека выглядела так, будто в нее лет триста никто не заходил.

— Может быть, не триста, а все пятьсот, — ответила Селия. — Но мой муж Морган Чейн незадолго до начала шторма провремени побывал на Базе и встречался там с Верховным Ллорном Стелларом — одним из немногих представителей некогда могущественного рода Хранителей. Морган получил от Стеллара титул рыцаря ордена Ллорнов и был назван новым Хранителем. Именно после этой встречи вполне обычный человек и приобрел свои фантастические качества, которые позволили ему со временем стать новый мессией. Траян, если вас волнует вопрос первенства, то оно тоже находится у нас!

Молодой цыган отвел глаза в сторону.

— Это только слова… — не очень уверенно произнес он. — Разве у вас есть какие-то доказательства?

— Есть, и не одно, — улыбнулась Селия, поняв, что сумела достигнуть своей цели. — Просто нам надо сесть за стол переговоров и обстоятельно поговорить обо всем. Уверена, что мы найдем компромисс, и табор только выиграет после этого… А может, и все племя цыган, которое до сих пор не имеет ясного статуса в Империи. Вы хоть знаете, что император Шорр Кан не раз хотел бросить против вас полицию, и силой призвать вас к порядку и к соблюдению законов?

Лицо молодого цыгана побледнело от злобы:

— Пусть только попробует… — прошипел он. — Разве можно остановить ветер или поймать облако? Двести веков нас, цыган, пытаются приручить и поставить на колени. Не удастся, и не надеетесь! На земле у нас всегда найдутся быстрые кони, а в космосе…

Траян прикусил язык и отвернулся. «Что он имел ввиду?» — подумала Селия.

Сзади послышались чьи-то тяжелые шаги. Толстая цыганка шла в ее сторону с брезгливым выражением на лице, а рядом с ней катился небольшой андроид, держа в вытянутых руках понос с несколькими разнокалиберными дымящимися чашками.

Голова андроида выглядела как гладкий, металлический шар. Но внезапно на нем стали проявляться черты человекоподобного существа. А чуть позже стало ясно, что это человек — точнее, очень симпатичный светловолосый мальчик лет двенадцати. Когда он приблизился к Селии, то и его корпус стал тоже меняться, превращаясь в человеческое тело.

Селия изумленно округлила глаза — ничего подобного она прежде не видела. Перед ней стоял не робот, а самый настоящий человек!

— Не пугайтесь, это один из роботов Ллорнов, — негромко произнес Траян.

Мальчик укоризненно взглянул на него.

— Я вовсе не робот, мистер. Меня зовут Сим-сим, я повар. Мадам Чейн, мне не объяснили, какие вы предпочитаете блюда. Но он сказал, что вы, возможно, с Земли. Я приготовил несколько традиционных терранских блюд. Надеюсь, они вам понравятся.

Селия улыбнулась.

— Нет, я не с Земли, а с планеты Мидас, что расположена в другом конце Галактики, в Звездном Клондайке. Но я так голодна, что мне очень трудно будет не угодить.

— Еще не хватало — тебе угождать! — фыркнула цыганка. — Робот, ты слишком много болтаешь. Эта суч… эта женщина — наша пленница, и твоя задача — не дать ей умереть с голоду. А угождать этой королеве ты вовсе не обязан.

Сим-сим восхищенно взглянул на Селию.

— Выходит, вы — королева?

— Да, нечто вроде этого, — улыбнулась Селия. Наивность и доброта робота ей понравилась. «И почему люди порой бывают хуже машин?» — подумала она.

Толстая цыганка подозрительно посмотрела на нее, но промолчала. Селия поняла, что ей надо контролировать свои мысли, если она не хочет неприятностей.

Траян развязал ей руки, и Селия смогла пообедать. Блюда показались ей довольно пресными, но она сделала вид, что восхищена.

Мальчик выглядел очень довольным, и явно неохотно удалился, увозя с собой пустые чашки.

— И что же дальше? — спросила Селия.

— Пока — ничего, — ответил Траян. — Мы с мамой не уполномочены вести с вами какие-то разговоры. Ждите, когда ситуация прояснится.

— Не успокаивай ее, сынок! — злобно прошипела цыганка. — Если ее дорогие муженек и сынок окажутся неуступчивыми, то мы поговорим с ней не так ласково. Все женщины табора мечтают вцепиться этой твари в волосы! Она использовала наше искусство на службу человеку из другого племени, и помогла ему достичь высшей власти. За это полагается одно наказание — смерть!

Траян успокаивающе погладил ее по руке.

— Не нервничайте, мама, в таборе последнее слово все равно останется за нами, мужчинами.

Они направились вслед за роботом к выходу. Селия торопливо встала и тут же покачнулась — ноги едва держали ее.

— Постойте! Мадам… простите, я даже не знаю вашего имени.

Старая цыганка обернулась и бросила через плечо:

— Тинара — слыхала такое имя? Когда захочешь выйти по надобности, то робот выведет тебя из зала в соседнее хранилище, которое мы превратили в туалет. Но это будет не Сим-сим, а обычный робот, так что не питай надежды на свои чары, милочка.

Дверь закрылась и снаружи отчетливо щелкнул замок. Селия вновь уселась на кушетке, ощущая легкое головокружение. Да, имя Тинара ей было известно… Так звали ее мать.

«Что ж, пока все идет неплохо, — подумала она. — Теперь осталось только ждать и надеяться, что мои мужчины не сделают больших ошибок».

* * *

Прошло около двух стандартных суток, когда за ней пришел Траян и еще двое взрослых, сильных цыган. Вид у них был таким свирепым, что сердце Селии тревожно сжались. Она ждала нечто подобного, но все могло обернуться куда хуже, чем она предвидела.

Траян подбежал к ней, рывком поднял с кушетки и злобно воскликнул:

— Напрасно эти ублюдки сделали это! Ох, напрасно…

— Что именно они сделали? — спросила Селия, пытаясь сохранять хладнокровие.

— Потом узнаешь. Князь Михай желает с тобой побеседовать. Но тебе очень повезет, если вернешься сюда целой и невредимой!

Мужчины-цыгане грубо схватили ее и потащили к выходу. Они так торопились, что забыли связать пленнице руки. И очень скоро об этом пожалели.

Селия внезапно вывернулась и двумя сильными и точными ударами повергла цыган на пол. Схватившись за низ живота, они с воплями стали кататься по полу.

Траян стремительно выхватил из-за пояса бластер, но Селия выбила оружие из руки. Тотчас в другой руке молодого цыгана засверкал кинжал.

— Ну, давай, красотка, поиграем, — сверкнул он прекрасными ровными зубами.

Некоторое время они кружили по залу, выжидая удобный момент для атаки. Селия за это время сумела прощупать окружающее пространство и установила, что небольшой космолет, что был пришвартован к Аптеке, был пуст. А значит, путь к свободе был открыт!

Муж в свое время немало поработал с ней в спортивных залах. Еще больше времени она провела там после рождения Томаса. Нельзя сказать, что она стала непобедимым бойцом, но бывший Звездный Волк сумел обучить ее многим приемам галактических единоборств. Кое-чему она научилась и у Банга, и даже у Гваатха. Но лучшим ее учителем оказался Рангор. Разумный волк обладал поистине звериной ловкостью и хитростью, и сумел научить свою уже не очень молодую ученицу прекрасно владеть своим телом.

Молодой цыган не торопился, явно не сомневаясь в своем превосходстве. Через некоторое время Селия достаточно изучила его и выбрала самый лучший план для атаки. Неотразимой атаки, которой его обучил Рангор!

Она взвилась в воздух и прыгнула ногами вперед, стремительно вращаясь вокруг своей оси. Траян никуда не мог скрыться от разящих ударов ее сильных ног!

Но он каким-то чудом скрылся. Только что молодой цыган стоял прямо перед ней, безропотно ожидая удара. И вдруг он внезапно исчез!

Едва Селия опустилась на пол, как кто-то обхватил ее за туловище и приставил к горлу кинжал.

— Неплохо, — сказал ей прямо в ухо Траян. — А ты — прекрасный боец, Селия! И движешься куда быстрее, чем любая двадцатилетняя цыганка. А ведь тебе уже не так мало лет… Но все же ты чертовски привлекательна!

Селия попыталась вырваться, но объятия юноши оказались поистине стальными. И кинжал больно впился в ее горло, так что вскоре по коже потекла тонкая струйка крови.

— Отпусти… — сдавленно вымолвила женщина.

— Чуть позже. Может, мне приятно держать жену мессии в своих объятиях? Вся Галактика полнится слухами о твоей несравненной красоте. И эти слухи — вовсе не вымысел!

Селия криво усмехнулась, ощущая неприятную дрожь во всем теле.

— Ты ошибся, мальчик… В Галактике лишь одна несравненная красавица — это Лианна, жена императора Шорра Кана. По сравнению с ней я всегда выглядела просто дурнушкой. Даже мог божественный супруг попал в плен ее колдовского обаяния. Поохоться лучше за Лианной, я не против!

— Нет, мне нужна именно ты… — страстно зашептал Траян. — Лианну я видал однажды, когда тайно летал на Терру, но мне она показалась холодной и уставшей от жизни женщиной. Нет, жена императора Шорра Кана меня не привлекает… Жена мессии — это другое дело!

— Ты — сумасшедший?

— Нет, я просто люблю женщин.

— Вонзая им кинжал в горло?

— Что ж, и это кое-кому нравится. Некоторым женщинам страх щекочет нервы и возбуждает страсть. А что возбуждает тебя, Селия?

— Например, мысль о том, что муж намного сильнее и искуснее как боец. Как только он окажется здесь, то раздавит тебя, словно таракана!

— Ха, пусть сначала он осмелится сунуть сюда свой нос! Мы встретим его по-нашему, по-цыгански. Да и вряд ли ты сама хочешь освободится.

Селия вздрогнула.

— Почему ты так решил, чудовище?

Траян ядовито усмехнулся.

— Просто я хорошо знаю женщин. Быть женой мессии — это не так уж весело для страстной женщины, в которой течет горячая цыганская кровь! Говорят, твой муж уже давно не столько человек, сколько робот. Сил у него много, это верно. А вот хорош ли он в любви? У мессии так много забот — ему ведь надо заботиться обо всех других женщинах в Галактике! До жены ли ему? Ты явно не зря упомянула про императрицу Лианну. Ревнуешь?

Селия почувствовала, что стальная хватка ослабела, и кинжал уже не так больно впивается в горло. Но это было мелочью… Слова молодого цыгана ранили ее куда больнее, чем кинжал.

— Отпусти, — сердито сказала она.

— Уже отпустил, — хохотнул Траян. — Пойдем, наш князь не любит ждать.

Он взял пленницу за руку и повел к двери. Она растерянно сказала:

— А как ты твои товарищи? Они еще не пришли в себя…

— Там им и надо, — холодно заявил Траян. — Что это за цыгане, которые не могут справиться с женщиной! Даже такой искусной воительницей, как ты…

Они прошли по лабиринту коридоров. Из-за поворота появился маленький робот. Он мигом превратился в Сим-сима.

— О, мадам! Вы уже уезжаете? — с явным огорчением спросил андроид. — А я сегодня приготовил чудесный торт!

— Съешь его сам, урод, — буркнул Траян.

Селия нахмурился. Настроение у нее сразу же ухудшилось. И что это за манера у Траяна — всех, кто ему не нравится, называть уродом?

Пройдя через переходной туннель, они оказались на борту небольшого космолета. Траян занял место пилота, а Селия села на кресло во втором ряду.

— Сядь рядом, — потребовал Траян.

— Боишься? — усмехнулась Селия. — Кстати, ты забыл связать мне руки.

— Обойдется. Сядь сюда, говорю!

К своему удивлению, Селия безропотно пересела на кресло второго пилота. Траян включил автопилот, подождал, когда космолет отчалил от посадочной площадки, а затем молча набросился на молодую женщину и стал осыпать ее жаркими поцелуями.

Селия отбивалась, как могла, но вскоре поняла, что только имитирует борьбу. В ее душе царило полное смятение.

Вот уже больше четверти века прошло после ее встречи с Морганом Чейном на ярмарочной площади Мэни-сити, столицы Мидаса.

Звездный Волк довольно быстро добился ее любви — да и кто мог устоять перед таким напором? А потом выяснилось, что у Чейна есть другая возлюбленная — ослепительная леди Ормера, и пламя любви еще сильнее разгорелось под ветром ревности. Мила Ютанович, боевая подруга Чейна, родила ему первенца. Были и другие женщины, и почти все они были красивее бывшей танцовщицы и воровки из Мэни-сити.

И все же она, Селия, сумела завоевать сердце Моргана Чейна и стать его женой. А потом как следует взялась за себя, и с помощью генетических косметологов и огромных собственных усилий понемногу превратилась из серой пичужки в лебедя. Все окружающие их мужчины удивлялись и восхищались такому чудесному превращению Селии, а женщины откровенно завидовали ей.

Лишь один человек казалось, не заметил ничего — сам Морган! Нет, он любил ее, возможно, даже сохранял верность (хотя в этом она не была полностью уверена), но в их семейной жизни никаких особых чудес не произошло. А после рождения Томаса они, как это нередко бывает, слегка отстранились друг от друга. А потом так и не сблизились — уж слишком много забот свалилось на новоявленного мессию! И она поневоле стала превращаться из жены в подругу, верную и незаметную тень своего знаменитого мужа. Такой же верной, боевой подругой когда-то была для Моргана бедняжка Мила…

Но хуже всего, что в сердце мессии уже давно поселилась другая женщина. Наверное, Морган и сам это не осознавал, но иногда по ночам он шептал одно и тоже имя: «Лианна»… А ей, законной жене, оставалось только беззвучно рыдать и завидовать той, кого не поможет превзойти никакая магия…

— Разве ты не хочешь снова любить и быть любимой? — горячо шептал Траян. — Разве ты перестала быть привлекательной, желанной женщиной? Там, в той, другой жизни, у тебя нет ни единого шанса снова вкусить вина страсти. Я знаю: твой муж тайно любит Лианну, и только ее одну. Зачем же тебе хоронить себя заживо? Обещаю: никто и никогда ничего не узнает о твоей минутной слабости. Не теряй же драгоценное время!

Селия ощутила, что слабеет. «Может быть, Сим-сим что-то подмешал мне в еду по приказу этого сумасшедшего? — пронеслось в ее голове. — Наверное, так и было… В Аптеке божественных Ллорнов наверняка должны быть и приворотные средства для всех рас людей и нелюдей… Я ни в чем не виновата, меня просто вынудили сдаться. И потом, этот мальчишка прав насчет Лианы. Проклятая разлучница, это она во всем виновата!»

И Селия внезапно перестала сопротивляться и ответила поцелуем на поцелуи.

— Сумасшедший… — прошептала она, дрожа от возбуждения. — Нас ждет князь Михай…

Она услышала смешок Траяна:

— Я солгал. Князь ждет тебя только завтра. Просто я не мог больше ждать! Зато теперь у нас есть целые сутки, и мы одни в космосе.

Селия простонала.

— Лжец и обманщик! Ты опоил меня каким-то зельем… Я сама бы никогда…

Траян уже расстегивал ее комбинезон.

— Ну конечно, во всем виноваты Ллорны, — тихо рассеялся он. — Я же говорил, что они — уроды.

— Погоди, я разденусь сама, — выдохнула Селия.

Глава 2

Эскадра из более чем ста боевых звездолетов покинула туманность М-125. Начало похода чем-то напоминало бегство, и потому все были непривычно молчаливы. В эфире не слышно ни обычных веселых шуток, ни дружеских подколов, ни песен. И только когда корабли вышли на стартовую позицию перед гиперпрыжком, кто-то из варганцев затянул боевой марш Звездных волков. Его поддержало несколько соплеменников, но и только.

Томас сидел в капитанской каюте флагманского крейсера, и мрачно смотрел на обзорный экран. Серое облако с красными мерцающими точками медленно уходило вдаль. «Проклятая туманность! — с ненавистью подумал он. — Сколько я возлагал на нее надежд, когда прилетел сюда с армадой кораблей с сотен галактических миров! Казалось, до Наследства Ллорнов можно дотянуться рукой — на, бери! Вилена была рядом, у родителей было все в порядке, Шорр Кан тихо сидел в своем дворце и не рыпался, о террористах космоса никто и не слыхивал… Какое блаженное было времечко! Жизнь казалась прекрасной, и все проблемы казались решаемыми. Куда все это подевалось?»

Надо было встать и идти на капитанский мостик, но молодой Чейн не мог оторвать завороженного взгляда от М-125. Где-то там, в брюхе этого водородного чудовища, осталась его жена-подруга Вилена, которая уже не была ни женой, ни даже подругой. И там осталась его мать. Что с ней, жива ли она? Как можно было бросить ее на произвол судьбы, и отправиться в поход за террористами, которых не удалось поймать даже отцу? Безумие, чистой воды безумие…

И все же в глубине души Томас осознавал, что на этот раз поступил правильно. В последнем разговоре с отцом он высказал предположение, что мама совершенно сознательно отдалась в руки цыган. Он действительно в этом твердо уверен, хотя никаких весомых доказательств у него не было! Великая Предсказательница не могла не предвидеть, что за ней охотятся враги. Лучше ей сейчас не мешать! А Вилена…

Что ж, эта красотка ловко обвела его вокруг пальца. База отныне в ее руках, и почти вся молодежь ее боготворит! Но это еще не означает, что Наследство Ллорнов уже находиться в руках Шорра Кана! Не так-то просто найти ключ к кораблям бывших Хранителей Галактики. И каков он вообще, этот ключ?

Замигала зеленая лампочка Интеркома, и Томас услышал голос своего заместителя Себрина Тея. Вегианин деликатно покашлял, а потом сказал:

— Капитан, эскадра готова к гиперпрыжку. Все пилоты ждут ваших распоряжений.

— Пусть ждут моего приказа, — сказал Томас. — Приведи ко мне пленника.

Вскоре в дверь постучали. Двое охранников-варганцев ввели шпиона Шорра Кана. Баркин, бывший офицер службы Наблюдения, выглядел сейчас далеко не так самоуверенно, как во время первых допросов. На его гладком, сытом лице появилось выражение растерянности, глаза потускнели, на щеках выросла темная щетина. Офицерский китель с сорванными погонами и другими знаками отличия выглядела жалко.

Увидев капитана, Баркин попытался принять гордый, независимый вид, но у него это не очень получилось.

— Оставьте нас наедине, — приказал Томас, холодно разглядывая предателя. — Но сначала снимите с него наручники.

Один из варганцев возразил:

— Капитан, этот тип очень опасен! Кажется, он владеет какими-то магическими свойствами. Он едва не убежал из запертого на три замка отсека трюма!

Баркин презрительно поджал губы.

— Охранникам повезло, что их было трое. А еще говорили, что варганцы — непобедимые бойцы! Ха, те двое, которых я отправил в нокаут, больше напоминали желторотых цыплят!

Варганцы обменялись мрачными взглядами. Чувствовалось, что они едва сдерживаются, чтобы не разделаться с наглецом. Почувствовав это, Томас крикнул:

— Я сказал — снимите с него наручники и уходите! Неужели вы не видите, что этот тип мечтает погибнуть геройской смертью? Но я не доставлю ему такого удовольствия. Он еще послужит нам, никуда не денется.

Что-то тихо ворча себе под нос, варганцы сняли с пленника наручники и удалились. Баркин тотчас начал растирать онемевшие запястья, оценивающе оглядывая каюту.

— Садитесь, — сказал Томас, кивнув в сторону соседнего кресла. — Пора поговорить начистоту. Мы ведь договаривались о том, что вы начнете говорить только тогда, когда я покину туманность?

Пленник ухмыльнулся:

— Да, я готов выполнить свое обещание. Могу вам рассказать о своем счастливом детстве. Или, если хотите, продекламирую стихи. Моим друзьям нравится мой бархатистый голос!

Томас недобро сощурился.

— Но я не ваш друг, Баркин. А что касается голоса — что ж, послушаем!

Он внезапно вскочил с кресс и словно молния метнулся к наглецу.

Тот не успел и моргнуть, как ощутил на своих плечах всю варганскую мощь разгневанного капитана эскадры.

Пленник застонал и, закатил глаза. Казалось, он вот-вот отключится, не выдержав поток жуткой, нечеловеческой боли. Томас медленно сжимал пальцы, усилия хватку, и с усмешкой наблюдал за посеревшим лицом предателя, на котором выступили крупные капли пота.

Неожиданно он ощутил мощный удар, обрушившийся невесть откуда — но не его тело, а на мозг. Томас едва не потерял сознание, в глазах его помутилось и он зашатался

«Психоудар!» — смутно осознал он.

Отец много времени потратил на то, чтобы обучить сына искусству ставить психощиты. Нельзя сказать, что Томас особенно преуспел в этом, и поединок со сводным братом Эдвардом на базе Ллорнов лишний раз доказал его слабость в ведении невидимого боя. Только неожиданная помощь психоклона Стеллара спасла тогда его от больших неприятностей. Но Эдвард был учеником и воспитанником Х’харнов, с ним даже отцу было бы нелегко совладать, а Баркин был хоть и прекрасно подготовленным шпионом, но все же обычным человеком. Как же он смог…

Боль постепенно охватила весь мозг Томаса, и он со стоном опустился на колени. Баркин вскочил с кресла и, наклонившись, стало расстегивать кобуру бластера на поясе беспомощного капитана. И в этот момент ощутил, что кто-то стоит у него за спиной:

— Подними руки, урод, — послышался голос охранника. — А теперь сделай шаг назад. Учти — если что, я сделаю из тебя решето.

Чертыхнувшись, Баркин вынужден был повиноваться. И тотчас получил удар по голове и, рухнув в кресло, обмяк.

Очнувшись, он увидел на своих руках наручники. Бледный, с помутневшими глазами Томас Чейн с задумчивым прохаживался по каюте, и чувствовалось, что каждый шаг дается ему с трудом.

Увидев, что пленник очнулся, капитан сказал:

— Вы сделали большую глупость, Баркин. Прежде я думал, что вы — простой наемник наших врагов. Но оказалось, что вы птица куда более высокого полета! Теперь я не успокоюсь, пока не выверну вас наизнанку, словно грязный носок! А теперь защищайтесь, если сможете!

И Томас, сощурившись, спился глазами в голову пленника.

Баркин вскрикнул от резкой боли, и напрягся. Теперь уже ему приходилось ставить психощиты. Молодой Чейн оказался куда более сильным бойцом, чем прежде казалось Баркину, и эта ошибка оказалась для него роковой. Пленник бился в кресле, словно зверь, рычал, изрыгал проклятия. На его губах появилась пена, он упал на пол и стал кататься взад вперед, закрыв голову скованными руками. Вскоре он закричал — сначала слабо, сдавленно, а а потом во всю силу своих голосовых связок. Ему показалось, что перед ним раскрылись врата ада, и впереди его ждет гиена огненная.

— Спасите! — вопил он, колотя по полу ногами. — Лейтон, спасите!!!

Внезапно боль ушла, и Баркин почувствовал, что чьи-то сильные руки рыком поднимают его с пола и вновь усаживают на кресло.

— Лейтон — это уже интересно, — откуда-то из темноты донеся до него спокойный голос молодого капитана. — Интересно, какое отношение президент Голконды имеет к космическим цыганам и террористам? Расскажи, Баркин, или я начну копаться в мозгах и разберу его на части! Правда, не могу обещать, что смогу его затем собрать снова.

Пленник с ненавистью посмотрел на молодого Чейна.

— Дьявол… — прошептал он посиневшими губами. — Убей меня, если хочешь, но я ничего тебе не скажу!

— Скажешь, — пообещал Томас. — Все скажешь! Я так и думал, что мы с отцом попали в одну и ту же паутину. И я теперь знаю, какой паук ее свил! Но сейчас меня интересует только одно: где террористы должны нанести свой следующий удар?

— Не знаю! — мотнул головой пленник.

— Думаю, знаешь. Не такая уж мелкая пешка, какой хочешь выглядеть. На Базу и не могли прислать кого попало! Теперь я понимаю, кто тайно помогал Вилене сместить меня и захватить власть… Но об этом потом. Разведка Голконды работает прекрасно, и наверняка знает о планах террористов очень многое. В Галактике еще осталось около пятисот Цитаделей, по которым еще не был нанесен ни один удар из космоса. Я не собираюсь подобно Орде носиться взад-вперед из одного созвездия в другое, опираясь на смутные догадки нашей аналитической службы. Ты ведь знаешь, куда нам надо сейчас лететь, Баркин?

Пленник хотел было сказать: «нет!», но губы не послушались его.

— И не пытайся солгать, Баркин. Пока ты находился в отключке, мы вкололи тебе лошадиную дозу психотронных препаратов, так что что-то скрыть тебе будет затруднительно.

Баркин попытался поставить хотя бы один психощит, но ощутил свою полную беспомощность.

— Капитан… всего один вопрос.

— Да?

— Вы всегда казались мне полным тюфяком. Вилена вила из вас веревки, и фактически уже несколько месяцев Базой руководила именно она. А когда эта дамочка с моей тайной помощью свергла вас и выпихнула в космос, вы даже не пытались поговорить с ней по-мужски. Признаюсь, ваше мягко говоря идиотское поведение меня расслабило. Почему же сейчас все так резко изменилось, и со мной разговаривает совсем другой Томас Чейн?

Капитан нахмурился.

— Наверное, потому что я наконец-то повзрослел, — после долгой паузы признался он. — В своей жизни я успел наделать немало глупостей, и они мало чему меня научили. Но предательство любимой женщины спустило меня с небес на землю! Еще день назад я был близок к мысли о самоубийстве. Но сейчас я выбросил все эти сопливые мальчишеские мысли из головы! Родителям как никогда нужна моя помощь, и на этот раз я не собираюсь их подводить!

Баркин, тебе не повезло, что именно в этот переломный момент ты попался мне под горячую руку. Даже не мечтай, что я проявлю обычную мягкотелость и нерешительность! Отныне моим лозунгом станет древнее изречение: Не убоюсь я зла! Если потребуется, я лично стану разрезать тебя на мелкие кусочки. На легкую смерть даже не надейся! Покопавшись в твоих мозгах, я уже много разузнал. В частности я понял, что ты до дрожи в коленях боишься своего любимого президента Лейтона! Но он далеко, а я — близко, очень близко…

Томас нагнулся и почти прикоснулся лицом к лицу Баркина. И только тогда пленник смог как следует разглядеть глаза молодого Чейна. Это были совершенно другие, холодные и безжалостные глаза!

— Лучше бы ты выбросился в открытый космос, — процедил сквозь зубы Баркин. — Лейтон почему-то был уверен, что так ты и сделаешь, потеряв разом и мать, и жену… Хорошо, я готов рассказать все, что знаю. Но учти — я знаю немногое!

— Посмотрим, — спокойно ответил Томас.

Он сел на свое кресло, и пленник начал говорить. Его рассказ был хаотичным, времена бессвязным и противоречивым — сказывалось действие психотропных препаратов. Временами Баркин замолкал, тупо уставившись в потолок, и молодому Чейну не без труда приходилось возвращать его к действительности.

Наконец, перед ним начала смутно вырисовываться вся картина происходящего в Галактике, и капитан ужаснулся. Только теперь он понял, что практически все позиции мессии ныне подвергались атаке самых разных сил. Никто из явных и тайных врагов Моргана Чейна и Кольца Цитаделей не представлял непосредственно Голконду, но все невольно действовали в ее интересах.

К сожалению, Баркин действительно мало что знал о террористах космоса. Эта сила пришла откуда-то извне, и не служила ни Шорру Кану, ни озэкам, ни самой Голконде. По мнению Баркина, она являлась словно бы метастазами тяжелой, неизлечимой болезни, которой болела Галактика. Однако аналитической службе Президента Голконды удалось установить определенную закономерность в действиях эскадр врагов Цитаделей. Эта закономерность представляла из себя сложное дифференциальное уравнение, решением которого являлся номер очередной планеты-жертвы по старинному, ныне давно не используемому звездному каталогу.

Баркин однажды, совершенно случайно видел это уравнение на столе Президента Голконды, когда готовился отправиться на Базу Ллорнов. Лейтон придавал этой тайной миссии особое значение, и потому сделал для агента Баркина исключения, встретившись с ним лично. Затем специальная служба просмотрела все воспоминания Баркина об этой встрече и стерла все из его мозга все, что посчитала ненужным. В этот список попало и сверхсекретное дифференциальное уравнение. Однако память о том, что он видел листок бумаги на столе Лейтона, у Баркина все же сохранилась.

Томас тотчас прекратил допрос, и передал пленника в распоряжение медицинской службы флагманского корабля. Врачи обладали всем необходимым оборудованием для глубинного зондажа мозга. Поначалу они воспротивились воле капитана, посчитав его задание негуманным. Но очень скоро они узнали, что с нынешним, другим Томасом Чейном, лучше не шутить, и принялись за работу.

Спустя несколько часов искомое уравнение уже лежало на столе капитана эскадры. Несколько сильных математиков решили это уравнение, а затем проверили его на основании базы данных по атакам террористов за последний месяц. Точность результата была почти стопроцентной!

Посмотрев на расчеты, Томас даже застонал от отчаяния. Оказывается, действия разрушителей можно было предсказать! Если бы отец знал об этом, то в один первоклассный день мог бы поймать все эскадры неуловимых убийц в заранее расставленные ловушки.

Первым порывом молодого капитана была мысль о том, что нужно тотчас связаться в отцом по секретной дальней связи, и рассказать о своей открытии. Еще несколько дней назад он так бы и поступил. Сейчас же. После здравого размышления он понял, что секретная связь — это миф. Агенты Голконды — а может, не только они! — следили за всеми переговорами мессии и могли их расшифровывать. Разумеется, Лейтон уже знал о том, что Баркин арестован. Был ли Президент Голконды заинтересован в прекращении атак террористов? Конечно, нет. Значит, следовало порка промолчать, и устроить ловушку своими силами.

Несложный расчет показал, что спустя три стандартных дня следует ожидать атаки в созвездии Знаменосца. Целью террористов должна была стать планета Эддора-IV.

Томас удивленно поднял брови:

— Хм-м… Насколько я помню, это очень небольшая планета, и вес ее в галактическом Кольце Цитаделей очень невелик. Я был уверен, что нам надо устроить засаду около самых развитых и влиятельных миров!

Один из математиков усмехнулся:

— Капитан, это неважно. Банды террористов сделали свой выбор вопреки всякому здравому смыслу, а следуя лишь законам математики. Именно поэтому они и неуловимы!

Томас кивнул.

— Да, ты прав. Честно говоря, еще вчера я почему-то верил, что тайным кукловодом этих мерзавцев является наш дорогой император Шорр Кан. Но он и дифференциальное уравнение — вещи несовместимые. Штурман Вахар, рассчитайте параметры гиперпрыжка к планете Эддора-IV.

Через некоторое время черноту космоса на мгновение осветила яркая голубая вспышка, и эскадры исчезла. Не прошло и минуты, как в той же точке пространства словно бы вспыхнуло небольшое солнце. Это был результат взрыва сразу трех ракет с радитовыми боеголовками.

Президент Лейтон чуть-чуть опоздал.

* * *

Планету Эддора-IV населяли насекомоподобные существа, чем-то напоминавшие земных мух, только бескрылых. Их внешний вид был настолько неприятен, что император Шорр Кан отдал специальный приказ для дворцовой службы этикета: на светских приемах размещать посланцев с Эддоры-IV подальше от послов гуманоидных планет. А самое главное, ни за что не допускать того, чтобы эти мохнатые твари не ползли по потолку во время выступлений его, императора! Был уже однажды такой прецедент, который вызвал в тронном зале жуткий переполох. Некоторые дамы, взглянув наверх, посчитали, что дворец захватили противные земные насекомые, и упали в обморок. А ведь эддориане всего лишь хотели поближе увидеть великого, обожаемого Шорра Кана, пусть и всего лишь с потолка!

Культура эддориан также не отличалась особой глубиной. Издревле они использовали письменность лишь для деловой переписки, и даже вхождение в состав Империи не улучшило их отношение к книгам, особенно художественным. Живопись тоже была своеобразной, картины эддориан больше напоминали плетеные из веток корзины. Зато в отношении музыки жители маленькой планеты в Созвездии Знаменосца пошли куда больше многих гуманоидных миров. Любой эддорианин, начиная с младенцев, представлял из себя как бы живой оркестр, и их разговорная речь на слух людей звучала словно сложная, изысканная песня. Впрочем, для Шорра Кана это вовсе не являлось достоинством, поскольку тот терпеть не мог музыки и музыкантов. В его ныне почившей в бозе Лиги Темных Миров это направление культуры приравнивалось к половым извращениям, и сурово каралось без суда и следствия.

В отличие от императора, Морган Чейн очень тепло относился к эддорианам. Он считал их расу уникальным созданием Природы, и сделал очень много для того, чтобы «мухи» не чувствовали себя изгоями в огромной галактической семье. В летающей Цитадели жило больше ста эддориан, которые постоянно участвовали в фестивалях и концертах, проводимых мессией на различных мирах. Хор эддориан пел на торжественных открытиях нескольких сотен Цитаделей. Это заметно улучшило отношение к мухоподобным созданиям со стороны гуманоидов.

А негуманоиды, особенно кентавры из бывшей Империи хеггов, именно после этой истории почувствовали особое доверие к Моргану Чейну. Уж если мессия так ласково отнесся к бедным уродцам с Эддоры-IV, то и для них найдется место в большом и добром сердце мессии!

Никто не удивился, когда эддориане сподобились соорудить свою Цитадель Культуры. Она не отличалась грандиозными размерами, и выглядела не как традиционная пирамида, а скорее как огромное ветвистое дерево, оплетенное густой сетью лиан. На этих «лианах» порой собиралось до ста тысяч эддориан, отчего Цитадель напоминала огромный муравейник. Цитадель в эти часы пела, да так, что ее слышно в было за сотни миль А в ультразвуковом диапазоне — по всей планете! Ученые с других миров долго изучали то феномен, и далеко не сразу поняли, что пение тысяч эддориан содержит колоссальную информацию по всем направлениям знаниям, начиная от математики и астрономии, и кончая этическими и моральными правилами. Дети эддориан, еще находясь в стадии личинок, могли воспринимать эту информацию, и появлялись на свет божий уже с приличным начальным запасом знаний.

В детстве Томас изучал под руководством отца науку о галактических культурах, и конечно же, не обошел вниманием странный мир эддориан. Одно время ему даже хотелось увидеть эту необычную планету воочию, но не случилось. Отец трижды посещал Эддору-IV, но Томас каждый раз по разным причинам не смог его сопровождать.

И сейчас, много лет спустя, Чейн-младший наконец-то увидел планету своей мечты. Увы, совсем в другой ситуации, чем хотел когда-то.

Вернувшись из кабины пилотов, Томас погрузился в раздумья. Как сейчас ему не хватало Вилены! Ее советы порой были по-женски мудрыми и взвешенными.

— Как же поступить? — прошептал молодой капитан.

В дверь деликатно постучали.

— Войдите! — недовольно буркнул Томас.

В каюту вошел бортинженер Христакис. Капитан недоуменно поднял брови.

— В чем дело? — резко спросил он. — Почему вы оставили свой пост на боевом марше? В любой момент на нашем пути может появится противник, и…

Он запнулся, увидев, на лице бортинженера вспыхнул румянец, а на ее глазах выступили слезы. Ее прекрасных глазах!

Год, проведенный на Базе Ллорнов, был для Томаса Чейна непростым во многих отношениях. Полторы тысячи молодых людей и нелюдей с разных концов Галактики, собравшихся в одном месте, отнюдь не сразу нашли между собой общий язык. Случались скандалы, драки, и даже два непреднамеренных убийства. Между некоторыми мирами, как правило соседями по космосу, существовали давние непростые отношения, а порой и неприкрытая вражда. Особенно трудно было мирить землян и ванриан, представлявших две метрополии бывшей Федерации Звезд. Два вида людей по прежнему считали именно себя основателями расы хомо сапиенс, отцами-основателями сотен галактических поселений, и порой находили причины для споров и ссор буквально на ровном месте.

Молодому директору Базы пришлось попотеть, прежде чем конфликты между его молодыми подчиненными начали постепенно сглаживаться. Однако с другой проблемой он так и не сумел до конца справиться. И ее имя было — женщины!

На Базе волей судеб оказались почти триста девушек и молодых женщин-людей. Семейных пар почти не было, да и никто особенно не торопился связывать себя по рукам и ногам в такой чудесной и огромной галактической ту совки. Любовные связи стали основным развлечением молодежи, и осуждать их за это Томас не мог, хотя сам предпочитал жить только с одной девушкой — Виленой.

Это и стало его основной проблемой. Многие, если не все, девушки что называется, положили глаз на молодого директора Базы, который к тому же являлся сыном великого мессии. Первые месяцы красотки (или те, кто считал себя красотками) буквально не давали ему прохода. Все полагали, что Вилена — это только каприз молодого Томаса Чейна. Да и кто из мужчин в здравом уме и памяти мог жениться на капризной и высокомерной дочери императора Шорра Кана!

Однако Томас проявил удивительную выдержку, и с честью выходил из самых тонких и коварных ловушек. Вилена тоже не сидела сложа руки, и быстро давала понять всем соперницам, где их место. Постепенно многие претендентки на роль подруги директора Базы успокоились и оставили Томаса Чейна в покое. Многие — но не все. Несколько девушек по слухам до сих пор были по уши влюблены в молодого красавца Чейна, и упорно ждали своего часа.

Землянка Таис Христакис, гречанка по национальности, была в числе этих бедняжек. Она была, пожалуй, самой красивой среди всех женщин расы хомо сапиенс. Фигура ее вызывала восторг у многих мужчин. По слухам, она была умна и обладала бархатистым, приятным голосом. Впрочем, Чейн ни разу не слышал ее пения, поскольку в его присутствии Таис решительно отказывалась петь.

И вот сейчас, разглядывая прекрасное лицо бортинженера, Томас понял, что девушка готова перейти в наступление. Этого следовало ожидать — ведь Вилены теперь нет рядом с ним!

«Господи, только любовных историй мне сейчас не хватало!» — мысленно простонал Томас, но все же нашел в себе силы улыбнуться:

— Простите, Таис. Я вовсе не хотел вам нагрубить! Просто мои нервы сейчас напряжены до предела. И честно говоря, я не знаю, как поступить.

Девушка ответила робкой улыбкой.

— Может быть, вам нужен чей-то дружеский совет? — с тайной надеждой сказала она.

Томас хотел было сказать, что он собирался для этой цели собрать своих заместителей, и меньше всего нуждался в помощи малознакомой в общем-то девушки, но почему-то сказал совсем иное:

— А почему бы и нет? Женщины иногда бывают куда мудрее нас, мужчин. Таис, взгляните.

Томас включил обзорный экран. На стене его каюты появилось изображение желто-зеленой планеты — такой Эддора-IV выглядела из космоса с расстояния сорока тысяч миль. Изображение начало стремительно расти, и вскоре на экране появилась степь, заросшая редкими зонтичными деревьями. По ней, поднимая тучи пыли, бродили стада крупных рогатых животных. Посреди степи поднималась ввысь огромная скала… нет, это было дерево, обвитое густой сетью черных лиан. Вглядевшись в эти лианы, Таис вздрогнула.

