БЛЭЙН ЛИ ПАРДОУ

Двойная Игра

(Боевые роботы – BattleTech)

Посвящается: Виктории-Розе, моей дорогой дочери, в благодарность за ее любознательность и преданность отцу, который слишком много времени проводит возле компьютера; Александру-Вильяму, моему чудесному сыну, – за радость, которую он принес в мою жизнь; моей прекрасной и любящей жене, Синди, – за любовь, верность, терпение, понимание, поддержку и все такое прочее. Она замечательная женщина – что в этом столетии, что в каком угодно другом, и благодарение великому Керенскому, что я ее нашел.

Эта книга также посвящается моим родителям – Дэвиду и Розе, моим дедушке и бабушке – Корвину и Лете, а также Крису, Донни, Джиму и Деб. Остальных родственников обещаю упомянуть в следующей книге.

Еще она посвящается Дэниелу Планкетту за бесчисленные набеги на мексиканский ресторанчик «Тако Белл». Билла Неманика благодарю за название книги (оно появилось раньше, чем идея сюжета).

И наконец, эта книга посвящается Центральному Мичиганскому университету; парням и девчонкам из Альфа-Каппа-Пси, Фи-Хи-Теты, Дельта-Гаммы и Си-Эм-Лайф – с наилучшими воспоминаниями.

Отдельное спасибо Донне Ипполите за ее терпение, а Сэму Льюису за то, что помог выковать хороший сюжет, и еще за то, что позволил мне сделать так, чтобы Дымчатые Ягуары выглядели по-настоящему страшными.

Спасибо чикагскому и далласскому центрам виртуальной реальности за то, что там мне дали посидеть в кабине боевого робота, а также вирджинскому железнодорожному экспрессу, в котором была написана основная часть этой книги (я каждый день ездил на нем в город).

И наконец, спасибо всем авторам серии «Боевые роботы», каждой своей книгой помогающим мне разрабатывать этот мир. Особенно благодарю Билла Кейта, который в «Генконсуле» напомнил мне, как это все-таки здорово.

Когда начинается война, дьявол пристраивает к аду дополнительные комнаты.

Немецкая народная мудрость

ПРОЛОГ

Форт Тара

Нортвинд

Хаос Марч

30 апреля 3058 года

Майор Лорен Жаффрей остановился перед дверью кабинета. Прежде чем войти, он еще раз оглядел себя. Ладно подогнанный комбинезон был тщательно отутюжен – Лорен всегда гордился своим умением носить воинскую форму. Майор снял алый берет, выдававший его принадлежность к батальону Кильситской Стражи, аккуратно сложил головной убор, засунул его под левый погон и только после этого постучался к полковнику Андреа Стирлинг, известной также по прозвищу «Кошка».

Стук получился бодрым и звонким – наверное, дубовая дверь с такой же готовностью отзывалась на стуки все четыре столетия, которые прошли с тех самых пор, как ее поставили на входе в полковничий кабинет в здании Форта, огромного штабного комплекса горцев на их родной планете, Нортвинде, в мире Северного Ветра. Жаффрей задумчиво посмотрел по сторонам, припоминая, как впервые очутился здесь восемь месяцев назад, едва прилетев на планету. Форт показался ему тогда куда больше по габаритам, внушив даже некоторый трепет…

– Войдите.

Кабинет полковника Андреа Стирлинг мог сказать о своей хозяйке столько же, сколько каждый из кабинетов других трех полковников (воинские подразделения местных горцев состояли из четырех полков) о своих хозяевах. Вместо каких-нибудь там живописных полотен стены были украшены картами и схемами баталий, которые состоялись десятки, а то и сотни лет тому назад. Спартанская обстановка помещения вполне соответствовала типу личности Андреа Стирлинг, отважной женщины, командира полка фузилеров, носящего ее имя.

Лорен переступил порог и четко козырнул. Полковник Стирлинг, не отрывая взгляда от экранов стоявших перед ней двух мониторов, жестом пригласила его сесть.

Хотя Андреа Стирлинг и была на двадцать лет старше тридцатитрехлетнего Лорена, выглядела она довольно моложаво. Майор уже был украшен сединой, а в ее темных волосах подобных возрастных изменений не наблюдалось – прямо на зависть Жаффрей. Лорен старался не обращать на подобные вещи особого внимания, предпочитая не замечать таких качеств начальницы, как подтянутость, стройность и даже женственность. Он высоко ценил ее как опытного офицера и как умелого бойца – ну и хватит.

Стирлинг подняла взгляд от мониторов и посмотрела на Лорена. Глаза ее были, как и у самого майора, зелеными, а взгляд – чрезвычайно пронзительным.

– Просматриваю сегодняшние сводки, – сообщила она. – Кстати, слышала, что вы на следующие сорок восемь часов отправили батальон Крейга на подводные учения, верно?

– Да, мэм. – Лорен постарался, чтобы его голос был бесстрастен, однако понял, что Андреа нужны объяснения. – Видите ли, полковник… кхм. Прежде, то есть когда войны велись только между армиями Внутренней Сферы, мы знали, чего друг от друга ждать, и даже пытались соблюдать определенные правила. Теперь мы имеем дело с кланами, о которых толком ничего не известно. Перемирие перемирием, но рано или поздно мы снова сойдемся с ними в бою лицом к лицу. Я полагаю, победить их можно только в том случае, если мы будем готовы ко всему.

Конечно, они и прежде обсуждали эту тему, причем неоднократно. Лорен изучил всю доступную документацию, имеющую отношение к начавшемуся восемь лет назад вторжению кланов во Внутреннюю Сферу. На его взгляд, слишком многие считали все семь кланов единой силой, а надо бы изучить сильные и слабые стороны каждого из них, вероятные противоречия и разногласия в стане потенциального противника.

– Объяснять мне, насколько опасны кланы, нет необходимости, майор. – Ее тон был довольно резок. – Мне случалось с ними сражаться.

– Значит, госпожа полковник понимает, что нам, возможно, придется использовать все существующие виды тактики, включая и подводные операции.

– Да, – раздумчиво ответила Стирлинг, будто попробовав слово на вкус.

Интересно, подумал Лорен. Может, у нее на уме что-то большее?

– Здесь есть какая-то проблема, мэм?

Она обратила на него пристальный взгляд своих зеленых глаз, секунду помолчала.

– Майор. Лорен… – Внезапный переход на неформальный тон заставил его вздрогнуть. – Вы ведь занимаете пост моего старшего помощника около восьми месяцев, так?

– Да, мэм.

Всего-то восемь месяцев? Ему казалось, что он чуть ли не всю жизнь провел среди горцев…

– Всем известно, что до того, как поступить к нам, вы служили в «Смертниках Коммандос» Дома Ляо. Всем известно также, что это не мешает мне высоко ценить ваши способности. Но кое-кому из моих офицеров пока что трудно признать ваш авторитет.

Как случилось, что Лорен Жаффрей оказался офицером нортвиндских горцев, знали все. Его воспитывал дед, один из тех сынов гор, что не вернулись на Нортвинд, когда три десятка лет назад Ханс Дэвион, правитель Федерации Солнц, вернул планету под управление этой воинской части. Взамен горцы согласились работать на него, а не на канцлера Максимилиана Ляо. Они разорвали долговременное соглашение с Ляо в самый разгар Четвертой Войны за Наследие и оставили Конфедерацию Капеллы один на один с могучими армиями Дэвиона.

Отец Лорена стал профессиональным военным, поступил в элитный корпус, который назывался «Смертники Коммандос», подчинялся только канцлеру Капеллы и присягнул выполнять его приказы до тех пор, пока весь не погибнет. Лорен оказался на Нортвинде, выполняя секретное задание корпуса, – и кто бы мог подумать, чем это обернется… Вместо того чтобы способствовать уничтожению горцев – а задание его сводилось именно к этому, – он сделался одним из них. Цвета семьи Жаффрей снова появились среди горских кланов. Прошлой осенью Лорен сражался вместе с ними против Дома Дэвиона за независимость, однако знал, что многие горцы по-прежнему ему не доверяют. Он постоянно слышал у себя за спиной какие-то обрывки фраз, шепот, слухи. «Некоторым не понять, что тот, кто для одних – террорист, для других оказывается патриотом».