— Господи, да это же «мухи»! Я слышала про эту расу негуманоидов, хотя ни разу никого из эддориан прежде не видела. Б-р-р, какая мерзость… Неужели, такова их Цитадель Культуры?

Томас кивнул.

— Культура на Эддоре-IV очень своеобразная. Здесь вообще нет зданий в общепринятом смысле этого слова. Эддориане издревле живут на специально выращиваемых деревьях, которые дают им кров, и еду, и защиту. Понятно, что аборигены и Цитадель соорудили в виде огромного дерева… Таис, вы сами видите, какой прекрасной целью для террористов является этот кишащий муравейник. Несколькими десятками ракет и бомб можно легко разрушить Цитадель, а главное, убить десятки тысяч ничего неподозревающих эддориан…

— Тогда надо их немедленно предупредить об опасности! — уверенно завила Таис.

Томас грустно улыбнулся.

— Эддориане — очень острожный, можно сказать, даже трусливый народ. Если они услышат о возможной атаки террористов, Цитадель очень быстро опустеет. И тогда разведчики террористов — а у них наверное есть разведчики — могут принять решение об отмене атаки.

Понимаете, что за этим последует? Террористы поймут, что кто-то разгадал их метод выбора очередной цели, и примут меры.

— Какие меры? — упавшим голосом спросила Таис.

— Ну, например сменят вид уравнения. По которому они определяли номер планеты-жертвы по старинному звездному каталогу. Аналитики обработали всю базу данных, в которую заложены все сведения о действиях террористов со времени их первой атаки на земную Цитадель. Вывод таков: террористы уже однажды поменяли вид уравнения! Это произошло после того, как жители планеты Вирсант-2 в созвездии Овна однажды в течение нескольких часов внезапно покинули свою Цитадель. Мы-то знаем, что причиной этому была вовсе не весть о террористах, а ложный слух о эпидемии чумы, что якобы началась в одной из биологических лабораторий. Никто из аборигенов и знать не знал, что спустя всего несколько часов на их Цитадель должны была обрушиться чума их космоса! Простое совпадение, но террористы после этого не стали рисковать, а сменили систему выбора планеты-жертвы… Ясно?

Таис кивнула.

— Теперь ясно. Если мы снова спугнем противника, то шансов поймать их след в ближайшие месяцы не будет, верно?

— Думаю, этих шансов вообще может не появиться! В результате погибнут десятки тысяч людей и не людей с многих планет. Я знаю, что не прощу себе такого! Но и гибель эддориан тоже окажется на моей совести. Что же делать?

Девушка расстроено посмотрела на своего капитана.

— Выход, наверное, только один: мы должны растерзать террористов прежде, чем они нанесут удары по эддорианской Цитадели! Я знаю, что пилоты-варганцы рвутся в бой. Они скорее умрут, чем дадут себя переиграть. Томас… то есть капитан, прошу — положитесь на нас! Мы так переживаем за вас. Столько неприятностей на вас сразу обрушилось, любой может сломаться… Но только не вы!

Она вдруг шагнула к капитану и, обвив руками за шею, пылко поцеловала его.

Томас хотел было мягко отстранить девушку, но не смог. «А почему бы и нет? — подумал он. — Таис меня любит, а мне одному чертовски тошно. Но ладно, об этом подумаю как-нибудь потом».

Из каюты он вышел вновь уверенным и непреклонным, как будто не было мучительных минут растерянности. Совещание с заместителями было отменено за ненадобностью. Эскадра расположилась вокруг ожидаемого направления атаки, причем расстояния между кораблями составляло не менее двадцати миль. Вряд ли разведчики террористов могли бы обнаружить такую почти невидимую ловушку. А дальше оставалось только ждать и надеяться на удачу. Прошло около десяти часов. Нервы у всех были напряжены до предела.

Томас Чейн покинул командный пост на флагманской крейсере и перевел в кабину одноместного варганского звездолета. Никто не пытался возражать, хотя командующий эскадры не должен быть рисковать собой в бою. Все понимали, что Томас не просто жаждет драки. Все остальные пилоты получили приказ стрелять на поражение целей. Но уничтожение террористов было только половиной дело. Нужно было любой ценой захватить одного из врагов живым, и понятною кто взял на себя самую сложную задачу.

Между тем над эддорианской степью наступила ночь. И едва тьма нахлынула на Цитадель, как в нескольких тысячах километрах над ней в космосе появились первые три боевых корабля террористов. На этот раз разрушители явно не ожидали никаких проблем, поскольку эддорианская Цитадель не имели системы обороны, и была фактически беззащитна для нападения как из космоса.

Три звездолета ринулись на цель, не дожидаясь выхода из гиперпространства главных сил эскадры. Ракеты уже вот-вот готовы были сойти с направляющих, чтобы поразить легкую мишень, как вдруг наперерез разрушителям в разных сторон ринулись три варганских иглообразных корабля. Последовали три выстрела, и в верхних слоях атмосферы вспыхнули три огненных шара.

Но это было только прелюдией к бойне. Эскадра террористов в течении нескольких секунд в полном составе вышла из гиперпрыжка,

И неожиданно для себя оказалась под перекрестных огнем. Почти пятикратное преимущество в количестве на этот раз не играло решающей роли, поскольку первые мгновения пилоты-террористы просто физически не могли сориентироваться в непредвиденной ситуации. К тому же звездолеты не могли мгновенно набрать необходимую скорость, и оказались легкими мишеням и для сверхскоростных маневренных кораблей варганцев.

Эфир наполнился воплями восторга, которые издавали молодые варганцы. Они болезненно перенесли поражения в боях с космическими цыганами, и жаждали доказать свое превосходство над всеми.

Не жалея ракет, они били по неповоротливым большим целям прямой наводкой, и почти не промахивались. Космос пылал, словно адский котел, и шансов на спасения у разрушителей на этот раз почти не было.

Однако по теории вероятностей кто-то из террористов должен был оказаться более удачливым, чем его подельники. Так и случилось. Из кипящего огненного шара пулей вылетел один из боевых звездолетов и, вращаясь вокруг оси, ринулся прочь от планеты. Его никто не преследовал.

Очень скоро поле боя осталось позади, и пилот-разрушитель мог перевести дух. Впереди космос был совершенно чист.

Совершив плавный разворот, корабль направился в заранее намеченную точку обратного гиперперехода. И в этот момент невесть откуда на него коршуном ринулся маленький варганский звездолет.

Томас сделал всего лишь два прицельных выстрела ракетами ближнего боя, чтобы вывести из строя двигательную систему противника. Ракеты были лишены боевых частей, и поэтому обычного взрыва не произошло.

Все остальное было лишь делом техники. Томас быстро уравнял скорости и с помощью магнитных тросов пришвартовался к корпусу корабля террористов, который по размеру раз в пять превосходил его собственный звездолет. Спустя несколько секунд Томас вылетел из открытого переходного люка, держа в руках мощный ручной бластер.

С его помощью он вскрыл ближайший люк на корпусе вражеского корабля, и влетел в переходной туннель.

Наступил самый опасный момент боя. Террористы могли встретить его яростным огнем, или что еще хуже, просто покончить жизнь самоубийством. О последнем варианте Томас старался даже не думать — это бы означало фактический провал операции. Террористы явно имели несколько эскадр, и потеря одной из них еще не означала окончательной победы над разрушителями. Любой ценой надо было найти ниточку, ведущую на их секретную базу!

Томас вскрыл внутренний люк и ринулся внутрь корабля. Он ждал, что его встретит залп из нескольких бластеров, но в широком коридоре было темно и пустынно.

«Неужели эти мерзавцы уже мертвы?» — с тоской подумал Чейн-младший.

Вынув парализатор, он побежал по коридору в сторону носовой части корабля. Царящая вокруг тишина пугала его куда больше, чем грохот взрывов или шум бегущих навстречу ног.

В кабине пилотов было пусто. Так же пусто оказалось и в пяти каютах корабля, и также в трюме. Похоже, на корабле вообще никого не было!

Оставалась еще небольшая надежда, что террористы его перехитрили, и уже покинули поврежденный корабль. На этот случай на варганском звездолете был установлен биологический локатор. Он должен был обнаружить любое живое существо, оказавшееся в окружающем пространстве на расстоянии до пятисот миль. Но локатор, увы, не сработал.

Томас остановился в коридоре, растерянно оглядываясь по сторонам. Что же произошло? Неужто это корабль управлялся автопилотом, или на худой конец, дистанционно с невидимого корабля-матки? Но тогда в кабине пилотов должно находится какое-нибудь устройство, выполнявшее эти функции. На других кораблях террористов, которые были захвачены в прежних боях, таких устройство обнаружено не было. Может быть, хоть в этом ему повезет?

Увы, не повезло. Пилотская кабина выглядела так, будто ее только что покинули. Казалось, даже кожаного кресло первого пилота сохранило тепло чьего-то тела. Но где же оно, это тело?

Томас без сил опустился на пол и, сняв шлем скафандра, с силой потер лицо.

— Невероятно… — пробормотал он. — Просто невероятно! Ну, не может эта железяка управлять сама собой! Я не раз бывал на кораблях Орды и видел, как выглядят там кабины… Здесь же нет ничего похожего. Пилот еще несколько минут назад сидел в этом кресле, клянусь Господом! Я видел, как беспомощно вращался корабль, как кто-то не очень умело пытался включить систему стабилизации. Автопилоты так не действуют, так могут вести себя только живые существа. Причем не очень искусные и изрядно напуганные живые существа! И куда же они подевались?

Томас пришел в себя, только услышав голос одного из заместителей командующего эскадры, Докура.

— Капитан, противник полностью уничтожен! — звенящим от гордости голосом доложил молодой варганец. — Наши потери — шесть кораблей, причем три пилота успели катапультироваться. По Цитадели разрушители выпустили только два десятка ракет и бомб, но только одна из них пропала в цель. О жертвах среди эддориан пока ничего не известно.

— Молодцы, — тусклым голосом ответил Томас. — А вот я ничем похвастаться не могу.

— Что, террористы снова успели покончить с собой? — встревожено спросил Докур.

— Если бы так… Похоже, они вообще не существуют, и с нами воюют призраки, ха-ха!

Глава 3

Сразу же после возвращения на флагманский корабль Томас связался с отцом по секретной линии связи и доложил о победе над эскадрой террористов. А затем поведал о захвате одиночного, чудом уцелевшего корабля разрушителей. Увы, заключительная точка в этой вы целом блистательной операции оказалась жирной кляксой…

Морган Чейн молча выслушал сына, а затем улыбнулся — наверное, в первый раз после исчезновения Селии:

— Молодец, сынок! Ты сделал все правильно. Правда, у террористов есть несколько эскадр, и теперь они предупреждены, но все равно бой возле Эддоры-IV станет для разрушителей настоящим шоком! Да и твой пленник Баркин — это для нас настоящий клад. Я не сомневался, что Голконда играет в последних драматических событиях роль тайных кукловодов, и теперь мы получили веские доказательства этому. Береги его, как зеницу ока! При первом же удобном случае доставь его сюда, в летающую Цитадель, я хочу поговорить с ним лично… О маме нет вестей?

Томас покачал головой.

— Плохо, — помрачнев, сказал мессия. — Если в течении еще двух-трех дней мы не получим от нее вестей, то я введу в туманность Орду. Не самоубийцы же эти чертовы цыгане! Если надо, буду действовать предельно жестко. И не только по отношению к похитителям твоей мамы…

Томас вздрогнул:

— Ты хочешь сместить Вилену?

Морган Чейн кивнул.

— Непременно это сделаю. Ты же видишь, сынок — враги с нами не церемонятся, и как только где-нибудь мы обнаруживаем слабость то сразу же проигрываем. Что делать: все мерзавцы в этом несовершенном мире подчиняются только Силе!.. Я не собираюсь причинять твой жене зла — просто заберу Вилену на борт летающей Цитадели, и передам в руки ее матери.

Томас с подозрением взглянул на отца:

— А разве императрица Лианна еще находится там? Я думал, что ты просто спас ее из рук мерзавца Шорра Кана, и высадил на одном из обитаемых миров, скажем, на Веге-3. Там все обожают Лиану, а Шорра Кана — ненавидят! Императрица была бы там в полной безопасности.

Морган Чейн усмехнулся.

— Так уж и в полной… Томас, не будь идеалистом. Агенты Шорра Кана есть повсюду, а предателей хватает на всех мирах. К тому же, есть еще Голконда. Вот где жаждут заполучить беглянку! Дилулло сообщил мне, что по его сведениям Президент Лейтон уже однажды тайно встречался с Шорром Каном. Они наверняка договорились о сотрудничестве. Но каждый хотел бы накинуть на своего нового друга удавку покрепче!

Доводы отца звучали весомо, и возразить на них Томасу было нечем. Однако сомнения у него остались. Еще несколько дней назад он бы смолчал, но сейчас от прежнего малодушия и мягкотелости у него не осталось и следа. И он прямо задал мучавший его вопрос:

— Отец, давай поговорим начистоту. Ты ведь не случайно не торопишься бросаться на поиски мамы? У меня есть ощущение, что она тоже не очень жаждет, чтобы ее спасали. Возможно, что она сама инициировала свое пленение. Также возможно, что таким образом она просто ушла от тебя! У нее самой на такой по ступок просто не хватало духа, и тогда она это сделала чужими руками. Никто теперь не бросит камень в твою сторону, никто не станет распускать слухи, что Селия фактически бросила своего мужа, и ушла в свое родное племя космических странников. Но если это так и есть?

Морган Чейн посмотрел на сына с огромным удивлением. Только сейчас он заметил, что мальчик за последнее время заметно повзрослел. Его глаза стали совсем другими, и другими стали слова и поступки. «Наверное, неудачный брак с Виленой сделал его таким, — подумал мессия. — Что ж, может, это и к лучшему».

— Сынок, нас могут подслушивать… — после долгой паузы сказал он.

— Нет! Мои связисты изменили кодировку, и клянутся, что по крайней мере этот, первый разговор не сможет услышать никто на свете. Отныне мы будем менять кодировку каждый раз. Прошу, не уходи от ответа! Мне сейчас настолько паршиво, что я готов принять любую, самую неприятную весть. Я же давно чувствую, что у вас с мамой не все ладно! А тут еще Лианна… Знаю, что мама всегда ревновала тебя к этой красавице. Скажи честно — она ушла от Шорра Кана… к тебе?

Морган Чейн опустил голову, не в силах выдержать жесткий взгляд сына, который, казалось, проникает прямо в его душу.

— Том… Ты уже на своей шкуре почувствовал, как нелегко удержать близкую тебе женщину! Не сомневаюсь, что глубинной причиной предательства Вилены была любовь, или вернее, страсть — но не к тебе, а твоему сводному брату! У Вилены, конечно, были и другие резоны, когда она выпихнула тебя с Базы, но поверь мне — главной пружиной любых действий женщин всегда являются мужчины!

Да, у нас с Селией не все было хорошо в последние годы… Нелегко быть женой мессии, который и утром, и ночью занят своими бесконечными делами. Но еще тяжелее быть женой бессмертного! Селия начала стареть, и поэтому ей все чаще приходилось обращаться к помощи генетических косметологов. От меня все это тщательно скрывалось. Мне говорили, что Селия приболела, что она простудилась, и так далее. Но на самом деле ей тайно делали операцию за операцией! Однако почему-то ее организм не очень хороши принимал все эти омолаживающие методы. Дважды она вообще внезапно впадала после операций в кому, и врачи с огромным трудом возвращали ее к жизни!

Разумеется, однажды я понял, в чем тут дело. Я пытался поговорить с твоей матерью, объяснить, что лично для меня ее морщинки — вовсе не трагедия. Но попробуй такое внушить любой женщине!.. Селию держала твоя близость. Но когда ты улетел на Базу, да не один, а с подругой…

Томас кивнул. Да, приблизительно так он и думал.

— А что же императрица Лианна? — сухо спросил он. — Разве она не стареет? Я не раз слышал от разных людей, что двадцать с лишним лет врага с Шорром Каном не пошло бывшей главной галактической красавице на пользу. Сам-то я по молодости лет не помню, какая была принцесса Фомальгаута Лианна. Но нынешняя жена Шорра Кана — это уже далеко не само совершенство! По-моему, она выглядит куда хуже, чем мама.

Вопреки желанию, Томас произнес эти жестокие слова, хотя вовсе не хотел обидеть кого-нибудь. Но отец сам вынудил его говорить резкости в адрес своей новой пассии!

Морган Чейн едва сдержал ярость.

— Том, не суди так строго… Мы с Лианной — только друзья. Не спорю — пока только друзья! Я вот уже очень много лет преклоняюсь перед этой чудесной, великодушной, умной женщиной. И я ощущаю перед ней вину. Ведь ее брак с Шорром Каном — частично и дело моих рук! Мне хотелось, чтобы рядом с этим мерзавцем, воплощением Зла, находилось воплощение Добра. И больше двадцати лет этот брак двух абсолютно разных людей во многом обеспечивал стабильность Галактической Империи!

Но мой расчет не оправдался. Таких людей, как Шорр Кан, изменить нельзя. Лианна держалась до тех пор, пока обе дочери находились под ее крылышком. А затем повторилось та же история, что случилась с твоей матерью. Когда Анна и Вилена окончательно покинули терранский дворец, Шорр Кан словно с цепи сорвался, и вновь принялся плести интриги против меня! А Лианне стало невмоготу в золотой клетке… Да, я помог ей бежать с Терры — а кто еще мог это сделать? Так уж совпало, что незадолго перед этим Селия исчезла — тогда о Лиане вообще не шел разговор! Сынок, судьба существует, чтобы там не говорили скептики. Мы с Лианной ничего не форсируем, мы не живем вместе, хотя честно скажу: очень хотим этого! Нам обоим ужасно одиноко…

Томас ощутил, наверное, впервые в жизни, жалость к отцу. Прежде всесильный мессия никогда не нуждался в жалости!

— Хорошо, — тихо сказал Томас. — Я все понял. Скажи — у мамы есть хоть один шанс?

— Да. Если она захочет вернуться, то мы все трое… вернее, с Лианной — все четверо, сделаем вид, что во всем виноваты космические цыгане и злодейка-судьба… А сам ты готов смирить гордыню, и принять Вилену? Ведь она, пусть и что номинально, но все же твоя жена…

— Нет!!

— Вот видишь — ты себе позволяешь говорить «нет». Мне же ничего не позволено! Ладно, хватит об этом. Что ты собираешься делать дальше?

Томас вкратце изложил свой план. Выслушав его, мессия помрачнел.

— Да, наверное, ты прав — в этой почти безнадежной ситуации Врея наша последняя надежда! Нам во чтобы-то ни стало надо разыскать базу террористов, иначе плоды твоей победы будет пожинать кто-то другой. Врея прежде не раз помогала мне, но после моей женитьбы на Селии больше ни разу не давала о себе знать. Ты — это другое дело, к тебе она должна хорошо относиться. Ха, забавно получается?

— Что же здесь забавного, отец?

— А то, что ты только что порицал меня за внимание к другим женщинам. А кто такая Врея? Тоже другая моя женщина… И ты не нашел ничего лучше, чем обратиться к ней за помощью! Вот так-то сынок…

Экран дальней связи погас, и Томас обессилено опустился на кресло. В душе его царило смятение. Многие его смутные подозрения получили подтверждения. Словно по злой иронии судьбы, и сын, и отец почти одновременно лишились своих жен, причем отнюдь не по своей инициативе. Правда, у отца хотя бы появился шанс найти утешения в объятиях прекрасной Лианны. А у него…

Кто обнял его сзади на плечи, и пылко поцеловал в шею.

— Таис? — сдавленно спросил он. — Как ты здесь оказалась?

Девушка тихо рассмеялась.

— Я же бортиженер, и заведую всеми не очень сложными механизмами на корабле. Замки всех дверей тоже находятся в моем ведении. Ты не знал, Том? Тогда советую закрывать на ночь дверь твоей каюты покрепче. Если бы в моем хозяйстве был бы старинный висячий замок, то я бы сама подарила его тебе. Иначе ведь влюбленную женщину не удержишь на дистанции!

Томас повернулся, и ответил поцелуем на поцелуй.

— А я и не собираюсь тебя удерживать, Таис!

* * *

Совершив несколько сверхдальных гиперпрыжков, эскадра приблизилась к Рукаву Персея. Дальнейший путь к цели предстояло совершать на обычной маршевой скорости — уж слишком много в этой части Галактики было коварных пылевых потоков и облаков холодного водорода. Среди мириадов звезд штурманы быстро разыскали дымчато-желтую звездочку. Это была звезда Альбейна, знаменитая своей планетой Арку. Именно здесь находилась Коническая гора с плоской вершиной, в глубине которой находилась древняя установка со странным названием Свободное странствие.

Томас с огромным интересом смотрел на экран монитора. От отца он слышал немало историй об Арку. Когда-то очень давно Морган Чейн, Джон Дилулло и их друзья-наемники высадились на этом не гостеприимном мире с целью найти какого-то богатого землянина, затерявшегося где-то в джунглях. Бывший Звездный волк тогда даже не подозревал, что именно здесь он встретит свою первую настоящую любовь — аркунку по имени Врея. Именно на Арку Морган Чейн отправился в первое Свободное Странствие, и впервые увидел чарующие, изумительные Миры Ожерелья, своеобразный галактический рай…

Несколько лет спустя Врея трагически погибла, но Морган Чейн успел отправить ее разум и душу в Свободное Странствие. С той поры где-то в Галактике живут горстка атомов, закутанных в энергетический кокон. Врея после смерти обрела бессмертие, но увы, перестала быть человеком. Однако она не потеряла способности любить — и ненавидеть.

Томас подозревал, что всесильный мессия мог бы при большом желании отыскать ниточку, что ведет к его бывшей возлюбленной — тем боле, что Врея не раз и не два уже помогала ему в критических ситуациях. Но раз отец не сделал этого, значит, действительно не надеялся на успех. А ведь Врея и ее многочисленные друзья — вечные странники космоса, знали о Галактике намного больше, чем все ее обитатели вместе взятые! Врея могла знать, где же находится база террористов. Но захочет ли она об этом рассказать живому существу, и тем более — сыну Моргана Чейна?

Томас включил интерком, и обратился к своим заместителям, которые находились на различных кораблях эскадры:

— Друзья, дальше к Арку я полечу один.

Ответом ему были громкие возмущенные возгласы, но командующий эскадры не собирался менять план действий:

— Увы, я не могу посвятить вас во все детали своего замысла. Поверьте — именно на Арку может находиться ниточка, что ведет к базе террористов! Сейчас разрушители затаились — наверное, разгром возле Эддоры-IV послужил для них холодным душем. Но эта растерянность скоро пройдет, и атаки возобновляться снова. Нам не удалось поймать живым или мертвым хотя бы одного из террористов. Похоже, их вообще не существует! Но такого, конечно же, просто не может быть.

На этот раз ему никто не возразил, хотя молчание в эфире выглядело более чем многозначительным. Томас понял, что ступил на ту же шаткий мостик, по которому много лет ходил и продолжает ходить его отец. Как бы ему не хотелось, но он просто вынужден о многом умалчивать даже в общении со своими ближайшими друзьями и соратниками. Со стороны это может выглядеть, будто Чейн-младший попросту использует тех, кто ему безоглядно доверят. Откровенно говоря, так оно и было на самом деле… Но что поделать — рассказывать всем и вся про Свободное Странствие и Врею? Это даже не его секрет, это секрет отца.

И все же кому-то одному он должен довериться! Судя по рассказам отца, кто-то доложен помочь включить ему установку Свободное Странствие, и кто-то должен увести его с платформы, пока он еще будет слабым и мало вменяемым. У отца было много друзей, которым он мог довериться: Джон Дилулло, Рангор, Гваатх, Рутледж, Бихел… А он, Томас? Кто из близких людей сейчас с ним рядом? Пожалуй, только Таис. Но как отреагируют его заместители, и особенно варганцы, когда он выберет ее в спутники?

Томас упрямо опустил голову. А-а, пусть все думают, что хотят! Если он начнет прислушиваться ко мнению всех и каждого, ему ничего не удастся сделать.

Через некоторое время маленький варганский корабль отчалил от флагманского корабля и набирая скорость, направился к Альбейну. Вслед за ним двинулась и вся эскадры. Из-за обилия космической пыли такой большой группе кораблей нельзя было включить маршевую скорость, и потому несколько миллионов километров, до дымчато-желтой звезды, эскадре предстояло преодолевать не менее двух стандартных суток.

Каждый из пилотов и бойцов эскадры многое бы отдал, чтобы сейчас оказаться рядом со своим молодым командиром. И все с огорчением вспоминали эффектную гречанку с медной копной волос и миловидными чертами лица. Трудно было подобрать для Томаса Чейна менее подходящего спутника в этой опасной экспедиции на Арку!

Но выбор был, увы, не за ними.

* * *

Баркин дремал в своей каюте, превращенной в импровизированную тюрьму, когда вдруг ощутил, что рядом послышались чьи-то шаги. Открыв глаза, он сел на кушетке, тревожно вглядываясь во тьму.

— Кто здесь? — спросил он.

Ответа не было. Постепенно глаза пленника привыкли к темноте, и он убедился, что тюремная камера пуста. И тем не менее, здесь явно кто-то находился!

Баркин поднял над головой скованные руки, готовясь отразить нападение.

— Томас, это вы? — дрожащим от страха голосом вопросил он. — Я слышал, что ваш отец горазд на всякие жуткие фокусы… Кажется, он может пробить кулаком стальной корпусом звездолета? Но прошу, не надо испытывать на мне вашу колдовскую силу! Все скажу, всех предам, только оставьте меня в живых! Я ведь еще о многом умолчал…

Некто, находящейся в тюремной камере, куда-то исчез. Это еще больше встревожило агента с Голконды. «Уж не схожу ли я с ума под действием наркотиков, которыми меня накачали по приказу молодого Чейна? — с ужасом подумал он. — Да, похоже на это…»

— Хотите, я расскажу о том, как был ранен ваш отец, всесильный мессия Морган Чейн? — сглотнув, продолжил агент. — Знаю, что вам давно хотелось узнать эту тайну. И не только вам — всем! Но президент Лейтон не рассказал об этом даже Шорру Кану, своему новому и надеюсь, верному союзнику. Вы спросите — откуда я знаю? Да потому что именно я подстроил ту ловушку! Мы давно знаем. Что единственной слабостью вашего отца являются красивые, добрые и умные женщины.

Наш лучший молодой агент по кличке Далила сумела очаровать галактического Голиафа, заставила его поверить в свою несчастную участь изгнанницы, а потом…

Внезапно Баркин ощутил на своей шее чьи-то сильные пальцы. Он попытался вывернуться, но хватка неведомого врага только усилилась.

— Ничего личного, Баркин, — откуда-то сзади послышался незнакомый мужской голос. — Своей болтовней ты, жалкое насекомое, нарушил Равновесие!

— Какое… равновесие?.. — прохрипел Баркин, безуспешно пытаясь вырваться из смертельной хватки.

Послышался хруст шейных позвонков, и агент Голконды обмяк.

Невидимый убийца швырнул бездыханное тело на пол и шагнул к стене, игнорируя запертую дверь.

— Двадцать восьмой, — с удовлетворением произнес он. — Ха-ха, веселая игра продолжается и в этой гребаной загробной жизни!

Глава 4

Маленький звездолет вошел в верхние слои атмосферы Арку. Томас Чейн сидел в кресле пилота и не отрывал взгляд от панорамы планеты, о которой столько слышал в детстве из рассказов отца. Большую часть Арку покрывали джунгли, которые то там, то здесь прорезывали полноводные реки. Среди зеленого ковра виднелись многочисленные коричневые полосы и серые. Это были горные хребты и скалистые массивы. Городов было видно сравнительно немного, и почти все они располагались на берегах крупных рек. Отец говорил, что на Арку есть два обширных океана, но они по-видимому, находились в другом полушарии.

Таис сидела чуть позади, с трудом разместившись на узком кресле. От мощных перегрузок ее тошнило, но девушка крепилась и за все время полета не издала ни звука.

— Ну как тебе планетка? — спросил Томас и обернулся. Увидев, в каком жалком состоянии пребывает его новая подруга, он разразился проклятиями.

— Черт, как же я забыл, что обычные люди плохо переносят нашу, варганскую манеру пилотирования? Таис, прости — я забылся! Привык, понимаешь ли, летать на варганских звездолетах в одиночку!

Девушка ответила слабой, вымученной улыбкой:

— Ничего…Бывает хуже, кхе-кхе… Том, ты уверен, что нам не следовало прилететь сюда всей эскадрой? Аркунцы — как они нас встретят?

Томас пожал плечами.

— Думаю, все пройдет нормально. На этой планете давно знают и уважают моего отца. Если бы не он, то установка Свободное Странствие давно бы лежала в руинах. Одно время сюда, на Арку, рвались люди и нелюди со всех окрестных звездных систем. К горе, где находится Свободное Странствие, нельзя было подойти и на десять километров — такое здесь царило столпотворение! Гору окружало кольцо баррикад, а за ними находились воинские подразделения. Остальную часть долины занимал огромный палаточный лагерь. Вот весело было!

— И чего же хотели гости Арку? — недоуменно спросила Таис. — Неужто, им хотелось просто полетать в космосе в виде горстки атомов, словно на экстремальном аттракционе?

— Конечно, нет! Большинство из прибывающих на Арку были либо безнадежно больными, либо неудачниками, либо сумасшедшими. Никто из них и не собирался возвращаться из космоса в свое тело! Фактически, гости Арку жаждали совершить самоубийство, с надежной обрести вечную жизнь там, среди звезд. Понятно, что властям Арку от этого радости было мало. В один прекрасный день паломничество на Арку было вообще запрещено, а вся система планет звезды Альбейна получила название Закрытые Миры. Но разве фанатиков можно остановить! Смотри, вот она, наша цель.

На небольшом экране появился горный хребет. В центре широкой долины возвышалась массивная гора с плоской вершиной. Долину покрывали серой пеленой какие-то развалины.

— Видишь, Таис, что осталось от бывшей военной базы и многочисленных поселений паломников? Только один мусор.

— А что же Свободное Странствие? — с волнением спросила девушка. — Неужто никто уже не жаждет обрести бессмертие?

— Ха, еще как жаждут! Но аркунцы в один прекрасный день под большим секретом распространили по всем окрестным мирам новость: оказывается, ученые установили, что никакой вечной жизни Свободное странствие не дарит! Мол, люди и нелюди действительно переходят в новую форму жизни, и тем самым обрекают себя на вечные адские муки! Естественно, нашлись очевидцы. Которым чудом удалось вернуться в свои прежние тела, и они подтвердили: Свободное Странствие — это всего лишь ловушка дьявола!

— И что же — все поверили? — с сомнением спросила девушка.

Томас вздохнул.

— Конечно, нет. Но… Словом, однажды на Арку прилетел мой отец. Он подтвердил все, о чем говорили правители этой планеты. Слово мессии ныне для многих превыше закона, и после этого поток желающих обрести вечную свободу в космосе почти иссяк. А затем вход в гору был закрыт силовым щитом, и проникнуть туда стало невозможно.

Таис ласково обняла его и поцеловала в затылок.

— Спасибо… — растроганно произнесла она.

— За что?

— За доверие. Ты только что поделился со мной тайной, которую знают только немногие избранные. Неужели я тоже вошла в их число?

Томас тихо произнес:

— Мне очень нужна сейчас дружеская поддержка, а еще больше — любовь. Таис, ты мне очень нравишься. Надеюсь, что вскоре из этого вырастет нечто большее… Только не торопи меня, ладно?

— Хорошо, — серьезно сказала девушка. — Я терпеливо ждала целый год, подожду еще сколько надо. Делай со мной что захочешь, Том, я все стерплю. Только…

— Что?

— Не повторяй ошибок отца, ладно? Я знаю, его искренне и преданно любили многие женщины, но его дело, его миссия были для него всегда намного важнее тех, кто находился рядом. И женщины погибали казалось бы по разным причинам, а на самом деле всегда только по одной: из-за отсутствия ответной любви! Без ответной любви умру и я.

— Таис, о чем ты говоришь! — смущенно воскликнул Томас. — Я клянусь…

— Нет, не клянись, не надо. Ты знаешь — у меня нет причин хорошо относиться к твоей почти что жене Вилене. Штучка она еще та, это было ясно всем обитателям Базы с самого начала всем — ну, кроме тебя, разумеется. И все же я не берусь ее осуждать за предательство! Ты не смог растопить ее сердце, потому что ставил свои планы куда выше чувств своей подруги. Вот и получил по заслугам!

Томас промолчал. Конечно же, он ничего не рассказал своей новой подруге о том, что произошло у отца с Селией и Лианной. Это было глубоко личная трагедия, и он еще не рисковал пускать Таис так глубоко пускать в свое сердце. Но ее слова напрямую касались всего, что произошло в последние дни. «Неужели, эта девчонка оказалась мудрее отца? — со смятением подумал он. — Мама бы ни за что не ушла от него, если бы у нее сохранялась хоть какая-то надежда. Но раз она позволила себя „украсть“, то такой надежды больше не осталось. Лианна может разделить ее участь. Отец, как галактический мессия ты должен любить всех ее бесчисленные мириады жителей. Почему же ты не находишь в своем большом сердце крошку любви для близких к тебе женщин?.. Слава богу, я не мессия, а всего лишь его сын, и потому постараюсь жить иначе».

Разговор с Таис очень взволновал его, но вскоре Томасу пришлось переключиться на более насущные задачи. Поначалу он хотел приземлиться у подножия Конической горы, но затем увидел, что из земли начали словно грибы появляться какие-то большие куполообразные устройства.

— Что это? — удивленно спросила Таис.

— Не знаю, — процедил сквозь зубы молодой Чейн. — А я-то думал, что охрана Конической горы давно снята за ненадобностью. Может быть, это роботы? Я думаю…

Он не успел договорить. Над «грибами» зазмеились голубые молнии. Они начали стремительно расти, свиваться в толстый энергетический «столб».

— Том, нам надо уходить! — испуганно воскликнула Таис.

Томас понял, что вот-вот на его корабль обрушится смертоносный удар. Не было времени размышлять, кто и почему так поступает, даже не поинтересовавшись, кто прилетел к Конической горе и с какой целью.

Увернуться от удара еще было можно, но это фактически означало крах задуманного дела. Нет, ни за что!

— Держись! — крикнул он и включил форсаж. Медленно летевший звездолет внезапно рванулся вперед и словно пуля помчался в сторону горы, одновременно маневрируя. Таис вскрикнула и едва не потеряла сознание от мощной перегрузки. Впрочем, она вскоре об этом пожалела, потому что одного взгляда на обзорный экран было достаточно, чтобы понять: корабль вот-вот на огромной скорости врежется в склон горы!

Не выдержав, девушка закричала от ужаса — вернее, попыталась закричать, но губы не послушались ее. Пилот даже не взглянул в ее сторону — он полностью сосредоточился на управлении бешено маневрирующего звездолета.

Видимо те, кто охранял Коническую гору, тоже не ожидали от нежданно го гостя такой прыти. Энергохлыст попытался сбить нахального гостя, но дважды промахнулся. А склон горы между тем стремительно приближался. Смертоносное столкновение казалось неизбежным!

Выждав еще пару секунд, Чейн-младший нажал на красную кнопку, и в сторону горы помчались две ракеты. Раздался взрыв, и чуть позже в облако огня и дыма влетел звездолет.

Таис охнула и потеряла сознание…

* * *

Когда девушка очнулась, что увидела, что звездолет стоит внутри большого каменного туннеля. Томас молча взял ее на руки и вынес через люк наружу.

— Где… где мы? — слабым голосом спросила Таис.

— В ста метрах от Свободного Странствия, — криво улыбнулся Томас.

— Как мы… здесь оказались?

— Очень просто — просто разбили стальные ворота входа в туннель, и влетели внутрь.

Таис посмотрела на друга расширенными от ужаса глазами:

— Том, ты… сумасшедший? Посмотри на туннель — ведь он шире фюзеляжа нашего звездолета всего лишь на три места! А как ты сумел остановить машину?

Томас беззаботно улыбнулся.

— ну, это для нас, варганцев, сущие пустяки. Правда, я опасался за твое здоровье, но к счастью, все обошлось. Пойми, другого шанса прорваться к Свободному Странствию у нас не было!

Таис встала на ноги, и тотчас покачнулась. Она мельком взглянула вперед — туда, откуда шел мерный голубой свет, а потом повернулась и взглянула в сторону входы в туннель. Там висело густое тое облако из пыли и дыма.

— О Господи! — простонала Таис. — Аркунцы… они ведь скоро поднимутся на гору и войдут в туннель. Что будет потом? Вряд ли аборигены будут с нами церемониться. Они ведь даже не знают, кто мы! Вернее, кто ты…

Томас пожал плечами.

— Могли бы, кстати, поинтересоваться… Думаю, гору охраняют роботы, и им дам приказ никого сюда не подпускать. Пошли, Таис, мне понадобиться твоя помощь!

Он взял девушку за руку и повел ее внутрь горы. Но Таис уперлась:

— Постой, я кажется что-то слышу…

Она испуганно стала вглядываться в бурлящее облако. Вскоре внутри него стали проявляться какие-то контуры.

— Это роботы! — воскликнул Томас. — Бежим! Не бойся, корабль нас защитит.

Девушка повернулась и пообедала вслед за другом. Она ожидала. Что вот-вот в ее спину полетят пули. И действительно, вскоре позади раздался такой сильный грохот, что у нее едва не заложило уши.

Повернувшись, она увидела, что внутри туннеля вошли несколько десятков андроидов. В «руках» они держали лазерные ружья и парализаторы. Но их встретил ураган огня — это автоматически сработали кормовые пушки звездолета.

— Не задерживайся! — закричал Томас, но Таис едва расслышала его голос.

Пробежав метров сто, они оказались на кольцевой террасе, которая опоясывая огромную шахту, облицованную тем же металлов, что покрывал и стенки туннеля. Шахта пронизывала всю гору, и выходила через ее плоскую вершину.

Из разных концов террасы через шахту шли четыре узких металлических дорожки, ведущих к круглой, прозрачной словно стекло платформе. Откуда из глубины шахты шел ровный голубой свет. Таис хотела было взглянуть вглубь шахты, но Томас уже стоял на краю одно из металлических дорожек.

— Напрасно ты полетела со мной на Арку, — грустно сказал он. — Кто знает, что случится, когда Свободное Странствие заработает! Быть может, я погибну. А возможно, не смогу вернуться назад в свое тело…

— Ты не погибнешь! — одобряюще сказала Таис.

— Очень надеюсь. Но если случится худшее, то включи передатчик, и попытался связаться на волне SOS с властями Арку. Они вызволят тебя из этой ловушки! А теперь пожелай мне удачи, любимая.

Он повернулся и торопливо зашагал в сторону прозрачной платформы, Там, в глубине шахты, что-то происходило. Взглянув вниз, Томас увидел, что на дне шахты находится круг диаметров около ста футов, состоящий из множества многогранных ячеек. И эти ячейки наливались густым голубым светом.