– Я знаю, что многим пока трудно меня признать, – устало ответил он. – Мою честь и верность докажет лишь время. Неужели вы и вправду вызвали меня именно за этим?

«Кошка» Стирлинг пожала плечами:

– Давайте поговорим об установленном вами расписании тренировок. Насколько я понимаю, вы засадили чуть ли не всех фузилеров в учебные классы, за симуляторы, и даже заставили заниматься тренингом на выживание. Если верить расписанию, вы за один только сегодняшний день устроили тридцати моим лучшим пилотам боевых роботов по десять часов рукопашного боя, взрывного дела и стрельбы из ручного оружия.

Лорен медленно кивнул:

– В мои обязанности как вашего старшего помощника входит поддержание боеготовности полка, для чего необходимы постоянные тренировки. Если вы не одобряете данную программу, полковник, вы всегда имеете возможность и полномочия ее изменить.

«Кошка» Стирлинг строго покачала головой:

– Дело не в этом, майор. Я вовсе не хочу ее изменять. Мне просто нужно знать, к чему вы готовитесь.

– Мэм, вы читали составленные мною рапорты и видели тактические базы данных. Рано или поздно все кланы – по крайней мере некоторые из них – снова на нас нападут, это лишь вопрос времени. Если они решат нарушить перемирие и двинутся напрямик к Терре, что тогда?

Лорен много думал об этом. От Нортвинда до Терры – всего один прыжок. Кто знает, где кланы нанесут следующий удар? Федеративное Содружество распалось на столь мелкие кусочки, что теперь все звали этот регион Направлением Хаоса.

– Речь идет об обучении воинов, майор. К чему им все ваши приемы выживания и полевые технические занятия? Они все научились этому еще много лет назад, кто в академиях, а кто и в других местах.

Этого вопроса Лорен ждал с тех пор, как начал прокладывать для фузилеров новый курс.

– Большинству бойцов уже много лет не приходилось пользоваться этими навыками, полковник. Многие успели их подзабыть. Изучая кланы, я обнаружил, что, сталкиваясь с ними, силам Внутренней Сферы часто приходится полагаться именно на умение выживать в любых условиях. Один и тот же сценарий повторялся уже несколько раз: случается битва, подразделение из Внутренней Сферы несет серьезные потери, но кто-то остается жив. Ему приходится спешиться и в ожидании прибытия подкрепления или эвакуации прибегнуть к партизанской тактике. – Лорен прочел все имевшиеся на этот счет донесения. То, что в них содержалось, было ужасно. – До начала проводимой мною реорганизации горцы были подготовлены для войны против регулярных частей Внутренней Сферы, против воинов, прошедших обучение, аналогичное нашему, и имеющих подобные нашим взгляды на тактику ведения боя. Но я хочу научить наших людей выживать в любой возможной среде, какую только могу себе представить. Кроме того, я увеличил количество складов запчастей и обучил всех пилотов-роботов полевым ремонтным операциям, так что мы сможем сохранить боеспособность боевых машин даже в случае, если нам придется перейти к тактике партизанской войны. Я также пересмотрел схему стандарта вооружений с целью уменьшения зависимости от систем, требующих постоянной перезарядки. В случае потери роботов люди смогут сражаться в пехотном порядке… если придется.

– Ах да-да, вы ведь пересмотрели технический состав полка, – сказала Стирлинг, вынув из папки несколько листков и небрежно взмахнув ими. – Кто будет спорить с тем, что боеспособность полка обеспечивается усилиями технического персонала… Но вам необходимо понять вот что: перемены, даже идущие во благо, порождают сопротивление. Например, речь идет о том, что вы поставили Митчелла Фрейзера на пост начальника полковой тех-службы.

– На приказе стояла ваша виза, полковник, мэм.

– Да. Я много лет знаю Митча и его семью. Черт, да у нас с ними даже общие предки, шотландцы, мы одной крови – он да я… Митчелл того стоит. Но в сочетании с другими вашими нововведениями подобное назначение заставляет некоторых наших офицеров мучить себя ненужными вопросами… То же самое и с назначением Ловата новым начальником полковой разведки. Они оба – отличные офицеры, однако нашему полку уже сотни лет. Люди привыкли к старым порядкам и не понимают, зачем нужно так много и так быстро менять.

Лорен промолчал, однако нахмурился и закусил губу.

Сначала она одобряет все, что я сделал, а теперь вот требует объяснений. Митч Фрейзер – кандидатура идеальная, он вообще просто гений. А Ловат знает о разведке больше, чем некоторые из лучших спецов по тайным операциям в «Смертниках Коммандос».

Стирлинг тонко улыбнулась:

– Не думайте, будто я вас не понимаю. У СП должны быть помощники, верные его стилю мышления и деиствия, и я знаю, что Фрейзер и Ловат для вас именно таковыми людьми и являются. Со мной все было так же, когда я шесть лет назад приняла у полковника Маккормака командование фузилерами. Перемены, которые я сочла нужным произвести, встретили сопротивление – даже несмотря на то, что по времени они растянулись на несколько лет. Я согласна с вашим мнением относительно угрозы со стороны кланов, поэтому и одобряю ваши нововведения. Перемирие вряд ли протянется хотя бы лет пятнадцать. Вопрос в том, не слишком ли много мы хотим изменить за чересчур короткий срок.

– Были жалобы, мэм? – Вопрос рискованный, но Лорен просто обязан его задать.

Стирлинг посмотрела ему в глаза:

– Были.

Лорену и гадать не пришлось, откуда ветер дует. Конечно же из района обитания майоров Каллена Крейга и Курта Блэкадара, а может, и еще кого примерно в тех же чинах. Про техников он уже знал – но те хотя бы понимали необходимость соблюдения правил чинопочитания.

– Прошу прощения за нарушение моими офицерами субординации и за возникновение у них подобных вопросов, мэм. – Там, откуда Лорен прибыл, подобного никогда бы не потерпели. Даже здесь, среди горцев, он расценивал это как оскорбление.

– Я вижу, вы расстроены, майор. Запомните: мы, горцы, в первую очередь – семья. Протокол не нарушен, в наших рядах поощряется независимое мышление. Эта дверь, – она ткнула пальцем ему за спину, – всегда открыта для любого бойца полка.

– Так точно, полковник, мэм.

Лорен подавил раздражение и еще раз глубоко вздохнул. Дело было не просто в том, что он раньше служил в «Смертниках Коммандос», или в том, что слишком давил на своих подчиненных.

Пора все прояснить, надо сказать ей об этом вслух.

– Мэм, прошу разрешения говорить откровенно.

– Говорите, майор.

– До того, как я стал вашим старшим помощником, этот пост в течение шести лет занимал майор Макфранклин. Я командую в полку не так, как он, и оба мы с вами знаем, что все жалобы из-за этого. Он был талантливым тактиком и пилотом боевого робота, однако слишком зависел от семейных связей, фаворитизма, блата и прочих гримас дешевого политиканства. Я не хочу его как-либо опорочить, полковник, но я – не такой. Думаю, что фузилеры достойны большего.

На мгновение «Кошка» Стирлинг посмотрела на Лорена с непонятным для него выражением.

– Я все понимаю, майор. Это одна из причин, по которым я назначила своим помощником вас, а не Крейга и не Блэкадара. Прошлой осенью, во время битвы за Тару, вы произвели на всех сильное впечатление. Макфранклин, упокой Господь его душу, определенно начал превращаться в проблему. Он был достойным полевым командиром, но, так сказать, за кулисами прокрутил столько всяких афер, что удивительно, как он не провел остаток своей жизни на гауптвахте.

– Так вы знали?..