«Повезло!» — с восторгом подумал Томас. — Хоть здесь мне повезло! Установка вот-вот заработает, и я смогу уйти в космос. Но услышит ли мой призыв Врея? Должны услышать…

Остальные путь до платформы он проделал бегом. Гул, что шел из глубины шахты, становился все сильнее и сильнее. Томас улегся на платформу и закрыл глаза. И тут же почувствовал, что кто-то лежит рядом.

— Таис? — спросил он. — Что ты здесь делаешь?

Девушка тихо ответила:

— Хочу разделить твою судьбу, вот и всею

— Но это же страшно опасно! Я не уверен, что установка работает нормально. Возможно, через мгновение я отправлюсь не в космос, а в преисподнюю!

— Что ж, вдвоем нам там будет веселее, — натужно улыбнулась Таис. — Может быть, мы там сыграем свадьбу. Разве ты не заметил, что минуту назад назвал меня любимой?

Чейн-младший мысленно чертыхнулся. Меньше всего он хотел рисковать жизнью это чудесной, преданной девушки. Поневоле он подумал: «Интересно, а как поступила бы в это ситуации Вилена?»

И тут он ощутил мощный удар, нацеленный в его мозг. Закричав, он потерял сознание.

* * *

«Том, мальчик, ты слышишь меня?»

Он хотел ответить, но не смог. Ощущение было такое, будто он умер, и его бесплотная душа воспарила к небесам. Говорить — чем? Разве у него были губы и голосовые связки? Разве у него было тело? И разве был он сам?!

«Том, почему ты молчишь? Господи, я начинаю тревожиться! Свободное Странствие работало вхолостую много лет. Может быть, установка вышла из строя? Ответь, милый, умоляю тебя!»

Милый? Так к нему могла обращаться только Таис. Ну конечно, это голос Таис! Бедная девочка отважно ринулась вслед за ним в эту безумную авантюру и, наверное, сейчас умирает от страха. Нет, надо собраться с мужеством и успокоить ее. Сейчас он попытается обрести голос, сейчас…

«Таис! Я… жив!»

«Слава тебе, о Господи!! Нет, я не Таис. Твоя подруга пребывает сейчас в глубоком шоке, и нам вряд ли удастся быстро вывести ее из ступора. Боюсь, нам придется оставить Таис здесь, в шахте».

Нам?? Только сейчас Томас осознал, что звучащий неизвестно откуда голос был ему совершенно незнаком. Неужели… Нет, это не может быть!

«Врея… Это вы?»

«Да».

«Но как же так… Я думал, что вы сейчас находитесь где-то в мирах Ожерелья, или еще где-нибудь бесконечно далеко от Арку. Ведь Галактика так велика!»

«Галактика куда больше, чем ты можешь себе вообразить, мальчик. Космические корабли — это пылинки, которых носит ветер странствий. Людям только кажется, что они путешествуют по Вселенной по своей воле, что они открыли почти все звездные системы и побывали на всех обитаемых мирах. Но это только иллюзия! Ваша Империя, гордо названная „галактической“ — на самом деле лишь крошечная часть Галактики. Я действительно могла находиться за десятки тысяч от Арку, и не услышала бы твой слабый, неуверенный голос. Ведь мы, свободные странники космоса, переговариваемся совсем иначе, чем вы, люди! Но я давно уже не могу позволить наслаждаться свободным полетом от звезде к звезде».

«Понимаю… Вы следите за мной и отцом, верно?»

В голосе Вреи зазвучали суровые нотки.

«Не всегда. Но в последнее время с вами обоими творится неладное, и я не могла оставаться в стороне. Твой отец… почему он не хочет вступить со мной в контакт? Ведь Ллорны подарили ему много фантастических возможностей. Если бы он захотел, то смог бы разговаривать со мной, и не отправляясь в Свободное Странствие».

«Разве?! Я не знал об этом. А он… знает?!»

«Думаю, что догадывается».

«Тогда почему же отец этого не делает? Ведь ему зачастую так нужна ваша помощь?»

В смехе Вреи послышалась горечь.

«Вот ты и ответил на свой же вопрос. Моя помощь! Для всесильного мессии, живого воплощения галактического бога, одна мысль об этом звучит унизительно и кощунственно. Да, прежде я не раз помогала ему в критических ситуациях. Но ныне, когда он поднялся над всеми обитателями Галактики, и встал вершителем их судеб… Да он просто не может смирить свою гордыню! Тем более, что я…»

Настала долгая пауза.

«Почему вы замолчали?» — встревожился Чейн-младший.

«Ты уже большой мальчик, Том, и знаешь не понаслышке, что такое любовь, и что такое измена. Когда-то бесконечно давно, в другой жизни, я была первой возлюбленной твоего отца. Потом, когда я умерла, у него были другие женщины. Я терпела, потому что Морган обещал в один прекрасный для меня день войти в Столовую гору и уйти в Свободное Странствие. Мы должны были воссоединиться, уже навечно! А затем, неожиданно для меня, Морган обрел бессмертие! Я пони маю, что для мессии этого необходимо, иначе он просто не успели выполнить с вою грандиозные проекты. Но я почувствовала себя обманутой! А потом в его жизни появилась твоя мать, и я… Хотя нет смыла уже говорить о Селии, это уже неважно».

«Неважно?! Врея, вы пугаете меня!»

«Не беспокойся, мой мальчик, твоя мать жива. Однако это все, что я знаю о Селии».

«Но почему? Вы легко бы могли проследить, где ее прячут космические цыгане, и…»

«Конечно, могла бы, — жестко перебила его Врея. — Но не хочу!

Не все здесь так просто, как тебе кажется. Не беспокойся за Селию, она знает, что делает. Твой отец и Лианна — вот что меня сейчас угнетает!»

Сердце Томаса (хотя разве у него сейчас было сердце?) сжалось от тревожного предчувствия.

«Вы хотите сказать, что они…»

«Да! Но не будем больше говорить об этом, Том. Лучше открой глаза. Нам нельзя терять драгоценного времени!»

Томас понял, что имела ввиду космическая странница. Разумеется, у него уже не было глаз, но он все же смог их открыть. И с ужасом увидел, что парит в метре над своим же безжизненным телом!

«Не беспокойся, с твоим телом ничего не случилось. Видишь, что ты дышишь? И твоя Таис тоже жива. Но вечно так продолжаться не может. Через несколько дней, максимум через неделю, вы должны вернуться в свои тела, или они оба просто погибнут от истощения. К тому же аркунцы…»

«О них можно не беспокоиться! Мой корабль надежно охраняет туннель и уничтожит любого, кто попытается туда войти»

«Ты забываешь, Томас, что к установке можно попасть и через шахту. Ну ладно, надеюсь, аркунцы не рискнут сделать это. Летим!»

Томас почувствовал, что кто-то словно схватил его за невидимую руку. Он стремительно вылетел из жерла шахты, и начал подниматься в небо, затянутое серыми облаками. Еще несколько мгновений, и, пронзив облачный слой, он увидел яркое солнце Альбейн.

А затем звезды вдруг рванулись ему навстречу.

* * *

Сколько времени продолжался полет — час, день или неделю, Том не знал. Чувство времени притупилось, также как и чувство пространства. Томас смутно ощущал, что он, а вернее горстка атомов, защищенный сферическим силовым полем, мчится со скоростью в несколько световых лет в секунду а может, еще быстрее. Мимо проносились созвездия за созвездием с такой скоростью, что он не мог их толком распознать. Врея молчала, и он тоже не смел разрушить тишину этого фантастического полета сквозь бездну.

Наконец, Врея сказала:

«Том, я веду тебя к базе террористов».

«О, именно об этом я и мечтал! Врея, кто они, эти мерзавцы? И кто ими командует? Неужели, это Шорр Кан? Или Х’харны?»

«Не надо торопиться с выводами, мальчик. Все куда сложнее… Я хотела бы, чтобы ты сам сделал правильные выводы. Моя задача — указать тебе путь к базе, а дальше действуй сам».

«Но как же я могу в таком, бесплотном виде, действовать? Хм-м, конечно же, я должен буду вернуться на Арку, а потом проделать этот путь уже вместе со своей эскадрой, верно?»

Врея промолчала, и это встревожило Томаса.

«Почему вы не отвечаете? Врея, я хочу вас о многом спросить…»

«Я знаю. Но я не могу больше ничем помочь тебе, Том. Я и так сделал куда больше, чем должны была бы. Передай отцу, что я по-прежнему жду его. Жду и надеюсь!.. Нет, ничего не надо передавать.

Прощай, мальчик!»

Томас почувствовал каким-то шестым чувством, что внезапно остался в космосе один. Врея исчезла, и это вызвало у Чейна-младшего ужас.

«Врея!! Не оставляйте меня здесь одного! Я же не смогу вернуться на Арку…»

Он вдруг запнулся поняв, что лжет. Вернуться он сможет! Как — неясно, но сможет. Наверное, он уже начинает осваиваться в своем новом качестве бесплотного космического странника.

Впереди быстро росла большая золотистая звезда. Вокруг нее вращались семь планет. Каким-то образом Томас ощутил, что обитаемой является только одна из планет, вторая по счету от солнца. Слегка изменив курс, и ринулся к едва заметной серо-зеленой точке. Она стремительно начала расти. Очень скоро он смог разглядеть прихотливые контуры материков. «Господи, — подумал он, — и как я смогу разыскать на огромной планете базу террористов? Это ведь тоже самое, что искать камешек на дне моря…»

Тем не менее он бессознательно вновь изменил траекторию своего полета, и рванулся в одному из материков, который прорезывали три могучих горных хребта. Наконец, он разглядел посреди одной из красно-бурых равнин округлое светящееся пятно. Это был город. Рядом расстилалась огромная степь, отсвечивающая металлическим блеском… нет, это были бесконечные ряды заводских цехов! Над ними висели тысячи серых облаков. Кажется, это были клубы дыма, которых выбрасывали в воздух заводские трубы.

Томас снизил скорость полета, пытливо вглядываясь в базу террористов. Заводские цеха, безусловно, изготавливали звездолеты и оружие. А вот город… Неужели именно в этих бесчисленных небоскребах жили бандиты? Невероятно… Террористы должны были жить в военных казармах или на худой случай, в палаточных лагерях. Но небоскребы… Это был признак цивилизованности. Хм-м… концы с концами явно не сходились. Может быть, Врея ошиблась и направила его не к той планете?

Сомнения Томаса вскоре развеялись. Он увидел несколько вспышек, а затем с заводского космодрома один за другим стартовали около десятка звездолетов. Подлетев к ним, Томас убедился: да, именно на таких кораблях летают террористы!

Каким-то образом он ощутил, что на борту кораблей нет ни одного живого существа. Но он также почему-то был уверен, что эти существа, люди или не люди, там все же находились!

Он уже собирался спуститься на улицы города, когда вдруг услышал чей-то бесконечно слабый голос:

«Томас…»

«Таис, это ты?»

«Да… Я… проснулась… Господи, что со мной?»

«Потерпи, милая, я скоро вернусь!»

«Нет, нет, возвращайся сейчас же! Я только что увидела саму себя! Что со мной?!»

«Ничего страшного, просто ты чуть-чуть взлетела над платформой. Если хочешь, ты сможешь вновь вернуться в свое тело. Надо только захотеть!»

Ответом ему было поток рыданий и бессвязных фраз.

Чейн-младший выругался. Черт побери, и зачем он связался с этой глупой девчонкой? Таис здорово перепугалась, и может натворить большие глупости. Придется срочно возвращаться, так и не разгадав тайны города небоскребов! Впрочем, он все равно сюда скоро вновь вернется, но уже в нормальном человеческом облике. И тогда станет ясно, какие призраки обитают на этой фантастической планете.

Он мгновенно развернулся и собирался было отправиться в обратный путь, когда вдруг увидел странное зрелище. В черноте космоса навстречу ему плыло какое-то белое пятно. Нет, это не пятно, а нечто напоминающее тело человека.

«Господи!» — прошептал Чейн, не веря своим глазам (хотя разве у него были глаза?)

В безвоздушном пространстве парила женщина, одетая в красивое белое платье. Подвенечное платье!

«Бедняжка, неужто она попала в космическую катастрофу?» — подумал Томас, но вскоре понял, что женщина… жива! Она широко раскинула руки и, кружась, словно бы танцевала сама с собой. На лице красавицы (а женщина была очень красивой) цвела улыбка, но глаза ее были полузакрыты, словно он грезила наяву.

Томас некоторое время, словно завороженный, плыл рядом с красавицей, наслаждаясь изяществом ее необычного танца. И только спустя несколько минут понял, что ничего этого попросту не может быть.

«Наверное, я схожу с ума!» — подумал он.

Тем не менее он продолжал сопровождать танцующую красавицу, не находя в себе сил, чтобы ринуться прочь. Женщина тем временем влетела в верхние слов атмосферы и, внезапно превратившись в большую белую птицу, направилась в сторону города. Спустя несколько минут птица плавно приземлилась на балконе одного из небоскребов.

Томас сделал несколько кругов над небоскребом, испытывая глубокое волнение. Девушка, что только что парила в космосе, поразила его до глубины души. «Неужто, это, наконец она? — подумал он. — Та, которую я искал всю жизнь? Нет, наверное, я снова ошибся… Но как же жаль, что я не могу опуститься на этот балкон и постучать в ее дверь! Ничего, я скоро вернусь сюда, уже в своем обычном облике, и тогда…» Он внезапно вспомнил, что именно на этой планете, по-видимому, и обитают террористы космоса. «А что же эта прекрасная и удивительная девушка? Неужели она может иметь хоть какое-то отношение к Разрушителям? Нет, такого просто не может быть! Надо как следует облететь всю планету. Быть может, здесь есть и другие поселения, и там живут совсем другие люди».

«Томас… я гибну! Спаси!!» — до него вновь донесся вопль Таис.

Очнувшись, Чейн-младший с криком отчаяния ринулся прочь от планеты террористов.

Глава 5

— Сволочи, подонки, ублюдки!

Вслед за этими, вполне безобидными словами послышался такой смачный поток брани, что даже Гваатх опешил.

— Госпожа… э-э, забыл, как вас зовут, — вежливо спросил он. — Вы можете повторить тоже самое, но только медленно? Гваатх, то есть я, хочет все запомнить, чтобы потом повторять при каждом удобном случае. А-а!..

Парагаранец внезапно завопил, и начал неуклюже прыгать на одной лапе.

— Что случилось? — спросил Банг и, положив руку на рукоять меча, стал настороженно оглядываться по сторонам.

— Кирпичи… — наконец, простонал он. — Сразу три… упали со стенки на мою больную ногу… Поганцы!

Они стояли на одной из огромных террас Цитадели второго уровня, что поднималась над землей почти на триста метров. Отсюда открывался фантастический вид на море, на остров Крит и на город Солнца — вернее на то, что от него осталось после атаки космических террористов. Сейчас, две недели спустя, часть разрушенных коттеджей уже восстановили, часть — отстроили заново. То там, то здесь виднелись строительные краны, по улицам города сновали многочисленные строительные роботы. Еще интенсивнее велись восстановительные работы на верхних уровнях Цитадели, которая издалека походила на муравейник, в котором роль муравьев играли роботы и люди. Конечно, до полной ликвидации последствия атаки варваров было еще очень далеко, но жизнь постепенно входила в прежнюю колею. Два дня назад по решению Совета Цитадели возобновил работу Университет. Правда, большинство занятий проводились не в главном зале, а в соседних малых пирамидах, но все равно моральный климат на острове после этого сразу же улучшился. Молодежь до обеда училась, а всю вторую половину дня помогала строителям. Многие преподаватели и ученые, поначалу в панике покинувшие Крит, потихоньку стали возвращаться.

Большую роль в этом сыграл недавно прошедший всегалактический гражданский форум. На делегатов из сотен миров Империи большое впечатление произвел доклад Шорра Кана. Император, в частности клятвенно пообещал, что Земля больше никогда не испытает нашествия космических варваров, что она надежно защищена от всех неприятностей. Другие миры тоже получили определенные гарантии и безопасности, но на некоторых особых условиях. В соответствии с ними на этих мирах вводилось прямое имперское правление, а местные Цитадели консервировались до лучших времен. Были и другие условия, типа ограничений гражданских свобод, запрета митинг и демонстраций, упрощения судебных процедур по осуждению и уничтожению террористов и их пособников, ну и тому подобных мелочах, на которых воодушевленные делегаты и внимания не обратили. Да и что такое Свобода по сравнению с Безопасностью?

Дилулло и все члены его делегации, включая прибившуюся к ним терранскую журналистку Денизу Вебер по прозвищу «Оса», оказались чужими на этом празднике жизни. Глава Совета Цитадели пан Януш Вайда охотно использовал для ликвидации катастрофы все те ресурсы, что Дилулло смог выжать у богатых людей Земли и Солнечной системы, но поблагодарить посланника мессии попросту забыл. А вернее, не посчитал нужным. Все всех СМИ появилась информация, что оказывается, помощь на остров Крит прибывала исключительно благодаря императору Шорру Кану! О посланнике мессии нигде не упоминалось, также как и самом Моргане Чейне.

Несмотря на все усилия, Джону Дилулло далеко не сразу удалось встретиться с главой Цитадели. Пан Вайда категорически отверг все обвинения в искажении идей мессии. Да, он заменил недавно почти треть профессорско-преподавательского состава, ввел в учебные курсы учебники, в которых авангардные виды искусства ставились выше классических, ну и так далее. Ах, мессии это не нравится? Ничего, придется Моргану Чейну смириться. Земные Цитадели не потерпят диктата извне, цензуры и удушения всяческих свобод!

Второй встречи с паном Вайдой так и не состоялось. Глава Цитадели, а вернее, его многочисленные секретари и помощники, ссылались на его чрезмерную загруженность. «Сами понимаете, господин Дилулло, ситуация на острове чрезвычайная…» — вежливо отговаривались они и торопливо отключали связь.

Не удалось посланнику мессии добиться и повторной аудиенции у Шорра Кана. После Гражданского Форума император стал искусно прибирать в свои руки абсолютную власть на сотнях миров.

Но это было еще не все. В один отнюдь не прекрасный момент Дилулло обнаружил, что звездолет, на котором он и его команда прибыли на Землю, таинственным образом исчез с космодрома. Разумеется, после этого оборвалась и ниточка дальней космической связи, что связывала его с мессией. Все попытки найти новые контакты с летающей Цитаделью оказались тщетными. Создавалось впечатление, что кто-то отслеживает все шаги Дилулло и его команды, и умышленно создает вокруг них вакуум. Многое люди, которые еще недавно считали за счастье пообщаться хоть минуту с легендарным апостолом Джоном, ныне переходили на другую сторону улицы, только завидев издалека его кряжистую фигуру.

А два дня назад в гостинице, где жили посланцы мессии, произошел пожар. Под шумок кто-то несколько раз выстрелил в окна номера, где жили Джон Дилулло и Дениза Вебер. Понятное дело, никто не собирался их убивать, стрельба была лишь только акцией устрашения. Пока только устрашения…

Поначалу они решили найти надежное убежище в пещере Идеон-Антрон — там, где в незапамятной древности жил легендарный бог Зевс повелитель людей и богов, но первая же ночь на новом места едва не закончилась катастрофой. Где-то неподалеку от их убежища раздался сильный взрывы, и своды пещеры начали осыпаться. Хорошо еще, что чуткий Рангор звериным чутьем ощутил приближение опасности, и вывел друзей наружу буквально за минуту до обвала.

Джон Дилулло понял, что его загоняют в угол, вынуждая сделать отчаянные, ошибочные шаги. Ему давали ясно понять, что после атак террористов и Гражданского Форма былое положение Моргана Чейна заметно пошатнулась, и власть после невидимого переворота фактически сосредоточилась в руках одного человека — императора Шорра Кана. В этой ситуации дальнейшее нахождение посланников мессии на Земле стало нежелательным.

Банг предложил не биться головой о глухую стену, а побыстрее вернуться на летающую Цитадель, чтобы в это сложное время оказаться поближе к Моргану Чейну. Рангор в принципе поддерживал его, но считал, что надо сначала разобраться, какие именно внешние силы рулят сейчас событиями на Земле. Ну, а простой парень Гваатх предложил всех подряд злодеев мочить в сортире, начиная с предателя Януша Вайды. А там видно будет…

Дилулло колебался, и в этот момент свое слово сказала Дениза Вебер. Молодая подруга новоявленного апостола буквально кипела от негодования. Сколько лет, рискуя здоровьем, а то и самой жизнью, она выступала против всех неправедных дел, что начали твориться на Крите. А теперь здоровые и сильные мужики (волк Рангор в этом отношении стоил троих человек) предлагали ей сначала спрятаться в пещерах, а затем и вовсе спасаться бегством!

И тогда она предложила неожиданный план, который понравился всем. Этим утром под видом рабочих они сумели проникнуть на территорию Цитадели (Рангор сделал это еще ночью), а затем поднялись на второй уровень и заняли удобную наблюдательную позицию. Теперь оставалось только ждать и надеяться на удачу.

Дениза по старой репортерской привычке захватила с собой миниатюрный видеобраслет. Видите ли, она не могла и дня прожить, не узнав местные новости. И сегодня главной новостью стало объявление вне закона Джона Дилулло и его команды! По телевидению выступил министр обороны Цитадели и сообщил, что банда террористов, выдающих себя за помощников мессии, пытается организовать акции устрашения на острове Крит. Возглавляет банду давний криминальный авторитет, называющий себя именем прославленного апостола Джона Дилулло. Бандит действительно немного похож на соратника мессии, но это дело рук криминальных хирургов.

— Ублюдки! — никак не могла успокоиться Дениза. Она смотрела на свой видеобраслет, где в это время шел специальный выпуск, посвященный операции по захвату лже-апостола и его банды. Диктор продемонстрировал в эфире в очередной раз портреты всех разыскиваемых, уделив особое внимание персоне Денизе Вебер. Даже видавшая виды журналистка не могла удержаться от негодования, когда услышала о себе такие эпитеты, как «бывшая проститутка, наркоманка и растлительница детей».

— Успокойся, Дези, — сказал Диллуло. — На войне как на войне — слышала такую древнюю терранскую поговорку?.. Банг, нам пора.

Бывший гладиатор кивнул и зашагал к входу к лифтовым шахтам. В коридоре вповалку лежали шестеро охранников. Они были парализованы ударами стуннеров. Никто из них не успел поднять тревогу, но самое трудное было еще впереди.

Дилулло посмотрел на часы. Рангор задерживался, и это немного беспокоило старого астронавта, недавно чудесным образом превратившегося в апостола. Впрочем, сейчас ему пришлось вспомнить об еще одной своей давней профессии: наемника. Мирная миссия на Землю с самого начала пошла кувырком, и превратилась в военный поход. И с этим ничего нельзя было поделать.

— Переодевайтесь, — напряженно сказал он.

Все молча выполнили приказ своего командира. Дениза выбрала форму самого худого и невысокого охранника, но все равно одежда оказалась на два размера больше необходимой, и мешком висела на ней.

Но особенно Дилулло не понравилось, как Банг посмотрел на полуобнаженную девушку, натягивающую на себя армейские брюки. Черт побери, да на ней фактически ничего не было, кроме тонкого кружевного белья! И как он, олух, мог допустить такое?

Дилулло нахмурился. Только этих дурацких посторонних мыслей ему сейчас не хватает! Еще неделю-другую назад он сам бы с удовольствием взглянул на фактически голую задницу молодой журналистки, а теперь почему-то ревнует, словно павиан. Вот до чего он дожил на старости лет, даже стыдно перед друзьями…

Вооружившись бластерами и стуннерами охранников, они подошли к дверям служебных лифтов. Наконец, лампочка возле одной из них зажглась, и на световом табло стремительно замелькали цифры. Кто-то спускался с шестого уровня — именно того, где еще недавно должен был находиться Рангор. Однако, все могло случиться.

— Приготовьтесь, — негромко произнес Дилулло и, широко расставив ноги, поднял оба бластера, целясь в сторону лифтов. Банг и Гваатх последовали его примеру, а Дениза предпочла отойти в сторону. И правильно сделала, с одобрением подумал Дилулло.

Мелькание цифр прекратилось. Дверцы лифта бесшумно открылись. Но в кабине не оказалось никого!

— Так, — напряженно сказал Дилулло. — Гваатх, у вас с Рангором вроде бы есть кое-какая телепатическая связь?

— Вроде есть, — кивнул мохнатой головой парагаранец.

— Тогда скажи — где он, этот зверюга?

Позади послышался негромкий голос:

— Я здесь!

Все обернулись. Рангор стоял возле открытой двери и тяжело дышал. Шкура его была вздыблена, из раскрытой пасти стекала тонкая струйка пены.

Гваатх вытаращил огромные глазища:

— Как ты здесь оказался, дружище? Прилетел, что ли?

— Нет, просто спустился по лестнице.

— Лестнице? — удивился Дилулло. — Какой такой лестнице? Разве в Цитадели есть лестницы?

Рангор молча кивнул и, не выдержав, лег на пол, нервно подрагивая хвостом. Чувствовалось, что спуск с шестого уровня даже этому могучему зверю дался с огромным трудом.

Дилулло укоризненно посмотрел на Денизу. Девушка ответила смущенной улыбкой.

— Честное слово, никогда не слышала про лестницы, — виноватым тоном призналась она. — Да и откуда эти примитивные штуки могли взяться в здании высотой в полтора километра?

— Как видишь — могли, — сухо сказал Дилулло. — Боюсь, это не единственный неприятный сюрприз, который нас может сегодня поджидать. Рангор, что скажешь?

— Глава Цитадели еще находится в зале заседаний Совета. Ремонт там почти закончен, и пан Вайда решил впервые за последние недели провести встречу со своими заместителями не в малой пирамиде, а на шестом уровне Башни. Охраны там — видимо-невидимо! Похоже, пан Вайда что-то почуял.

— Понятное дело, — проворчал Банг. — У подобных предателей чутье просто звериное! Помните достославного мэра Донатаса Популаса из Мэни-сити? Пан Вайда чем-то смахивает на этого типа. Скользкий, словно угорь, и опасный, как змея!

— Донатас Популас плохо кончил, — наставительно заметил Дилулло, и спрятал один бластер в кобуру, что висела у него на поясе.

— Надеюсь, мы сегодня тоже сумеем малость испортить настроение моему другу Янушу. Ну, пошли!

Дилулло шагнул было к лифтам, но его остановил окрик Рангора:

— Нет, туда нельзя! Все лифты находятся под особым контролем.

Форма охранников никого не обманет, здешняя службы Безопасности

Получила приказ стрелять при малейшем признаке опасности. А все лифты еще несколько дней назад были оборудованы дистанционными взрывными устройствами. Чуть что — и кабинка будет сброшена в бездну!

Дениза разразилась проклятиями.

— Что за дела? Джон, неужто эта дикая собака предлагает нам подниматься на шестой уровень… пешком?

Рангор не ответил, и его молчание прозвучало красноречивее любым слов.

На этот раз руганью разразились все, включая самого Дилулло. Подняться пешком по лестнице почти на километровую высоту… да разве такое возможно? Даже опытным альпинистам пришлось бы несладко на таком маршруте, а уж им…

Банг завершил свои смачные фразы, достойные бывшего гладиатора, вполне логичным выводом:

— Хороши же мы будем, когда все-таки окажемся возле зала Совета! Нас там можно будет брать голыми руками. Джон, старина, я человек здоровый, но все же не настолько. Может, подождем, когда пан Вайда будет спускаться на лифте, чтобы покинуть Цитадель? Не станет же он ночевать в полуразрушенном здании. Вернее, до сих пор ведь не ночевал же…

Дилулло задумался. Действительно, пан Вайда явно опасался после катастрофы оставаться на ночь в Башне. Верхние ее уровни, получившие особенно большие разрушения, еще только начали ремонтироваться. До полного их восстановления могли пройти годы.

Его размышления прервал громкий крик Денизы. Девушка с ужасом указывала рукой в стороны лифтов. Оказалось, что засветились остальные четыре табло, и судя по мельканию цифр, вниз кто-то с пускался!

— Бежим! — крикнул Банг и помчался в сторону двери, что вела к лестнице.

Они поднялись всего на десять этажей, когда снизу донесся топот ног.

Дилулло выругался. Как же их вычислили?

— Приготовьтесь к бою! — рявкнул он. — Живыми нам лучше не сдаваться, иначе уже сегодня мы окажемся в застенках дворца Шорра Кана. Дениза, беги! Минут десять мы продержимся, за это время ты сумеешь как следует спрятаться. Ну чего же ты стоишь?

Побледневшая девушка молча покачала головой и вынула из кобуры бластер.

Вскоре внизу послушался чей-то громкий крик:

— Мистер Дилулло, вы слышите меня?

— Слышу, — мрачно отозвался пожилой астронавт.

— Предлагаю вам сдаться без боя. Глава Цитадели обещает, что всем вам сохранят жизнь. Поймите, мы заблокировали все входы и выходы из Цитадели, так что сопротивление бесполезно. Сложите оружие, а затем поднимите руки, а ваши зверюги — лапы. Обещаю, что мы сохраним вам жизнь!

— Что-о? — взревел обиженный парагаранец. — У кого это есть лапы? Может у Гваатха, то есть меня? А ну-ка, гавнюк, иди сюда, я тебе завяжу узлом твой поганый язык! А твоей маме я…

Далее следовал обширный перечень того, что Гваатх сделал бы с родителями командира охранников, его близкими и дальними родственниками. Внизу было тихо — слушали.

В это время, повинуясь выразительному взгляду Дилулло, Банг вызвал один из лифтов. Едва дверца распахнулась, как бывший гладиатор и Рангор ринулись в кабинку.

Спустя минуту снизу послышались вопли ужаса. Дилулло поднял бластеры и закричал:

— Гваатх — вперед! А ты, Дези, беги!

Девушка замотала головой и, достав бластеры, первой побежала вниз по лестнице.

Бой оказался яростным, но очень коротким. Видимо, охранники не имели никакого боевого опыта, иначе не допустили, чтобы их так легко обошли с тыла. Банг давно уже не участвовал в схватках, и потому был неудержим. Его меч словно бы сам по себе летал в воздухе, нанося один разящий удар за другим. Действия Рангора выглядели далеко не столь эффектно, но волк успел поразить не меньше противников, чем его друг. А затем сверху начали стрелять, и положение охранников — а их было всего восемь человек, стало безнадежным.

Когда все было кончено, Гваатх поднял окровавленные кулаки и завыл. Он не успел утолить свою жажду драки, и потому испытывал разочарование и обиду.

Дилулло приказал:

— Заткнись, Гваатх! Успеешь еще помахать кулаками, это я гарантирую. Нас каким-то образом засекли, а значит, надо поскорее убираться. Дьявол, до чего же нам не везет!

Дениза подошла к нему и ласково погладила по плечу. На окровавленные трупы охранников она старалась не смотреть.

— Джон, может быть Банг прав, и нам вообще надо убираться с Земли? Похоже здесь нам уже ничего хорошего не светит. Цитадель в руках врагов Моргана Чейна, и мы не в состоянии ничего изменить.

— А я про что вам твержу уже третий день подряд? — буркнул Банг, вытирая клинок своего окровавленного меча о свои брюки. — Никогда я ее не чувствовал себя так паршиво, как на этом проклятом острове. Здесь все против нас, и мы…

— Нет, не все, — послышался чей-то незнакомый голос.

Все обернулись и с удивлением увидели, что чуть выше, на лестничном пролете стоит высокий белокурый человек в цивильном костюме. За его плечом висело лазерное ружье. Чуть позже позади словно ниоткуда рядом появилось еще трое хорошо вооруженных молодых парней.

Дилулло чертыхнулся.

— Славно мы попались в эту дурацкую ловушку! Но неужто вас всего четверо, парни? Маловато для того, чтобы взять нас живыми! А ведь именно этого хочет наш друг Януш Вайда, верно?

Белокурый парень улыбнулся.

— Наверное. Вообще-то мы с ним не разговаривали. Мы — студенты Университета, работаем на восстановлении третьего уровня. Узнали, что пан Вайда и Шорр Кан снюхались, и решили устроить бузу, а если получится — даже восстание. Думаете, нам нравится то дерьмо, которым нас потчуют последние два года?

Банг что-то недовольно пробормотал, а затем поднял бластер. Но ее остановил крик Денизы:

— Подождите, ведь этой Рой Кларенс, главный бузотер среди студентов! Я слышала про него, хотела встретится, да меня ни разу в Университет так и не пустили.

Юноша кивнул:

— Да, это я. А ты, наверное, та самая знаменитая Оса? Клево! Наши парни, что работают на шестом уровне, своими ушами слышали, как пан Вайда приказал своим головорезам, чтобы тебя ни при каких обстоятельствах не брали Осу в плен. Мол, у этой шлю…, то есть девушки слишком длинный язык, а вот извилины в мозгу короткие.

Лицо Денизы побелело от ярости.

— Что?! Этот слащавый подонок посмел сказать такое обо мне? Ну, он еще пожалеет… Рой, ты можешь отвести нас на шестой уровень?

— Конечно, — кивнул лидер студентов. — Но учтите — там сейчас разбит самый настоящий военный лагерь. И потом, пан Вайда вроде бы собирается сразу после окончания заседания Совета лететь на материк. Небось, соскучился по своему хозяину Шорру Кану, давно не получал от него взбучки!

Рой взглянул на свой радиобраслет, и уточнил:

— Вообще-то пан Вайда уже садится в свой бронированный глайдер. Ему уже сообщили о бое на втором уровне. Та-ак, сюда скоро нагрянет батальон личной охраны Главы Цитадели. Крутые там парни, слов нет!

Дилулло лихорадочно размышлял. Ситуация менялась стремительно, и надо было найти правильный ход.

— Рой, у вас, повстанцев, есть летательные аппараты? Есть? Отлично! Банг, полетели.

— А я? — обиженно завопил гуманоид. — Что, Гваатха опять побоку?

Дилулло усмехнулся.

— Ну почему же… Ты вместе с Рангором станете охранять мисс Вебер от студентов. Это такой предприимчивый народ, что за ними надо глаз да глаз… Да шучу я, шучу! Скоро сюда могут прибыть батальон головорезов, так что ты сможешь как следует отвести душу. А мы займемся паном Вайдой.

Рой вызвал лифт, который вел на одну из многочисленных посадочных палуб Цитадели. Ждать пришлось немного, всего минуту-другую. Но когда Дилулло вошел в кабинку и обернулся, чтобы попрощаться со своей юной подругой, то вдруг увидел, что Дениза с явным интересом смотрит не на него, а лидера студенческого восстания.

Сердце пожилого астронавта сжалось. «Черт побери, неужели я все-таки сделал ошибку с этой девчонкой?» — тревожно подумал он.

* * *

Трехместный флайер поднялся в воздух чуть позже, чем от шестого уровня Цитадели отчалил глайдер. Отсюда, снизу, он выглядел крошечной сверкающей каплей. Глайдер быстро стал набирать высоту, словно собираясь скрыться среди кучевых облаков.

— Рой, ты уверен, что пан Вайда там, в глайдере? — напряденным голосом спросил Дилулло.

— Конечно, уверен, — отозвался лидер студентов. Он сидел чуть позади, на отдельном сидении, и не отрывал глаз от своего радиобраслета. — Не беспокойтесь, апостол Джон, мои парни работают буквально везде, а за всем наблюдают! Мы еще не подняли знамя восстания, так что служба Безопасности ничего не подозревает.

Банг поморщился. Почему-то Рой ему не нравился. Наверное потому, что этот парень был слишком смазливым и ухоженным для настоящего мужчины. А какими голодными глазами он смотрел на красотку Денизу! Хорошо еще, что старина Джон вроде бы ничего не заметил.

— Это еще не факт, — проворчал он. — О нас же охранники каким-то образом пронюхали! А ведь мы с Джоном пробрались в Цитадель по всем законам военной науки. Ни одна муха не должна была нас заметить! А ведь заметили…

Рой беспечно пожал плечами.

— Службе Безопасности просто повезло, — убежденно произнес он. — Не такие уж там работают корифеи, как вы думаете. Лучшие профессионалы давно перебрались на материк, и поступили на службу в дворцовый комплекс императора. Шорр Кан труслив, так и все диктаторы, и страшно боятся заговоров. А наш славный пан Вайда… Ну кому нужен этот гладкий слизняк? О-о, глядите!

Флайер уже поднялся к облакам, когда стало ясно — глайдер главы Совета Цитадели неожиданно поменял направление и вместо того, чтобы направиться к морю, вдруг полетел вдоль береговой линии.

Банг процедил сквозь зубы.

— Джон, не нравится мне все это… Не думаю, что Вайда такой уж простак. Может, его люди уже заметили погоню?

Похоже, так оно и было. Машина, на борту которого летел пан Вайда, заметно прибавила скорость и начала снижаться, словно намереваясь сделать непредусмотренную ранее посадку. Однако, пилот явно нервничал, и потому глайдер начал раскачиваться из стороны в сторону, теряя управляемость.

Дилулло улыбнулся и сказал:

— Банг, приготовься. Но учти: мы должны взять этого слизняка Вайду живьем! А потом мы захватим какой-нибудь космический корабль, и привезем слизняка к Моргану Чейну в качестве подарка с Земли. Пан Вайда многое знает о Шорре Кане и его планах. Если Вайда расскажет об этом с борта летающей Цитадели, то это отрезвит многие горячие головы!

— Думаете, это ход сработает? — с сомнением спросил Рой. — Шорр Кан наверняка заявит, что наемники мессии силой выкрали главу терранской Цитадели, а затем пытками и угрозами заставили его клеветать на императора… Может такое быть, а?

— Может, — нехотя отозвался Дилулло. — Только не забывай, парень, что авторитет мессии еще очень велик. Если Морган Чейн поклянется, что не применял к пану Вайде никакого насилия, что тот чистосердечно признался в содеянных преступлениях, то на многих мирах мессии поверят. Тем более, что самому Шорру Кану мало кто доверяет, ну разве что кроме подкупленных щедрыми взятками некоторых правителей и участников так называемого «Гражданского Форума». Большинство же элиты из периферийных планет недовольны идеей императора о введении на всех планетах прямого императорского правление. А после откровенных признаний Януша Вайды элита Империи получит новое доказательство своим самым нехорошим подозрениям.

— Это еще не факт, — процедил сквозь зубы студент. — По-моему, вы выдаете желаемое за действительное, апостол Джон! Да, ваш замысел похитить пана Вайду хорош, особенно тем, что он неожиданный. Ну кто мог подумать, что горстка посланников мессии дерзнет на такое! Но все остальное… Сомневаюсь!

Не отрывая рук от штурвала, Дилулло с раздражением обернулся.

— Парень, не лезь в свое дело, — посоветовал он. — Конечно, мы благодарны тебе за помощь, но не суйся в большую галактическую политику! И потом, правду о Шорре Кане скажет не только один слизняк Януш Вайда. Никто на Земле еще не знает потрясающую новость: императрица Лианна недавно перешла на сторону Моргана Чейна! Думаешь, ей тоже не поверят?

Рой изумился:

— Ого! Вот это новость… И когда же произошло это чудо, апостол Джон?

— В день открытия Гражданского Форума. Морган Чейн явился на Синем кашалоте, вожаке стаи Орды, и Шорр Кан не смог ему ни в чем отказать.