Она действительно по-кошачьи улыбнулась:

– Конечно. Что бы там ни было, не забывайте, что я тут командир. Если бы Макфранклин не погиб, он был бы разжалован. Вы оказались в нужном месте в нужное время. Кое-кто из офицеров старой формации хочет, чтобы у нас все было по-прежнему, посвободней, чтобы было место для разгильдяйства и безответственности. Прелести разгульной жизни им больше по вкусу, чем боевая эффективность. Но мы с вами оба знаем одно: кланы – это в самом деле опасность. Я тоже умею читать карту. Если им вдруг удастся пробить себе путь к Терре, окажется, что мы от них всего в одном прыжке. – Стирлинг улыбнулась еще шире. – Не думайте, майор, что меня зовут «Кошкой» за то, что я дура. Наоборот – и я не хочу, чтобы наши люди оказались утомлены тренировками и подготовкой. Мне нужно, чтобы ваш план позволил сделать из фузилеров лучших бойцов Нортвинда, а не горстку изможденных доходяг.

– Я знаю только один способ проверки состояния пилота боевого робота, полковник.

Андреа Стирлинг одобрительно кивнула:

– Да, на поле боя. Именно поэтому я предлагаю проверить действенность вашей тренировочной программы. Билл Маклауд любезно согласился на проведение учебного боя между его командным батальоном и нашим. Со дня на день ожидается прибытие потенциального нанимателя. Я хочу, чтобы гость увидел, что мы для него подготовили.

– А этот потенциальный наниматель… его заинтересует наша противоклановая тактика?

«Кошка» Стирлинг медленно и осторожно наклонила голову.

– Пожалуй, да. Синдикат Дракона пережил вторжение кланов, но ублюдки по-прежнему висят у них над головой, как дамоклов меч. Впервые, майор, нортвиндские горцы рассматривают возможность заключения контракта с Синдикатом. Теодор Курита хочет привести войну к порогу кланов, но ему потребуется серьезная помощь.

КНИГА ПЕРВАЯ

ВИДЕНИЯ

Империя, построенная на штыках, может удержаться только на штыках.

Шарль Л. Монтескье

Любая победа существует лишь в нашем воображении.

Дуайт Д. Эйзенхауэр

I

Равнина Хорн

Эйвон

Оккупационная зона Кланов Ягуара и Кота

1 мая 3058 года

Полковник Девон Озис прокладывал себе тропу сквозь гнувшиеся под ветром тростники Равнины Хорн, с каждым шагом прорубаясь все дальше и дальше сквозь высокие стебли. Он шел к шатру Хана Клана Дымчатого Ягуара. Небо окрасилось алым – солнце Эйвона медленно тонуло за горизонтом. Там, вдали, видны были грозные силуэты двух отделений омнироботов – самого грозного оружия Ягуаров. Каждая из десятиметровых боевых машин ощетинилась стволами, но издалека, в свете заходящего солнца они казались скорее статуями часовых бескрайних равнин, которые ждут пока невидимого, но все равно опасного врага.

Когда Девон Озис впервые попал на Эйвон, это зрелище казалось ему прекрасным; теперь оно лишь напоминало ему о том, что он солдат без войны. Девон обошел шатер, откинул клапан и вошел. Внутри было темно. Переносной голографический стол казался главным предметом в шатре. На нем светилась зеленым проекция равнины, по которой только что проходил полковник. У стола находился – ни с кем его не спутаешь – Линкольн Озис, Хан Дымчатых Ягуаров. Опершись широко расставленными смуглыми руками на столешницу, он нависал над изображением.

Длинное лицо Хана было, как всегда, серьезным. Он посмотрел на Девона Озиса – казалось, в его суровых темных глазах полыхает огонь. Несмотря на унижение от тяжелых потерь, понесенных в страшных битвах на Люсьене и Токкайдо, сам Линкольн Озис одержал победу, а с ним победил и дух Ягуаров. Он учил своих воинов: кто выжил – тот и победил. Потому Девон считал своего Хана вождем, который приведет их клан к великому будущему, где Ягуары будут править не только другими кланами, но и всей Внутренней Сферой.

Полковник Девон Озис вытянулся по стойке «смирно». Хан продолжал изучать изображение. На голограмме было видно, где размещены омнироботы, которых Девон видел на горизонте, а на другом конце стола можно было видеть позиции их условного противника.

– Мой Хан, – произнес Девон твердым голосом воина, склонив голову в знак почтения.

– Две сиб-группы готовятся к очередной тренировке, – бросил Хан Озис почти сердито. – Судя по донесениям, им не хватает отваги.

Девон внимательно посмотрел на голограмму и почтительно кивнул, хотя и не вполне понял Хана. В ответ Линкольн Озис пронзил его взглядом.

– В эти дни величайший наш враг – время. Этот враг опаснее, чем желают признать другие кланы. Время стягивает нам горло, будто петля, и с каждым днем все туже. – Девон Озис не мог понять, обращается ли Хан к нему или говорит сам с собою. – Запомни мои слова, Девон: нас держит не граница, указанная в договоре о перемирии, а время. В конце концов, нам придется победить именно его.

Девон опять склонил голову.

– Каков же будет ваш приказ?

– Ты помнишь наш разговор об армии «Тау», воут?

– Воут. Насколько я помню, они будут готовы через несколько месяцев, – ответил Девон.

Разговор он помнил хорошо: Хан тогда открыл ему немало секретов. Армия «Тау» формировалась на Охотнице, родной планете Ягуаров. Ее воины – столь долгожданное вернорожденное пополнение, созданное на основе лучшего генетического наследия Дымчатых Ягуаров. Создание этой армии было большой военной тайной.

– Как настоящий ягуар-охотник, мы подкрадемся к этому врагу – времени, и победим его. Армия «Тау» – не мечта, а реальность, и сейчас она на пути к Внутренней Сфере. Она придаст нашему клану ту дикость, что нужна нам для окончательной победы. – Глаза Хана сверкнули от жажды сражения. – Ее прибытие ознаменует начало новой эпохи в истории Дымчатых Ягуаров. Пришло время исправить ошибки прошлого. Сначала нас вынудили разделить наш коридор вторжения с Кланом Кота Сверхновой, и Коты немедленно похитили несколько принадлежавших нам планет. Потом мы потеряли немало отважных воинов на Токкайдо и в битве на Люсьене. На Люсьене нам помешали Коты, а теперь и Клан Волка пытается доказать, что мы ослаблены, и атакует наши планеты. Мы не можем больше ждать милости от судьбы – пора нам самим начать действовать.

Девон Озис медленно склонил голову, упиваясь каждым словом Хана. Армия «Тау» была молода и сильна, ее бойцы – лучшее генетическое наследие Клана Ягуара. Прибытие армии означало, что для Синдиката Дракона, да и для всей Внутренней Сферы, наступила пора созревания, и уже пора собирать кровавый урожай. От этого готового трофея кланы отделяла лишь досадная воображаемая граница перемирия, проходившая через планету Токкайдо, и с каждым днем эта линия становилась все менее четкой.

– Синдикат поклоняется Дракону, но мы сокрушим варваров – они лишь бумажные тигры. Дорога на Терру будет наша.

Однако Хан Дымчатых Ягуаров был недоволен его словами:

– Совсем не так, полковник. Смотрите дальше. Наша цель – Клан Кота Сверхновой. Ульрик Керенский повесил их нам на шею. Они похищают наши планеты, а их манера ведения боя стоила нам победы на Люсьене. Мы слишком долго несли это бремя. Они здесь для того, чтобы сосать из нас кровь, как пиявка, – с тем, чтобы, когда придет время выступать, у нас не хватило силы взять Терру, недостало усилий для принятия принадлежащего нам по праву.

Девон знал – Линкольн Озис прав. На заключительном этапе вторжения во Внутреннюю Сферу Клану Кота было поручено разделить коридор наступления с Ягуарами. Похитив у Ягуаров несколько планет, они далеко углубились во Внутреннюю Сферу. Когда истечет срок Токкайдского Договора, Коты будут готовы устроить с Ягуарами гонку к Терре.

Девон понял, что еще больше, чем прежде, восхищается своим Ханом. Кровь прилила к его лицу:

– Мы сокрушим Клан Кота Сверхновой!.. Линкольн Озис кивнул.

– Я уже сказал – армия «Тау» готова к бою и составлена из лучших представителей нашего генетического фонда. Я не жалел расходов на обучение и снабдил их лучшим снаряжением, какое только есть у клана. У них мощные лапы, крепкие клыки и самая лучшая кровь. – Его голос заставил Девона вздрогнуть – Линкольн Озис словно надел ритуальную маску и сам вдруг превратился в ягуара. Хан взял Девона за плечи. – Ты прошел аттестацию на звание командующего, Девон Озис, но у нас не было для тебя армии. Теперь – есть. Я дарую тебе армию «Тау».

– Я вас не разочарую, мой Хан.

– Мы не вправе повторять ошибки прошлого. У нашего порога воют Волки – они хотят нанести нам удар, чтобы вернуть свою честь, отнятую у них Кланом Нефритового Сокола. Соколы играют в игры с сиб-группами, пытаясь сделать их сильней. Стальные Гадюки свились в кольцо и готовы напасть в любой миг. Призрачные Медведи затаились в своих берлогах, наблюдают и выжидают. И наконец, Коты Сверхновой. Они словно раковая опухоль, разъедающая наше тело и превращающая в мерзкий гной нашу кровь… – Хан умолк на секунду, его лицо исказилось от отвращения. – Словно вольно-рожденные мистики, они пялятся в ночное небо и просят совета у духов, которые, как они воображают, обитают там. Чтобы увидеть путь, они расспрашивают о нем у своих провидцев и у своих звезд. Сегодняшней ночью, когда Хан Клана Кота посмотрит в небо, моля о том, чтобы его осенило, он узрит Дымчатого Ягуара. Этим Ягуаром будешь ты. Армия «Тау» скоро прибудет на нашу базу на Диком Коте. Ты отправишься туда и примешь командование у полковника Роберты – она ведет армию с родных планет. Когда придет время, я отдам приказ, и тогда… Тогда Ягуар снова выйдет на охоту.

Тело полковника Сэнтина Веста овевал прохладный ночной ветерок, но жар потрескивающего костра не давал подступиться холоду. Полковник сидел на горе Нейзарй, почти под самым черным небом планеты Тарнби. Сэнтин чуть шевельнулся, поудобнее устраивая скрещенные длинные ноги, и снова стал пристально глядеть в пламя. По меркам элементалов он был невысок – меньше двух с половиной метров; его выбеленные волосы напоминали иглы на спине дикобраза. Хотя здесь было холодно, он обходился лишь шортами и накинутой на плечи шкурой кошки-самки. В отсветах костра темные круги под глазами полковника казались еще глубже.

Сэнтин смотрел в огонь и чувствовал, что качается – то чуть накренится набок, то снова выправится. Уже шесть дней он ничего не ел, а спал в последний раз не меньше двух суток назад. Силы стремительно убывали, однако Хранительница Клятвы говорила, что это лучший способ получить видение. Обряд Видения был одним из самых чтимых и таинственных ритуалов Клана Кота. Сэнтин не хотел опять провалить его.

Предыдущие попытки Сэнтина Веста пройти Обряд происходили столетия назад – так ему казалось. Одну он предпринял после Люсьена, пытался узнать, что приготовило для него будущее. Но видение не посетило его. Потом случилась кровавая баня на Токкайдо. Ему было больно – там погибли товарищи по сиб-группе, вместе с которыми Сэнтин вырос и прошел суровую воинскую школу, – но сам он еще не понимал своей боли.

На этот раз все было по-другому. Он жаждал знать будущее, но не только свое, а всего клана. Прошлое не изменить. Однако видеть сквозь дымку грядущего – это может дать клану возможность изменить настоящее.

Взгляд Сэнтина, блуждая, опустился к лежавшей перед ним горстке реликвий. Это были его вениры – напоминания о минувших битвах. Каждый воин-Кот хранит такие реликвии, оставшиеся после сражений, в которых он принимал участие. Обычно их держали в специальном кожаном мешочке и вынимали лишь во время церемоний. Однако Обряд Видения требовал, чтобы вениры были принесены в жертву пламени. Это не просто безделушки: каждый венир служил воину особым предметом сосредоточения, в них хранилась память и – что более важно – причина, по которой эта память была значима. Важнее венира для воина-Кота только браслет кодекса, в котором записан его официальный послужной список и вся остальная необходимая информация вплоть до кода ДНК. Разница же между ними в том, что кодекс – запись официальная, венир же сохранял в себе сущности личные и не подлежащие широкой огласке.

Сэнтин Вест взглянул на кусочек доспеха элементала, который остался от последнего его противника. Это случилось в тот день, когда Сэнтин завоевал себе право на Родовое Имя. Кусочек был изломан, исковеркан и напоминал о той великой радости, которую он чувствовал, выиграв поединок. Рядом лежала изорванная головная повязка, реликвия воина, которого он одолел в Испытании на звание капитана. Возле нее – палец, отломанный от его первого доспеха при Испытании Чина, когда Сэнтин получил звание полковника.

Еще там лежала тонкая прядь миомерного троса, служившего боевому роботу мышцей. Глядя на него, Сэнтин вспоминал о сражении на Карипасе и о схватке с воином Синдиката. Среди вениров лежали и кусочки стекол кабин, каждый – от одного из противников, которых он одолел за время вторжения.

Была там и полуоплавленная почерневшая серьга, которую Сэнтин Вест снял с одного из Гончих Келла, разбивших его часть в долине Кадогучи во время битвы за Люсьен. Но за этот бой ему не было стыдно, жаль только погибших товарищей. Они дрались хорошо и встретили смерть так, как и он надеялся ее когда-нибудь встретить – дрались до конца и дальше. Таков путь воина.

Один из вениров выделялся в куче – это был обломок с логотипом Комстара и белыми с золотом знаками 244-й Дивизии. Токкайдо. Он был там, вот память об этой битве. Измятый, слегка оплавленный с одного края обломок вызвал в памяти рев автоматической пушки и вопли побежденных. То была настоящая бойня.

Сэнтин поднял взгляд, но его разум все еще блуждал среди воспоминаний о прошлом. Рядом с ним стояла Хранительница Клятвы. Она высыпала в огонь белый порошок и подложила несколько поленьев. Пламя высверкнуло зеленым, потом синим и еще кроваво-красным. Следом Хранительница Клятвы Биккон Винтере кинула в костер несколько таблеток. Это были благовония, их пьянящий аромат захватил внимание Сэнтина Веста. Поленья были сырые, они трещали и усыпали ночное небо искрами.

Его взгляд переместился к центру костра, скользнул по сполохам бесновавшегося пламени и замер на пышущих жаром рыжих углях. Они были припорошены черной золой и слабо мерцали в мерном ритме. Сэнтин не отрывал от них глаз, голова его закружилась, уже не понимая, сам ли он падает или загадочное нечто тянет его в сердце огня.

В красноватом мерцании углей он увидел темный силуэт. Сэнтин пытался удержать абрис взглядом, и силуэт, кажется, принял форму – да, он превратился в обнажившего когти кота. Глаза Сэнтина Веста расширились от восторга. Потом он разглядел среди углей другую, желто-оранжевую фигурку – это снова был охотящийся кот, на этот раз, похоже, распластавшийся в прыжке. Затем Сэнтин увидел, как в глубине огня обрело четкость еще одно изображение, теперь это была кошачья голова. Все три фигуры дрожали в волнах жара, и все три казались настоящими, реальными, живыми.

Вдруг поленья сдвинулись и обрушились в золу. Состояние сосредоточенного созерцания, овладевшее Сэнтином, на миг нарушилось, он моргнул, а когда снова раскрыл глаза, то увидел, что одна из фигурок пропала. Первое изображение, темное, осталось, но теперь кот, казалось, не дрался, а замер в нерешительности. Другая картинка, кошачья голова, изменялась у него на глазах. Дыхание Сэнтина участилось, сердце загрохотало, как копыта скачущего коня, но он не мог шевельнуться – пространство и время возле костра замерли.

Кошачья голова потемнела, стала похожа на оскалившийся череп, склонилась перед ним, будто уступая. Сэнтин Вест потянулся к ней, но поленья снова сдвинулись, на этот раз – уничтожив дьявольский оскал. Сэнтин опять уронил руку на колено и потряс головой.

– Тебе было видение, Сэнтин Вест, воут? – Он не видел говорившего, но знал, что это Биккон Винтере, Хранительница Клятвы Клана Кота и руководительница Обряда. В ее голосе звучали нотки зависти.