— А почему же мессия не забрал с Земли заодно и вас всех?

Дилулло промолчал. «Что-то этот парень больно любопытен», — подумал он.

Но Рой, казалось, даже не заметил этого, а после раздумья пробормотал:

— Да, Лианна — это серьезный козырь. Ее обожают миллиарды людей и нелюдей на многих мирах, и ее слово прозвучит очень весомо. Хм-м… С другой стороны, жена императора могла иметь зуб на своего дражайшего супруга, и Шорр Кан несомненно заявит, что беглянкой руководит примитивная ревность. Ведь всем в галактике известно про любвеобилие императора! Так что без пана Вайды вам никак не обойтись, апостол Джон… Глядите, глайдер идет на посадку!

Действительно, овальный летательный аппарат, на борту которого уже можно было невооруженным глазом разглядеть эмблему Цитадели, начал стремительно снижаться к группе лесистых холмов. Дилулло хмыкнул и прибавил скорость.

Вскоре глайдер неуклюже приземлился на лесной поляне. Его пассажиры не успели спустить трап, когда рядом сел флайер. Банг уже приготовился выпрыгнуть наружу, как услышал чей-то холодный, жесткий голос:

— Сидите спокойно, вы, Банг, и вы, Дилулло. Если вы шевельнетесь, я выстрелю вам в шеи из стуннеров. Сами знаете, как это больно…

Дилулло поднял глаза и увидел в зеркале обзора салона, что Рой на самом деле держит в руках два стуннера. Но откуда они взялись? Ведь студент сел в флайер совершенно безоружным!

Рой ухмыльнулся, поймав его взгляд.

— Ну, и физиономия у вас, апостол — словно вы увидели самого Сатану! Фокус со стуннерами совсем прост — они были спрятаны в сиденье. Черт побери, даже досада берет, что вы оба попались на мякине! Эта сучка Дениза оказалась малость поумнее, она явно что-то почуяла…

— Эдвард? — внезапно спросил Дилулло.

Юноша кивнул. Улыбка его слегка угасла.

— Хм-м… не думал, что вы так быстро догадаетесь, Джон. Но все равно вы опоздали. Да, я могу менять внешность и голос с помощью особой маски. Наверное, вам рассказывал про нее Томас?

Банг стремительно повернулся, намереваясь уложить наглеца одним ударом ладони. Этот боевой прием удавался ему сотни раз, и никто и никогда не успевал увернуться от разящего удара.

Но Рой, а вернее Эдвард Чейн успел. Он нажал на курок стуннера, и бывший гладиатор вскрикнул от дикой боли, а затем обмяк.

— Глупо, — сказал Эдвард. — Джон Дилулло, я надеюсь на ваше здравомыслие. Вы уже человек пожилой, и можете не выдержать

болевого шока. Мне было бы жаль причинить зло верному соратнику моего достославного отца! Кстати, давно хотел лично познакомиться с вами, да все случая не выпадало.

Дилулло даже заскрипел зубами от ярости. Старый дурак, как он клюнул на такую простую приманку! Теперь стало ясно, почему бой с охранниками оказался таким легким и победоносным. Эдвард просто хотел усыпить их бдительность, и без труда добился своего.

— Не сомневаюсь, что пан Вайда будет очень доволен, — глухо отозвался Дилулло. — Конечно же, его нет в глайдере?

— Разумеется нет, — хохотнул Эдвард. — Глава Совета сегодня вообще не появлялся в Цитадели! Этот тип, надо сказать, весьма трусоват. Между нами, он — полнейшее ничтожество! И как Морган Чейн назначил такого слизняка на такое ответственное место? Что-то великий мессия слишком часто в последние годы совершает ошибки. Верно, апостол Джон?

Дилулло не ответил. Он думал о Денизе и о том, что с ней сделают парни из Службы Безопасности Цитадели. Она ведь успела здорово насолить своими газетными статьями и этим подонкам. Кажется, у них была любимая шутка — подбрасывать самым красивым студенткам пакетики с наркотиками, а потом шантажировать и безнаказанно насиловать их. Бедная, бедная девочка…

— Выходите, Джон, — спокойно сказал Эдвард. — И не вздумайте шалить! Ваша миссия на Землю закончена.

Глава 6

Сутки, проведенные Селией в объятиях молодого Траяна, промелькнули для нее словно одно бесконечное, сладостное мгновение. Она уже и помнила, когда испытывала такую страсть в постели с Морганом Чейном. Наверное, это было еще на Мидасе, когда Селия фактически завлекла бывшего Звездного Волка в свой храм, и отдалась ему прямо на алтаре. Это был сладостный час ее победы — ведь грехопадение Моргана увидела его тогдашняя пассия Мила Ютанович! Могучий варганец был неутолим, оргазм следовал за оргазмом, и этому сумасшедшему наслаждению не было конца…

С той поры прошло много лет, и Морган Чейн невероятно изменился. Сил и могущества у него только прибавилось, и при желании он мог бы неделями не выпускать жену из постели. Но как раз особого желания у него и не было! Мессия взвалил на себя груз размером в Галактику, и эта ноша требовала каждую секунду, каждое мгновение его жизни. Он практически не спал, порой неделями не выходил из своего кабинета в летающей Цитадели… До жены ли здесь?

Молодой цыган все верно рассчитал. Ангельскому терпению Селии пришел конец, и ему надо было лишь правильно подобрать ключи к ее одинокому, истосковавшемуся сердцу. И как опытный любовник он нашел эти ключи.

Траян начисто игнорировал древнейшие заповеди типа: «женщина любит ушами», «женщина — самое прекрасное создание природы» и тому подобные глупости. Нет, он искусно воздействовал прямо на подсознание Селии, на темную, страстную сторону ее натуры, какая прячется в глубинах души любой женщины. Траян не уговаривал свою жертву сдаться, не соблазнял ее, и тем более не пел ей дифирамбы. Нет, он попросту разбудил в Селии животное начало, заставил отбросить даже тень пресловутой женской стыдливости, а потом изощренно и жестоко изнасиловал ее. Селия билась в его грубых объятиях, царапалась, кусалась, вопила от боли, молила о пощаде, обзывала мерзавцем, подонком, животным — и при этом постепенно погружалась в трясину невероятного наслаждения.

Молодой цыган, разумеется, не мог даже сравниться в мужской силе с могучим Звездным Волком. Зато он был намного более изощренным и испорченным. Казалось, не было мерзости, которую он не сотворил бы со своей новой жертвой. Покорность Селия ничуть не устраивала его, и как только женщина начинала слабеть и сдаваться на милость победителя, тут же следовали нешуточные побои и грязные оскорбления. Разумеется, Селия вновь негодовала, вновь пыталась вырваться из его объятий — и тут же вновь была жестоко изнасилована. Со стороны эта «любовь» напоминала схватку, но оба прекрасно понимали, что это просто игра, что они оба хотят именно такой развращенной плотской любви, в которой было куда больше животного огня, чем человеческих эмоций.

Иногда они почти одновременно теряли сознания от перенапряжения, но едва кто-то из них просыпался первым (обычно это была Селия), как сладостная пытка начиналась снова.

…Их привел в себя громкий звон, который несся, казалось, со всех сторон. У Селии тотчас разболелась голова, она застонала и закрыла уши.

— Выключи! Выключи этот проклятый звон!

Траян сполз с койки — встать у него просто не хватило сил. Подобравшись к противоположной стене каюты, он нажал на какую-то кнопку, и звон прекратился. Опираясь на стену, он с натугой встал, и веселым, дерзким взглядом посмотрел на обнаженную, потную Селию.

— Все, пора, — сипло произнес он. — Черт, как быстро пролетело время! Я думал нам хватит стандартных суток, но ошибся. Селия, ты настоящая колдунья!

Женщина перевернулась на спину и ответила слабой, но довольной улыбкой.

— Душ… — после паузы произнесла она. — Хочу в горячий душ!

Не желая расставаться ни на минуту, они с трудом втиснулись вдвоем в тесный санитарный отсек, а затем извели почти весь запас воды, смывая с себя пот любви. Но труд оказался напрасным, поскольку в каюте они вновь жадностью набросились друг на друга.

Внезапно на одной из стен зажегся экран. На нем появилось жирное лицо старой цыганки Таниты. Увидев клубок голых тел на полу, она разразилась длинной бранной фразой.

— Траян, ну ты и кобель! — закончила она свою гневную тираду. — Князь с утра приказал нам обоим прийти в его шатер, а тебя и след пропал! Поганец, неужто ты целые сутки трахал эту гладкую сучку?

Траян помрачнел. Он стянул с койки одеяло и набросил его на обнаженную Селию.

— Мама, не лезьте в мою личную жизнь, — жестко заявил он.

— Ха, да какая эта личная жизнь! Одно паскудство. Я еще понимаю, когда ты волочишься за нашими цыганскими девочками. Разве я против? Чем раньше они познают мужчин, тем лучше. Но эта стерва… Забыл, что ее ждет суд? Если князь узнал, что ты таким образом стерег пленницу, то вам обоим несдобровать! К тому же, эта сучка может быть шпионкой мессии. Тогда суд ждет и тебя самого!

— Закройте свой грязный рот, мама! — рявкнул Траян. — Не хватало только, чтобы меня заложила моя собственная мать… Я скоро прибуду в табор, а ваше дело — помалкивать. Сами знаете, рука у меня тяжелая!

Танита выпучила от возмущения глаза и хотела было разразиться очередной бранной тирадой, но молодой цыган уже отключил связь. А затем повернулся и взглянул на любовницу тяжелым, недобрым взглядом.

— Ну все, побаловались, и хватит. С нашим князем шутки плохи! Много лет назад, когда наш табор располагался на одном из миров в созвездии Змееносца, одна из его жен сбежала с капитаном звездолета и добралась аж до самой Веги. Понятное дело, наши люди ее выследили и спустя три года привезли в табор. Потом ее судили и казнили, как последнюю шлюху. Наверное, кусочки ее тела до сих пор летают где-то в космосе! Ты можешь кончить точно так же.

Селия чуть нагнулась и пристально взглянула в глаза Траяну.

— Но ведь ты мне поможешь, верно? Иначе бы ты не стал рисковать головой, затащив в этот корабль! Чего ты хочешь, Траян?

Молодой цыган смутился и отвел глаза в сторону.

— Ну, мало ли чего я хочу… — буркнул он.

Селия с неожиданной силой схватила его за плечи и развернула лицом к себе.

— Нет, скажи правду! Думаешь, я не вижу, какую ты затеял игру? Вся эта дикая страсть к совершенно незнакомой, и к тому же немолодой женщине довольно подозрительна. Ты явно хотел покорить меня, сделать своей послушной рабыней…

Траян возмущенно мотнул головой:

— Ну уж нет! На что мне рабыня? Да, я люблю баб, и с десяти лет ни одного дня не спал в одиночестве. Но не думай, что я с каждой схожу с ума так же, как с тобой… Дьявол, да я вообще ни разу так не соскакивал с катушек! Женщина ты, конечно, гладкая страстная, опытная, но…

Неожиданно он отпрянул от Селии и с подозрением взглянул на нее.

— Постой, постой… И как мне, болвану, раньше в голову это не пришло? Да ведь это не я, а ты меня изнасиловала, словно последнюю шлюху! Вроде бы я делал то, что хотел… но ведь на самом деле этого хотела ты?!

Селия промолчала, и ее молчание прозвучало весомее любых слов.

— Колдунья… — прошептал Траян, не отводя от женщины глаз, в которых светился и ненависть, и страх, и восхищение. — Я привык, что бабы всегда были моими послушными игрушками. Но сейчас… выходит, игрушкой был я сам?

— У нас мало времени, мальчик, — напомнила ему Селия. — Я знаю, что ты ненавидишь князя Михая. Ведь это он недавно лишил невинности девочку, которую ты уже наметил для себя? Конечно же, Михай сделал это в пику тебе, самому сильному из молодых парней табора.

Конечно, ты ему пока не соперник. Вернее, до вчерашнего дня не был его соперником…

Траян задумался. Все поворачивалось совершенно неожиданным образом… но не столь уж и дурным. Если здраво пораскинуть мозгами, то они с Селией могут поладить не только в постели.

— Чего ты хочешь? — тихо спросил он. — И зачем ты вообще попалась в нашу ловушку?

Селия грустно улыбнулась.

— Ну уж, и ловушку… Для любой Предсказательницы ваши примитивные сети не представляют никакой опасности. Но я… Ты прав, Траян, наша совместная жизнь с Морганом Чейном зашла в тупик. И не в сексе здесь дело, хотя и в нем тоже. Просто я поняла, что больше не могу идти рядом с ним! Это тяжкая ноша, уж можешь мне поверить. Когда Томас повзрослел и вылетел из нашего гнездышка, оно тотчас стало остывать. А потом мы с мужем отправились на Землю, на какой-то прием во дворце Шорра Кана, и нас в космопорту встретила неувядающая красотка Лиана. Как они посмотрели друг на друга!.. Муж любит ее, и с этим ничего нельзя поделать.

— И тогда ты решила помочь сыну? — проницательно заметил Траян.

— Да. А ради кого мне еще жить? Том слишком юн, добр и доверчив — вернее, он был таким до тех пор, пока эта стерва Вилена не прибрала его к рукам. Я догадывалась, что у нее на уме — но как скажешь о таком влюбленному сыну? Он просто не поверил бы мне, посчитать, что во мне взыграла обычная женская ревность. Я знала, что Вилена рано или поздно предаст его, что ей нужна власть на Базе и, конечно же, наследство Ллорнов.

— Ха, но оно в руках у нас, цыган!

— Пока — да. Но ты сам знаешь, Траян, что и флот, и Аптека, и Библиотека, и все другие объекты Ллорнов предназначены вовсе не для космических цыган. Я видела, в какой кошмар превратилась Аптека… Прости, но вы — сущие дикари!

Еще день назад эта фраза могла бы дорого обойтись для Селии, но на этот раз Траян смолчал.

Женщина ласково погладила его по голым плечам.

— Не воспринимай мои слова как обиду, мальчик. На самом деле все мы почти такие же дикари по сравнению с божественными Ллорнами. Все — разумеется, кроме моего мужа.

— Твоего бывшего мужа, — жестко поправил ее молодой цыган.

Селия вздохнула и послушно повторила:

— Да, увы, моего бывшего мужа… Но не будем об этом. Подумай лучше, в какую ловушку вы себя волей-неволей загнали! С одной стороны, вас ненавидит Морган Чейн и Томас. Они искренне считают, что это вы коварно похитили меня, так что пощады от них не ждите! Рано или поздно мессия введет в туманности Орду и армию варганцев, и начнет за вами планомерную охоту. Вы хорошие и хитрые бойцы, спору нет, но против бывших Звездных Волков не устоите.

Но вполне может случиться, что Моргана опередит Вилена и ее папаша Шорр Кан. Император уже считает, что Наследство Ллорнов у него в кармане, и наверняка уже готовится ввести в туманность свои войска. Шорр Кан давно точит зуб на ваше беспокойное племя, и теперь не успокоится, пока не уничтожит всех космических цыган!

Вот так и получилось, что ваше племя оказалось между двух огней. И эти огни непременно испепелят всех вас и превратят в прах!

Траян нахмурился и опустил голову. Только теперь он осознал, в какую ловушку их загнала Селия. Да, это сделала она, и причем совершенно сознательно!

Словно бы прочитав его мысли, Предсказательница кивнула:

— Ты прав, мальчик. Разумеется, я могла предупредить Томаса о вашем готовящемся нападении на Базу, а потом прилюдно разоблачить тайные замыслы Вилены. И тогда статус-кво в туманности сохранилось бы на долгие годы. Не было бы ни мира, ни войны, и вашему племени ничего бы не угрожало. Но Наследство Ллорнов осталось бы фактически законсервированным, а это — лакомая приманка для многих могущественных сил, о которых ты и не подозреваешь. И если бы кто-то из них не выдержал и рискнул вторгнуться в туманность, то случилась бы поистине вселенская трагедия! Разумеется, племя цыган было бы уничтожено, но это было бы только началом галактической бойни…

Вот почему я рискнула пойти ва-банк, и искусственно взорвала ситуацию! Теперь у вашего племени нет другого пути, как схватиться за меня как за спасительную соломинку. За меня — и за тебя!

Траян поднял голову и с надеждой посмотрел на свою любовницу.

— Ты хочешь, чтобы я вызвал Михая на поединок?

— Да, — твердо сказала Селия. — Не бойся, я помогу тебе.

— Хорошо. Ну а потом…

— Мы поженимся. К Моргану Чейну я не вернусь, обещаю!

— Очень хорошо. Но ведь нашему табору придется сняться с нажитого места и снова отправиться в странствие! До сих пор на заработки в другие миры отправлялась только наша молодежь, а затем возвращалась с богатой добычей. К тому же, в глубине этой туманности есть с десяток обитаемых планет, там есть все, что нам нужно… Впервые за много веков наш табор обрел безопасность, и мы начали расти не по дням, а по часам. Да и чем здесь заниматься, кроме секса? А галактические странствия — поверь, это нелегкая доля, особенно для женщин!

Селия с улыбкой кивнула.

— О-о, это меня вполне устраивает! Я готова путешествовать по Галактике до конца своих дней. Буду зарабатывать деньги предсказаниями, а если надо, снова вспомню свои старые профессии: танцовщицы и воровки. Лишь бы только…

— Что?

— Хочу быть подальше от своего славного муженька! Пускай он и дальше несет свой груз галактического мессии, раз ему так это нравится, а вот я хочу жить! Просто жить и любить!

* * *

Едва корабль причалил к палубе огромного овального летающего объекта (это был Научный Архив), как в сторону люка хищно выдвинулся переходной туннель. Траян застегнул доверху молнию на своей куртке и глухо сказал:

— Ну, сейчас начнется… Мы опоздали почти на полчаса, а это неслыханное оскорбление для князя. Он наверняка уже узнал, чем мы с тобой занимались целые сутки, и готовится разорвать нас на части.

Селия улыбнулась одними глазами. «Мальчик опять забыл, что я — Предсказательница, — подумала она. — И очень хорошо, что забыл. Иначе я вряд ли рискнула бы сказать ему правду о том, что нас ожидает».

Едва Траян открыл люк, как в корабль ворвались трое вооруженных цыган. Они грубо набросились на Селию, надели ей на руки наручники, а на голову напялили красный колпак. Затем они обступили мрачного Траяна и нацелили на него стуннеры.

— Князь приказал арестовать тебя, — не очень твердо заявил один из цыган.

Траян возмутился, хотя в глубине души был готов к такому повороту дел:

— Что-о? С ума сошли, парни? Забыли, что имеете дело с Траяном? Никто и никогда даже пальцем ко мне даже прикоснуться не смел! Сами знаете, что случилось бы с таким наглецом! Попробуйте только надеть на меня наручники, я вас всех зарежу!

Парни нерешительно переглянулись.

— Ты пойми, Траян, таков приказ князя, — сказал второй цыган. — Думаешь, нам охота этими делами заниматься? Но с Михаем не поспоришь. Давненько я не видел его таким бушующим! Весь табор дрожит от его криков. Называет тебя ублюдком и предателем, грозится порвать в клочки. Даже твою маму огрел нагайкой, когда она пыталась оправдать твое опоздание. Сам виноват — зачем спутался с этой шлюхой?

— Ладно, посмотрим, — хмуро сказал Траян. — Пошли. Только насчет наручников я не шучу — мигом вас прикончу! Не сбегу я, не бойтесь. Да и куда здесь бежать-то?

Они перешли через переходной рукав и оказались внутри огромной летающей станции. Селия напрягла зрение и пусть и смутно, но увидела то, что творится вокруг. Матерчатый колпак не был для нее серьезной помехой. «Давненько я не пользовалась своим вторым зрением, — подумала она. — Что ж, отныне мне придется вспомнить обо всех своих способностях, иначе здесь не выживешь. Господи, какая же эманация ненависти идет от князя Михая! Похоже, он подозревает, что участь ему грозит. Выходит, у него есть дар Предсказателя? Ха, но ведь мужчины не могут предвидеть будущее, на это способны только избранные женщины. Кто-то ему помогает, кто-то ненавидит и боится меня еще больше, чем князь… Да, рядом с ним есть женщина. Вот кто мой настоящий противник!»

Траян молча шел, опустив голову, и сосредоточенно размышлял. Он уже сожалел, что опрометчиво ринулся в опасную авантюру. Да, он собирался рано или поздно вызвать князя Михая на поединок, чтобы потом занять его место. Но не сегодня же! Михаю шел всего лишь шестой десяток лет, и он был еще очень силен. А уж в коварстве и знании разных гнусных приемов ему не было равных. Его младшая жена Вирея больше всех понимала в тех вещах, которые цыгане нашли на летающих станциях Ллорнов. Голова у этой злобной сучки работает здорово, ничего не скажешь! Наверняка именно она научила Михая умению исчезать на несколько секунд, а затем появляться в другом месте. Он, Траян, не мог делать такого, хотят мама Тинара тоже научила его кое-каким колдовским штучкам. Эти Ллорны были парни не промах!

Пройдя через лабиринт узких коридоров, они свернули в округлый туннель. Охранники остановились и сняли колпак с головы Селии. «Глупцы, — подумала она, — я отлично запомнила путь к посадочной платформе. Но бежать я не собираюсь, не дождетесь!»

И тут ее внимание привлекли стенки туннеля. Они были расписаны бесчисленные витиеватыми значками. Вскоре Селия поняла — это же какие-то формулы! Тысячи, десятки тысяч формул… Ну конечно, ведь они находятся в Научном Архиве.

— Интересно, что описывают эти бесчисленные формулы? — не вы

держав, произнесла она. — Может быть, тайны возникновения звезд? Или секреты возникновения жизни? Думаю, многие выдающие ученые отдали бы половину своей жизни, чтобы увидеть все это…

Охранники недоуменно переглянулись, а Траян поморщился, словно от головной боли.

— Формулы… Какие формулы? Это же простой орнамент! Причем на редкость дурацкий, аж смотреть противно. Князь Михай недавно принял решение стереть эту дрянь, чтобы наши художники украсили туннель разными эпизодами из жизни нашего славного племени. Жаль, что художники у нас не больно-то искусные, люди у них получаются больше похожими на роботов, а лица и вовсе не узнаешь. Кстати, а ты рисовать умеешь?

Селия ответила тоскливым вздохом. «Интересно, сколько бесценных вещей из Наследства Ллорнов эти дикари уже успели уничтожить? — подумала она. — Как же хорошо, что я, наконец, решилась оставить Моргана, и ринуться в эту сумасшедшую авантюру! Если мне удастся спасти хотя бы только эти одни формулы, это уже многое оправдает…»

Произнеся мысленно эту тираду, она насупилась. Что-то слишком часто за последние дни она употребляет это слово: «оправдание». Нет, ей не нужно искать никаких оправданий, она поступила совершенно правильно! Не может быть, чтобы она поступила неправильно! Морган… ему сейчас нелегко, это верно. Но рядом с ним увядающая красотка Лианна, она сумеет утешить его бывшего мужа.

До нее донесся какой-то мерный шум, похожий на плеск волн — словно впереди расстилалось большое озеро. Лица троих охранников заметно посветлели, страх в их глазах окончательно растаял. А Траян напротив, еще больше посмурнел.

Наконец они вышли из длинного туннеля и оказались в огромном круглом зале с высоким коническим потолком. Зал был заставлен сотнями шатров и палаток, между ними кишели сотни цыган в пестрых одежах, в которых преобладал кроваво-красный цвет. Селия сразу же обратило внимание, как много среди ее соплеменников молоденьких девушек и детей. Девушки пели, плясали, возились с младенцами, сплетничали, целовались с плечистыми парнями. В разных концах табора были разожжены костры, где пожилые цыганки варили пищу в больших котлах. Приглядевшись, Селия охнула и схватилась за сердце. Книги… цыгане жгли в кострах книги!

— Господи, спаси… — вымолвила она побледневшими губами. — Неужто у вашего племени нет лазерных или плазменных печей? Этого добра полно на любой более или менее цивилизованной планете, они удобны и безопасны в обращении. Зачем же сжигать книги?! Кроме всего прочего вы сжигаете драгоценный кислород!

Траян пожал плечами.

— Кислорода у нас хватает. Когда мы нашли эти летающие станции, то привезли сюда несколько десятков инженеров с разных планет. Они нам все здесь наладили, так что хватает и кислорода, и тепла, и света, и всего такого. И плазменные печи у нас есть. Только что за радость есть пищу, приготовленную таким образом? То ли дело родной с детства дымок костра! Жаль, деревянных вещей на станциях оказалось маловато. Мебель и все такие прочее мы уже сожгли, пришлось взяться за книги. А они, заразы, горят плохо, и дым от них больно едкий! Но ничего, мы привыкли.

Селия судорожно сглотнула. «Пожалуй, мне придется еще труднее, чем я ожидала» — подумала она.

В центре огромного зала располагался большой цветистый шатер, над которым развевался узкий стяг. Именно туда и направились охранники. Поняв, что соплеменники уже заметили их, охранники стали грубо подталкивать в спины своих пленников, старательно демонстрируя свою решительность.

Появление Селии вызвало фурор. Многие жители цыганского табора оставили свои дела и побежали в сторону туннеля. Вскоре возле пленников собралась толпа. Поначалу Селию окружили любопытные детишки. «Отступница!» «Колдунья!» — послышалось со всех сторон, и трудно было понять, чего больше в этих ребячьих возгласах — осуждения или восхищения.

Но очень скоро дети куда-то исчезли, а их место заняли женщины. Некоторые, особенно молоденькие девушки, смотрели на пленницу с любопытством, но цыганки постарше не скрывали своей ненависти. «Ведьма!» «Предательница!» «Уродка!» «Шлюха!» — кричали ей прямо в лицо. В глазах цыганок светился смертный приговор. Селия поняла: если бы толпу женщин не сдерживал страх перед князем, то они бы тотчас набросились на нее и растерзали на части.

К счастью, по древней традиции в таборах цыган верховодили мужчины. Вскоре они оттеснили своих жен, дочерей и подруг, и окружили пленницу плотным кольцом. Молодые парни были как на подбор стройными красавцами, мужчины выглядели могучими бойцами, а седовласые старики походили на мудрецов. Но, судя по их бранным фразам, особой мудростью никто из аборигенов станции не отличался. Мужчины не стесняясь, обсуждали фигуру пленницы, ее по-девичьи упругую грудь и округлые, пышные бедра. Кое-кто потянул к Селии жадные руки, и это очень не понравилось Траяну.

— Эй, эй! — зычно крикнул он. — Руки прочь от моей добычи! Предупреждаю: зарежу любого, кто к ней прикоснется!

Видимо, слова Траяна редко расходились с делом, и поэтому цыгане немного отступили от Селии. Однако брани стало еще больше.

— Ты бы лучше помолчал, Траян! — укоризненно с казал один из стариков. — О своей башке лучше побеспокойся, кобель! Князь Михай нынче в гневе. Он говорит: «Если Траян не объяснит, где он пропадал целый день, и о чем договаривался с отступницей, то ему не сносить головы!» Вот так говорит князь.

Траян ответил ослепительной улыбкой.

— Ну и вопрос! Что-то Михай в последнее время заметно поглупел. Может, уже старость пришла? Ха, да ни о чем я с этой женщиной не разговаривал! Больше чести много будет. Я ее просто драл всеми способами, вот и весь наш разговор. Мне случай удобный выпал, вот я им и воспользовался. Разве я был не прав, братья?

На лицах мужчин тотчас зажглись похабные улыбки. Селия поняла, что выстрел Траяна попал точно в цель. Сексуальная воздержанность никогда не входила в число добродетелей космических цыган. Они привыкли заниматься сексом с самых юных лет, и редкая цыганка не рожала до достижения шестнадцати лет. Ранняя зрелость не порицалась, а поощрялась. А уж с незамужними женщинами вообще никто и никогда не церемонился, они до нового замужества становились как бы общей собственностью.

Разумеется, Траян и не думал оскорбить или унизить свою новую подругу. Он просто намекнул своим собратьям: а ведь вы тоже можете обладать этой новой и весьма привлекательной женщиной! И это давало ей еще один шанс на победу в схватку с недоброжелателями.

Словно почуяв, что пленница неожиданно обрела почву под ногами, цыганки разразились громкими возмущенными криками: «Смерть шлюхе!» «Пустить ей кровь!» «Сжечь ведьму на костре!»

Внезапно крики смолкли. Мужчины посерьезнели и расступились, открывая проход. Траян повернулся и тихо сказал:

— Ну, держись… Князь идет!

Глава 7

В огромном зале повисла гнетущая тишина. Затем послышался звук чьих-то ног. В проходе появилась кряжистая, мощная фигура. Князь Михай был одет в традиционные черные шаровары, кожаные сапоги и красную рубашку, а также в роскошный, расшитый золотом и драгоценными камнями жилет. Мясистое лицо Михая выглядело грозным и почти уродливым, маленькие сверкающие глазки едва выглядывали из-под мохнатых черных бровей. Длинные пышные волосы отливали сединой, а небольшая борода была уже совершенно белой. В правой руке князь держал нагайку, а в левой — толстую книгу. Приглядевшись, Селия узнала Новую Библию — ту самую, что написали его муж и его многочисленные апостолы.

— Привет, Михай! — дерзко выкрикнул Траян, специально опустив титул «князь». Он надеялся вызвать первый огонь на себя, но глава табора даже не взглянул в его сторону. Подойдя к Селии, он смерил пленницу тяжелым, маслянистым взглядом с головы до ног.

— Так вот какая ты, дочка Таниты Рыжей, — наконец, послышался густой басистый голос князя. — Хороша, ничего не скажешь, вся в мамку. Задница такая же аппетитная, а вот сиськи маловаты, словно у недозрелой девчонки. Неужто твой муж мало тебя тискал в постели? Ну конечно, у него же не было на это время, он книжки разные умные писал. Ну, вроде этой толстой хреновины! — и князь поднял над головой Новую Библию.

В толпе дружно засмеялись, словно князь сказал нечто очень остроумное.

Траян хотел что-то сказать, но Селия усилием воли сомкнула его уста. Она всей кожей ощущала, что ее главная недоброжелательница стоит где-то в толпе и скрытно за ней наблюдает. Нужно как можно скорее вытащить ее на арену, и взглянуть ей прямо в лицо.

— Эта хреновина, князь — священная книга, которую ныне познают миллиарды людей и нелюдей из многих тысяч цивилизованных миров Галактики, — громко произнесла она. — Ее написал не только один мессия, но и сотни апостолов разных рас и народов. В Новой Библии собрана вся мудрость тысячелетий, весь опыт тысяч различных культур.

Цель нового учения в том, чтобы сохранить Добро в вечной и увы, неравной схватке со Злом. Мессия и его апостолы никому ничего не навязывают, ничем не собираются командовать — нет, они просто беседуют по душам со всеми разумными существами, сердца которых еще окончательно не очерствели. Мессия не ставит ни один народ над другими народами, он хочет, чтобы каждый нашел бы понимание со стороны своих братьев по разуму. Среди этих народов могут оказаться и наше племя цыган. Испокон веков мы чувствуем себя изгоями, никто не радуется нашему появлению. Простые люди всех рас прячут от нас подальше своих детей и девушек, власти относятся к нам как к головной боли… Так было всегда и везде! Морган Чейн и его апостолы открывают для нас двери в галактическое Братство. Зачем же вы торопитесь побыстрее закрыть эту дверь?

Князь выпучил глаза. Менее всего он ожидал от пленницы такой дерзкой проповеди. Она же не дура, понимает, что ей скорей всего грозит жесткая смерть, какая обычно настигает всех отступниц. А она, сука, вместо того, чтобы упасть на колени и с рыданием целовать его сапоги, вздумала учить князя уму-разуму!

— Замолчи, сука! — заорал Михай и, подняв хлыст, собрался было отстегать пленницу. Но удар принял на себя Траян.

— Подожди, Михай, — сказал он.

Мясистое лицо князя налилось багрянцем.

— Что-о? А этот чертов заступник откуда взялся? В тюрьму его, в тюрьму! Пускай посидит несколько суток без хлеба и воды, а там посмотрю, что с ним делать. Больно этот сосунок возомнил о себе! Забыл, как я тебя еще мальчишкой таскал за уши, когда ты подглядывал за моими женами? Вижу, ума у тебя с тех пор не больно-то прибавилось!

В толпе снова захохотали, но уже не так дружно и весело. «А Траян действительно пользуется немалым авторитетом среди соплеменников», — с радостью подумала Селия.

Траян задрожал от гнева. Он явно не привык к такому обращению, и мгновенно потерял контроль над собой. Шагнув вперед, он сжал кулаки и с ненавистью посмотрел на князя.

— Да, было дело — я действительно подглядывал за твоими женами, Михай, — дерзко заявил он. — А также я слышал, какими словами они отзываются о твоих мужских способностях. Мол, стоит Михаю выпить бутылку-другую вина, как толку от него в постели чуть-чуть! Но тогда ты был еще довольно молодой, а что сейчас, когда ты уж поседел?

В толпе послышались крики ужаса. Цыгане инстинктивно стали пяться, и вскоре образовался довольно большой круг, в центре которого стояли князь и оба пленника, а также три охранника. Впрочем, опомнившись, охранники предпочли раствориться в толпе.

— Это что, вызов? — напрягшись, тихо произнес князь.

— Да! Пора табору обрести нового вожака. Не такого алчного и тупого, как ты, и не такого борова. Ведь ты, считай, попортил каждую вторую девочку в нашем таборе! А толку-то что? Семя-то у тебя старое, гнилое, девчонки почти от тебя не рожают. Зато нам, молодым и горячим парням, обидно потом есть надгрызенное яблочко!

Селия тотчас уловила положительные эмоции, которые вызывали эти слова у многих молодых цыган. Траян знал, что делает, он почти открыто обратился ко своим потенциальным сторонникам из молодежи, и явно получил от них негласную поддержку. Пока негласную.

С неожиданной легкостью Михай вдруг отпрыгнул назад, а затем чуть нагнулся и достал два кинжала из-за обшлагов сапог. Траян сделал то же самое, но время схватки еще не пришло.

Князь выпрямился, засунул кинжалы за пояс, а затем указал толстым пальцем, похожим на сардельку, в сторону Селии.

— Ты не собьешь меня с толку, щенок! Сегодня я собираюсь свершить суд над предательницей и отступницей, а потом уже, так и быть, выберу время, чтобы прирезать тебя. Еще раз говорю: отведите Траяну в тюрьму и стерегите его пуще ока! А я пока займусь его новой подружкой. Наши женщины давно хотят содрать с нее заживо кожу, надо же их уважить? Мало того, что эта сучка использовала наши тайные знания на пользу этого дьявола-мессии, так она еще натравила на наш табор своего ублюдка-сына и его шайку недоумков! И чем это закончилось, помните? Детского сада больше нет! Сотни наших детишек погибли, их заледеневшие тела до сих пор летают среди мусора Свалки… Суд, сначала надо свершить суд над отступницей!

И под сводами зала прокатился мощный вопль женских голосов:

— Суд! Суд на убийцей! Смерть ведьме! Смерть!

Траян пытался что-то с казать, но его никто не услышал. С разных сторон к нему ринулось больше десяти цыган. Парень уложил их всех на пол, демонстрируя невероятную ловкость и силу, но внезапно вскрикнул от боли и, закрыв лицо рукам и, рухнул на пол. Тотчас его связали и уволокли в дальнюю часть зала — туда, где, по-видимому, находилась тюрьма.

Селия могла защитить Траяна от психоудара, но не стала этого делать. Ее невидимая соперница не должна знать раньше времени, с кем имеет дело, и в этом был шанс на спасение. Послушно опустив голову, Селия пошла вслед за князем в глубь зала, к большему шатру. Тотчас к ней со всех сторон ринулись разъяренные женщины, но никто почему-то так и не смог дотянуться до ненавистной отступницы.

«Морган, как же мне сейчас не хватает тебя! — вопреки своей воли с тоской подумала Селия. — Неужто, я переоценила свои силы? Но уже поздно причитать… Пускай будет, что будет!»

* * *

Селию отвели в небольшую синюю палатку, что располагалась рядом с большим шатром главы табора. Туда же вошли семь женщин разных возрастов, включая девочку лет десяти. Она была сутулой и двигалась как-то странно, боком, словно у нее были проблемы с ногами. Лицо девочки наполовину было закрыто платком, так что можно было рассмотреть только большие белесые глаза и серую бугристую кожу. «Мутантка, — сразу же поняла Селия. — Неужто эта девчонка и есть мой тайный враг? Да, у нее есть телепатические способности, я чувствую это… Девочка прямо-таки рвется в мой мозг, она хочет взять контроль надо мной… Не получится, жалкая тварь!»

Пленницу заставили сесть в центре палатки. Цыганки окружили ее, а затем следуя беззвучной команде вытянули вперед руки и запели.

Селия никогда в жизни не слышала эту песню, и даже не знала, на каком языке она звучит, но тем не менее почувствовала, как все ее тело покрылось мурашками. Песня явно носила ритуальный, а быть может даже магический характер. Звуки пения не отличались мелодичностью, они были явно предназначены не для ушей, а для подсознания. «Гипноз?» — подумала Селия и вдруг ощутила, что потеряла способность двигаться. Ее тело словно превратилось в камень, лицо застыло, словно маска. Она попыталась шевельнуть рукой, но не смогла.

Уродливая девочка стояла прямо напротив ее, и не отрывала от нее холодных рыбьих глаз. Она совершала руками какие-то очень сложные движения, губы шевелились не в такт песни, а словно бы сами по себе.

«Да она же не знает слов ритуальной песни! — неожиданная догадка вдруг промелькнула в мозгу Селии. — Пьяное небо, да это же подстава! Девчонка, конечно же, мутантка, но отнюдь не она — моя главная противница. Это кто-то из взрослых цыганок… ну хотя бы та красивая девушка лет двадцати, что стоит у меня за спиной. Ого, какой у нее тяжелый взгляд!»

Пения становилось все громче и громче, а потом цыганки взялись за руки и начали танцевать — сначала на месте, а потом двигаясь по кругу против часовой стрелки. Селия понимала смысл этого действа: женщины прекрасно понимали, что имеют дело не просто с Предсказательницей, но и с довольно сильной колдуньей, обладающей твердой волей. Ее надо было если не сломать, то хотя бы согнуть в три погибели, ослабить до такой степени, чтобы князь Михай мог бы продемонстрировать во всей красе перед табором всю свою мощь и силу.

И Селия почувствовала, что на самом деле слабеет, что ее мысли начинают путаться. Ее соперница (кажется, это была одна из жен князя) умело вела атаку, не испытывая к пленнице ни малейшего сострадания. «Чем… чем я так ей не угодила? — вяло подумала Селия. — Ведь мы даже не знакомы… Ага, она сама… сама Предсказательница! Наверное она догадалась… про нас с Траяном… А значит, эта стерва не успокоится…

Пока я не умру… Надо попытаться понять… ее мысли… Атака!»

Собрав остаток сил, Селия выждала момент, когда красавица оказалась прямо напротив нее, и тут же нанесла удар, целясь прямо ей в мозг.