– Воут, – чуть слышно ответил он. Его остекленевший взгляд все еще не отрывался от огня, он надеялся, что видение вернется.

– Прекрасно. Это твоя четвертая попытка, полковник. Поздравляю тебя. Многие из тех, что совершают Обряд, так и не достигают цели полностью. Мы, Коты, понимаем ценность подобных видений. С тех пор, как Николаю Керенскому явилось видение, которое привело к зарождению нашего народа, лишь Коты остались верны поиску. Видения – и связь с нашим прошлым, и мост в наше будущее.

Сэнтин Вест чувствовал необычайную легкость в голове, боль в желудке и желание размять мускулы.

– Мое видение… это был… – Он умолк, пытаясь найти нужные слова.

Хранительница Клятвы положила руку ему на плечо:

– Я храню предание нашего народа и руковожу этим обрядом. Видение свято, нередко смысл его выявляется лишь со временем.

Сэнтин шевельнулся и распрямил ноги. Впервые он почувствовал, как его ужалил холод ночи.

– Вы не понимаете. Я должен сейчас же понять смысл того, что увидел.

В его сознании мелькал образ, который начал уже истаивать в памяти.

– Два кота оказались в сложном положении, это я понимаю. Ягуары и Коты веками висят, вцепившись друг другу в глотки. Но я видел еще одного, того, что превратился в маску смерти, того, что мне поклонился. Два сражавшихся кота погибли, остался лишь мертвый оскал третьего. Я должен понять то, что видел. Мое ли это будущее? Или будущее моего клана?

Хранительница Винтере покачала головой:

– Нег, полковник. И Николай Керенский, и основательница нашего клана, Хан Сандра Росс, учили терпеливо ждать, покуда смысл видения не раскроется полностью. Пусть твое понимание созреет, и тогда мы поговорим об этом снова. Если окажется, что ты видел знамение нашего будущего, я сообщу об этом Ханам. Это мой почетный долг.

Сэнтин Вест медленно поднялся на ноги и пошатнулся. Здесь-то его и настигла усталость от долгих дней поста и сосредоточения. Он сделал неуверенный шаг и вдруг неловко рухнул к ногам Хранительницы Клятвы.

Вест лежал на куче своих драгоценных вениров, лишившись сознания, вконец истощив и физические и духовные силы.

II

Зал Воинов

Форт Тара

Нортвинд,

Хаос Марч

2 мая 3058 года

Зал собраний старейшин кланов был главным правительственным зданием Тары, сердцем и душой планетарной администрации Нортвинда. Хотя горцы составляли лишь небольшую часть населения планеты, единственной реальной силой и властью здесь были именно они. Когда горцы отвоевали Нортвинд у принца Виктора Дэвиона и Федеративного Содружества, их позиции укрепились еще больше.

Зал собраний, занимавший место в самом центре Тары, был частью целого комплекса зданий, называвшегося «Фортом» еще с тех самых пор, как в 3028 году горцы вернулись на Нортвинд. Старейшины вернувшихся объявили, что будут за этими крепкими стенами защищать любимую планету от любого, кто на нее посягнет.

Раз в год старейшины Тары и все вожди, жившие в провинциях, съезжались на Верховное Собрание, чтобы обсудить вопросы, важные для всей планеты. Повседневные же решения принимались различными малыми собраниями. Из них наиболее представительным и престижным считалось Собрание Воинов, уполномоченное управлять военными делами горцев. Собрание Воинов было краеугольным камнем в системе власти и управления всего Нортвинда.

В отличие от остальных зданий Форта, похожий формой на подкову Зал Воинов выстроили из дерева. В одном его конце, на возвышении, восседали четыре полковника, командиры четырех горских полков. По сторонам возвышения за крепкими дубовыми столами, оборудованными компьютерными терминалами и другой сложной техникой, располагались воины, числом ровно сто человек. Одеты они были по большей части в традиционные шотландские юбки-килты и носили тяжелые ботинки, ценившиеся среди водителей боевых роботов и аэрокосмических пилотов. Носить мундир в Собрании Воинов было не принято.

Вделанные в стены светильники горели неярко, но этого освещения хватало. Лорен сошел по лестнице и ступил на выстланный дерном пол палаты. Вокруг толпились члены Собрания – одни регистрировались, другие искали свои места на деревянных скамьях за столами. Кроме монитора на каждом столе стояло устройство скоростного коммуникационного доступа – с его помощью и получали необходимые данные, и голосовали по вынесенным на заседание вопросам. Пока что дисплеи были погашены.

Лорен нашел свое место, сел и оправил шерстяной клетчатый килт. Вот к чему сложнее всего привыкнуть: из-за толстой грубой шерсти кожа часто начинала чесаться, особенно во время долгих официальных встреч. Хуже того – под килтом не положено носить нижнего белья. Конечно, длинные полы черной рубашки можно пропустить между ног и связать, что обеспечит некоторую защиту, но ощущения все равно оставались крайне неприятными.

Его взгляд натолкнулся на Честити Малвани – она искала, где бы сесть.

– Майор Малвани, – улыбнулся Лорен и жестом предложил ей занять пустующее место рядом с собой.

Она подошла и на мгновение остановилась, скрестив руки на груди и слегка сощурившись:

– Да не будь ты таким самодовольным, Лорен. Я видела доклад об оценке боеготовности полка. Ты победил, я проиграла. Забьем на это, а то я сама тебе это в глотку забью, – высказалась она с прямотой настоящего солдата.

Их отношения с самого начала были смесью любви и ненависти, и время ничего не изменило. Она оказалась для Лорена идеальной парой – и на поле боя, и вне его. В последнем учебном бою между Кильситской Стражей и полком Маклауда его командный батальон одержал победу, но это не значило, что в следующий раз не случится все наоборот.

Кое-что позволяет не обращать внимания на слова. Нет нужды говорить ей о моих чувствах, она и так все знает. И я знаю, что чувствует она.

Лорен пожал плечами, но прежде, чем он успел что-нибудь сказать, вошли старшие офицеры нортвиндских горцев. Пока четверо полковников регистрировались, Лорен успел подумать – как же сильно они отличаются друг от друга. Полк Маклауда славился своей дикостью и безрассудством, Первый Кернийский полковника Эдварда Шенна имел репутацию упрямцев-консерваторов. Лорен улыбнулся, вспоминая, как в недавней битве за Тару он дрался в составе «хулиганов» Маклауда. Второй Кернийский – им командовал камнеликий Джеймс Д. Кохрейн – считался самым яростным, он часто бросался в битву, движимый больше чувствами, чем благоразумием. Полковник Андреа Стирлинг прежде, чем принять у Генриетты Маккормак командование фузилерами, служила во Втором Кернийском, и теперь такую же славу – а все благодаря хитрости и изобретательности Стирлинг на поле боя – имел и ее полк.

Все четверо в едином строю проследовали к своему столу и повернулись к собравшимся воинам, которые немедленно встали и вытянулись по стойке «смирно». Лорен почувствовал прилив крови – теплую гордость, какую раньше всегда ощущал в присутствии Канцлера.

– Вольно, – сказал полковник Шенн.

Будучи командиром старшего из горских полков, он председательствовал в Собрании Воинов, за исключением тех случаев, когда находился на дежурстве.

Все сели. Шенн подождал, пока наступит полная тишина, и снова заговорил:

– Напоминаю, что все решения данного Собрания закрепляются в договоре. Таким образом, поскольку сейчас формально начинается обсуждение контракта, все вы связаны внутренними правилами безопасности Комиссии по вопросам о найме.

Все четыре горских полка находились сейчас на Нортвинде – они не принимали никаких назначений, пока восстанавливались после тяжелых потерь: в сражении с Дэвионами горцы потеряли почти целый полк. Полковник Джеймс Д. Кохрейн занял крайнее левое место, рядом с ним – полковник Вильям Маклауд, следом – полковник Шенн и, наконец, командир Лорена – полковник Стирлинг.

– Герольд, – обратился полковник Шенн к стоявшему при дверях унтер-офицеру. Тот открыл дверь и пригласил войти троих человек, облаченных в полную парадную форму.

– Добро пожаловать, почтенные гости, – приветствовал их Шенн.

Явным начальником среди троих посланцев была женщина среднего роста в синем с зеленым шелковом кимоно. Вокруг нее распространялся ореол царственного достоинства, блестящие черные волосы оттеняли бледность кожи строго, но вполне элегантно.

Лорен сразу же узнал ее: это была Оми Курита, дочь Теодора Куриты, Координатора Синдиката Дракона. Ее посещение Нортвинда было знаком неофициального признания завоеванной планетой независимости. Оми Курита плавно двинулась к возвышению, на котором сидели полковники, а Лорен стал изучать двух остальных сановниц. На одной из них была белая форма воина Синдиката, статью и царственностью осанки она едва уступала Оми. Судя по знакам различия на воротнике, она была в чине шо-са, равном майорскому званию Лорена. Сверкающая синяя эмблема на плече означала принадлежность к полку Гениоши.

Эту даму Лорен тоже узнал сразу, прежде чем герольд ее представил, но по другой причине. Всякий, кто изучал битву на Люсьене, в которой войска Синдиката и некоторые из лучших наемников Внутренней Сферы отразили попытку кланов взять столичную планету Синдиката, знал Рут Хорнер.

Лорен читал ее работу по военной тактике кланов и нашел ее гениальной. Эта книга и другие труды, принадлежащие ее перу, могли бы, по его мнению, служить для полевых офицеров настоящей библией. Шесть лет назад, на Люсьене, Хорнер, в ту пору – таи-и в полку Генойша, провела против Клана Ягуара ошеломляющий рейд в холмах Васэда. Лорен мог лишь надеяться, что, когда придет его время, ему удастся совершить что-либо подобное.

На третьей женщине был серый прыжковый костюм со звездой Комстара слева на груди, у самого сердца. Окантовка скругленного воротника означала ее принадлежность к Гвардии Комстара и чин регента. Герольд представил ее – регент Исследовательского Корпуса Мерседес Лаурент – и она тоже поднялась на возвышение.

Лорен наклонился к Честити и прошептал:

– Оми Курита – и здесь, на Нортвинде! Наверно, что-то очень важное происходит.

Всего несколько лет назад, до того, как во Внутренней Сфере появились кланы, и подумать нельзя было о том, чтобы член правящего дома Синдиката показался на Нортвинде, планете, которую Синдикат атаковал и пытался занять во время Четвертой Войны за Наследие. Времена-то меняются, и горцы – тоже.

Честити кивнула:

– Они просили, чтобы встреча происходила здесь, а не на Аутриче.

На планете Аутриче издавна собирались под официальным надзором Комиссии по найму наемники со всей Внутренней Сферы, искавшие работу. Принадлежала эта планета Волчьим Драгунам, знаменитым наемникам, некогда бывшим среди кланов и пытавшимся научить силы Внутренней Сферы, как сражаться против казавшихся непобедимыми захватчиков. Удивительно, что Теодор Курита решил пренебречь обычными каналами и процедурами найма.

Оми стояла, опустив руки, прямо, но в то же время как-то расслабленно. Она обвела взглядом зал, потом снова посмотрела на стол полковников.

– Воины нортвиндских горцев и почтенные командующие, я передаю вам теплейшие приветствия от Координатора Синдиката Дракона Теодора Куриты.

– Благодарю вас, Курита Оми-сама, – ответил полковник Кохрейн. – Впервые Собрание Воинов имеет честь принимать представителя Синдиката. Ваше присутствие здесь и цель вашего прибытия, несомненно, говорят о начале новой эпохи во взаимоотношениях между нашими народами. Большая честь для нас видеть в качестве гостя на Нортвинде человека столь высокого достоинства.

Лорен знал, сколь много значат слова полковника. Лишь недавно Нортвинду наконец удалось получить полную независимость от Федеративного Содружества, хотя и не ясно было, признает ли его новый статус Виктор Дэвион. Визит Оми Куриты придавал этой независимости если не официальное признание, то по меньшей мере весомость.

Федеративное Содружество – то, что от него осталось, – и Синдикат зарыли топор войны, решив объединиться против общего врага. Кто поверит, что Теодор Курита послал свою дочь на Нортвинд, не предупредив принца Виктора Дэвиона? Возможно, Виктор закрыл глаза на подобное нарушение формального дипломатического этикета потому, что знал – речь идет о миссии, направленной против кланов.

– Полковник Шенн, вашим словам рада я и рад Координатор. Уверяю вас, что мы рассматриваем завоеванную Нортвиндом независимость не как угрозу для себя, а скорее как возможность для нас с вами лучше узнать друг друга. – Видно было, что Оми тщательно контролирует свой тон и обдумывает каждое слово. – Координатор передает нортвиндским горцам свой дар, знак доброй воли.

Шо-са Хорнер подала ей сверток, Оми развернула его. Это было красно-желтое, окаймленное зеленым знамя, в центре которого, в перевернутом треугольнике, был вышит зеленый силуэт волынщика – значок Первого Кернийского полка. Оми Курита высоко подняла знамя, и все увидели, что это боевой штандарт, который в битве должен развеваться над командным постом. Знамя было старое, истрепанное, с одного угла надорванное.

– Этот боевой штандарт некогда принадлежал вашему Первому Кернийскому полку. В 2802 году, во время битвы на Линкольне, нашим силам удалось его захватить. Победа над нортвиндскими горцами была для наших войск предметом великой гордости. Координатор просил меня возвратить штандарт его законным владельцам в качестве жеста доброй воли со стороны как его лично, так и всего народа Синдиката Дракона. Он также просил меня передать вам его слова: «Пусть никогда вновь мы не встретимся на поле битвы, но будем вместе стоять против нашего общего врага. И наш и ваш народ ценят понятие воинской чести. Просим вас принять это знамя во имя этой чести».

Общий враг… Кланы.

Полковник Шенн поднялся и медленно подошел к дочери Координатора. Это его полк – за сотни лет до его рождения – лишился в битве на Линкольне своего штандарта. Он принял древнее знамя с великим почтением, в течение долгого мгновения недвижно, молча смотрел на Оми Куриту. Когда он наконец склонился и поцеловал пальцы девушки, зал Собрания Воинов внезапно взорвался громом аплодисментов. Лорен и Малвани тоже захлопали.

Под непрекращающиеся овации полковник Шенн вернулся к своему месту и осторожно, как святую реликвию, положил знамя на стол.

– От имени нортвиндских горцев прошу вас передать Координатору нашу глубочайшую благодарность за этот дар. Мы принимаем его во имя тех, что были прежде нас, в честь не одних лишь воинов горской крови, но и почтенных самураев Синдиката Дракона.

Официальный тон встречи прервала полковник Стирлинг. Она славилась тем, что играла роль дикой и непредсказуемой мятежницы.

– Подарок недурной, – сказала она, и ее шотландский акцент внезапно стал куда заметней, чем обычно. – Да только вы и еще чего-то интересное нам привезли. Вы ведь приехали контракт обсуждать, так?

Лорен улыбнулся.

Она и вправду кошка. Когда надо, говорит с акцентом, чтобы жертва все время задавалась вопросом: кто же она такая?

Оми тоже слегка улыбнулась, должно быть, вспоминая рассказы о крутости Стирлинг.

– Да, полковник Стирлинг, я привезла нортвиндским горцам предложение о заключении контракта. Шо-са Генойша Хорнер расскажет о специфике задания.

Она подала полковнику Стирлинг небольшой лазерный диск, и та вложила его в дисковод, вмонтированный в подлокотник кресла. Оми Курита отступила назад, а на ее место вышла Хорнер. На мониторах перед офицерами появились какие-то схемы.

– Как вы, возможно, знаете, Координатор работает с Исследовательским Корпусом Комстара, пытаясь определить местонахождение родных планет кланов. – Рут Хорнер бросила взгляд на регента Комстара, та кивнула. Все прекрасно знали, что единственной целью в жизни Теодора Куриты было уничтожение кланов. – Именно таким образом нам удалось идентифицировать планету, о которой пойдет речь. Она называется Обочина V. Сейчас на ваших экранах появятся топографические данные.