Женя Михая издала истошный вопль и упала на колени. Пение тотчас прекратилось, остальные цыганки бросились ей на помощь.

— Нет, нет, продолжайте пение! — крикнула красавица, но ее слова больше походили на стон раненого зверя.

Селия по-прежнему не могла двигаться, но эту минутную заминку в лагере противника использовала на все сто процентов. Она вошла в мозг красавицы и узнала все, что хотела узнать. А затем выставили вокруг себя психощиты и заснула, чтобы накопить немного сил перед будущими схватками.

…Она очнулась от болезненного ощущения того, что кто-то хлещет по ее щекам. Открыв глаза, Селия увидела, что она привязана к столбу, что находился в центре овальной площади. Здесь собрался весь табор. Рядом на высоком кресле восседал Михай. На этот раз он был одет в роскошный кафтан. За ним стояли шесть его жен, и среди них красавица Лидара. Ее лицо покрывал толстый слой грима, но даже румяна не могли до конца скрыть бледность цыганки. В глазах Лидары светилась ненависть и одновременно — страх. Разумеется, она знала, что Селия покопалась в ее мозгах, но не знала, что именно пленница успела оттуда извлечь.

Князь хотел что-то сказать, но Селия опередила его:

— Хочу пить!

Пить она на самом деле не хотела, просто эти слова сами собой сорвались с ее языка. Сами собой? Нет, разумеется, кто-то ей навязал свою волю.

Князь поморщился.

— Что ж, в нашем таборе не принято отказывать тому, кто хочет пить, — после паузы сказал он. — Когда-то несколько веков назад наш табор заблудился в пустыне на планете Фаррак, и нас спасло только то, что аборигены никогда не отказывали чужакам в воде. Честно говоря, я куда охотнее пустил бы кровь этой ведьме, но… Ладно. Гонгона, дай этой стерве стакан воды!

Селия вскоре увидела, как из-за ее спины вышла давешняя уродливая девочка. В руках она несла поднос, на котором стоял наполненный доверху хрустальный стакан.

— Развяжите мне руки! — потребовала Селия, но никто не среагировал на ее слова.

Гонгона подошла ближе, взяла стакан и поднесла ее в губам.

«Пей медленно», — услышала Селия давешний мнемоголос.

Пленница так и сделала. Струйки холодной воды стекали по ее губам, и она ощутила неземное блаженство. Разумеется, дело было не в самой воде, а в том, что сейчас омывало ее слабый, израненный мозг.

«Почему ты помогаешь мне?» — беззвучно спросила Селия.

«Я ненавижу Лидару, — последовал ответ. — Она — настоящий дьявол в юбке! Вне наши женщины ненавидят и боятся ее. Да и мужчины обходят стороной…»

«А что же ваш князь?»

«Михай тоже ее боится. Он никогда не ест еду, которую ему готовит Лидара, а тайно выбрасывает ее собакам. Но его над табором власть ослабевает с каждым днем, и Лидара ему нужна. А ей нужен только Траян!»

«Понимаю, она предвидела, что я и он…»

«Селия, твоя жизнь висит на волоске. И моя — тоже. Ведь я тоже как и ты здесь чужая… Сделай то, что я скажу — это твой единственный шанс на спасение!»

Селия допила воду, а затем сказала:

— Спасибо, девочка. Ты мне очень помогла.

Князь расхохотался.

— Помогла? Да уж лучше эта серая мышь поможет самой себе! Никогда в нашем таборе не было таких полудохлых уродок! И предательниц у нас тоже не было. Селия, ты готова выслушать наши обвинения?

— Да, я готова, — твердо сказала пленница.

— Учти: в этом таборе все решаю я, князь! Но я люблю советоваться с моими людьми. Я имею ввиду, конечно же, только мужчин. Женщины в таборе своего слова не имеют. Однако это тот самый случай, когда мнение наших женщин понятно и так. Они считают, что тебя надо казнить как предательницу и отступницу! Но повторяю, решающее слово не за ними.

— Жаль, — неожиданно сказала Селия.

Князь вздрогнул. Менее всего он ожидал от пленницы этих слово, и сразу же своим звериным чутьем понял: что-то здесь не так!

— Почему же жаль? — помрачнев, спросил он. — Ведь все наши женщины хотят твоей смерти, разве ты не поняла?

Селия улыбнулась.

— Они просто не знают, как на самом деле обстоят дела. Да, я дочь цыганки по имени Таниза. Но моим отцом был выходец с Терры!

— Чепуха, — холодно сказал князь. — Цыганами считаются те, кто был рожден цыганкой. Отец не имеет значения, хотя конечно же, в таборах куда выше ценятся чистокровные цыгане. Ну, например такие как я — чистокровный цыган в двадцать восьмом поколении!

Селия поняла, что князь говорил чистую правду, но она собиралась нанести ответный удар в совсем другую его болевую точку.

— Скажите, князь, а вы знали мою мать? — внезапно спросила она.

Князь побагровел. Привстав с кресла, он заорал:

— Заткнись, тварь! Не забудь, мы судим тебя! А значит, ты будешь отвечать на наши вопросы, и не станешь раскрывать рот, когда тебя не просят! Понятно?

Селия кивнула.

— Конечно понятно. Так же понятно, что именно вы можете быть моим истинным отцом!

Лицо князя исказила болезненная гримаса. Он хотел что-то вымолвить, но не смог. Выпученными глазами он смотрел на пленницу, словно на привидение.

— Я хочу пояснить эти слова моим соплеменникам, — спокойно продолжила Селия. — Мне сорок два года. А точно сорок три года назад ваш табор странствовал в Звездном Клондайке. Пожилые цыгане помнят те времена. Разве это не так?

Взоры толпы обратились на стариков. Они смутились, некоторые потупили головы. Но один старик все же кивнул и нехотя произнес:

— Да, было такое дело. Ну и дерьмовый же выдался у нас поход! Пограничники оказались на редкость скупыми и невежливыми людьми. Они плохо встретили наши предсказания, неохотно подавали деньги наших детям, а иногда и вдруг начинали палить в нас из пистолетов. Конечно, мы тоже не остались в долгу, и перерезали несколько десятков этих грубиянов. Но и сами потеряли четверых…

— Скажите, уважаемый Ваннар, а вы бывали на планете Мидас? — спросила Селия.

Старик хмыкнул, исподлобья глядя на рассвирепевшего князя.

— Бывали, ну а как же… Ведь это — самая богатая планета Звездного Клондайка! Там мы кое-что заработали, а потом…

— Нет, не торопитесь! Лучше вспомните о том, как ваш табор остановился неподалеку от Мэни-сити. Помните, как к вам вечером однажды заявилась молодая цыганка Таниза Рыжая, которая работала в городе Предсказательницей? Она узнала о том, что на планете появились е е соплеменники, и захотела встретится с вами. Мама мне не раз рассказывала про тот день. Не может быть, чтобы вы его забыли!

Селия блефовала. Мать ничего не рассказывала ей о цыганском таборе. Все это Селии подсказала малышка Гонгона.

Старик закашлялся, а затем сказал:

— Ну, это было так давно… Разве все вспомнишь? Да, кажется, какая-то цыганка из Мэни-сити действительно забрела к нам в табор, но…

Князь Михай наконец обрел голос:

— Заткнись, старик! — заорал он. — Разве ты не видишь, что эта сучка морочит нам головы? Это мы собрались ее судить, а она все время выворачивается, пытается запутать нас какими-то бредовыми история о делах давно минувших…

Он запнулся, поняв, что сказал что-то не то. И на самом деле, из толпы тотчас послышался чей-то женский голос:

— А что, дело на самом было? Михай, ты с десяти лет был кобелем, не пропускал ни одной юбки. Может, ты на самом деле отец этой женщины? Да вы поглядите, как они похожи!

Толпа разом зашумела. Селия удивилась: она не находила ни малейшего сходства между собой и князем! Но большинство цыган, по-видимому, были другого мнения.

Князь заметно растерялся. Менее всего он ожидал, что он сам фактически окажется на скамье подсудимых. Михай оглянулся, словно ища чьей-то помощи.

И помощь пришла. Лидара вышла из-за спины мужа и, уперев руки в бока, заявила:

— Ну чего расшумелись? Из этой истории следует только одно: мать этой шлюхи была тоже шлюхой! Конечно, князь Михай вполне мог ее обрюхатить. Но мог это сделать и любой другой мужик, не обязательно цыган. Ищи теперь ветра в поле!

Она повернулась и вперила в Селию цепкий, пронзительный взгляд:

— Если князь позволит, то я могу сама допросить эту отступницу. Конечно, не женское дело лезть вперед, но вы же видите, что это тварь мужчинам прохода не дает. Не успела она появиться в нашем таборе, как уже затащила в постель Траяна. Потом заявила, что князь Михай — ее отец. А может, и все остальные наши мужчины — тоже ее родственники? Ведь ее мамочка была не промах!

Толпа ответила смехом. Рассмеялся и князь Михай. Махнув рукой, он вновь сел на кресло и сказал:

— Ладно, пусть будет так. Лично мне все уже ясно. Но пускай Лидара нас малость развлечет. У нее язычок острый, спуску никому не даст!

Лидара улыбнулась, довольная своей маленькой победой над мужчинами. Теперь осталось победить всего лишь одну женщину.

— Селия, ты обвиняешься в том, что многие годы использовала тайные знания цыган не для обогащения нашего племени, а для того, чтобы помочь чужаку по имени Морган Чейн подняться на вершины власти, — жестко произнесла она. — Признаешь свою вину?

— Нет. Я не знала, что мой талант Предсказательницы принадлежит кому-то кроме меня. К тому же, до недавнего времени я не встречала ни одного цыгана, хотя очень много странствовала по разным мирам.

Недовольный шум толпы подсказал ей, что эти слова прозвучали неубедительно. Лицо Лидары заметно посветлело.

— Ха, что нам за дело, встречала ли ты цыган или нет? Ты должна была разыскать нас, и принести пятьдесят процентов дохода от того, что ты получила от использования своего дара. Потому что этот дар подарили тебе мы, наше племя! И тебя учила ремеслу наша соплеменница Таниза Рыжая.

— Я готова заплатить сколько угодно! — согласилась Селия.

Князь расхохотался и хлопнул себя по колену.

— Ну и дура… — громко сказал он.

Лидара удовлетворенно улыбнулась.

— Дело не только в деньгах, дорогуша, — воркующим тоном произнесла она. — Признайся — разве ты сумела бы стать женой Моргана Чейна, если бы не наша тайная приворотная магия? Ты далеко не красавица, и будущий мессия мог найти тысячи куда более привлекательных девушек! Но он выбрал тебя, а потом с твоей помощью стал Шерифом Звездного Клондайка. Ныне это звездное скопление мессии уже не нужно, там правит его заместитель Эрих Клайн. Видишь, что мы весьма осведомлены о твоих делах! Итак, мы хотим получить свою законную половину от половины Звездного Клондайка, то есть одну четверть звездного скопления. Твой муж, без сомнения, согласится на такую сделку ради счастья увидеть свою прекрасную, и главное, верную женушку! Ну а мы готовы промолчать о твоих шашнях с глупцом Траяном. Ну как, согласна?

Селия усмехнулась.

— Бредовое условие! Вы прекрасно знаете, что муж не является хозяином Звездного Клондайка, он всего лишь некоторое время руководил этим звездным скоплением. Поэтому нам с вами делить просто нечего! Да и если бы я вдруг даже согласилась на это нелепое требование, это было бы лишь только началом торга? Глядишь, скоро вы бы потребовали четверть галактической Империи только на том основании, что мой муж является мессией и наравне с Шорром Каном признан всеми одним из двух главных лиц Империи. Скажи, разве я не права?

Лидара пожала плечами.

— Что толку говорить про это, раз ты не можешь отдать нам даже такую мелочь, как четверть Звездного Клондайка?.. По-моему, дальше продолжать суд бессмысленно. Все и так ясно. Но решение как всегда за нашим дорогим князем и только за ним!

Михай кивнул, снисходительно глядя на свою молодую жену.

— Ладно. Встань на свое место, Лидара, — приказал он. — А ты, Селия, слушай мой приговор. Испокон веков мы, цыгане, ненавидим отступников и предателей. Ты — отступница! Если бы ты захотела, то давно бы разыскала космических цыган и поделилась бы с нами нажитым добром. Тогда сегодня бы ты была нашим почетным гостем, а не пленницей. Все мы слышали, что ты ничуть не раскаиваешься в содеянным, и не хочешь платить по долгам! К этому можно еще много прибавить, и в частности, кровавую атаку на наш детский сад…

Селия перебила его:

— Ну, этого вы на меня не повесите! Во-первых, атаку на детский сад организовала Вилена, дочь императора Шорра Кана. Я не имею к этой трагедии ни малейшего отношения! А во-вторых… Разве там погибли ваши дети? Нет, там, на Свалке, фактически находилась тюрьма для украденных вами детьми с разных обитаемых миров. Вы торговали ими, разве не так?

Толпа взорвалась негодующими криками. Князь вскочил с кресла и потрясая кулаками, что-то завопил.

«Пора, — мысленно произнесла Селия. — Гонгона, начинаем действовать!»

Шум долго не мог улечься. В Селию со всех сторон сыпались оскорбления и угрозы, но она не обращала на это внимание. Все телепатические силы были сейчас нацелены в сторону противоположной части зала — где находилась тюрьма. Несколько попаданий в грудь и лицо оказались весьма болезненными, но Селия не обратила на этого никакого внимания.

Лидара довольно скоро сообразила, что это взрыв негодования идет на руку пленнице. Она пыталась успокоить толпу, но куда там!

То, что ей не удалось сделать, получилось у князя. Он так орал, размахивая хлыстом, что цыгане поутихли. Затем Михай указал в сторону пленницы и сипло произнес:

— Все, хватит! Суд окончен. Я выношу приговор: смерть отступнице!

— Смерть! Смерть! Смерть! — поддержали его сотни голосов.

— Осталось теперь только решить, как именно казнить эту тварь, — продолжил князь. — До сих пор не могу поверить, что она хотела выдать себя за мою дочь! Мало ли с какими женщинами я спал? Всех и не упомнишь! Нет, таких как Селия надо казнить так, как мы казним шлюх, что путаются с чужаками. Эх, жаль на этой дерьмовой станции нет коней! Был бы здесь конь, я бы самолично привязал эту тварь на длинной веревке к лошади, и пустил ее в степь! Но камни — тоже неплохо. Их на этой дурацкой станции полно, тысячи полок и шкафов забиты булыжниками с разных миров, будто это какая-то ценность. Тащите камни, а потом забросайте отступницу до смерти!

Толпа было бросилась исполнять приказ князя, как вдруг послышался чей-то громкий крик:

— Постойте!

На площадь вышел Траян. Его лицо было окровавлено, рубашка порвана в нескольких местах. Рядом с ним словно бы ниоткуда появилась Гонгона. Она подняла тонкую руку, похожую на паучью лапку и указала на главу табора:

— Траян обвиняет Михая в измене и вызывает на поединок!

В зале настала мертвая тишина. Такого поворота дел никто не ожидал.

Князь медленно спустился с помоста и сделал несколько шагов в сторону молодого цыгана.

— Все-таки не удержали тебя наши охраннички, — произнес он и сплюнул на пол. — Вот дерьмо! Но может, это и к лучшему. Давно вижу, что ты подбираешься к моему креслу, Траян. Мало тебе девок, мало лучшей жратвы и лучшего вина. Хочешь весь табор к рукам прибрать! И прибрал бы, да уж больно рано голову из норы своей высунул. Небось, это стерва Селия тебя на бунт подбила. Что ж, обоих сегодня и похороним. А к ним для компании добавил и Гонгону. Сам виноват, по доброте душевной согрел змею на своей груди. Больно ты была жалкая, ничтожная да уродливая да жалкая, соплей можно зашибить. И чем ты отплатила своему благодетелю, неблагодарная тварь?

Гонгона рассмеялась, обнажив свои кривые редкие зубы.

— Благодетель? Сильно сказано! Разве ты забыл, Михай, как жестоко изнасиловал меня в первый же день? Надоели тебе рослые и красивые цыганки, захотелось поиметь уродку. Что ты со мной выделывал, жутко вспомнить. А потом хотел убить, да пожалел. И все потому, что только я могла прочитать описания тех лекарств, что мы нашли в Аптеке…

— Замолчи! — рявкнул князь.

— Нет, я больше молчать не буду! Путь люди табора знают, чем ты тайно занимался вместо со своей любимой женой Лидарой. Разве не вы тайно торговали лекарствами из Аптеки, и многими таинственными механизмами. Что вы украли из Технического Музея? Я знаю все, потому что без меня вы к этим штукам и прикоснуться боялись, потому что некоторые из этих машинок иногда сами собой взрывались. А мне бог дал умение читать на всех языках, и я…

Князь возопил и, выхватив из-за пояса один из кинжалов, метнул его в грудь девушки. Траян попытался перехватить его в воздухе, но опоздал.

Кинжал пронзил хилую грудь девушки, и она беззвучно рухнула пол. Лицо Гонгоны ничего не выражало, даже страдания. Собрав последние силы, она посмотрела в сторону Селии, и что-то беззвучно сказала. А затем дернулась всем телом и испустила дух.

Вновь настало тягостное молчание.

— Вот, значит, какие дела, — из толпы послышался чей-то суровый мужской голос. — А я-то думаю, что это за ящики мы грузим на наши корабли! А это, оказывается, наш князь потихоньку приторговывает Наследством Ллорнов. И много наторговал?

Князь вперил в толпу хищный взгляд.

— Это кто там пасть раскрыл? По голосу, мой дружок Стас. Выходи, вошь, мы поговорим по-мужски. Давно хотел тебе кровь пустить, да все время находил.

Толпа заволновалась. Послышались выкрики: «Пусть объяснит!» «Какие такие ящики?» «Нет, братья, здесь надо разобраться!» «Чего т Траян молчит?»

Услышав, что то там, то здесь люди стали называть его имя, Траян уверенно зашагал к князю и остановился рядом с ним. И тогда стало заметно, что ростом молодой цыган превосходил нынешнего главу табора. Преимуществе в силе, конечно же, было у Михая, но разве одна сила решает исход поединка?

— Слышишь, что говорят братья цыгане? — насмешливо спросил Траян. — Давай разберемся, Михай, что и как.

Князь хотел что-то сказать, но его опередила Лидара. Выбежав вперед, она заслонила собой князя.

— Да кто ты такой, щенок, чтобы судить князя? — завопила она. — Забыл обычаи нашего племени? Вопросы князю может задавать только сход старейшин. А твое дело портить девчонок — больше ни на что ты не способен!

Траян повернул голову и выразительно посмотре6л на Селию. Она кивнула, и несколько мгновений спустя жена князя вскрикнула и рухнула без чувств на пол.

Князь процедил сквозь толстые губы:

— Ведьма… Так я и знал, что эта отступница — настоящая ведьма! Надо было зарезать ее еще там, в Аптеке…

— Так что же это были за ящики? — спросил Траян. — Объясни, князь. Ты нам всегда говорил, что Наследство Ллорнов — это скверна, что к их вещам и механизмам нам даже прикасаться не следует. Сжечь, сломать — это другое дело, это разрешается. А сам, выходит, тайком собирал разные вещички да в ящики складывал. И кому же ты всю эту скверну продавал?

Князь схватился за второй кинжал, но вдруг почувствовал, что его губы зашевелились словно сами собой:

— На… Голконду…

— Ого! Но ведь этот мир вроде бы закрыт для чужаков? Как же ты сумел туда пробраться?

Впервые за многие годы князь испытал невыразимый ужас. Нет, он не боялся Траяна, и не боялся суда. Но еще никогда он не ощущал чьей-то власти над собой. А сейчас кто-то заставлял его говорить о вещах, которыми он делился только с Лидарой, да и то не всегда.

— Гонгона… она родом с этой планеты…

— Ах, вот в чем дело! То-то ты держал бедную девочку в своем шатре на привязи, словно собачонку. Ну ладно, об этом мы потом поговорим. Сначала поведай нам, сколько же ты наторговал с Голкондой, и где находятся эти утаенные от табора денежки.

Князь понял, куда клонит его молодой противник. Траян собирался опереться на тот самый закон, с помощью которого была только что осуждена Селия!

— Дьявол… Нет у меня этих денег! Здесь нет…

Последнюю фразу он вновь произнес отнюдь не по своей воле. Селия крепко держала его под своим контролем.

— А где же они?

— На Альдее-3, в тамошнем банке. Ну, и еще на трех мирах…

Траян обернулся и выразительно посмотрел на толпу цыган. Те ошеломленно молчали.

— Слышали, братья цыгане? Вот, оказывается, что задумал наш дорогой князь и его любимая женушка Лидара! Они поняли, что табору здесь, в туманности, не удержаться. Рано или поздно кто-то нас отсюда прогонит. А возраст у Михая уже немалый, неохота на склоне лет снова странствовать по Галактике… Вот он и решил скопить нашими руками немного деньжат, чтобы в один прекрасный день бежать из табора и оставить нас на произвол судьбы! Что скажете, братья цыгане?

Толпа безмолствовала. Слишком велик был авторитет Михая, слишком много лет безраздельно хозяйничал он в таборе. Пресловутая свободолюбие цыган было лишь пестрой ширмой, за которым скрывался жесткий, а порой и тиранический склад жизни табора. Красивые легенды имело очень мало общего с реальностью, и Селия сразу же поняла — нет, эти люди не готовы так сразу подняться с колен.

И действительно, с разных сторон площади послышались нестройные, робкие голоса:

— А что, может так и надо…

— Князь Михай знает, что делает!

— Да кто мы такие, чтобы судить князя? Наше дело маленькое…

Траян с презрением обвел горящим взглядом своих соплеменников, а затем взглянул в мутные глаза Михая:

— Слышишь — у тебя, вора, есть защитники! Кое-кто готов и ныне лизать твои сапоги. Но факт воровства остался, и законы нашего племени никто отменить не может. Только что ты требовал от пленницы Селии, чтобы она вернула пятьдесят процентов от заработанного в течение всей жизни! Твоя сучка Лидара даже захотела получить четвертую часть Звездного Клондайка, ха-ха! От тебя мы так много не потребуем. Верни сейчас же половину того, что ты награбил на станциях Ллорнов, и мы тебя простим. Не вернешь — тебя ждет смерть! Камней для тебя тоже хватит!

Михай вдруг ощутил, что с него словно спали стальные оковы. Обессилевшая Селия уже не могла контролировать князя и он мигом пришел в себя. Ослабившись, он сказал:

— Может, ты и прав в чем-то, Траян. Да только забыл, что я вот уже сорок лет держу табор в стальных клещах! Наши свободные цыгане даже не заметили, как стали жалкими холопами. Сам, небось, слышал, как они меня оправдывают. Так что судить меня здесь некому, кроме тебя. А с тобой у меня будет разговор короткий!

Князь выхватил кинжал и, взревев словно бык, ринулся в атаку.

Траян продемонстрировал свои необычные способности и легко ушел в сторону. Селия вздохнула с облегчением, но потом вновь задрожала от ужаса. Михай, по-видимому, тоже почерпнул на станциях Ллорнов немало знаний о древних галактических единоборствах. Внезапно он раздвоился, и с двух сторон вновь напал на молодого противника. Траян взлетел в воздух и, чсде6лав сальто-мортале, приземлился в нескольких метрах от князя и его двойника. Но оба Михая уже успели отрастить по несколько рук, и в каждой из них засверкали кинжалы. А потом князья (их было уже трое!) разом метнули оружие в Траяна.

В воздухе засверкали десятки стальных молний. Только одна из них несла смерть, но какая?

Траян попытался вновь прыгнуть, но почему-то не смог. Селия знала причину его внезапно появившейся беспомощности: это очнулась из небытия Лидара!

Селия издала дикий рык, словно раненый зверь, и нанесла мысленный удар по стальным молниям. И они разом исчезли! Вернее, исчезли все, кроме одной. Кинжал, пущенный рукой коварного князя, летел прямо в сердце Траяна, но тот успел среагировать, и закрылся левой рукой. Она тотчас обагрилась кровью.

Все три князя встретили неудачу громкими воплями. Но Траян уже понял, где находится его истинный противник. Прыгнув, он свалил князя ударом вытянутых ног. Оба цыгана покатились по полу, награждая друг друга могучими тумаками.

Лидара тем временем встала на ноги и, пошатываясь, неотрывно глядела на дерущихся мужчин. Она отчаянно пыталась помочь мужу, но чувствовала, что ее усилия вязнут словно в вате.

Повернувшись, она крикнула, обращаясь к другим женам князя:

— Ну что же стоите, дряни? Убейте эту отступницу, пока она не убила нашего Михая!

Жены князя очнулись от оцепенения и бросились к Селии. Она отчаянно пыталась вырваться из пут, но увы, сил осталось слишком мало.

Траян бился, словно зверь, но князь был опытным борцом. Он все-таки сумел подмять под себя молодого противника и, припечатав его к полу, нанес несколько жестоких ударов в голову. Лицо Траяна обагрилось кровью. В это же время шесть жен князя пытались приблизиться к Сели, но та огромным усилием воли удерживала их на расстоянии. Силы ее стремительно таяли.

Она бросила взгляд, полный боли, на молчаливую толпу.

— Ну что же вы? — закричала Селия. — Неужто вы на самом деле жалкие холопы?

Многие отвели глаза в сторону, но не все. Растолкав толпу, из нее вышло около десятка парней. Переглянувшись, и помчались к женам князя и быстро их утихомирили. А затем один из парней вынул нож и разрезал путы, окутывающие руки и ноги пленницы.

Со вздохом облегчения Селия опустилась на пол. Но взглянув на дерущихся мужчин, с криком отчаяния вновь вскочила на ноги.

Кто-то из толпы бросил князю свой кинжал. Михай ловко поймал его, а затем поднял над головой, намереваясь вонзить в грудь обессилевшему Траяну. Селия пыталась остановить смертоносную руку, но не смогла — Лидара парировала все ее усилия.

Гибель Траяна казалась неизбежной. И вдруг в воздухе что-то сверкнуло, и в спину князя вонзилась молния. Издав рык, тот изогнулся всем телом и, тяжело скатившись с Траяна, забился в судорогах. Михай был очень сильным мужчиной, и отчаянно боролся за жизнь. Но наконец он затих, и остекленевшим взглядом уставился в высокий конический потолок.

Лидара закрыла лицо руками и зарыдала.

Толпа цыган дружно опустилась на колени. Все с ужасом глядели наверх — туда, откуда только что пришла смерть.

— Ллорны! — послышался чей-то испуганный юношеский голос. — Я видел, как в воздухе появился Ллорн! Он был похож на чудовище! Это он убил князя Михая!

Траян вытер кровь с лица и, пошатываясь, поднялся на ноги. Взглянув на соплеменников, он с болезненной улыбкой сказал:

— Похоже, мы разбудили местных богов. Ллорны убили Михая за то, что тот разрушал и обкрадывал их летающие станции. Может быть, кто-то из вас считает, что боги поступили несправедливо?

Цыгане опустили головы. Никто не посмел перечить Траяну.

Юноша неровным шагом направился к Лидаре. Красавица с ужасом глядела на будущего главу табора, а затем не выдержав, упала на пол и поползла к своему будущему повелителю:

— Траян… Прости! Клянусь, я буду твоей верною слугою! Не убивай меня, ведь теперь только я знаю, на каких секретных счетах лежат деньги, украденные Михаем у нашего табора!

Траян наступил сапогом на голову рыдающей красавицы, а затем смачно сплюнул в ее сторону.

— Что ж, поживи пока, стерва! Но учти — если Селия почует, что у тебя вновь появились темные мысли, то я самолично прикончу тебя!

И повернувшись, он посмотрел на недавнюю пленницу.

— Селия будет моей первой женой. Первой — и единственной. С прежним дикарством навсегда покончено!

Траян взглянул наверх, и ему показалось, что там, в центре конического потолка, на мгновение проявились чьи-то глаза. И, кажется, эти глаза светились благосклонной улыбкой.

Глава 8

Давно Шорр Кан не пребывал в таком прекрасном настроении.

События последних дней пролились на его раны, словно живительный бальзам, и будущее вновь стало видеться императору в радужном свете.

Да и что, собственно говоря, случилось дурного? Атаки неведомых террористов на некоторое время привели к хаосу на сотнях миров. Слава Создателю, бандиты разрушали в основном дурацкие, богопротивные Цитадели и прилегающие к ним так называемые города Солнц. По счастливой случайности, никому и в голову не пришло обвинять в этом своего императора — ну а те немногие, кто раскрыл свои грязные рты, быстро пожалели об этом. Зато авторитет мессии Моргана Чейна резко пошатнулся. Ведь как ни крути, а галактические Цитадели были созданием его извращенной фантазии, а раз так, то пускай всесильный мессии и защищает их от призрачных Разрушителей, ха-ха!

Увы, верная женушка Лианна все-таки сбежала от него, да еще к Моргану Чейну. Очень неприятно, тем более что Лианна многое знает о его делах и делишках. Но с другой стороны, измена жены вызовет сочувствие к императору, и это сочувствие станет прекрасным добавком к удачно прошедшему Гражданскому Форуму. Мол, Шорр Кан — такой же человек, как и все мы, смертные, и ничего человеческое ему не чуждо. А вот мессия ведет себя довольно странно для святого. Разве ему положено отбивать чужих жен? Такие деяния никак не соответствует проповедям о Добре и Зле, которыми наполнена его Новая Библия.

А затем в имперский дворец стали приходить и другие приятные вести. Сначала дала о себе знать старшая дочь Вилена, которая наконец-то выпихнула простака Томаса Чейна с Базы в туманности М-125, и фактически стала ее хозяйкой. Так же оказалось, что Селия, жена Моргана Чейна, попала в ловушку космических цыган, и надолго, если не навсегда, выбыла из игры. Дурачок Томас вместе сотоварищи ринулся в глубины космоса в отчаянной надежде где-то разыскать гнездо космических террористов! Ну, а сам великий мессия явно растерялся и фактически открыл ему, Шорру Кану, ворота к Наследству Ллорнов. Чудесно, превосходно!

Правда, где-то под ногами императора продолжал мешаться старина Джон Дилулло и его пестрая компания. Мелочь, конечно, но неприятно, словно гвоздь в башмаке! Не так-то было просто вытащить этот гвоздь, но неожиданно на помощь пришел невесть откуда появившийся Эдвард Чейн. Это парень не промах, и неудивительно, что ему удалось фактически без единого выстрела живьем взять в плен всех посланцев мессии, а еще вдобавок эту стерву, журнашлюшку Денизу Вебер. Ныне все они сидят в самой надеждой тюрьме под имперским дворцом, и смиренно ждут своей участи. И вряд ли эта участь им придется по вкусу!

Конечно, небо было не совсем безоблачным. По-прежнему было неясно, откуда же взялись космические террористы, кто ими руководит и чего от них можно ожидать в дальнейшем. Имперская разведка сбилась с ног, обшарила полгалактики, но так и не смогла обнаружить их базы. Неясными оставались и взаимоотношения с Голкондой. Тесных союзнических отношениях с этой планетой установить так и не удалось. Казалось, Президент Лейтон по-прежнему занимает выжидательную позицию и ни во что не собирается вмешиваться. В принципе, это тоже неплохо, только вот что именно выжидает эта старая сволочь Лейтон?

В целом, положение Шорра Кана выглядело как никогда крепким и устойчивым. Но укрепить его все же не мешало. И поэтому спустя три дня после ареста Дилулло и его компании Эдвард Чейн был приглашен на аудиенцию к императору.

…В кабинет Шорра Кана вошел высокий, красивый молодой человек. Впервые за многие годы первенец Моргана Чейна и не думал скрывать свое лицо под маской. Эдвард чувствовал себя как никогда уверенно и, похоже, абсолютно ничего не опасался. Так в императорском дворце не вел себя никто, за исключением мессии, и Шорру Кану это не очень понравилось. «А щенок явно возомнил о себе, — с подозрением подумал он. — С чего бы это? Ладно, разберемся…»

Издав радостный возглас, он неуклюже выбрался из-за своего огромного письменного стола и зашагал навстречу гостю.

— Рад, очень рад! — лучезарно улыбаясь, заявил он, потрясая рукой молодого человека. — Сколько раз мы общались с тобой по видеотелефону, мой мальчик, а вот увидеться воочию пришлось впервые. Приятно, что ты решил легализовать свое положение в Империи!

Эдвард почувствовал легкий привкус сарказма в словах Шорра Кана, но лишь снисходительно улыбнулся.

— Да, настала пора заявить о себе всему миру, — кивнул он. — Назревают решающие события, и я хочу, что бы все и каждый в Галактике знали о моей роли в нашей общей победе над злом! Само собой, я имею ввиду не вас, дорогой император, а мессию и его порочное, зловонное учение.

Шорр Кан мысленно чертыхнулся, хотя его лицо оставалось по-прежнему приветливым. «А этот парень не привык оставаться в долгу! — недовольно подумал он. — Такое сказать прямо в лицо мне, хозяину Империи, да еще в моей собственном дворце! В прежние времена я бы велел тотчас арестовать наглеца. Но увы, сейчас иные времена… Впрочем, почему же „увы“?»

— Садитесь, мой молодой друг, — император гостеприимно указал на одно из двух кресел. Рядом находился столик, заставленный бутылками изысканных вин и вазами с фруктами. — Нам просто необходимо отметить нашу историческую встречу! К тому же, надо отметить арест Дилулло и других бунтовщиков. Вы блестяще справились с этим непростым делом, Эдвард!

Гость кивнул и сев на кресло, сам наполнил свой бокал темно-красным вином. И только затем налил вина императору. «Еще одно проявление невежливости, — подумал Шорр Кан. — Черт побери, так бесцеремонно гости себя не ведут! Впрочем, что взять с этого парня — ведь он настоящий дикарь!»

— Спасибо, Эдвард, но в это время суток я предпочитаю белое вино, — мягко заметило он, усаживаясь в кресло. Передайте пожалуйста, мне вот ту изящную бутылку, похожую на фигурку девушки… Спасибо!

За ваше здоровье, мой друг!

Эдвард неторопливо, смакуя, выпил вино, и только потом пожелал среагировать на тонкий, но довольно прозрачный полунамек — полувопрос хозяина дворца.

— Мне искренне жаль, что Анна не смогла прилететь на Терру. Она не очень хорошо себя чувствует, и предпочла остаться на нашей базе.

Шорр Кан сглотнул, чувствуя, как улыбка застыла на его лице. Все эти дни после нежданного появления на Земле Эдварда Чейна он ожидал, что Анна ее как минимум позвонит. Но этого не произошло. Вот, оказывается, по какой причине…

Ему захотелось вцепиться гостю в горло и душить его до тех пор, пока наглый сосунок не попросит у него пощады. Но нельзя, черт побери, нельзя!

— Эдвард, я очень удивлен и встревожен, — сухо сказал император. — Вот уже почти три месяца у меня нет вестей от младшей дочери! Иногда возникают мысли — а жива ли она вообще? Мальчик, не шути с отцовскими чувствами…

Лицо Эдварда исказила гримаса отвращения. Он не столько поставил, сколько швырнул бокал на столик.

— О-о, я вас прекрасно понимаю, император! Ведь Анна — это такие сокровище… Любой отец мечтал бы иметь такую скромную, нежную, любящую дочь. Поверите ли, но я настойчиво уговаривал Анну полететь вместе со мной на Терру. Но она наотрез отказалась покидать нашу базу! Видите ли, ей там комфортно и уютно. А вас с Лианной она…

— Хватит юлить! — вдруг взорвался Шорр Кан. — Скажи прямо, парень — ты собираешься жениться на Анне?

Эдвард сощурился:

— Отвечу так же прямо: нет, не собираюсь! Вы сами отлично знаете, что Анна сама бросилась мне на шею. Я этого не хотел, клянусь! Мне с первого же взгляда понравилась ваша старшая дочь Вилена… Но она почему-то предпочла выбрать моего сводного брата Томаса. По крайней мере, я так долгое время думал…

Он пристально посмотрел на императора. Шорр Кан усмехнулся и нагнувшись, дружески похлопал его по плечу.

— Похоже, ты здорово запутался в женских сетях, мальчик. Понимаю тебя и сочувствую! Между нами, я сам порой не понимаю этих баб! Ты наверное уже знаешь, что моя жена Лианна…

— Да, я знаю и сочувствую вашему горю, — кивнул Эдвард.

Император тяжело вздохнул и, налив себе полный бокал, одним глотком осушил его.

— Ну, горе — это слишком сильно сказано, — сипло произнес он,

глядя куда-то то в сторону слезящимися глазами. — Во всем дурном есть

приятная сторона. Я собираюсь немного встряхнуться во компании прекрасных женщин — ранее с этим у меня были вполне понятные проблемы. А через годик-другой я собираюсь вновь жениться. Ведь я бессмертен, и рано или поздно мне придется привыкать к смене своих спутниц жизни!.. Ну да хватит говорить обо мне. Что будем сделать с Анной?

— Готов вернуть вам дочь в любой момент, — твердо заявил Эдвард. — К сожалению, мы оказались слишком разными людьми, и не сможем быть счастливы в семейной жизни.

Шорр Кан поморщился.

— Готов вернуть! Ты говоришь о моей любимой младшей дочери, словно о какой-то вещи, которую взял напрокат. Как ей жить дальше, вот в чем вопрос!

Эдвард пожал плечами:

— Повторяю — она сама прыгнула мне на шею, и повисла так, что я не смог ее оторвать! Но это счастье мне изрядно надоело. Разумеется, я понимаю ваши отцовские чувства. И потому сразу же сделаю контр-предложение. Мне известно, что Вилена фактически рассталась с Томасом Чейном. Эта девушка мне всегда была по вкусу, мы во многом похожи. Если я ей не противен, то…

— То что?

— Я хоть завтра готов идти с Виленой под венец! Считайте, что я сделал вам официальное предложение. Ну, а Джона Дилулло и его команду примите от меня в качестве свадебного подарка.

Шорр Кан шумно вздохнул. Разумеется, он ожидал такого поворота событий, но все же немного побаивался непредсказуемого характера Эдварда Чейна.

— Рад, что ты наконец-то остепенился, мой мальчик, — растроганно сказал он. — Конечно, с Анной получилось очень нехорошо… Но ты прав — она сама виновата! Это Лиана ее так воспитала, и результат — налицо. А Вилена… она любит тебя!

Лицо Эдварда вспыхнуло от радости:

— Это вы точно знаете? Вилена всегда вела со мной очень сурово, даже вызывающе…

Шорр Кан с хохотом махнул рукой.

— О-о, не принимай всерьез эти женские штучки! Просто Вилена — очень гордая девочка. Ей не хотелось, чтобы она принесла в качестве приданного мужу только часть капитала, нажитого отцом. Вилена знала, что мы оба жаждем заполучить Наследство Ллорнов, но не знаем, как этого добиться. И тогда Вилена придумала эту историю с Томасом… Представляешь, какая у нее сила воли? Более года жить с человеком, которого она в глубине души презирала… нет, на такое способна далеко не каждая женщина! К тому же Вилену очень обидело, что ты улетел вместе с Анной… Слава богу, все эти недоразумения уже позади!

— Разве? — недоверчиво спросил Эдвард.

Шорр Кан рассмеялся. Он посмотрел на часы, а затем — на дверь. Она открылась, и в кабинет стремительно вошла… Вилена! Она была одета в обычный комбинезон, волосы были завязаны в простой пучок, на лице молодой женщины не было ни грамма макияжа.

— Отец, что случилось? — тревожно воскликнула Вилена. — Почему ты послал за мной свою космояхту и велел срочно явиться не Землю?

Увидев Эдварда, она ахнула.

— Не может быть… — побледнев, прошептала она. — Господи, я ведь выгляжу, словно чучело…

Эдвард вскочил с кресла, подошел к ней и почтительно поклонился.

— Дорогая Вилена! Я пришел во дворец, чтобы попросить у императора Шорра Кана вашей руки, — торжественным тоном произнес он.

— Я люблю вас!

Вилена судорожно сглотнула, а затем неуверенно улыбнулась.

— Конечно, я согласна, — прошептала она.

Эдвард обнял ее и страстно поцеловал. Вилена почувствовала, что ее колени подгибаются. Ей казалось, что все происходит во сне.

— Свадьба… Милый, когда мы сыграем свадьбу? — слабым голосом спросила она. — Думаю, месяца через два я могла бы…

— Нет, — твердо заявил Эдвард. — Свадьбу мы сыграем завтра! Нам нельзя терять ни одного дня, слишком уж стремительно разворачиваются события. Отец, вы не против?

Конечно же, Шорр Кан был против. Он собирался потешить свое отцовское самолюбие такой пышной свадьбой, которую еще не нала Земля! На нее должны были прибыть представители всех имперских миров, пиршество могло продлиться дней на десять, не меньше!

Но… Ситуация на самом деле непростая. Нежданными гостями на свадьбе могли бы стать, например, космические террористы! Черт знает, что взбредет в головы этим проклятым разрушителям? Да и с Эдвардом надо вести себя аккуратнее. Сегодня он готов сунуть голову в ярмо, а как он поведет себя завтра? Да и про Лианну, а вернее, про ее отсутствие на свадьбе нельзя забывать.

— Хорошо, — сказал император. — Завтра так завтра. Да и чего тянуть, если вы оба любите друг друга?

* * *

Этой ночью Вилена долго не могла заснуть. Она лежала на кровати в своих покоях, и заложил руки за голову, мысленно прокручивала события прошедшего фантастического дня. Разумеется, она и раньше верила, что нечто такое обязательно произойдет. Дурочка Анна не подходила для Эдварда, это было ясно с самого начала. Он просто с ней поиграл, побаловался, а затем опомнился. Бедный парень просто не знал, какой занудой и злюкой может быть эта тихоня! Точно также ей, Вилене, не подходил простак Томас. Но он был нужен ей, как ключ к Наследству Ллорнов, и грех было не использовать удачное стечение обстоятельств.

Прошел год, и все вернулась на круги своя. Она стала хозяйкой на Базе, вынудила Томаса отправиться в долгое галактическое странствие. Пусть этот чудак ищет космических террористов хоть до скончания веков, ей не жалко! Осталось только разыскать Эдварда, и вручить ему, и конечно же отцу, ключи от Наследства Ллорнов. Но все оказалось куда проще — Эдвард появился сам. И сразу же, без долгих слов, предложил ей пойти под венец. Вот это настоящий мужчина!

Вилена перевернулась на бок и уткнула лицо в подушку. Да, все складывается на удивление хорошо, но… Но почему Эдвард не пришел этой ночью к ней? Испугался охраны? Чушь, Эдвард не из тех, кого останавливают подобные мелочи. Да и охрана была чисто номинальной, отец все прекрасно понимает… Жаль терять эту ночь. Ничего, у них еще будет много, очень много страстных ночей…

Она вновь легла на спину и установилась в серый, едва различимый во тьме потолок спальни. Сначала Вилена вспомнила о матери, но тут же прогнала эти мысли. Она никогда не была особенно близка с Лианной, отец — вот кто был ее кумиром с раннего детства. Мать всегда казалась ей манерной святошей, от ее морализаторства попросту тошнило. То нельзя, это — нехорошо, а третье и вовсе пакостно. Нет, лучше умереть, чем жить по таким дурацким аскетическим правилам! Само собой, мать ни за что не одобрила бы брака с порочным и коварным злодеем Эдвардом Чейном. Как хорошо, что матери… то есть просто Лианны не будет на свадьбе!

Затем мысли Вилены упорхнули на Базу. Интересно, как воспримут ее обитатели Эдварда? Хотя плевать на это. Эд не из тех слюнтяев, что ищут всеобщего одобрения. Он твердой рукой начнет наводить порядок на Базе, а потом возьмется на Наследство Ллорнов. За его плечами будет стоять армия Империи, и это заставит прикусить языки всех бузотеров. Кое-кого, конечно же, придется выслать с Базы. Хорошо, что вместе с Томасом улетели почти все его главные сторонники! Ну, с остальные будет разговор короткий…

Сон постепенно сморил Вилену, и она ненадолго забылась. А когда проснулась, то сразу же вспомнила об Анне. И у нее сразу испортилось настроение.

Когда-то в детстве они были очень близки, а затем сказалась разница в возрасте и темпераменте. Анна всегда была ведомой, и казалось, давно смирилась с верховодством старшей сестры.

Встреча с Эдвардом все перевернула с ног на голову. Анна внезапно взбрыкнула, да еще как! Оттеснив ее, Вилену, Аннушка мигом забыла все нравственные уроки своей любимой матушки, а повела себя как бесстыжая шлюха. И до поры до времени это принесло ей победу в поединке со старшей сестрой.

Но теперь игра Анны окончательно проиграна. Эд бросил эту дурочку, и уже завтра, а точнее, сегодня днем будет принадлежать ей, Вилене. Как отреагирует Анна? С горя она запросто может покончить с собой… Нет, этого нельзя допустить! Конечно, Анна — редкая дрянь, но все же ее родная сестра. Со временем она смирится с потерей Эдварда, а потом отец подыщет ей кого-нибудь попроще, правителя одной из дальних планет, или мелкого терранского королька… На Земле на этот счет есть хорошая поговорка: каждый сверчок должен знать свой шесток! Интересно, а что он за зверь такой, этот сверчок?

Дверь скрипнула. Вилена напряженно прислушалась. Что это, ветер? Или…

Наконец, после долгой, мучительной паузы послышались чьи-то легкие шаги, будто кто-то шел на цыпочках.

— Ох, — сладостно простонала Вилена и сбросила с себя жаркое одеяло. — Наконец ты пришел, Эдвард! Вот уж не ожидала, что ты такой скромник. Иди ко мне быстрее, я вся горю!

— Иду, — послышалось в ответ.

* * *

Свадебная церемония началась ровно в полдень. На площади возле дворцового храма собрались сотни самых знатных аристократов Земли. Вид у них был совершенно ошарашенный. Поначалу все они восприняли приглашение на свадьбу принцессы Вилены как шутку. Подобные серьезные вещи так скоропостижно не делались! Да, все они знали о том, что старшая дочь императора и сын мессии Томас чей-то вроде бы обменялись кольцами где-то в далекой туманности, на Базе каких-то неведомых Ллорнов. Но это была чисто молодежная, символичная свадьба. Настоящая церемония бракосочетания должны была пройти здесь, на Земле, и только после основательной подготовки. На свадьбу должны были быть заблаговременно приглашены тысячи влиятельных особ Империи. Все должны были подготовить подарки, приветственные речи, наконец, сшить платья и костюмы… На все это потребовалось бы было немало времени, скажем, два или три месяца.

И вдруг такое… Когда же Вилена и ее жених прибыли на Терру? Почему об этом никто не знал? И в чем причина такой невероятной, и даже неприличной скорости? Неужто, Вилена уже понесла, и откладывать свадьбу было уже нельзя? Но дети не рождаются мгновенно, и уж в любом случае лишние день-два, и даже две-три недели в подобной ситуации ничего не решали. Непонятно, совершенно ничего не понятно!

В воздухе роились летательные аппараты, ожидая своей очереди на парковки на дворцовом аэродроме. Вдали то и дело раздавались раскаты грома — это шли на посадку космические корабли. Разумеется, аристократы с Марса и Венеры успевали прибыть на свадьбу Вилены и Томаса, но вряд ли стоило ожидать своевременного прибытия правителей с лун Юпитера или Сатурна. О других звездных системах и разговора уже не шло. И такой будет свадьба старшей дочери Императора… Невероятно!

Время шло, а свадебный кортеж все не появлялся. Толпа заволновалось. Откуда-то пришел совершенно нелепый слух: мол, женихом Вилены является вовсе не Морган Чейн, а его сводный брат Эдвард!

Эта новость всех окончательно сбила с толку. Что, разве у Томаса есть брат? Но почему никогда и никогда о нем прежде даже не слышал?! И с какой это стати Вилена вдруг поменяла одного младшего Чейна на другого? Бред, да и только!

Но первый, смутный слух постепенно дополнялся различными деталями. Аристократы поняли, что кто-то специально их готовит к будущему потрясению, и начали очень внимательно прислушаться к обрывкам доносившейся до них информации. Чутье им подсказывало: что-то происходит из ряда вон выходящее! Не зря же в последнее время Земля полнилась слухом о странной болезни императрицы Лианы, которая вынудила ее срочно покинуть планету. Находились даже якобы очевидцы этого события, которые утверждали, будто накануне Гражданского Форума над дворцовым комплексом вдруг появился знаменитый Синий кашалот, вожак Орды космических звездолетов-убийц! Какая-то связь между эти нелепыми слухами безусловно прослеживалась, но какая?

Между тем невидимые разносчики слухов старались вовсю. Очень скоро гости празднества уже услышали довольно многое из биографии нового жениха Вилены. Разумеется, эти сведения не имели никакого отношения к реальной биографии Эдварда Чейна. Мол, первенец Моргана Чейна был рожден от его гражданского жены Милы Ютанович, а потом попал в руки Звездных Крестоносцев. Младенец был помещен на одной из дальних баз озэков, где и был воспитан как положено сыну аристократа. Спустя многие горды Эдварду удалось бежать из-под надзора своих учителей-охранников. О встрече Эдварда с Виленой сообщалось очень мало, но говорилось, будто дочь императора влюбилась в молодого красавца с первого взгляда. А затем последовала ее ссора с Томасом Чейном… Вот так женихом стал совершенно другой мужчина, носившей по странной иронии судьбы ту же фамилию Чейн!

К двенадцати часам возбуждение толпы знатных особ достигло апогея. Все уже просто жаждали увидеть красавца Эдварда Чейна, а про неудачника Томаса Чейна уже никто и не вспоминал. Именно этого момента и ждал Шорр Кан, который следил за всем происходящим на площади из своего кабинета. В отличие от дочери и ее жениха, ему было отнюдь не наплевать на приличия. В этом отношении император придерживался весьма консервативных взглядов. Нельзя сказать, что он очень дорожил мнением терранской элиты, но все же не стоит шокировать этих людишек! Нельзя было допустить, чтобы они узнали имя нового жениха Вилены только в церкви — это могло бы вызвать совершенно нежелательный ропот. Ну, а теперь, когда имя «Эдвард» было уже у все на устах, пора было начинать церемонию.

К церкви подъехал роскошный кортеж из шести лимузинов. Из одного вышла невеста в ослепительно белом платье, окруженная подружками. Голову Вилены закрывала густая фата. Из другой машины появился Эдвард в строгом черном фраке. Его сопровождали плечистые друзья с грубыми, словно вырубленными из дерева физиономиями. Одного взгляда на их мощные фигуры хватало, чтобы понять — да это же варганцы, бывшие Звездные Волки!

Из третьего лимузина неуклюже выбрался император, одетый в роскошный, обвешанный десятками орденов парадный камзол. Чуть позже рядом с ним появились три престарелые дамы — дальние родственницы Шорра Кана из бывшей Лиги Темных Миров. Император давненько с ними не общался, но все же держал во дворце просто так, на всякий случай. И это случай настал! Отсутствие Лианны на свадебной церемонии было слишком заметно, и надо было хоть чем-то заткнуть зияющую брешь в имидже императора.

Остальными пассажирами кортежа являлись высшие сановники Империи и их жены.

При виде императора и жениха с невестой толпа аристократов разразилась аплодисментами. Откуда—то сверху посыпались лепестки белых лоз. Зазвучала торжественная музыка.

Эдвард с горделивой улыбкой подошел к невесте, поклонился, а затем протянул ей руку. Невеста ответила церемонным реверансом. Затем новобрачные направились по ковровой дорожке к ступеням церкви.

Шорр Кан шел чуть поодаль. Его сердце пело от восторга. Черт побери, а ведь он когда-то страшно переживал от того, что Лианна подарила ему лишь двух дочерей! Конечно же, ему как каждому правителю хотелось иметь сына-наследника. Увы, не случилось… Но Эдвард — тоже парень не промах! Если вдуматься, то именно такого сына ему и хотелось иметь: смелого, дерзкого, сильного, красивого… Они были очень похожи, и в первую очередь тем, что готовы были ради достижения цели переступить через все законы, человеческие и божеские! Какая удача, что мужем Вилены станет именно такой человек, а не тихоня и зануда Томас Чейн! А если учесть, что сама Вилена была во многом копией отца, то брак близких по духу людей просто не мог быть несчастливым!

Идя по огромному, подсвеченному золотистыми огнями залу церкви, Шорр Кан уже мысленно строил планы на ближайшее будущее. Свадебные празднества надо сократить до трех, максимум, пяти дней. За это время на Землю успеют прибыть все самые влиятельные правители имперских миров, чтобы выразить свое восхищение молодоженами. Для Эдварда это будет полезно, тем более если учесть его темное, пиратское прошлое…

А потом Вилене надо будет отложить на светлое будущее свадебное путешествие, и вернуться на Базу, но уже не одной, а вместе с мужем. Их будет сопровождать почетный эскорт в виде двух или трех эскадр имперского космофлота, напичканные до зубов вооруженными десантниками. Первое, что они сделают — это выкурят из осиных гнезд цыган, и прикончат это чертовое, надоедливое племя. А потом можно будет спокойно приниматься за Наследство Ллорнов. Моргана Чейна можно будет не опасаться — у него найдутся дела поважнее, уж это он, Шорр Кан, гарантирует!

Дальше… Ну ладно, сейчас на время об этом можно забыть. Ведь он впервые выдает свою дочь замуж, такое событие следует запомнить на всю жизнь!

Архиепископ Георг ждал новобрачных возле алтаря. Его окружала пышная свита верховных священников терранской католической церкви. Шорр Кан еще десять лет назад стал правоверным католиком, и естественно, не один, а с дочерьми. Лианна почему-то наотрез отказалась от такой чести. Наверное, этим она хотела сказать, что является сторонницей нового учения Моргана Чейна. Что ж, теперь это не имеет особого значения.

Настал решающий момент, когда новобрачные должны были обменяться кольцами. Архиепископ обратился к жениху:

— Эдвард ты согласен взять в жены эту девушку?

— Да, согласен, — ответил Эдвард и вдруг ощутил легкий шум в огромном зале. Что-то здесь не то, со смутной тревогой подумал он. Но что?

— А ты согласна взять в мужья Эдварда? — архиепископ перевел взгляд на невесту.

— Да!

— Теперь обменяйтесь кольцами.

Эдвард молча надел кольцо на руку невесты. Шум в зале становился все сильнее. Только сейчас юноша сообразил, что священник почему-то не ни разу не назвал имя «Вилена»! Но невеста уже надевала кольцо на безымянный палец его левой руки. Кольцо почему-то застряло на узловом суставе, хотя Эдвард еще вчера не раз с легкостью проделывал эту ритуальную процедуру. Ныне кольцо опустилось на положенное место только с третьей попытки, и притом Вилена едва не сорвала кожу с пальцев.

Вилена?!

Неожиданная догадка заставила Эдвард вздрогнуть. С криком ужаса он попытался отстранился, но невеста крепко схватила его за рукав.

— Ты куда, муженек? — насмешливо спросила она. — Разве забыл, что сначала надо поцеловать свою очаровательную женушку?

Шорр Кан охнул и схватился руками за сердце. Господи, где же были его глаза?!

Невеста сбросила с головы шляпку вместе с фатой, и ошеломленный зал увидел… Анну! Девушка торжествующе улыбалась, хотя в ее глазах сияло безумие.

— Какой приятный сюрприз, верно, Эдвард? — громко произнесла она. — Увы, моя любимая сестричка слегка заболела этой ночью, и мне пришлось заметить ее в свадебной церемонии. По-моему, я неплохо справилась с этой ролью? Не хуже, чем я прежде справлялась с ролью твоей любовницы, Эд. Я заслужила большее, и отныне я — твоя законная жена!

— Нет, нет! — вскричал Эдвард, глядя широко открытыми глазами на Анну, словно на приведение. — Как ты здесь оказалась? Ты же должны была находится на нашей базе…

Анна пожала оголенными плечами.

— Да, я жила там некоторое время: сначала в твоей спальне, а потом, когда надоела — в тюрьме. Но крысы да тараканы — плохие соседи, а я привыкла к роскоши. Хорошо, что начальник тюрьмы оказался весьма любвеобильным мужчиной! Я отдалась ему разок-другой, потом проделала то же самое с капитаном варганского звездолета — и вот я здесь, на Земле. Не ожидал, дружок?

Шорр Кан издал звериный рык. Растолкав свиту, он подбежал к младшей дочери, схватил ее за плечи и начала трясти:

— Опомнись, Анна! Что ты говоришь, сумасшедшая? А где Вилена? Какой болезнью она заболела ночью? Ну, говори же, говори!

Анна рассмеялась, и этот безумный смех потряс оцепеневшую публику больше любых воплей.

— Папочка, тебе хорошо знакома эта болезнь. Ею ты награждал тысячи, сотни тысяч женщин и мужчин, людей и нелюдей. Увы, она неизлечима, и имя ей — смерть!

Анна засунула руку в свой корсет, и внезапно извлекла оттуда небольшой окровавленный кинжал.

Зал дружно охнул. Шорр Кан побледнел и пошатнулся. А Эдвард молниеносно подскочил к Анне и после недолгой борьбы вырвал у нее из рук оружие, а затем швырнул его на пол.

— Дрянь! Неужто ты убила Вилену?! — завопил он.

Анна расхохоталась.

— Нет, я всего лишь зарезала ее, как свинью. Ведь моя любимая сестра была свиньей, верно, муженек?

— Замолчи! Я тебе не муж!

Брови Анны удивленно изогнулись:

— Это еще почему? Только что ты поклялся на библии, что берешь меня в жены… Не Вилену — а меня! Дорогой архиепископ, разве я не права? Сегодня утром я заплатила вам миллион кредиток за то, чтобы вы прибегли к небольшой хитрости и не произнесли во время брачной церемонии мое имя. И вы это сделали!

Архиепископ поймал свирепый взгляд императора и, упав на колени, простонал:

— Но я же не знал… Я подумал, это просто нелепая, но вполне невинная прихоть, не больше… И потом, эта девушка скрыла свое лицо под густой вуалью… Император, простите!

Эдвард разразился бранной тирадой. Он стащил кольцо с руки и швырнул его на пол, а потом повернулся и торопливо направился к выходу из церкви. За ним последовали варганцы.

Безумная Анна хохотала, глядя им вслед:

— Куда же ты, мой дорогой любовничек? От законной жены тебе никуда не уйти! Ну разве что тебя спрячут твои дружки, эти уродливые рептилии Х’харны… У-у, как я их ненавижу! Хотя твои приятели озэки не многим лучше. Бандиты, да и только — ну, вроде тебя самого. Ведь ты — пират и убийца, каких свет еще не видывал!.. А ты отец, не плачь. Нас, дочерей, ты никогда не любил и не ценил. Одной больше, одной меньше — что за важность, ха-ха!

Шорр Кан вскрикнул и, схватившись за сердце, без чувств рухнул на пол.

Глава 9

— Господи! За что ты так меня наказал?

Лианна стояла на коленях возле большого видеоэкрана и рыдала.

Морган Чейн сидел рядом на кресле и окаменевшим взглядом смотрел на тот хаос, что воцарился в дворцовой церкви после страшного признания Анны. Режиссеры трансляции, по-видимому, оцепенели от ужаса, и не знали, что делать. Они не решались отключить трансляцию свадебной церемонии, а без комментариев показывали все, что творится в огромном зале. Сотни аристократов в панике пытались покинуть церковь, но у выхода образовалась страшная давка. Люди в изысканных одеждах

бесцеремонно отталкивали друг друга, бранились, а некоторые кавалеры то и дело вступали в драки. Прекрасные дамы тоже не оставались в долгу, и награждали друг друга весовыми тумаками и пощечинами. На лицах всех был написан ужас и отвращение. Свадьба внезапно обернулась жутким кошмаром!

— Виля… бедная девочка… Прости меня, за все прости!

Варганец с огромным усилием воли сбросил с себя оцепенение. Вскочив с кресла, он опустился на колени и ласково обнял рыдающую женщину за плечи.

— Мы оба очень виноваты… — тихо сказала он.

Лианна повернула к нему заплаканное лицо. Сейчас она выглядела очень некрасивой и постаревшей, словно весть о трагической гибели старшей дочери унесла у нее добрый десяток лет.

— А ты здесь причем? — жестко спросила она. — Смерь Вилены на моей совести. Это я позволила мерзавцу Шорру Кану так воспитать наших дочерей! Сколько раз мы скандалили по этому поводу, сколько раз я пыталась огородить невинных девочек от его зловонного дыхания. Не уберегла…

Морган судорожно сглотнул, с жалостью глядя на Лианну. «Глупец, и где были раньше мои глаза? — подумал он. — Ведь я самого начала, с первой же встречи полюбил эту чудесную женщину. Но Тогда она была с Джоном Гордоном, а я — с Милой… Надо было сломать этот нелепый квадрат, пойти туда, куда меня звало сердце, а я струсил… И вот результат моего преступного малодушия!»

— Нет, это я во всем виноват… — упрямо повторил он. — Ведь это я многие годы пытался примирить Добро со Злом, а вернее, заставить второе работает на благо первого! Ваш брак с Шорром Каном был нужен в первую очередь именно мне… Я думал, что самая прекрасная женщина смягчит сердце самого отъявленного мерзавца в Галактике, и ваш союз станет гарантом стабильности в Империи. Но я ошибся! И не только в этом ошибся… Мой сын Томас тоже попал под колесо, имя которого — Шорр Кан! А мой первенец Эдвард… Э-эх, да что там говорить!

Слезы на лице Лианы высохли. Она внезапно обхватила руками мессию и с неожиданной силой прижала к груди.

— Мы оба сделали много глупостей… И наши дети расплачиваются за них! Вилена умерла, Анна безумна, а твои сыновья одиноки и несчастны… Скажи, Морган, почему так устроен мир? Ты хотел осчастливить весь мир, а при этом не можешь принести покой и мир даже в свой собственный дом! Я считалась самой прекрасной женщиной Галактики, и тоже не сумела сделать счастливыми своих мужчин. Джон Гордон стал преступником, Шорр Кан им был, наверное, от самого рождения…

Что нам теперь делать, Морган? Скажи, ведь ты — мудрый, всезнающий мессия…

— Ответ простой: нам нужно быть вместе, — твердо сказал варганец. — Всегда вместе! Я уже не раз терял своих женщин, но всегда только по одной причине: у меня всегда находились более важные дела, чем наша любовь. А на самом деле, более важных дел просто не существует…

— И у нас будут дети? — с тайной надеждой спросила Лиана.

— Да, будут! Но не забывай, у нас уже есть Томас. Это добрый и хороший мальчик, и он нам очень поможет первое время.

На лице Лианы проступила робкая улыбка.

— Да, конечно ты прав… К Тому я всегда относилась, словно к сыну! Я уверена, что он рано или поздно встретит достойную девушку. У них появятся дети… Морган, я боюсь сойти с ума! Мне надо думать о том, как похоронить бедняжку Вилену, как вернуть к жизни безумную Анну, а я рассуждаю о нашем будущем счастливом гнездышке… Что-то во мне сегодня сломалось, что-то очень важное…

Морган молча обнял Лианну и она, всхлипнув, затихла у него на груди. Он предчувствовал, что нечто очень важное сломалось сегодня и в жизни всей Империи, и к прошлому уже нет возврата.

«Том, мальчик, где ты? — мысленно воззвал он. — Приди сюда, в летающую Цитадель! Мне… Нам так нужна твоя помощь!»

* * *

Похороны Вилены прошли тихо и очень скромно. В северной части дворцового комплекса по приказу Шорра Кана был отведен небольшой кусок земли под семейное кладбище. Здесь бессмертный император собирался хоронить своих жен и детей. Архитекторы давно уже разработали эскизы склепов, а один из них уже давно ждал своего часа в подвале кладбищенской церкви.

И этот час настал, притом гораздо раньше, чем предполагал император. Тело бедной Вилены было сначала передано специалистам, которые буквально по кускам сшили его, а затем придали ему с помощью толстого слоя грима благопристойный вид. На отпевании присутствовал только сам Шорр Кан и его три престарелые родственницы. Женщины в черных одеяниях горько плакали (хотя прежде они терпеть не могли заносчивую и грубую Вилену), а сам Шорр Кан не пролил ни слезинки. После неудавшейся свадьбы он словно бы окаменел. Все обычные человеческие чувства словно бы покинули его. Сейчас им владело лишь одно — ненависть! Необъятную, всепоглощающую ненависть к Моргану Чейну. А кто же еще во всем виноват? Ведь Эдвард и Томас — его сыновья. Оба мерзавца достойны свого славного папаши. Они совратили его бедных дочерей, заморочили им головы, а потом бросили: сначала Томас — Вилену, а потом Эдвард — Анну. И бедные, исстрадавшиеся девочки не выдержали коварства своих любимых… О том, как Морган Чейн увел у него жену сейчас и вспоминать не стоило, на общем трагическом фоне это уже не имело значения. Лианна всегда была предательницей…

Шорра Кана ничуть не волновало, что выстроенная им цепь событий очень мало соотносилась с действительностью, и была создана лишь с целью самооправдания. Важно сейчас было другое: виновный, а вернее, трое виновных были найдены, и все они носили фамилию Чейн. А значит, смерть этих троих людей должны была стать главной задачей императора, и он не успокоиться, пока не закроются глаза последнего из семьи ублюдков!

Когда тело Вилены нашло свое последнее успокоение в склепе, Шорр Кан пешком вернулся в свой дворец. Чуть в стороне его медленно двигался бронированный лимузин, а по обе стороны беззвучно следовала охрана. Но император не замечал ничто и никого. Он сосредоточенно раздумывал, продумывая до деталей планы будущих действий. Действий, от которых содрогнется вся Галактика!

В тот же день, а вернее, в ночь, состоялось заседание Штаба военно-космических сил Империи. Вел совещание сам Шорр Кан. Никак не отреагировав на сочувственные слова высших военных чинов, он жестко и четко поставил перед своими маршалами и генералами ряд неотложных задач.

Во-первых, эскадра кораблей-невидимок (это новое оружие недавно было создано на секретных заводах Империи) должны были немедленно отправиться в созвездии Лиры, где по данным разведки ныне находился мессия. С помощью специального Нейтрализатора летающая Цитадель должны была лишено возможности уйти в подпространство, после чего вся процедура захвата огромного звездолета становилась лишь делом техники. Впрочем, император вовсе не настаивал именно на захвате. В случае особо яростно сопротивления летающую Цитадель надлежало расстрелять радитовыми зарядами. Разумеется, в этом случае никто из людей Моргана Чейна, включая его самого, не должен был уйти с поля боя живым.

Во-вторых, Первая и Вторая эскадра надлежало совершить марш-бросок к туманности М-125, с последующим захватом Базы. С этого момента Наследство Ллорнов полностью переходило лично под контроль императора. Все, кто посмеет препятствовать этим мероприятиям, должны быть расстреляны без суда и следствия.

Особо сложная задача была поставлена перед Внешней Разведкой. Вот уже более десяти лет в лабораториях этой могучей организации велась тайная работа по разработке оружия против кораблей так называемой Орды. Недавно эти работы были успешно завершены. Правда, новое оружие против звездолетов-убийц еще не было как следует опробовано, но времени на долгие исследования уже нет.

Одновременно на всех мирах Империи должны быть посланы секретные указы, по которым местным властям надлежало в самые короткие сроки арестовать и уничтожить наиболее ярых последователей нового учения Морган Чейна. Все экземпляры Новой Библии должны были изъяты у населения и преданы огню. Попытка сокрыть экземпляр вредоносного учения приравнивалась к государственной измене, что влекло за собой расстрел не только самого провинившегося, но у всей его семьи.

Далее следовало еще несколько приказов, менее масштабных, но также весьма жестоких и даже жестоких. Все они были направлены в конечном счете против мессии, двух его сыновей, которые объявлялись вне закона, а также многочисленных апостолов.

Маршалы и генералы выслушали императора в глубоком молчании. Нельзя сказать, что они были особенно удивлены — о давней неприязни Шорра Кана и Моргана Чейна им было прекрасно известно. Но ни разу еще тайное противодействие не перешагивало через определенные границы. Очень многие жители Империи свято верили, что оба их властителя — лучшие друзья, что они вместе пекутся о благе всех граждан галактического сообщества.

Отныне внешняя благопристойность отбрасывалась, как отжившая кожа. Император открыто объявлял войну своего ближайшую соратнику, и это война должны была вестись до окончательной победы кого-то из двоих бессмертных. «Похоже, после смерти старшей дочери старина Шорр окончательно съехал с катушек», — подумали многие военные, но разумеется, вслух выразили готовность умереть, но выполнить приказы своего верховного главнокомандующего.

Совещание закончилось только под утро. Шорр Кан хотел было направиться в свою спальню, но не смог двинуться с места. Он вспомнил о бедняжке Вилене, и всплакнул. Но потом его мысли потекли в сторону младшей дочери, и слезы на глазах императора высохли.

Анна была безумна — в этом сходились все врачи, что исследовали бедную девочку. Она совершила убийство сестры в состоянии аффекта, и сама не вполне понимает, что сделала. Психика ее крайне расстроена, но современные методы лечения мозга дают надежду на постепенное выздоровление Анны. Другое дело, что девушку впоследствии надо тщательно оберегать от любых воспоминаний об этой трагедии. На Земле это с делать невозможно, стало быть Анну надо будет срочно переселить на какую-то другую планету, лучше отдаленную. Со временем она может выйти замуж, и родить здоровое потомство. Разумеется, не только ее будущий муж, но и все население планеты ничего не должно знать о том, что содеяла в прошлом их новая королева. А стало быть, этот мир должен быть изолирован, и все ее жители должны пройти соответствующую процедуру промывки мозга. Дело трудоемкое, но вполне реальное.

Шорр Кан опустил голову и застонал. Так или иначе, но он лишится той Анны, которую он знал и любил. Та, другая Анна станет совсем другим человеком, чем-то походящим на робота. Искусственная память, искусственный мир, искусственное счастье…

— Неужели другого выхода нет? — пробормотал император, остекленевшими глазами всматриваясь в темноту, что царила в кабинете.

— Почему же — другой выход всегда есть! — внезапно послышался чей-то знакомый голос.

Шорр Кан вздрогнул и выпрямился в кресле. Осмотревшись, он не заметил рядом никого. Да и кто мог попасть сюда, в закрытый на три замка, тщательно охраняемый кабинет?

— Лейтон, это вы? — глухо спросил он.

— Да. Я прибыл на Терру, чтобы выразить вам искреннее сочувствие в связи с трагической смертью вашей старшей дочери. А так же для того, чтобы предложить помощь.

Император мрачно усмехнулся.

— Помощь? Славно сказано! За последние месяцы мне не раз и не два была очень нужна ваша помощь, Лейтон! Но я так ни разу и не получил ее, словно мы и не подписывали в этой комнате договор о нашем сотрудничестве!

Лейтон ответил уже из другого угла кабинета.

— К сожалению, так сложились обстоятельства… К тому же, нас немного насторожил факт приближающейся свадьбы вашей ныне покойной дочери Вилены и Томаса Чейна. Разве это не противоречило нашим договоренностям, император? Мы кажется, договорились, что Морган Чейн — на общий враг. А вы все равно стремились к этой свадьбе…

— Нет, — покачал головой Шорр Кан. — Просто мы с Виленой хотели прибрать к рукам Базу, а затем — и Наследство Ллорнов. Все разговоры о ее свадьбе с простаком Томасом были лишь тактическим маневром…

Он внезапно замолчал и протянул руку к початой бутылке крепкого терранского виски.

— Выходите из вашего убежища, Лейтон, — вяло произнес он. — Давайте помянем мою старшую дочь. Если подумать, она пала жертвой моих политических игр… Нельзя использовать в таких опасных вещах близких тебе людей!

— Да, пожалуй, вы правы, император, — с явным сочувствием произнес Лейтон.

Президент Голконды материализовался словно бы из воздуха и, подойдя к столу, уселся в кресле. Шорр Кан мысленно приказал зажечься нескольким ночникам, и на лицо гостя пал слабый голубой отсвет.

Лейтон поднял бокал вина и молча выпил его до дна. А затем задумчиво взглянул на убитого горем Шорра Кана.

— Повторяю: я искренне сочувствую вашему горю! — после долгой паузы произнес Лейтон. — Мне так же все известно про роль вашей младшей дочери в этой ужасной трагедии, а также о предательства императрицы Лианны. Помните, как мы несколько месяцев назад впервые встретились в этом кабинете? Увы, многим нашим планам не суждено было сбыться…

Но жизнь продолжается! Слава богу, ваша Анна жива и я не сомневаюсь, что ее здоровье можно без труда поправить.

Шорр Кан поморщился, словно от зубной боли, и вновь наполнил

Оба бокала.

— А вот мои врачи в этом сомневаются, — проворчал он. — И самым трудным является вопрос, на какой планете поселить мою младшую дочь? Как ее отгородить от любых намеков о ее прошлом? Люди порой бывают очень недобры к своим собратьям и сестрам, вам это прекрасно известно, Лейтон. Мы можем создать вокруг Анны хрустальный купол, но кто даст гарантию, что какой-то злой язык не удержится, и однажды не шепнет девочке на ухо, что именно она… Ну, вы понимаете.

Лейтон сказал:

— Пожалуй, я дам такую гарантию.

— Что-о?!..

— Не надо так удивляться, Шорр. Вы сами давеча напомнили о нашем совместном договоре. Сейчас наступил момент, когда он должен, наконец, заработать! Голконда, как вам известно — закрытый мир. Обитатели нашей планеты очень мало знают о том, что происходит в Империи, их это просто не интересует. Мало кто слышал про ваших дочерей, а уж событиями на Терре почти никто не интересуется. Ручаюсь, что если Анна поселится на Голконде, то безопасность ее психики будет обеспечена! К тому же, у нас прекрасные, лучшие в Галактике врачи. Если хотите, со временем мы выдадим Анну за одного из моих младших сыновей. Таким близким до духу людям, как мы с вами, не грех породниться!

Шорр Кан буквально впился цепким взглядом в непроницаемое лицо Лейтона. Мысли императора бурлили, и на поверхность начала подниматься пена сомнений. «Так вот чего добивается этот хитрец! — подумал император. — Он хочет, чтобы я своими руками отдал им Анну. После этого, без сомнения, на моей шее затянется удавка! Мне будут диктовать волю из Голконды — и даже не мне, а всей Империи! Хорошо сочувствие, нечего сказать… Но врачи на Голконде действительно самые лучшие, здесь Лейтон не соврал».

— Интересное предложение, — наконец сказал он. — Спасибо, я подумаю об этом.

— О, конечно, я вас не тороплю, император! А сейчас давайте поговорим о других, не менее важных вещах. Я имею в виду систему контроля над Ордой, которая, как вот уже много лет разрабатывается в секретных лабораториях имперской Внешней Разведки…

В горле Шорра Кана мигом пересохло.

— Ого, вам даже это известно!

Лейтон снисходительно улыбнулся.

— Конечно, известно. Более того, несколько ведущих специалистов, работавших по этой теме — наши люди. Сейчас уже можно рассказать, что многие решения сложнейших технических задач, предложенных ими, на самом деле являлись результатом напряженного труда нескольких институтов Голконды! Орда давно стоит у нас поперек горла, так что мы с полной серьезностью отнеслись к этой сложнейшей задаче. И вот наконец, буквально вчера, она наконец была решена!

Лейтон достал из кармана коробочку с информ-кристаллом и положил ее на стол.

Шорр Кан разразился бранной фразой.

— Пьяное небо, что за шутки? — возмущенно закричал он.

Лейтон пожал плечами.

— Что поделать… Признаюсь, что в итоговом отчете по этой теме мои люди специально сделали несколько ошибок. Увы, установка, которую ваша Внешняя Разведка сейчас монтирует на один из звездолетов, неэффективна! Здесь, в этой коробочке, находится другой, исправленный и дополненный отчет. Мои люди утверждают, что доработка установки займет всего лишь два или три дня, но зато тогда успех будет обеспечен. А вы говорите, император, что мы не выполняем наш договор о сотрудничестве!

Шорр Кан понял: Лейтон открыто насмехается над ним. И это в день похорон бедной Вилены! Наверное, на Голконде решили, что Шорр Кан сломлен, что убитый горем отец пойдет в этой ситуации на любые условия, лишь бы отомстить ненавистному Моргану Чейну! Напрасно

надеяться. Он, Шорр Кан, лучше всего себя чувствует, когда его берут за горло.

— Итак, — с угрозой сказал он, — ваши люди занимались откровенным саботажем и дезинформацией?

Лейтон развел руками.

— Ну, зачем бросаться такими громкими фразами, император. И вас есть своя Внешняя Разведка — у нас — своя. Каждая выполняет свой долг, и только. Но враг у нас общий, и потому я еще раз предлагаю: давайте объединим усилия, уже не на бумаге, а на деле!

— И что же вы потребуете за эту коробочку, и за лечение Анны? Не стесняйтесь, я же понимаю — деньги вам не нужны.

— Разумеется, не нужны. Вообще-то нам нужно сейчас лишь одно…

— Наследство Ллорнов?

— Да! Путь к нему отныне открыт. Уверяю вас, император, одной грубой силой здесь ничего не решишь. Ллорны были слишком хитроумны, они надежно зак5рыли свои сокровища от тех, кого считают лже-наследниками. Увы, мы с вами попадаем в этот черный список! Ллорны очень опасались, что вся собранная ими сила будет использоваться не во благо Галактике, а во вред ей. Наши специалисты получили доступ к некоторым механизмам и устройствам Ллорнов…

— Ого! И каким же это, интересно, образом?

— Неважно. Не буду скрывать: некоторые исследования закончились трагически для наших ученых. Самые безобидные на вид приборы и механизмы вдруг взрывались, унося с собой десятки жизней… Что же будет, когда на летающие Станции Ллорнов ворвутся ваши бойцы с лазерными ружьями и бластерами наперевес? Боюсь, Наследство Ллорнов может попросту самоуничтожится! Но если мы будет действовать вместе, и предельно аккуратно, тогда надежда на успех есть. Но выбор, разумеется, за вами, император.