Когда Хорнер произнесла название планеты, на лицах многих воинов появилось удивление. «Обочина»? Лорен думал, что знает практически все планеты во Внутренней Сфере, но о такой он никогда прежде не слыхал, и, судя по выражению лиц соседей, не только он. Шо-са Хорнер увидела их удивление и быстро пояснила:

– Я понимаю, что никто из вас никогда не слышал об Обочине V. Дело в том, что эта планета находится за пределами Внутренней Сферы. Миссия, которую я вам предлагаю, дает возможность перенести войну на территорию самих кланов.

Последовало долгое молчание. Наконец полковник Маклауд прервал его, обратившись к Мерседес Лаурент:

– Какова позиция Комстара, регент? Ведь именно Комстар содействовал подписанию Токкайдского Договора, благодаря которому мы и кланы не можем нападать друг на друга в течение пятнадцати лет. Горцы не хотят принимать участия в операции, которая разожжет новую войну с кланами.

– Хороший вопрос, полковник, – ответила регент. – Но Обочина V не принадлежит ни к одной из оккупационных зон кланов во Внутренней Сфере. Это клановая крепость на Глубокой Периферии. Мне поручено выдать вам все данные, собранные Исследовательским Корпусом относительно этой планеты, а также координаты прыжковых точек в эту систему и из нее.

Вот почему, понял Лорен, разговор происходит не на Аутриче. Решаемый вопрос столь важен, что ни Теодор Курита, ни его союзники из Комстара не могут допустить ни малейшей утечки информации…

Он пробежал пальцами по клавишам и быстро нашел на звездной карте местонахождение системы этой самой Обочины. Даже стартовав с наиболее удаленной планеты Синдиката корабль-"прыгун" достигнет цели через несколько недель…

Лорен перефокусировал карту. Рут Хорнер снова заговорила:

– Обочина V, по-видимому, является базой снабжения Клана Дымчатого Ягуара. Можно предположить, что она лежит на пути к родным планетам кланов. Я предлагаю следующее: один полк горцев производит нападение на Обочину плюс к этому по завершении миссии один батальон подкрепления принимает обязанности гарнизонной службы. Цель – уничтожение имеющихся там сил клана и декларирование принадлежности планеты к Синдикату Дракона.

По залу пронесся легкий шумок. Полковник Шенн жестом оборвал его:

– Вы просите нас захватить неколонизированную планету, на которой прежде не бывал ни один человек из Внутренней Сферы, я прав?

Все хорошо, даже слишком хорошо, понимали, что это значит. В течение последних трех столетий горцы все свои битвы вели на планетах, которые были исхожены, изъезжены и излетаны сотни раз вдоль и поперек, где все высоты, глубины и равнины измерены, закартографированы и запротоколированы, каждой тучке выдан порядковый номер и не дай бог, ежели оная вышепоименованная нижепронумерованная тучка капнет чем-то не тем куда-то не туда!..

– Вы совершенно правы, – успокаивающе улыбнулась шо-са Хорнер. – Благодаря проведенной нами совместно с Исследовательским Корпусом спутниковой рекогносцировке мы уже знаем, что у Ягуаров там имеются строения, несомненно, являющиеся складскими помещениями. Нанесение удара по этой планете и захват складов играет для Синдиката значимую роль. В частности, это вынудит Ягуаров распылить свои ресурсы, поскольку им придется построить новую базу снабжения. Кроме того, чем больше клановских частей окажется вовлечено в эти действия, тем меньше их будет собираться возле наших границ и готовиться к атаке. – Хорнер выступила на шаг вперед, словно пытаясь впечатлить слушателей важностью своих слов. – В результате вторжения кланов Синдикат потерял немало планет. До сих пор мы сражались лишь, чтобы отобрать свое. На этот раз будет по-другому. Мы перенесем войну на территорию кланов, отнимем у них одну из их собственных планет. Эта Обочина V может и не быть большой ценностью для вероятного проведения крупномасштабных операций, но захват планеты, которую кланы считают своей, будет иметь чрезвычайное политическое, идеологическое и духовное значение.

Лорен знал – она права. Обочина V может явиться проблеском надежды, ее название станет нарицательным. Часто такие символические победы бывают столь же сокрушительны, сколь и крупные военные… а если поражение? Или победа, но пиррова?

Что ж… лозунг «Помни Обочину!..» будет звучать неплохо…

– Согласно информации, собранной Исследовательским Корпусом, – продолжала тем временем Хорнер, – на планете, по-видимому, расквартировано всего одно временное гарнизонное соединение. Как видите, наши компьютеры опознали имеющихся там боевых роботов как тыловые модели кланов. Ни омнироботов, ни аэрокосмических единиц не обнаружено.

– Вы предлагаете отправить туда целую армию, чтобы справиться всего-то с одним тыловым соединением, так, что ли? – спросила полковник Стирлинг.

Хорнер уверенно кивнула:

– В связи с тем, насколько устарели разведданные, участие в операции полного боевого полка и направление подкрепления в размере батальона – наша единственная надежда на то, чтобы захватить планету и ее удержать. Если первая попытка не удастся, Ягуары просто увеличат размер гарнизона. Второго шанса у нас никогда не будет.

Лорен взглянул на экран. Роботы, находившиеся на Обочине V, были старыми моделями – это не значило, что они не опасны, но все-таки это и не новейшая техника, которую кланы отправляли на передовую. Он перевел взгляд на обзорную карту планеты, и его глаза расширились.

«Так не бывает. Здесь какая-то ошибка!» – подумал он.

Рут Хорнер между тем продолжала:

– Рельеф Обочины V очень сложен; я уверена, что многие из вас уже обратили на это внимание. Некогда планета перенесла столкновение с кометой, которая развалилась в верхних слоях атмосферы и засыпала своими смертоносными обломками всю Обочину, на которой с тех пор валяется масса опасного космического мусора. Там очень холодно и вдобавок почти нечем дышать.

Да уж там не до пикников, уныло подумал Лорен и посмотрел на Малвани в поисках сочувствия. Та перехватила его взгляд и состроила скорбную гримасу.

– Жизнь на Обочине, – говорила Хорнер, – может существовать только во впадинах, оставшихся на месте бывших океанов, точнее, на самом их бывшем дне, где изредка еще попадается вода. Нашел воду – можешь пить… то есть жить. Ягуары так и поступают…

– То есть? – раздался голос из зала.

– Ягуары ведут свою активную деятельность на берегах одного из немногих оставшихся на планете водоемов, – пояснила Хорнер.

Малвани шепнула на ухо Лорену, внимательно разглядывавшему картинки на экране:

– На этой чертовой планете все не по-людски. Роботы, конечно, могут действовать на лишенных воздуха континентах, но одно попадание в кабину – и все, пиши пропало. Или читай отходную.

– Да уж, по меньшей мере, там будет уникально, – угрюмо пробубнил Лорен.

– Я вижу, короче, ты в курсе, – сказала Малвани.

III

Форт Тара

Нортвинд

Хаос Марч

13 мая 3058 года

Лорен разложил заполненные бланки рапортов на столе в дальнем конце Кабака – здесь теперь был как бы его неофициальный офис. Заодно Кабак служил и горцам – в качестве офицерского клуба. Из всех помещений Форта здесь Лорен чувствовал себя спокойнее всего. Темная деревянная обшивка стен и потертая мебель создавали ощущение теплоты и удобства, – быть может, потому, что именно здесь майор впервые осознал свое подлинное место среди горцев. Кабак был их символом, а символом Кабака был кабатчик.

Мистер Планкет, припадая на протез, притащил пинту нортвиндского красного эля. Лорен был настолько поглощен работой, что отвлекся лишь тогда, когда почувствовал, что кто-то с совершенно определенным любопытством заглядывает ему через плечо.

Бывший бравый старшина, а ныне достойный кабатчик, профессионально прищурившись, внимательно изучал содержимое секретных документов.

Лорен посмотрел ему в лицо с тяжким недоумением.

– Мы ж ведь друг друга давненько знаем, так, парень? – сказал Планкет, широчайше улыбнувшись.

– Да, мистер Планкет, совершенно верно. Вы ведь чуть ли не первый абориген, с которым я познакомился на Нортвинде, – подтвердил Лорен, нутром чуя, что представитель общепита подплыл к нему не просто так.

– И мы ж ведь приятели, так?