Шорр Кан кивнул. Все было понятно. Голконда долгие тысячелетия находилась фактически в положении изгоя. Эта планета была объявлена закрытым миром, и казалось, ни во что не вмешивалась и ничем не интересовалась, кроме своих собственных, никому не ведомых дел.

Однако недавно выяснилось, что у Голконды, оказывается, по всей Галактике были разбросаны тайные агенты влияния и лоббисты. Именно благодаря их саботажу не удалась ни одна из запланированных им, Шорром Каном, карательные экспедиции на эту планету.

Еще позже вдруг оказалось, что голконяне запустили свои щупальца в главную галактическую Башню — а именно, в Цитадель на Крите, и фактически стали диктовать свою волю пану Янушу Вайде. Результатом этого вмешательства стала серьезное изменение официального взгляда Цитадели на историю терранской культуры.

Ну, положим на культуру ему наплевать! Но очень скоро Анна может породниться с сыном президента Лейтона, и это станет первым шагом к выходу Голконды из тени! А затем, когда ученые из Голконды высадятся на Базе, то начнется стремительный рост силы и могущества этой и без того весьма влиятельной планеты. Нет сомнения, что самые важные тайны Ллорнов будут перетекать по секретным каналом прямо на Голконду, а Империи достанется только второсортная информация. А в чьих руках в результате окажется космофлот Ллорнов? Черт побери, при таком развитии событий в один прекрасный день столица Империи может однажды перейти с Терры на Голконду! Он, Шорр Кан, при этом скорее всего останется императором. Однако фактически Империей будут править другие люди… А над ним повиснет дамоклов меч. Да, он останется бессмертным, но ведь сумели же голконяне ранить самого бессмертного и неуязвимого Моргана Чейна!

Внезапная догадка осенила Шорра Кана. Подавшись вперед всем телом, он произнес:

— Уж слишком ладно у вас все получается, Лейтон! Но у вас ничего бы не склеилось, если бы с моими девочками не случилась эта страшная трагедия… Не вы ли тайно приложили к ней свои руки?

Лейтон отпрянул.

— Господи, да что вы такое говорите! Причем здесь Голконда?

— Ну, например, именно вы могли сообщить Анне о готовящейся свадьбе Вилены и Эдварда, а затем привезти бедную девочку на Землю.

Все произошло так стремительно, что этого просто не должно было случиться! Однако, все же случилось. И эти механизмы и приборы из Наследства Ллорнов… Их можно было получить только с помощью космических цыган, которые ныне оккупировали летающие станции бывших Хранителей Галактики. Выходят, вы везде запустили свои щупальца, даже в секретные лаборатории имперской Внешней Разведки?

На лице Лейтона ничего нельзя было прочитать.

— Это только ваши беспочвенные догадки, император, — холодно произнес он. — Да, в политике иногда надо действовать довольно хитро и изобретательно. Но не мне же учить великого и ужасного Шорра Кана!

Шорр Кан с неожиданной для его массивной фигуры легкости выхватил из кармана камзола миниатюрный бластер и выстрелил прямо в сердце Лейтона. Кресло мгновенно вспыхнуло. Но только кресло — правитель Голконды исчез, буквально растворившись в воздухе.

Император злобно выругался. Можно было догадаться, что Лейтона на самом деле в кабинете не было, а здесь находился лишь его голографический образ… Как же он сумел пройти сквозь стену? Непонятно!

Бросив взгляд на стол, Шорр Кан озадаченно нахмурился. Коробочка почему-то не исчезла. Разумеется, она оказалась пустой, но при этом — вполне материальной! Как же обычное голографическое изображение могло принести его в закрытый со всех сторон кабинет?!

Хм-м, на что-то это походило… Когда-то, причем совсем недавно, он уже сталкивался с подобной проблемой, которую не могли разгадать лучшие ученые Империи…

Спустя минуту Шорр Кан все вспомнил. Таинственные космические террористы точно так же, как Лейтон, бесследно улетучивались из кабин подбитых боевых звездолетов. Но при этом еще за секунду до всего внезапного исчезновения они смогли воздействовать на его систему управления, словно самые обычные люди, сделанные из плоти из крови!

«Неужто, космический террор родом тоже с Голконды? — изумленно подумал Шорр Кан. — Нет, такого просто не может быть, эта планета находится под неусыпным надзором Внешней Разведки…»

Однако правители Голконды, безусловно, знали, откуда именно пришла чума терроризма! Знали и молчали, выжидая удобный момент, чтобы совершить бархатный переворот, и фактически свергнуть не только Моргана Чейна, но и его, Шорра Кана!

Император почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Несмотря на весь свой богатый жизненный опыт, он едва не совершил роковую ошибку, вступив в тайный союз с Голкондой! Лейтон и его компания попросту пытались его использовать, как грубую и тупую силу для уничтожения Цитаделей, мессии и его учения. Но следующей целью, как оказалось, являлся он сам и его Империя!

Шорр Кан вспомнил рассказ Моргана Чейна об его невольном путешествии в далекое прошлое Терры, в страну под названием Соединенные Штаты Америки. Тогда, в бесконечном далеком 21 веке, США создавали американскую Империю Земли, подминая одного конкурента за другим. В ход шли все средства: военная сила, ложь, подкуп, шантаж, «пятые колонны» и агенты влияния всех сортов. Но наивные американцы даже не подозревали, что они действуют фактически под диктовку теневого правительства Земли, и после победы над всеми конкурентами раздувшийся, отяжелевший гигант очень будет повержен, и плодами его победы будут пользоваться совсем другие силы. Наверное, тогда на Земле существовала своя Голконда… Кто знает, каким путем пошла бы человеческая цивилизация, если бы темным планам тогдашней Голконды не противостояли три гигантских Цитадели Культуры?

Шорр Кан вздрогнул и мотнул головой, отгоняя нежелательные мысли. Пьяное небо, да плевать ему, что случилось когда-то в седой древности на Земле! Сейчас все будет по-другому. Не будет ныне ни Цитаделей, ни Голконды, а громадная и мощная галактическая Империя не станет ничьей добычей. Надо только проявить твердость характера и беспощадность ко всем врагам, и внешним, и внутренним. Вот с последних и надо начать военную кампанию, пока предатели не нанесли ему удар в спину!

Шорр Кан включил интерком и вызвал начальника службы Безопасности Империи. Спустя несколько минут в кабинет вошел Рэд Тайрон, держа толстую черную папку. Это был невысокий худой человек в цивильном костюме, с неприметным, заурядным лицом и тихим, вкрадчивым голосом. Тайрон был одним из немногих людей, которые некогда служили Шорру Кану еще в бытность его правителем Лиги Темных Миров. За более чем три десятка лет они почти сроднились, и между ними установилось почти полное взаимное доверие.

Император встал из-за стола, пожал руку Тайрону (тот оторопел — Шорр Кан уже давно не выказывал ему такие знаки внимания).

— Рэд, назревают большие события… — негромко сказало император.

Тайрон кивнул. Разумеется, он знал, как обстоят дела.

— Сегодня я вспомнил о тех записках, которые регулярно получал от тебя последние двадцать лет… Кажется, в них говорились о коррупции в высших эшелонах власти моей Империи?

Начальник Службы Безопасности вздрогнул. Неужели, лед наконец-то сдвинулся?!

— Да, мой император. Но я писал не только о коррупции… По нашим сведениям, многие высшие чины Империи: министры, генералы, и даже некоторые влиятельные сотрудники службы Внешней Разведки, имеют тайные банковские счета на нейтральных мирах, не входящих в состав Империи. Туда тайно переводятся ежегодно десятки миллиардов кредиток. В основном, источником этих средств являлось самое обыкновенное разворовывание бюджетных средств. Но нередко на эти секретные счета поступали и солидные средства извне Империи…

Шорр Кан шагнул еще ближе и еле слышно спросил, словно опасаясь, что этот разговор могут подслушать:

— Ты имеешь ввиду Голконду?

Лицо Тайрона исказилось от ненависти.

— Да, мой император!

— Брось этот официальный тон, Рэд. Ведь мы были когда-то близкими друзьями. И ты мне сейчас нужен именно как друг. Зови меня как в старые добрые времена: просто Шорр.

— Хорошо. Шорр, я уверен: как минимум треть финансовой и военной элиты Империи так или иначе связана с Голкондой. Одни просто получат оттуда деньги и помалкивают, другие — тайно лоббируют интересы голконян, а третьи…

— А третьи — являются тайными агентами влияния? Так, кажется, ты называл этих людей в своих докладных записках?

— Да. Вернее, мне так кажется… Доказать подобные вещи очень трудно, голконяне действуют очень хитро и ловко.

— Ты можешь составить список потенциальных предателей?

Тайрон судорожно сглотнул, а затем раскрыл папку и извлек оттуда несколько чистых листов бумаги.

— Я всегда ношу этот список с собой, импе… то есть, Шорр. Вдруг когда-нибудь он понадобится?

Шорр Кан с недоумением повертел в руках чистые листы. Внезапно, на них стали проявляться буквы. Взглянув на список возможных агентов Голконды, он охнул:

— Не может быть! Первый заместитель начальника Штаба… Первый заместитель начальника Внешней Разведки… Министры финансов, энергетики, культуры… Почти все ведущие банкиры… Руководители почти всех ведущих средств массовой информации… Рэд, ты сошел с ума! Этих людей отбирал лично я!

Тайрон грустно улыбнулся.

— Увы, даже императоры иногда ошибаются… А наш замечательный, всеведующий и всемогущий мессия? Разве не Морган Чейн поставил во главе Цитадели на Крите пана Януша Вайду? Сами знаете, каким верным оказался этот человек, когда мы предложили ему солидную сумму денег… Но работает он все-таки не на нас, а на Голконду. Взгляните на шестую страницу, пан Вайда там стоит под номером двести шестьдесят третьим. А следующим идет его сын. Ну, про этого подонка, на котором и пробы ставить негде, я вам не раз рассказывал…

Император с мрачным видом кивнул. Подойдя к письменному столу, он взял ручку и в углу на первой странице размашисто написал:

«Всех людей, указанных в данном списке с № 1 по № 638, немедленно уничтожить как предателей Империи!» — и подписался.

Тайрон не верил своим глазам. Невероятно! До сих пор Шорр Кан успешно боролся в основном со своими верными союзниками, а врагов почему-то старался не трогать. Именно это подрывало устои Империи куда сильнее, чем таинственные космические террористы!

— Многие предатели попытаются бежать… — сипло произнес Тайрон. — У каждого наготове скоростная космическая яхта, а на нейтральных мирах давно построены роскошные особняки на случай вынужденной иммиграции из этой гавеной Империи Зла… Кстати, это любимое выражение нашей элиты, Шорр.

— Вот как? — удивленно приподнял брови император. — Жаль, что я не знал об этом раньше. Но ведь на каждую скоростную яхту у нас найдется по одной еще более скоростной ракете, верно? Рэд, не мне тебе учить, что и как делать. Помнишь, как славно шли у нас дела в Лиге Темных Миров? Чуть ли ни каждый год мои верные и преданные соратники готовили для нас небольшую бархатную революцию, но ничего, мы справлялись. А нынче, признаюсь, я немного расслабился, заигрался в лже-демократию — и вот результат. Не забывай: вопрос стоит о жизни или смерти нашей Империи!.. И еще одно. В твоем списке я увидел и мена нескольких создателей Нейтрализатора, который предназначен для борьбы с Ордой. Мне недавно стало известно, что они — саботажники. Нейтрализатор не сработает, уж они постарались… Вытряси из предателей все, и не стесняйся в средствах!

Тайрон кивнул.

— Шорр…

— Да?

— Выходит, враги хотели победить нас нашим же излюбленным оружием?

— Не понял.

— А ты вспомни, Шорр, как мы уговаривали многие свободолюбивые миры войти в состав Империи! Сначала насаждали там, словно грибы, различные благотворительные и гуманитарные фонды, потом подкармливали местные элиты, включая силовиков, а затем открывали для них банковские счета на Терре и на Веге. Тех, кто отказывался принять наши дары, мы убирали, но таковых всегда оказывалось меньшинство. А через год-два, когда планета прогнивала насквозь, мы устраивали провокации, а затем с помощью наших политтехнологов приводили к власти верные нам марионеточные правительства. И народ кричал: Ура, слава освободителям из прекрасной, чудесной Империи!

Шорр Кан нахмурился.

— Ну и что? Не вижу никакого сходства с нашей нынешней ситуацией.

Тайрон иронически улыбнулся.

— А по-моему, сходство есть. Просто раньше мы проделывали этот фокус с другими, а нынче настал наш черед. Мы с тобой были нужны будущим хозяевам мира тогда, когда надо было создавать галактическую Империю. А теперь, когда вся грязная и кровавая работа уже сделана, мы стали не нужны! Правда, одно дело за нами оставили. Заметь, как ловко нас натравили на Моргана Чейна, который для Голконды — словно кость в горле! Когда с мессией будет покончено, возьмутся и за нас. Собственно говоря, уже взялись…

Шорр Кан открыл рот, чтобы разразиться проклятиями, но от возмущения не мог вымолвить ни слова. Поняв, что гроза вот-вот разразится, Тайрон торопливо схватил подписанный император список смертников, и спрятав его в папку, поклонился и торопливо вышел из кабинета. Каждую секунду он опасался, что Шорр Кан окликнет его, вернет и порвет список (бывали уже подобные случаи). Но на этот раз император всея Галактики не проявил обычного для него малодушия.

Прошло некоторое время, прежде чем Шорр Кан вновь пришел в себя. А затем кабинет наполнился громкими, отборными ругательствами, на которые он был большим мастером. Иссякнув минут через десять, император некоторое время расхаживал по кабинету, пытаясь успокоиться и обрести обычное для него хладнокровие.

Разумеется, Тайрон наговорил немало глупостей. Что делать, невеликого ума он человек! До чего додумался: будто его, Шорра Кана, кто-то специально натравил на Моргана Чейна, дабы убрать его руками самого опасного врага Голконды! Чушь, брэнд, кретинизм… Никто и никогда не мог управлять им, Шорром Каном, он действует всегда только так, как сам желает! Да и что такое крошечная, слабая Голконда по сравнению с гигантской всесильной Империей? Так, муха бескрылая, которую можно раздавить одним движением мизинца…

Но список предателей, явных и потенциальных, увы, существует, и этот прискорбный факт надо признать. Наверняка Тайрон в ком-то ошибся, внес в список нескольких невинных людей… Но вряд ли таких бедолаг много. Не случайно же ни одна из запланированных карательных экспедиций, нацеленных на Голконду, так и не состоялась вопреки воле его, императора! Ничего, следующая экспедиция обязательно достигнет цели. Но ее поведут в бой совсем другие, незапятнанные люди… Второй, куда более сильный удар будет направлен на мессию. Как только Нейтрализатор заработает, Орда будет обречена. И бессмертный Морган Чейн умрет…

Шорр Кан довольно потер руки. Уж слишком долго он бездействовал, играл несвойственную ему роль цивилизованного правителя, а это довольно-таки скучное занятие. Однажды, будучи правителем лиги Темных Миров, он уже затеял одну славную звездную войну. Пора начинать вторую!

В его планах осталось, пожалуй, только одно белое пятно. Космические террористы — кто они на самом деле, и кому служат? Если эта банда убийц выступит на стороне Голконды, то за исход войны поручиться нельзя!

Однако оставалась небольшая надежда, что в Галактике все-таки оставались области, где этот жирный паук Лейтон не успел сплести свои сети. До сих пор космические террористы, кто бы они не были, действовали в интересах его, Шорра Кана. Может, так будет и в дальнейшем?

Глава 10

Дао все чаще и чаще стала покидать свою квартиру в Городе Красных Зорь и улетать далеко от планеты. Космос по-прежнему пугал ее, но с каждым разом она ощущала себя все более и более уверенней. Поначалу она предпочитала парить в абсолютном вакууме, сохраняя свою традиционную внешность. Но уже во время своего третьего путешествия девушка вдруг осознала, что узкое платье ей попросту мешает наслаждаться свободой полета. Да и зачем оно в мире, где нет никого, кроме нее? Вскоре Дао понравилось парить нагой в бархатной черноте и любоваться мириадами созвездий. А однажды она набралась духу и совершила путешествие к соседней планете. Она оказалась огромным мертвым миром, состоящим из серых скал, замерзшего океана и глубоких ущелий. На склонах одной из самых высоких гор Дао обнаружила развалины какого грандиозного строения, похожего на замок. Неужто эта планета когда-то была обитаемой? Поверить в это было и трудно, и жутко, и с той поры Дао потеряла интерес к соседним планетам.

Зато Большой Космос притягивал ее, словно магнит. Все чаще и чаще девушка вспоминала слова мистера Смита. Быть может, действительно настала пора отказаться от всего, что ее связывало с прошлым, и окончательно превратиться в энергочеловека? Какая, на самом деле разница, в каком именно форме она странствует к космосе? Голый человек выглядел здесь довольно странно и нелепо. Куда приятнее оказалось летать в виде огромной белой птицы. Но уже в следующий раз ей хотелось превратиться то в космический корабль, а затем — в яркий световой луч. Наконец, ей пришло в голову облететь всю солнечную систему в виде ослепительной кометы с шлейфом из мельчайших ледяных частичек длиной в сто тысяч километров.

А почему бы и нет, размышляла Дао. Пора признать очевидную истину: она уже давно перестала быть человеком. Случай и мистером Смитом окончательно отвратил ее от собратьев по племени энерголюдей. Уж слишком много пороков пряталось в душе самого благопристойного на вид мужчины! Да и женщины (она могла судить по себе) были немногим лучше. А комета… это же само совершенство! Почему бы ей не после облета солнца не отправиться в далекое странствие по Галактике? Если надоест, она всегда сможет вернуться в Город Красных Зорь. Только захочется ли ей это делать?

…Однажды, вернувшись из странствий по солнечной системе, Дао в виде метеора пронзила атмосферу и упала на свой балкон, выбив в его бетонопластовом полу небольшой кратер. Из облачка дыма сформировалась обнаженная женская фигура. Дао сделала несколько танцевальных па, а затем, очень довольная собой, шагнула к балконной двери. И тут же отшатнулась с громким криком.

В гостиной горел свет. Какой-то высокий светловолосый мужчина стоял возле камина и держал в руках что-то белое.

Дао была ошеломлена. «Вор»? — вспомнилось ей полузабытое слово из ее прежней терранской жизни. Господи, да откуда же вор мог взяться здесь, на этой планете? Материальные ценности, включая золото, платину и драгоценные камни, здесь не имели никакого значения, ими можно было набить чемоданы в любом ювелирном магазине, не заплатив за это ни гроша. Одежда, мебель, электронная аппаратура? Чепуха, кому это нужно это барахло…

Значит, в гостиной стоял не вор? Тогда кто же? Недавно у нее побывал один странный гость, инспектор по фамилии Смит, который как позже оказалось, оказался завзятым насильником и убийцей. Может, этот тип — кто-то из его дружков, и хочет посчитаться с хозяйкой квартиры?!

Сердце Дао сжалось от страха. Там, в прошлой жизни, она очень боялась попасть в руки бандитам. Подобные вещи иногда случались с ее подругами, и…

«Стоп! — остановила она себя. — Ну, сколько можно паниковать по пустякам? В этой, новой жизни мне уже никто не причинит вреда, ни мистер Смит, ни его дружки. Мне нечего бояться!»

Она набрала в грудь побольше воздуха и, пройдя прямо через балконную дверь, очутилась в гостиной.

Молодой человек (кстати, как заметила Дао, обладатель весьма приятной наружности) продолжал сосредоточенно разглядывать белую вещь. Как оказалось, это было подвенечное платье — то самое, которая Дао однажды подобрала прямо в воздухе, невдалеке от своего дома.

Ее хозяйка улетела в космос вместе со своим другом и, по-видимому, больше уже не вернется в Город Красных Зорь. Забавно, но платье оказалось Дао впору, и она нередко надевала его — просто так, чтобы повертеться перед зеркалом.

— Кто вы такой? — резко спросила девушка.

Юноша вздрогнул и от неожиданности едва не выронил платье. Резко повернувшись, он с огромным любопытством стал разглядывать хозяйку дома.

— Верно… — пробормотал он. — Очень похожа… Да нет, это она!

Вопреки своему желанию, Дао улыбнулась:

— Она — это кто? Наверное, вы ошиблись дверью, господин грабитель. Кстати, со мной недавно уже случалось нечто подобное…

Томас (а это был он) смутился:

— Нет, я не грабитель… Ради бога простите, что без спроса вторгнулся в ваше жилье. Но у меня просто не было другого выхода!

Дао изумилась:

— Как это? Насколько мне известно, наш город не заселен еще даже на треть. И потом время от времени жители его покидают, окончательно переходя в Братство энерголюдей. Именно так, кстати, и сделала однажды хозяйка этого чудесного подвенечного платья… Любой новичок знает подобные вещи! Разве вас не инструктировали еще в Чистилище?

Незнакомец криво усмехнулся.

— Увы, нет. Видите ли, я прибыл в ваш город только два часа назад.

— И сразу же решили вломиться в чужое жилье, вместо того чтобы с помощью мэра-компьютера выбрать любую пустующую квартиру?

— Да нет же, нет… Поймите, я разыскивал именно вас!

Дао ощутила смутную тревогу. Нечто подобное ей уже говорил мистер Смит. Как чудно тогда началась их встреча, и как драматически она закончилась…

Она торопливо подошла к стене. Там, рядом с бра, виднелась маленькая незаметная постороннему взгляду кнопку. Ее установили после неприятного происшествия с мистером Смитом сотрудники городской Службы Безопасности. Стоит только коснуться пальцем этой кнопки, как в городе будет поднята тревога.

Но что-то заставило Дао остановиться. Глаза… Горящие, влюбленные глаза юноши! Давненько она не видела таких глаз.

— Разве мы прежде встречались? — спросила Дао и сама удивилась тому, как мягко зазвучал ее голос.

— Да… Вернее, не совсем.

Дао поневоле улыбнулась, хотя ее палец находился всего в сантимерте от кнопки звонка.

— Довольно странные слова, вы не находите?

— Согласен, — кивнул юноша. — Понимаете ли, я однажды увидел вас в космосе, невдалеке от этой планеты. Но вы меня не заметили, да и не могли заметить.

Дао начала кое-что понимать.

— Наверное, в тот день я была одета в это свадебное платье?

— Именно так. Вы танцевали, кружились в космосе, словно бабочка… Боже, как это выглядело прекрасно!

Девушка постепенно опустила руку. Нет, этот юноша не мог быть убийцей и насильником. И похоже, он действительно разыскивал именно ее! Удивительно.

— Вам очень идет это платье, — добавил юноша.

Дао немного смутилась.

— Вряд ли это так, но все же — спасибо! В нашем городе есть несколько магазинов для новобрачных, и при желании я могли бы подыскать платье поэффектнее. Но это хорошо тем, что выдерживает космический холод, и ничуть от этого не портиться… Тьфу, да что это мы говорим о каких-то пустяках? Я даже не знаю, как вас зовут!

— Томас, — ответил юноша. — Томас Чейн.

— А я — Дао. Живу в этом городе уже больше года. А вы, насколько я понимаю, совсем недавно прошли Превращение?

Улыбка в глазах юноши немного угасла.

— Э-э…. — замялся он. — Не совсем так.

— Ну, это неважно! Томас… Том, скажите откровенно — я вам понравилась?

Юноша молча кивнул.

Дао внезапно почувствовала острый прилив желания. Черт побери, да какая разница, кто этот человек и как он оказался в ее квартире? Даже если он и на самом деле дружок мистера Смита, она ничем не рискует. Да и чем может рисковать энергочеловек, лишенный плоти и крови?

Она протянула руку, и Томас нежно прижал ее к своей груди.

— Дао, я хотел вам рассказать… — начал было он, но девушка уже не слушала его.

— Потом, потом, — нетерпеливо сказала она. — Том, пойдемте в спальню! Ведь вы хотите обладать мною, верно?

Юноша озадаченно кивнул.

— Так зачем же медлить? — ободряюще улыбнулась Дао. — Я уже давно не девочка, и вы мне понравились. У всех моих знакомых мужчин такие холодные, равнодушные глаза, а у вас… Нет, пожалуй, спальня нам ни к чему. Я знаю нечто получше… Пошли!

Она пошла в сторону балкона. Том послушно последовал за ней, размышляя о том, как же рассказать молодой красавице о другой, второй цели своего визита. Поймет ли она его?

Открыв дверь, девушка легко вспрыгнула на поручни балкона и, глядя на багровое предвечернее небо, предложила:

— Том, я еще ни разу не занималась любовью в открытом космосе! Наверное, это будет приятно. Если хотите, я могу надеть подвенечное платье, и вы сорвете его с меня в порыве страсти. А потом, когда мы насытимся, то мы можем изменить свой облик! Люди — это не самые совершенные создания природы. В моей памяти заложены сведения о двадцати пяти тысячах видов гуманоидов и негуманоидов, обитающих в Галактике. Уверен, что и вы владеете таким же банком данных. У каждого вида разумных существ есть свой набор половых органов, а секс зачастую ничуть не поход на совокупление людей. Почему бы нам немного не позабавиться, нежась в лучах солнца? Или вы предпочитаете в качестве ложа поверхность какой-либо из соседних планет? Учтите, все эти миры мертвы и ничем не порадуют наших глаз… Что же вы стоите, Том? Летим!

Томас протянул девушку руку, но тотчас отдернул ее.

— В чем дело? — удивилась девушка.

— Дао… Прошу, выслушайте меня! Все не так просто, как вам кажется.

— Но почему?.. Ох, неужто вы из этих… из голубых? Зачем же вы тогда преследуете меня?

Томас глубоко вздохнул и сказал то, что должен был сказать с самого начала:

— Дао, я — человек!

— Вижу. Открою вам большой секрет, Том: я тоже человек, а не гуманоид с Антареса. Ну и что дальше?

Томас пристально посмотрел в глаза девушки:

— Вы не поняли. Я — просто человек. И я прибыл на эту планету на космическом корабле. Вернее, корабль остался на орбите, а я спустился на поверхность планеты в посадочном модуле. Он находится среди холмов в трех километрах от города. А сюда я пришел пешком, и с самого утра бродил по городу, разыскивая ваш небоскреб. Ведь я лишь мельком видел, как вы однажды возвращались домой после танцев в открытом космосе. Слава богу, все-таки нашел.

Дао ошеломленно смотрела на странного гостя. Его слова не сразу дошли до нее, а когда дошли…

— Господи! — ахнула она, изменившись в лице. — Просто человек! Так вы не прошли процедуру Превращения?

— Нет. Честно говоря, я даже не знаю, что это такое.

Дао спрыгнула с поручня и прикоснулась ладонью к лицу гостя. Кожа была прохладной, словно молодой человек замерз на холодном, пронзительном ветру.

— Просто человек, — повторила Дао, не веря своим ушам. — Но как же так… Как вы узнали о нашей планете? Кто разрешил вам сюда прилететь?!

Томас поморщился.

— Давайте вернемся в комнату, — предложил он. — Здесь слишком холодно. А потом я все вам расскажу, и вы сами решите, что делать.

* * *

…Когда Томас замолчал, Дао еще долго сидела, не шелохнувшись. Она ощущала, что мир, в котором она только-только начала обживаться, вдруг рухнул и провалился в тартарары.

— Так вот какой работой нынче занимается мистер Смит… — наконец, пробормотала она.

— О чем это вы?

— Несколько недель назад ко мне в гости заявился человек, который представился как инспектор Смит, — объяснила девушка. — Вообще-то он не лгал, он и на самом деле был инспектором. Но в той, другой жизни он был насильником и убийцей, охотился на одиноких и беззащитных женщин. Если бы не вмешательство Службы Безопасности города, то не знаю, чем бы закончилась наша встреча… Понимаете, мистер Смит сумел обмануть тех, кто обследовал его в Чистилище, и принес в свою новую энергожизнь свои старые и грязные привычки. Когда его арестовали, то я не сомневалась: мистеру Смиту конец! Однако,

мне намекнули — нет, этого не случится, для мистера Смита найдется подходящая работа! Господи, неужто такие как он и стали террористами космоса?!

Томас кивнул.

— Похоже, на то. Не знаю, кто создал этот город и заводы, производящие космические корабли и их оружие. Но сомнений больше нет: кораблями-разрушителями управляли такие же энегролюди, как ваш знакомый мистер Смит! Именно по этой причине они могли выдерживать сверхвысокие перегрузки, и мгновенно в случае, если их корабль получал повреждения. Дао, вы понимаете, о чем я говорю! Вы полагаете, что попалив галактический рай для избранных полубогов. А на самом деле, с этой планеты по всей Галактике расходятся волны ненависти к Культуре, к их главной опоре — Цитаделям. Ваши собратья-энерголюди безжалостно убивают десятки тысяч людей и гуманоидов на сотнях планет. Какой же это рай?

Дао не знала, что ответить. Ее мысли путались.

— Нет, нет, этого не может быть, — сказала она. — Том, вы ошибаетесь… Зачем нам, высшим существам, убивать наших примитивных и несчастных братьев меньших? Их жизнь и так очень коротка, полна страданий, болезней и потерь… Мы же обрели бессмертие! Наши тела совершенны, а наш дух…

— … остался таким же, как и был до Превращения, — закончил за нее Томас. — Дао, не обманывайте себя. Ваш собственный опыт доказывает, что люди и в новом, бесплотном облике остались теми же людьми, со всеми своими слабостями и пороками. Многие из них в той, прежней жизни, были способны на преступления и даже на убийства. Разве пройдя Чистилище, мистер Смит превратился из мерзкого насильника в ангелом? Нет. Точно так же случилось и с тысячами других мерзавцев. Да, ваша Службы Безопасности их разыскивает и изолирует от нормальных энеголюдей вроде вас. Но только для того, чтобы мистеры Смиты сели за штурвалы боевых звездолетов!

Он замолчал, услышав далекие раскаты грома. Подойдя к двери балкона, он увидел, как где-то вдали, на горизонте, темноту ночи разрезали десятки пурпурных молний, бивших с земли в беззвездное небо.

— Слышите? — глухо сказал Том. — Еще одна эскадра Разрушителей ушла в космос. Дао, я должен немедленно вернуться на свой корабль. Понимаете, что последует за этим?

Дао кивнула.

— Вы попытаетесь уничтожить нашу планету?

— У нас просто нет иного выхода. Но у вас выход есть!

Девушка все поняла, и спустя несколько мгновений уже летела среди облаков. На этот раз она выбрала самый подходящий для данной ситуации облик — боевой ракеты, снаряженной радитовой боеголовкой. О том, что случится после взрыва, Дао старалась не думать.

Она настигла эскадру Разрушителей, когда та отошла от планеты всего на несколько десятков тысяч километров. Чтобы снять последние сомнения, Дао включила на полную мощь свою систему слежения за целями, и проникла в виде потока альфа-частиц в кабину одного из звездолетов. В креслах пилотов сидели двое незнакомых ей мужчин. Судя по их разговору, они жаждали побыстрее заняться любимым делом — убийством. Эскадра получила приказ напасть на одну из отдаленных планет, населенную крошечными гуманоидами. Аборигены построили сразу шесть Цитаделей, и каждая из башен являлась, по мнению знатоков архитектурным шедевром. Задание было простым: все башни разрушить до основания, а их обитателей — уничтожить.

Дао вернулась в свою ракету и резко прибавив скорость, вошла внутрь эскадры. А затем она включила взрыватель…

Страшный взрыв разметал корабли в клочья. Все террористы, разумеется, остались живы, но испытали самый настоящий шок. Как и все прирожденные убийцы, они были трусоваты, и не ожидали внезапного нападения. Превратившись в сгустки энергополей, они бросились врассыпную и торопливо покинули пределы солнечной системы.

Дао вернулась на свой балкон, и хотела было уже по традиции пройти сквозь дверь. Но затем все же предпочла открыть ее так, как это бы сделал обычный человек.

Томас сидел на диване, обхватив руками голову. Он догадывался, что могла сделать его новая знакомая, но боялся даже думать о том, что за этим могло бы последовать.

Дао тихо села рядом на диване, даже не позаботившись прикрыть свое нагое тело одеждой или подобием ее.

— Том, эскадры Разрушителей больше нет, — устало сказала она.

— Замечательно! Но ведь остались десятки других подобных эскадр. И заводы на вашей планете продолжают собирать все новые и новые звездолеты. С этой махиной тебе одной не справиться!

Дао грустно улыбнулась:

— Ну почему же одной? Я уже мысленно связалась со всеми энерголюдьми и рассказала им о том, кто такие террористы космоса. Некоторые никак не отозвались на мои слова, другие заявили, что их не интересует судьба смертных. Но несколько человек заявили, что не успокоятся, пока все эскадры Разрушителей не будут уничтожены. Правда, они далеко не бойцы, им нужен лидер. Вряд ли я гожусь на эту роль…

Девушка пристально посмотрела на Томаса, и тот без слов понял, что она хотела сказать. Глупая, почему она так волнуется? Разве у него есть сейчас выбор? Несмотря на молодость, он уже успел совершить множество ошибок, одна глупее другой. Так дальше не может продолжаться, он забрел в глухой тупик… Но один достойный выход из этого тупика все же есть!

— А ты выйдешь за меня замуж потом? — с вымученной улыбкой спросил он.

— Конечно! — радостно воскликнула Дао. — Хочешь, я надену в день нашей свадьбы то самое подвенечное платье?

— Хочу, — сказал Томас. — Но пока давай лучше обойдемся вообще без всяких платьев. Согласна?

Взгляд Дао оказался красноречивее любых слов.

Глава 11

В один отнюдь не прекрасный день Шорр Кан начал свою вторую звездную войну. Первым делом, руками своей Службы Безопасности, он без суда и следствия расстрелял более пятисот предателей, которые свили гнезда в высших эшелонах власти Империи. Остальные иуды успели сбежать, но они уже не представляли опасности. Впрочем, император предупредил по веерной нуль-связи беглецов, что рано или поздно все они вместе с семьями будут найдены и беспощадно уничтожены.

В тот же день эскадры космофлота Империи покинули свою базы. Они разделились на три группировки. Одна, самая мощная, направилась в сторону созвездия Стрельца, где по данным Внешней Разведки находилась летающая Цитадель мессии. Две эскадры полетели к Арктуру-2, известному как Голконда, чтобы испепелить эту планету. Ну, а еще несколько десятков боевых звездолетов совершили дальний гиперпрыжок к туманности М-125. Шорр Кан отдал приказ оккупировать Базу и взять под жесткий контроль Наследство Ллорнов. Всех, кто попытается помешать этому, надлежало уничтожить.

Одновременно на всех мирах Империи поднялась мощная информационная волна. Почти все СМИ, и государственные, и независимые в один голос заговорили о том, что тайна террористов космоса наконец-то разгадана! Выяснилось, что Разрушителей галактических Цитаделей вскормили на Голконде, прогнившем и темном мире, люто ненавидящем мировую Культуру. Голконяне вот уже много веков тайно распространяли через своих агентов влияния на сотнях миров культ уродства, развращали молодежь, воспитывали в ней ненависть к культурным традициям родных миров, навязывали своих мерзких «гениев» и свои пакостные «шедевры». Этому беспределу пора положить конец, пока новое поколение Империи окончательно не превратилось в дикарей!

Морган Чейн, как оказалось, тоже приложил к этому свою отнюдь не святую руку. Он специально не стал мешать эскадрам Разрушителей, что нападали на сотни галактических миров Империи, хотя в его распоряжении была непобедимая и могучая Орда. Почему же мессия не стал защищать свои же Цитадели? Расчет был очень прост. Морган Чейн намервался обвинить во всем императора Шорра Кана, который якобы не может обеспечить безопасность своих миров. Первым делом лже-мессия сумел выкрасть с Земли супругу императора прекрасную Лианну и с помощью сильных психотропных наркотиков сделал из нее безумную и рабыню. Следующим шагом стало бы покушение на императора, которое готовила группа террористов, посланных Морганом Чейном под видом дипломатической миссии. К счастью, заговорщики были вовремя пойманы и обезврежены. Увы и ах, но среди них находился и апостол Джон, вспомнивший на склоне лет свою прежнюю профессию наемника и убийцы…

О военном походе в туманность М-125 средства массовой информации промолчали. Мало кто из обывателей слышал про Ллорнов, и тем более — про их Наследство. Зачем же будить среди черни нежелательные вопросы?

Но больше всего шума было по поводу предателей среди высших эшелонов власти Империи. О каждом из казненных влиятельных чинов были созданы подробные телесюжеты, показывающие деятельность этих мерзавцев во всей их неприглядности: коррупция, воровство, лоббирование интересов Голконды, ненависть к родной Империи и ее правителю… Правда, у миллиардов телезрителей все же иногда возникал законный вопрос: а почему же Служба Безопасности Империи столько лет закрывала глаза на столь явных предателей? Ответа на это не было.

Одновременно СМИ в восторженных тонах вновь заговорили об итогах недавно состоявшегося на Земле гражданского форума. Когда со всеми врагами Империи будет покончено, то на всех мирах настанет истинная свобода и демократия. Наконец-то будут отменены за ненадобностью все выборы, на которые прежде тратились сумасшедшие деньги,

и правителей планет отныне станет назначать сам император. Ему-то с Земли виднее, кто будет больше радеть о благе народа! А ежели кто-то вздумает вместо слежения родине заняться традиционным для правителей воровством, то его неизбежно постигнет кара. Суровый и справедливый Шорр Кан гарантирует отныне для каждого жителя Империи высшее из всех благ: безопасность!

Подобную политику кнута и пряника Шорр Кан применял и прежде. Однако никогда кнут не был таким длинным и страшным, а пряник — таким мелким и невкусным. Но разве поспоришь с человеком, который осмелился бросить открытый вызов самому мессии? А ведь еще недавно Шорр Кан и Морган Чейн считались если не друзьями, то, по крайней мере, соратниками. Проклятый космический терроризм нарушил гармонию и спокойствие, царившие в Галактике вот уже почти четверть века.

Что-то будет дальше?

* * *

Морган Чейн наблюдал за всем этим безумным шабашом, не покидая летающей Цитадели. Он целыми сутками просиживал в зале дальней связи, где были включены около ста мониторов, и следил за информационными выпусками с разных миров Империи. Везде, на всех планетах происходило почти одно и то же: сотни тысяч демонстрантов выходили на площади больших городов, держа в руках красивые, искусно выполненные транспаранты: «Да здравствует Империя!» «Смерть террористам!» «С кем вы, Морган Чейн?» «Мы верим Шорру Кану!», ну и так далее. Тексты транспарантов не отличались разнообразием и были изготовлены явно по одним и тем же клише.

Иногда в конце митинги заканчивали торжественным уничтожением ереси, которую распространял так называемый мессия и его безумные ученики-апостолы. Невесть откуда приезжали грузовики, доверху наполненные экземплярами Новой Библии, и вскоре радостная толпа аплодисментами встречала очередной огромный костер. А потом, когда ветер уносил пепел, здесь же, рядом с кострищами, на импровизированных сценах выступали звезды местного шоу-бизнеса.

Впрочем, иногда телеканалы демонстрировали и сборища в защиту мессии и его учения. Однако все они были на редкость малочисленны, среди сторонников Моргана Чейна оказывались в основном неопрятные бомжи и дряхлые, выжившие из ума старики. Людей среднего возраста на подобных сборищах появлялось немного, а молодежи — не было вообще.

* * *

Лианна вошла в зал и у нее едва не заложило уши от шума, истекающего из мониторов. Тысячи людей и нелюдей вопили на разных языках одно и тоже: «Долой лже-мессию!» «Да здравствует наш спаситель император Шорр Кан!» «Славься во веки веков, наша дорогая Империя!»

Сердце бывшей императрицы болезненно сжалось.

«Все-таки Шорр Кан не выдержал, и перешел в атаку! — тревожно подумала она. — Мерзавец, как же он ненавидит человека, который дал ему все: власть, деньги, славу, наконец, меня… Впрочем, меня он уже потерял».

Неслышно подойдя к Моргану Чейну, она обняла его сзади на плечи и прижалась щекой к его затылку.

— Выключи всю эту пакость… — прошептала Лианна. — Побереги нервы, они тебе еще очень понадобятся.

Не поворачивая головы, Чейн ответил:

— Не беспокойся милая, я спокоен. Правота на моей стороне, чего же мне бояться?.. Но посмотреть на этот вселенский шабаш безумцев стоит. Ведь ради этих людей и не людей я обрек себя на кошмарную участь бессмертия!

Лианна вздохнула, не зная, как утешить давнего друга.

— Не жалеешь, что взялся за этот груз, Морган? Ты же сам видишь: на чью-либо благодарность рассчитывать не стоит. Даже если ты сможешь одолеть бессмертного Шорра Кана, то на его место придут сотни маленьких шоррканчиков. И они так же умело смогут выводить на площади городов миллионы твоих бывших сторонников! Им либо заплатят, либо их запугают — какая в общем-то разница? Все равно они послушно закричат «Долой!», и будут точно так же сжигать твою Новую Библию, на которую еще вчера молились. Так уж созданы все якобы разумные существа, в которых на самом деле очень мало разума, а еще меньше — совести и чести!

— Посмотрим, — сухо ответил Чейн. — Я думаю, что на всех этих моих мирах куда больше моих верных сторонников, чем это пытаются представить якобы независимые средства массовой информации. Заметь, как мало в толпе людей и нелюдей среднего возврата! В основном, там беснуется зеленая молодежь и люди военной выправки, переодетые в штатское. Нет, не все уж так плохо, Лианна… Но ты права: хватит тратить время на эту чушь! Тем более, что в нашу сторону движется группировка из более чем пятисот дредноутов и крейсеров. Шорр Кан не скупится на наши с тобой похороны!

Он щелкнул пальцами, и тотчас же беснующиеся толпы исчезли с экранов, а вместо этого стены зала осветили мириады ярких звезд. Мельком оглядев их, Лианна ничего особенно не заметила. Впрочем нет, на одном из самых больших мониторов вроде бы появилось бледное, едва движущееся облачко.

— Сумасшедший… — побледнев, прошептала Лианна. — Какой же сумасшедший мой бывший муженек! Он же знает, что очень скоро нам на помощь прибудет Орда. Пятьсот кораблей… Маловато, чтобы противостоять Синему кашалоту и его товарищам! Сколько людей умрет сегодня напрасно, сколько судеб будет погублено из-за этого безумного мерзавца…

Морган Чейн издал негромкий смешок.

— Ты слишком невысокого мнения о нашем славном императоре! Шорр Кан отнюдь не безумец, и никогда бы не стал вступать в заранее проигранную игру. Он до дрожи в коленках боится Орду, отлично знает, что космофлот Империи для нее — не соперник. И все же он послал сюда, к созвездию Ориона всего пятьсот кораблей! Значит, Нейтрализатор уже готов…

— Нейтрализатор? — недоуменно спросила Лианна. — Ничего не слышала про такую штуку.

— Ха, еще бы! Про эту сверхсекретную работу, кроме ее непосредственных участников и Шорра Кана, знал только один челок — Рэд Тайрон. Ну, еще знал и я… Понимаешь, Нейтрализатор должен был разом отключить абсолютно все системы управления звездолетов Орды, включая их вожака Синего Кашалота. Непростая задачка, поскольку все эти корабли создавались не в нашей Галактике. Но теоретически это было сделать возможно. А практически на это потребовалось чуть более двадцати пяти лет. Что ты так удивляешься, Лианна? Да, твой бывший муж приказал начать работу над созданием Нейтрализатора уже на следующий день после своей инаугурации.

Лианна охнула, с ужасом глядя на мессию.

— Не может быть… Морган, и ты знал об этом все эти четверть века?

Морган молча кивнул.

— Но почему же ты ничего не предпринял? Ведь ты мог настоять, чтобы император прекратил эти работы!

— Конечно, мог. А что толку? Шорр Кан тут же вновь начал бы создавать Нейтрализатор, но уже в другом конце Галактики. Это было его главной навязчивой идеей. Странно другое: что успешное завершение этих работ так удачно для него совпало с атакой неведомых космических террористов! Впрочем, в такие чудесные совпадения я не верю.

Лианна опустилась на колени и с мольбой посмотрела сверху вниз на задумчиво мессию:

— Морган, я не узнаю тебя… Почему ты бездействуешь? Всегда, во всех самых сложных ситуациях ты действовал, и побеждал несмотря ни на что! А сейчас… Атаки Разрушителей словно парализовали твою волю! Ты демонстративно отстранился от участия в событиях. Действовали все: твои сыновья Томас и Эдвард, Селия, Шорр Кан, пан Вайда,

мои несчастные дочери… Один ты играл и продолжаешь играть роль пассивного наблюдателя. Почему?

Чейн грустно улыбнулся.

— Может, я просто постарел?.. Но нет, конечно же, дело не только в этом. Просто иногда случаются события глобального масштаба, в которые лучше не вмешиваться. Таким событием был, например, шторм провремени, который полностью изменил лик нынешней Галактики.

И сейчас происходит невидимый глазу шторм! В мироздании происходят какие-то глубинные тектонические процессы, и после завершения их мир станет совсем иным. Каким? Я не знаю! Будет ли в том, новом мире, место для нас с тобой? Очень надеюсь, но гарантировать не могу. Сейчас нам остается лишь одно: ждать и надеяться!

Глаза Лианны вспыхнули:

— Ждать?! Ждать, пока не погибнет Орда, твоя главная опора в этом жестоком и страшном мире? Ты же сам сказал, что Нейтрализатор…

Чейн мягко улыбнулся.

— Ты не поняла, милая. Я сказал лишь то, что работа над Нейтрализатором скорее всего успешно завершена. Наверное, он находится сейчас на одном из кораблей-неведимок, этом новом сверхсекретном оружии Шорра Кана. Ясно, что этого корабля нет в составе эскадры флота Империи, он находится где-то на солидном расстоянии от него. Где? Я не знаю, и никто не знает, поскольку ни один радар не в состоянии увидеть этот корабль! Синий кашалот разумеется уже знает, какая судьба может ждать его и всю Орду, если инженеры Шорра Кана сработали на славу. Но разве этих упрямцев можно остановить? Они готовы погибнуть все до одного, но ни при каких обстоятельствах не оставят меня одного. У нас есть лишь один выход: срочно уйти в гиперпространство и трусливо бежать с поля боя! Именно этого от меня и ждет Шорр Кан! И тогда под громкий хохот всей Империи начнется веселая охота за зайцем-мессией. Этого ты хочешь?

Лианна опустила голову. Конечно же, Морган был как всегда прав. Иногда человек должен отдаться на милость судьбе, и поверить в ее мудрость. Правда, после смерти Вилены и безумия Анны очень трудно поверить в милость провидения. Да и существует ли она, эта милость? Если бы существовала, то такие подонки, как Шорр Кан, умирали еще бы в младенчестве. Но нет, как раз самые отъявленные мерзавцы и доживают обычно до седин, а прекрасные, добрые люди нередко умирают в самом расцвете сил. Нет, Морган все-таки не прав — нельзя доверяться слепому случаю!

Словно уловив ее мысли, Чейн пробормотал:

— Впрочем, почему бы не попробовать…

Он стремительно поднялся с кресла и, поцеловав Лианну, торопливо вышел из зала.

* * *

Через некоторое время с одного из космодромов гигантской летающей Цитадели стартовала маленькая космояхта.

Чепйн выждал несколько минут, а затем достал из сейфа очки с большими коническими окулярами, надел их, а затем включил инверс-компьютер. Услышав знакомое тонкое гудение, он закрыл глаза и некоторое время выжидал, пока инверс-очки войдут в рабочий режим. Вскоре он ощутил терпкий запах водорослей, и почувствовал прилив сил. «Господи, как же давно я не выходил в морекосм!» — подумал он.

Покинув каюту, он поднялся по узкому деревянному трапу и, распахнув люк, оказался на палубе. Яхта неслась по высоким волнам, увенчанным густыми барашками. Сильный порывистый ветер хлестал по парусам, раскачивая яхту из стороны в сторону так, что палуба ходила ходуном.

Морекосм до самого горизонта был абсолютно чист. Не было видно ни кольцевых валов, ни скал, ни гигантских водоворотов. Таким с покойным космос бывал чрезвычайно редко, и это спокойствие очень не понравилось Чейну.

Он не без труда подошел к мачте и включил автомат, который тотчас изменил конфигурацию парусов. Качка уменьшилась, но и скорость сразу же заметно упала.

Войдя в рубку управления, Чейн взял в руки штурвал и повел яхту на юго-запад — туда, ему подсказывало плыть чутье.

Разумеется, он не мог знать, с какого именно направления к летающей Цитадели сейчас движется корабль-невидимка с Нейтрализатором на борту. Вполне возможно, что он приблизится к Ориону со стороны Персея или Плеяд. Но даже если он и выбрал верный курс, то совсем не факт, что инверс-компьютер разглядит невидимку. А если и увидит, то вряд ли представит его в виде корабля. Не исключено, что он, Чейн увидит проплывающего неподалеку дельфина, или парящего над волнами гигантского альбатроса. Пойди, пойми, что скрывается под самым безобидным образом…

Чейн на минуту закрыл глаза и попытался мысленно связаться с Синим кашалотом. Но услышал только глухой мерный шум. Наверное, Орда была еще далеко. Странно, времени у нее было достаточно…

«А ведь Синий кашалот боится!» — с удивлением вдруг подумал Чейн. — Невероятно, но факт! Нет, конечно же, он страшится не гибели — для воина смерть в бою — это высшая из наград. Наверное, вожака Орды угнетает мысль о том, что он впервые за свою долгую жизнь может оказаться игрушкой в чужих руках. Нейтрализатор разлом выключит все его бортовые компьютеры, и огромный звездолет превратится на некоторое время в груду мертвого железа. Любой сможет подняться на его борт, включить ручную систему управления, и повести гиганта куда угодно. И Синий кашалот не сможет ничего с этим поделать! Такая же незавидная участь ожидает и другие корабли Орды… Наверное, именно поэтому они не торопятся, как бывало обычно, первыми прибыть на поле боя. Конечно, они успеют перехватить эскадры Империи, но лишь в самый последний момент. Если, конечно, Орду уже не обуздает корабль-невидимка…

Волны становились все выше и выше. Яхта ныряла в ущелье между огромными водяными валами, а затем взмывала вверх, словно бы собираясь взлететь в серое низкое небо. И по-прежнему вокруг не было ничего кроме волн, пены и неба. Хоть бы встретилась какая-нибудь цепь подводных скал, или проявилось обычное для этих мест сильное космическое течение! Вроде, их было немало на космокартах, куда же они подевались? Вокруг было непривычно пусто.

Внезапная догадка заставила Чейна похолодеть. Пьяное небо, а вдруг его яхта уже попала под луч Нейтрализатора? Кто знает, как именно эта установка будет действовать на инверс-компьютер. Не исключено, что он сейчас работает не на полную мощность. А может, он и вовсе вышел из строя и демонстрирует своему капитану неполную картину морекосма?

Словно в подтверждении его догадки, яхту вдруг сильно затрясло и заметно завалилась на левый борт. Черт побери, но ведь прямо по курсу было чисто! А удар был такой, словно днище чиркнуло по подводной скале.

Вскоре Чейн снова услышал противный скрежет, на этот раз уже с другого борта. Похоже, он незаметно для себя вошел в довольно плотное космическое течение. Инверс-очки сделали его совершенно слепым, и он каждую минуту рискует погибнуть. Нужно немедленно возвращаться в реальность, это даст ему хоть небольшой шанс на спасение!

Но Чейн не двинулся с места. Он отлично понимал: раз уже космояхта оказалась внутри космического течения, ему уже не помогут никакие приборы. Сейчас следовало всецело положиться на удачу. Да и не может быть, чтобы корабль-невидимка заметил его, и специально направил в его сторону луч Нейтрализатора! Скорее всего, это произошло совершенно случайно. Орда движется к Ориону с другого направления, и противник очень скоро это поймет…

Словно в подтверждение его догадки, картина морексома вдруг начала стремительно меняться. Среди бушующих волн появились иззубренные черные скалы, справа по курсу в небо поднялся небольшой Кольцевой вал, а прямо над мачтами проплыл буревестник. Морекосмс забурлил самой разнообразной живностью. К счастью, среди них не было заметно крупных морских животных, однако они могли всплыть из глубины в любой момент.

Чейн вцепился в штурвал, не отрывая напряженного взгляда от гряды скал. За ней появилась вторая гряда, третья… Пришлось снизить скорость, и но это сразу же уменьшило маневренные возможности яхты.

В такой борьбе со стихией Чейн провел минут пять, а затем как по мановению руки волшебника, все скалы, животные и птицы вновь исчезли. Прямо по курсу снова расстилалось бушующее, но совершенно чистое водное пространство.

Чистое? Как бы не так!

Прекрасная память помогла Чейну мысленно восстановить картину морекосма, и он совершил несколько маневров уклонения от невидимых скал. Днище дважды заскрежетало, но рокового столкновения не произошло. А потом скалы появились снова.

Чейн сразу же понял, в чем дело. Корабль-невидимка все-таки заметил его космояхту, и на всякий случай повторно направил на него луч нейтрализатора. Судя по всему, это было пока довольно тонкий луч… Хм-м, да ведь теперь у него появился шанс хотя бы приблизительно рассчитать, из какой же области космоса исходили оба луча!

Включив автопилот, Чейн торопливо ввел в бортовой компьютер координаты тех точек пространства, в которых яхта попала под удар луча, а затем задал счетно-решающему устройству несложную задачку триангуляции. И секунду спустя он, наконец, узнал, где же мог находиться корабль-невидимка.

Выйдя из космического течения, Чейн тотчас резко изменил курс яхты. Если расчеты компьютера верны, то корабль-невидимка должен был находиться не более чем в пяти тысячах миль от яхты, где-то на северо-востоке.

Взглянув в эту сторону, Чейн едва не вскрикнул от разочарования. Он увидел довольно большой скалистый остров. В его прибрежных водах буквально кишмя кишели довольно крупные морские животные. Иногда в волнах прибоя появлялись округлые головы куда более крупных живых созданий. И что же это должно было означать?!

Чейн догадался, что удары луча Нейтрализатора не пропали даром для инверс-компьютера, и тот явно задурил. Крупный остров — это, конечно же, планетоид, диаметром этак в миль сто. Прекрасное укрытие для невидимки! Капитан корабля, похоже, умный и острожный человек. Он не собирался полагаться только на уникальные технические особенности своего судна, и для страховки решил спрятаться в тени планетоида. Теперь Орда вряд ли сумеет обнаружить корабль-невидимку, и когда она приблизится на расстояние эффективного удара, то…

— Проклятье, — процедил сквозь зубы Чейн. Он изо всех сил вглядывался в приближающийся остров, но ничего подозрительного обнаружить не мог. Вернее, в прибрежных водах было слишком много подозрительного, но это ровным счетом ничего не означало. На корабле-невидимке уже заметили чужую яхту, и он затаился где-то неподалеку — но где? И в каком образе представил сбитый с толку инверс-компьютер? Модно только гадать… А вот противник гадать не станет. Он ясно видит приближающуюся цель. Один точный ракетный выстрел, и… Разумеется, он, Чейн, не погибнет даже в абсолютном вакууме, его преобразившееся тело может выжить в любых условиях. Не исключено, что он даже сможет самостоятельно вернуться на летающую Цитадель — если она к тому времени еще будет существовать. Но радоваться такому чудесному спасению ему вряд ли придется — ведь Орда почти наверняка погибнет! Нет, надо любым путем вывести из строя Нейтрализатор, другого пусти просто нет.

Оставался единственный выход. Чейн медленно положил правую руку на рукоять огня. Стоит ее повернуть — и в сторону планетоида помчатся четыре торпеды, оборудованные радитовыми боеголовками. Скорее всего, они полностью разрушат планетоид и убьют «морских животных», которых скорее всего в реальности не существует. А вот уничтожит ли взрыв корабль-невидимку — очень большой вопрос! Возможно, тот уже успел потихоньку отойти в сторону, и наблюдает за противником откуда-то с тыла… Но другого выхода не оставалось.

Чейн хотел было нажать на рукоять огня, но почему-то не смог этого сделать. Вернее, ему кто-то помешал.

— По-моему, не стоит этого делать, отец, — послышался откуда-то знакомый голос.

— Том? — сдавленным голосом произнес Чейн. — Пьяное небо, где же ты?

— Я здесь.

В воздухе материализовалась фигура Тома. Юноша улыбался, глядя на потрясенное отца. И тут же вновь исчез.

— Прости, отец, нам надо спешить! — зазвучал его голос. — Орда уже близко, и Нейтрализатор уже включен в боевую готовность. Я скоро вернусь, обещаю!

Чейн мотнул головой, раз, другой, третий. Ничего не помогало! Том… откуда он здесь взялся? И как он обрел способность лететь в космосе?!

Все эти загадки поставили Чейна в тупик. Но взглянув налево, он на время забыл о необычной встрече с сыном.

Вдали, на горизонте, появилась темная линия. Чейн отдал мысленный приказ инверс-очкам, и те существенно повысили увеличение своих окуляров. Чейн увидел, как вдали, среди волн вздымаются десятки сотни фонтанов. Это было стадо китов. А впереди, поднимая тучи брызг, плыл гигантский Синий кашалот.

Переведя взгляд в противоположную сторону, Чейн увидел корабли Империи. Вопреки логике, он ощутил чувство гордости. Черт побери, а ведь отличный флот есть ныне у Империи! Стальные гиганты на всех парах шли навстречу Орде, и над ними гордо развевались стяги галактической Империи.

Но восторг быстро прошел, уступив место страху. Если Нейтрализатор все-таки с работает, то стая китов вскоре уснет, и станет легкой добычей для противника. А если Том и его друзья (кстати, кто они такие?) выведут главное оружие Империи из строя, то Синий кашалот и его товарищи буквально растерзают обе эскадры! Бой будет страшным, кровавым, но исход его был заранее известнее. Погибнут десятки тысяч солдат и офицеров, истерзанные стальные гиганты пойдут ко дну… И ради чего случится эта бойня? Проклятый Шорр Канн, он всегда и везде сеет смерть и разрушения!

Прошло несколько напряженных минут. Чейн пребывал в полном отчаянии. Даже на максимально возможной скорости его яхта не могла бы поспеть оказаться на пути двух армад. Да и что бы он сделал, даже если бы такое чудо случилось? Для адмирала флота Империи он — предатель, которого надлежит арестовать и препроводить на Землю. А Орда… Вот уже несколько минут он пытается установить контакт с Синим Кашалотом, но у него ничего не получается. Вожак Орды, ощущая приближение жестокого боя, пришел в страшное возбуждение, он уже не в состоянии услышать голоса своего давнего друга…

— Отец, мы отключили Нейтрализатор, — послышался взволнованный голос Томаса. — Но что делать дальше, мы не знаем. Бой вот-вот начнется, будет очень много жертв…

— Я знаю, знаю… Господи, да я еще никогда в жизни не ощущал себя таким маленьким и беспомощным! Если бы я на самом деле был бы богом, то…

— То что бы ты сделал? — с надеждой спросил Том.

Услышав ответ отца, он просиял и воскликнул:

— ну конечно, это единственный выход!

Чейн горько усмехнулся.

— Разве? Тогда остался сущий пустяк: сделать то, что я предложил!

Увы, мне это не под силу…

Том улыбнулся.

— Ничего, я постараюсь. Ведь я теперь кое-что могу, отец!

* * *

Прошло еще несколько томительных минут. Две армады быстро сближались. Синий кашалот в ярости стал бить огромным хвостом о воду с такой силой, что в небо поднялись горы брызг. Так же поступили и сотни его товарищей.

На кораблях Империи поднялась паника. Адмирал и его помощники уже получили информацию с корабля-невидимки о том, что Нейтрализатор по неизвестной причине вдруг полностью вышел из строя. Но уходить из бой было уже поздно, да и никто этого и не пожелал. На всех мачтах были подняты флажки, которые означали: «умрем, но не сдадимся!» Разом открылись сотни боевых люков, и крейсеры ощетинились дулами огромных орудий.

* * *

Лианна наблюдала за всем происходящим, стоя на капитанском мостике летающей Цитадели. Рядом стояли сотни людей, и все с ужасом глядели на обзорный экран. Многие женщины навзрыд заплакали, глаза мужчин тоже предательски повлажнели.

— О Господи… — послышался чей-то дрожащий голос, — Почему ты не остановишь эти две армады? Ведь они не враги друг другу, просто так несчастливо сложились обстоятельства… Спаси же их, Господи, и тогда я поверю в твое существование! А если… ох!

Все разом закричали, кто от ужаса, кто от восторга.

В той точке космоса, к которой на всех парах неслись обе армады, вдруг возник огненный шаг. Он стремительно стал расширяться, затмевая все окрестные звезды. Вскоре внутри сферы стал проявляться контур, чем-то напоминающий человеческую фигуру. Фигуру размером в несколько сот миль!

— Морган… — прошептала Лианна, не веря своим глазам. — Смотрите, ведь это же Морган Чейн! Но этого просто не может быть…

Мессия стоял внутри светящейся сферы и, сложа руки, спокойно смотрел на приближающейся армады. И странное дело, и адмиралу флота Империи, и Синему кашалоту казалось, что гигант смотрит именно на них.

А потом гигант протянул руки вперед, словно бы приказывая: остановитесь, безумцы!

И обе армады резко замедлили скорость, а затем совершили крутые маневры разворота и, едва не соприкоснувшись друг с другом, без единого выстрела разошлись в разные стороны.

Глава 12

Джон Дилулло сидел на жесткой циновке, а на его коленях спала Дениза Вебер. Бедная девушка очень ослабла за последние три дня. Она хуже всех пересела холод и сырость пещеры, которая была превращена Эдвардом Чейном в импровизированную тюрьму. К тому же, этот подонок даже не позаботился о том, чтобы кормить пленников. Но хуже всего было отсутствие воды.

К счастью, Рангор сумел проникнуть вглубь пещеры — туда, куда не мог протиснуться никто, кроме него, и нашел небольшой ручей, стекающий по каменной стенке. Первым делом волк утолили свою жажду, а затем задумался — как же принести воду друзьям?

Опытный Дилулло быстро нашел выход из положения. Он снял свою относительно чистую сорочку, и вручил ее волку. Рангор взял в зубы рубашку, отнес вглубь пещеры, а затем прижал ее к мокрой каменной стенке. Когда рубашка пропиталась водой, Рангор принес ее назад. Банг выжал рубашку досуха, чтобы она избавилась от запаха пота, а потом вновь отдал волку. Этот фокус они проделали трижды, а в четвертый раз Банг аккуратно наполнил относительно чистой водой углубление в полу, похожее на чашу. Пить можно было только лежа, но это никого не смутило — уж слишком сильно всех мучила жажда. Таким путем пленники периодически получали немного воды. Увы, явно недостаточно для пятерых…

Гваатх лежал в другом углу обширной пещеры, свернувшись в клубок, словно огромная мохнатая собака. Первые два дня он бушевал, пытался взломать стальные створки, которыми был закрыт вход в пещеру. Но потом и у него силы иссякли. К тому же, парагаранец очень страдал от недостатка воды. Того, что приносил Рангор, едва хватало для людей. Пришлось Гваатху облизывать влажные стенки пещеры своим большим языком, но этого было явно недостаточно для его громоздкого тела.

Банг чувствовал себя чуть получше, чем остальные. Бывший гладиатор привык к лишениям, и стойко переносил голод, холод и темноту. Пожалуй, только он и Рангор могли бы в случае необходимости вступить в бой. Но с кем? Похоже, что о пленниках просто забыли…

— Джон, ты не спишь? — тихо спросил он.

— Нет.

— Давай поговорим, а?

— Давай. Только негромко, а то Дези может очнуться. Во сне ей все же немного полегче…

— Понимаю. Джон, неужели ты на самом деле всерьез влюбился? Это в твои-то годы?

Дилулло обиженно засопел. Банг уже не раз намекал, что его связь с Денизой — чистой воды блажь. Тьфу, не надо дабы мысленно вспоминать о воде…

— А почему бы и нет? — с вызовом произнес Дилулло. — Когда вся эта заваруха закончится, и мы свернем шеи нашим врагам, то я намереваюсь поселиться на какой-нибудь тихой и славной планетке. Надеюсь, Дези не откажется составить мне компанию. Буду до глубокой старости работать апостолом Джоном! Не такое уж и плохое занятие…

— Ха, сначала надо выбраться из этой проклятой пещеры! Как же мы так с тобой о опростоволосились? Даже Рангор не почуял ловушку…

Дилулло ощутил, что спина начинает деревенеть, и слегка изменил позу. Дениза, к счастью, не проснулась, только слегка застонала и перевернулась на другой бок.

— Ну сколько можно говорить об этом? — раздраженно произнес Дилулло. — Ты уже плешь мне проел этими бесконечными: как, зачем и почему. Я о другом сейчас думаю: что будет с Морганом? Сам видишь, враги обложили его со всех сторон. Сотни Цитаделей уже пали, многие его сторонники разбежались, власти многих планет открыто сжигают Новые Библии, многие адепты различных галактических религий подняли свои головы и назвали учение мессии ересью… О нашем замечательном императоре я уже и не говорю, здесь все ясно было еще десять тысяч лет назад… Похоже, мы все зашли в глухой тупик.

Банг вздохнул:

— Ну, это каждому ясно, — проворчал он. — Одно мне непонятно: кто же все-таки заварил всю эту кашу? Как помнишь, все началось с атаки космических террористов на критскую Башню… А потом последовали атаки на сотни других Цитаделей. Ну и пошло-поехало… Неужто, за всем этим дерьмом стоит Шорр Кан?

— Ха, очень даже сомневаюсь!

— Тогда Х’харны? Или недобитые звездные крестоносцы?

Дилулло задумался, и после долгой пазуы сказал:

— Может, и так. Только я думаю, что Х’харны здесь ни при чем. Они уже не раз получали от нас по зубам, и вряд ли им это понравилось. К тому же они не могли не понять, что пришельцы другой галактики волей-неволей заставляют объединятся самые различные силы. Даже вечный предатель Шорр Кан и тот не смог ужиться с Х’харнами! Все-таки он тоже человек, хоть и на редкость дерьмовый…

Думаю, что поражения многому научили Х’харнов. Они получили возможность изучить людей и нелюдей Галактики и поняли нашу дерьмовую природу. После этого они пораскинули своими ядовитыми мозгами, и решили, что лучше им будет отойти в сторону, и дать галактическому Братству самому взорвать себя! В качестве фитиля они подсунули нам Эдварда Чейна. Он-то человек, и к тому же первенец мессии! Никому не известно, что он — воспитанник Х’харнов, и запрограммирован ими словно робот на убийство отца и, как теперь выяснилось, и на разрушение Империи. Но на этот раз не чужими, а исключительно нашими собственными руками!

Банг в сомнении покачал головой.

— И что же, выходит дело в одном Эдварде Чейне? Что-то не верится… Мы сами видим, какие дела творятся в Цитадели на этом чертовом острове. Эдвард здесь появился только тогда, когда практически все было разрушено. Сначала из космоса ударили террористы, а затем пан Вайда предал мессию и перебежал к Шорру Кану…

— Нет! — внезапно возразил Дилулло. — Не с этого все началось! Сначала кто-то прибрал Цитадель к своим рукам, кардинально изменил направление ее деятельности, извратил саму суть понятия «культура», а затем изгнал многих верных учению мессии преподавателей… Башня начала быстро прогнивать изнутри, и лишь потом уже по ней ударили бомбами да ракетами… И пошло-поехало! Помнишь, о чем все время твердит Морган? Культура — вот истинный базис цивилизации, а не экономика, как нам твердили с детства. Кто-то ловко нанес смертельный удар в сердце Цитаделей — и не только здесь, на Крите, но и на сотнях других самых развитых миров Империи, а потом уже взялся за вс е остальное. И я, кажется, догадываюсь, кто этот таинственный невидимка…

— Большой Мозг?

— Да. Вернее, не только, и даже не столько он. Голконда — вот где находится корень всех наших проблем!

— Не может быть… Ведь это крошечный, беспомощный мирок! У голконян и армии-то серьезной нет.

— Ха, думаю, у Голконды есть армия — только вооружена она не пушками и не звездолетами, а кое-чем посерьезнее… Постой! Ты слышишь?

Банг прислушался. Где-то вдали зазвучали глухие раскаты грома.

— Гроза? — предположил Банг.

— Нет, это не гроза! — послышался голос Рангора.

Как оказалось, волк стоял неподалеку. У его ног лежало что-то белое.

— Ты что делаешь? — возмутился Банг. — Зачем бросил рубашку прямо на землю? Здесь чертовски грязно. А пить всем очень хочется…

Рангор издал тихий рык.

— Думаю, что нам это уже не понадобится… Слышите?

Раскаты грома заметно приблизились и уже стало ясно, что это были отзвуки бомбардировки.

— По-моему, кто-то взялся всерьез за Эдварда и его банду, — высказал предположение Дилулло. — Ого, как долбят! Где-то неподалеку наверняка находится база этого негодяя. Кто-то ее накрыл бомбами и ракетами…

Банг присвистнул от удивления.

— Но кто же?

— Ха, понятное дело, что здесь, на Земле, это мог сделать только Шорр Кан! Вот так дела. А я-то думал, что эти два негодяя скоро снюхаются. Видимо, что-то не поделили… Рангор, буди Гваатха!

Из дальнего конца пещеры послышался обиженный голос парагаранца:

— А я уже давно и не сплю вовсе. Лежу и думаю: а хорошо бы одна из бомб взорвалась бы рядом со стальными воротами! Тогда Гваатх, то есть я, запросто их выворотит. Ведь нет, как жрать хочется!

Дилулло прислушался, и покачал головой.

— Ну нет, на такую удачу нам рассчитывать вряд ли стоит. Рангор, в пещере есть крупные камни?

— Есть, — ответил волк.

— Придется нам поработать молотобойцами, иначе мы здесь загнемся… Дези, просыпайся!

Но молодая женщина только простонала в ответ. Дилулло медленно поднося с земли, и осторожно положил голову подруги на циновку. А затем он пошел вслед за Рангором.

Вскоре пещера наполнилась диким грохотом. Гваатх, Банг и Дилуло, держа в руках по солидной глыбе, с размаху наносили по стальным створкам удар за ударом. Створки дрожали, но не поддавались.

Первым сдался Дилулло. У него закружилась голова, в глазах поплыли темно-красные круги. Сердце заходилось так, что он едва не задохнулся. Опустившись на землю, он едва не заплакал от обиды. Да, он знал, что за последние годы заметно одряхлел, но не настолько же…

Спустя несколько минут Банг выронил глыбу и со сдавленным проклятием сделал шаг назад.

— Надо… передохнуть малость… — сдавленным голосом произнес он, и закашлялся.

Один Гваатх продолжал с невероятным упорством наносить удар за ударом. Могучий парагаранец не привык сдаваться, но на этот раз чутьем подсказывало ему, что эта преграда ему не зубам. Проклятый Эдвард и его бандиты постарались на славу, и намертво запечатали их в пещере!

Наконец, глыба не выдержала и раскололась надвое. Лишившись орудия, Гваатх в бессильной ярости заколотил кулаками по стальным створкам.

— Неужто Гваатх, то есть я, умрет в этой крысиной дыре? — простонал он. — А как же Морган Чейн? Как же малыш Томас? Неужто мы

оставим их на съедение врагам?

Внезапно из глубины пещеры послышался чей-то хорошо знакомый голос:

— Не беспокойтесь, я теперь стал малосъедобным. Зато подавиться мной очень даже легко!

Рангор даже подскочил от неожиданности и завертелся волчком. Он хорошо видел во тьме. Да и нюх вроде бы не потерял… Почему же он никого не видит и главное, не чует? В пещере никого не было и быть не могло. Но голос… ведь это же голос…

— Да, это я, Томас, — прозвучало в темноте.

Гваатх вытаращил глаза и шумно принюхался, а затем для верности даже вытянул лапу. Ему казалось, что невидимка стоит рядом с ним… но где же он?

Внезапно темноту осветил яркий поток света. Все разом закрыли глаза, чтобы не ослепнуть. А когда снова их открыли, то увидели, что невдалеке стоит Томас Чейн и молодая, очень красивая девушка. Оба светились так, будто их кожа и одежда были натерты фосфором.

— Господи, спаси… — прошептал Дилулло и перекрестился, чего не делал уже много лет. — Как вы здесь очутились? И откуда этот свет?

Томас улыбнулся.

— Если хотите, мы с Дао можем светиться и поярче. Но сейчас у нас есть дело поважнее. Ты готова, милая?

Девушка кивнула. Ее лицо посуровело, на лбу появилась глубокая морщина.

Внезапно оба молодых человека исчезли, а на их месте появился огромный стальной таран, подвешенный на цепях к своду пещеры. Сделав солидный размах, таран ринулся на ворота и со страшным грохотом выбил наружу.

Спустя несколько минут Дилулло и его друзья уже стояли на склоне горы, возле входа в пещеру. Гваатх бережно держал на лапах спящую Денизу. Все неотрывно смотрели в сторону соседних холмов, откуда высоко в небо поднималось густое черное облако дыма.

Томас появился из воздуха и, опустившись на землю, подошел к Дилулло и обнял старого друга. Пожилой апостол невольно вздрогнул — ему казалось, что его обнимает привидение. Но оказалось, что Томас как и прежде создан из плоти и крови.

Словно прочитав его мысли, Томас покачал головой:

— Нет, старина Джон, это только тебе так кажется. Нет во мне ни плоти, ни крови. Ныне я стал одним из членов галактического Братства энерголюдей.

Гваатх вытаращил глаза. Он ничего не понимал.

— Постой, постой, малыш… А где же тот, прежний Том?

— Его уж нет, — спокойно ответил Томас. — Что поделать — этот парень был неудачником, и ничего не достиг в той, прежней своей жизни. Да что тут говорить — вы сами все знаете! Я был плохим помощником для отца, плохим возлюбленным и плохим руководителем Базы. Да и просто сыном оказался неважным… Но сейчас я получил возможность начать все словно бы с нового листа! И главное, я наконец-то нашел женщину, которую я люблю.

В воздухе появилась Дао. Сделав пируэт, она превратилась в белую птицу и поплыла вверх, к облакам.

— Ну, мне пора, — торопливо сказал Томас, но Банг успел схватить его за руку.

— Что значит «пора»? — возмутился он. — Может, ты сначала объяснишь толком, что происходит?

— О-о, для этого потребуется слишком много времени, — ответил Томас, не отводя завороженных глаз от своей прекрасной подруги. — Да вы и сами скоро все узнаете… Шорр Кан три дня назад начал войну против всех.

Дилулло возмутился:

— И так спокойно говоришь обо всем этом, малыш? Да это же катастрофа!

Томас покачал головой.

— Вряд ли все обстоит так трагично, Джон. Мы с Дао и ее друзьями уже уничтожили Нейтрализатор — главное оружие Империи против Орды. А потом мы немного помогли летающей Цитадели и Орде. После этого отец попросил срочно разыскать вас на Земле. Кажется, мы с Дао успели вовремя!

— Это не то слово, парень, — проворчал Банг, пытливо глядя на своего воспитанника. — Но я все равно ни черта нее понимаю! Каким это образом ты с этой девчонкой мог помочь Орде?!

— О-о, это получилось довольно забавно, — рассмеялся Томас. — Мы вместе с другими энерголюдьми устроили в космосе довольно эффектное шоу. Думаю, Шорр Кан теперь еще долго будет приходить в себя! Вряд ли ему захочется в обозримом будущем строить козни против мессии… Но я прошу прощения — нам с Дао действительно надо срочно покинуть Землю! Пронимаете, несколько сот звездолетов Империи сейчас приближаются к туманности М-125. Они хотят захватить Базу и взять под контроль Наследство Ллорнов. В туманность уже отправились более ста энерголюдей, но нам с Дао надо поспешить им на помощь, чтобы все прошло нормально. Когда я вернусь, мы с вами поговорим обо всем как следует А сейчас, пожелайте нам с Дао удачи!

Рангор хотел что-то сказать, но Томас уже превратился в птицу и, размахивая широкими крыльями, полетел вслед за подругой.

Дилулло с силой потер руками обросшее щетиной лицо. Все происшедшее ему казалось сном.

— Выходит, мы все оказались на обочине событий? — недоуменно произнес он. — Я всегда считал, что малышу Томасу еще много лет будет нужна нянька. А он вдруг взял и повзрослел! Ну, почти так же быстро, как это когда-то случилось с его отцом, которого я спас в созвездии Корвус…

Рангор тоскливо завыл. Волк не мог поверить, что того, милого мальчика, которого он так любил, больше нет. Есть какой-то другой человек, лишь внешне напоминающий Томаса. Да и человек ли?..

Гваатх шумно вздохнул и с неожиданной для него мудростью изрек:

— Похоже, пока мы торчали в этой чертовой пещере, в Галактике что-то здорово переменилось. Неужто, дела у Моргана Чейна снова налаживаются? Жаль, что без нашей помощи, да что уж тут поделаешь? Наверное, нам всем уже пора на покой, надо дать дорогу молодым. Мы уже сделали все, что могли…

Никто не возразил Гваатху.

Дилулло вновь посмотрел на небо, но две белые птицы уже исчезли среди облаков. «Похоже, очень скоро в Галактике останутся только две серьезных силы: Морган Чейн и Большой Мозг, — подумал он. — Однажды они вроде бы нашли общий язык — найдут ли сейчас? Так или иначе, но рядом с Большим Мозгом ныне находится не только предатель Джон Гордон, но и Томас Чейн с подругой. А это значит, что у Моргана есть шанс. Если Наследство Ллорнов все-таки окажется в его руках, то еще неизвестно, на чьей стороне окажется перевес.

А может, Морган и Мозг и не станут соперниками. Не исключено, что с помощью террористов космоса Большой Мозг просто вошел в число главных галактических игроков, разом потеснив мессию, Шорра Кана и Голконду. Кто знает, как ныне повернутся дела? Так или иначе, новое энергочеловечество уже заявило о себе, и с ним отныне придется считаться всем. И Х’харнам — тоже… Ну, а мне действительно пора на покой. Тем более что я уже не один».

Дениза очнулась и, приоткрыв мутные глаза, еле слышно произнесла:

— Джон… Где ты, любимый?

Конец