Лорен подумал и кивнул. Действительно, вместе они бок о бок сражались против Дэвионов, а заодно спасли немало жизней в полках Маклауда и Стирлинг.

– Да, вы ж один из немногих, кого я могу назвать другом.

– Так, может, ты мне тогда скажешь, как приятель приятелю, что ж тут, призрак Святого Ричарда вас раздери, происходит? – Планкет сделал драматический жест волосатыми лапищами.

Лорен улыбнулся и покачал головой. Старшина Планкет сам себя назначил на должность внештатного сотрудника внутренней разведки – иными словами, штатного сплетника. Он ничего никогда не пропускал мимо ушей. Ранение, лишившее его возможности оставаться в строю, лишь увеличило в нем жажду лишних знаний.

– Не вполне понимаю, о чем вы говорите, мистер Планкет, – ответил Лорен, невинно тараща глаза.

– Не-ет, прекрасно понимаешь, кровь и тьма тебе во все сфинктеры! Космопорт запечатан прочнее, чем бочка золотаря. Охрана дома Собрания удвоена, даже журналюг-завсегдатаев на порог за рюмкой не пускают. Ребят из спецслужб – да не наших, чужих каких-то – аж в самом Форте видели. Но рот у всех на замке, хоть Собрание, я-то знаю, и кипит от споров. Я так понимаю, что какой-то контракт обсуждается, и хочу знать, что за контракт и с кем.

Лорен понимал раздражение мистера Планкета, но не понимал его нахальства, и даже ради такого друга, как теоретически лучший бармен во всех Сферах, он не мог нарушить святость тайны Собрания Воинов.

– Мистер Планкет, иногда необходима секретность, сами знаете. А, кроме того, возможно, вы придаете слишком большое значение некоторым случайным, я подчеркиваю – совершенно случайным совпадениям.

На самом деле Собрание закончило дебаты по вопросу о контракте с Синдикатом, вопрос был передан полковым командирам на растерзание и размышление.

После того, как было принято решение начать официальные переговоры, каждый из четырех полковников взвесил все «за» и «против» по поводу участия его полка в почетной боевой операции. Первый и Второй Кернийские полки были в самом лучшем состоянии, им уже больше года не приходилось сражаться. Полк Маклауда понес тяжелые потери во время короткой, но яростной Войны за независимость. Ряды фузилеров Стирлинг тоже изрядно поредели. Оба этих полка потратили несколько месяцев на восстановление и пополнение, увеличили набор рекрутов и разобрали на запчасти трофейных подбитых роботов Содружества. Теоретически любой из четырех полков мог выполнить задание Синдиката, но Лорен был уверен, что Маклауд этим заниматься не захочет. Его полку еще рано принимать какие-либо контракты, кроме гарнизонной службы, – новым рекрутам нужно время, чтобы влиться в полк. Так что выбор только между двумя Кернийскими полками и фузилерами.

– Лучше бы это было не какое-нибудь из мелких государств – много их расплодилось на Рубеже Хаоса. – Планкет сделал вид, что размышляет вслух: он все еще надеялся выловить какой-нибудь намек.

Недавний распад Федеративного Содружества и короткая война между Домами Марика и Ляо превратили бывший Рубеж Сарна в рассадник независимых планет, и каждая из них боролась за повышение своего статуса, отбиваясь от явных или скрытых попыток соседей себя подчинить. Многие горцы согласились бы с Планкетом. Лучше не лезть в мелкие грязные свары. Горские полки имели давнюю и славную репутацию и предпочитали завоевывать себе честь на службе у какого-нибудь из правительств крупных Домов.

– Я думаю, старшина, можно, не нарушая режим секретности, сказать, что на Рубеже Хаоса никто из нас воевать не собирается, – ответил Лорен.

Старшина Планкет склонился над столом (Лорен тут же деликатно запихал бланки рапортов в бювар) и спросил:

– Вот ты мне скажи, парень: кого ж вы там принимаете-то в Собрании?

Он столь старательно соблюдал конспирацию, что не заметил появившуюся у него за спиной из полумрака Кабака фигуру.

– Возможно, – поведала фигура, – что лучше спросить об этом меня, господин кабатчик.

Услышав этот голос, Планкет так и подпрыгнул – это была полковник Андреа Стирлинг. Лорену удалось подавить улыбку. Дородный кабатчик стал неудержимо краснеть.

– Полковник Стирлинг, мэм, я и не видел, леди, как вы появились! – с воодушевлением настоящего гостеприимства воскликнул он.

– Я вошла через заднюю дверь, – ответила «Кошка» Стирлинг и скользнула в свободное кресло, кстати оказавшееся между Планкетом и ее старшим помощником. – Это ведь, как известно, прерогатива начальства.

Ее тон был исполнен яда. Она посмотрела на кабатчика, словно настоящая кошка на пустой пузырек из-под экстракта валерианы. Планкет совсем загрустил. Стирлинг оглядела его, осталась довольна увиденным, кивнула и ласково промолвила:

– Теперь мне нужно несколько минут провести наедине со старшим помощником. Военные дела, знаете ли.

Планкет истово кивнул и покатился прочь. Стирлинг не отрывала от него дружелюбного взгляда до тех пор, пока он не растворился в тумане кабацких испарений, а потом повернулась к Лорену.

– Напомните как-нибудь, и я вам расскажу, как он потерял свою крабью конечность. А пока что позвольте спросить, что вы думаете о предложенном нам контракте.

– Полковник, больше всего на свете я желаю сойтись в битве с кланами и их разбить.

– Вот, прямо, так вот и настолько? – улыбнулась Стирлинг.

Лорен молча кивнул.

– Я тоже, – сказала полковник. – Вы этого хотите, чтобы проверить разработанную вами тренировочную программу. Я – чтобы проверить в бою свои новые войска.

Лорен опять кивнул:

– Откровенно говоря, полковник, у меня есть также и личные причины.

– Нелегко вам приспособиться к жизни среди горцев, майор?

– Порой нелегко. Кое-кто по-прежнему смотрит на меня, как на капелланского офицера, несмотря на все случившееся с тех пор, как я прилетел на Нортвинд. Кроме того, управление полком – это большая политика. В политике же я никогда не был силен. Однако выпустите меня на поле боя в кабине боевого робота, и я окажусь в своей естественной среде обитания. Полагаю, подобное задание сплотит полк, поможет всем фузилерам думать и действовать, как один человек.

Позвольте мне это сделать – больше-то я ничего не умею, добавил он мысленно.

– Вы ставите перед собой высокие цели, майор. Это похвально.

– Благодарю вас, мэм.

Сердце его возликовало – «да, я такой, она меня прекрасно понимает». На его пути стояло только два препятствия… два других майора полка фузилеров.

Должно быть, Стирлинг читала его мысли.

– Что-то не так?

– Нет, мэм, ничего такого, с чем я не мог бы справиться.

– Значит, вы, должно быть, думаете о Крейге и Блэкадаре, – улыбнулась она.

Лорен глубоко вздохнул:

– Пока что они во всем мне противостоят. А теперь я к тому же знаю, что у меня за спиной они приходили к вам с какими-то жалобами. Не желаю возбуждать в господах офицерах излишнюю любовь к себе… однако и попыток подорвать мой авторитет не потерплю.

– Как я уже говорила, майор, для вас моя дверь всегда открыта.

– Я понимаю, мэм.

– Они хорошие офицеры. Просто вы для них до сих пор чужак. Скоро увидите, на что они способны.

Лорен выпрямился, не в силах скрыть радость:

– Вы имеете в виду, что мы получим новое назначение, полковник?

Она задумчиво кивнула.

– Мы, командиры полков, много часов боролись друг с другом, но думаю, теперь можно сказать – задание достанется нам. Вам же лично предстоит немало работы. Я хочу, чтобы на карту, которую предоставляет Исследовательский Корпус, были нанесены географические названия. У горцев не принято гибнуть в боях за земли, помеченные цифрами. Кроме того, чтобы все это провернуть, нам понадобится план, и план чертовски сложный.

Лорен почувствовал, как его душа наполняется радостью:

– Мэм, я уже продумал план. Кодовое обозначение его – «Гранит»…

Он выхватил из бювара упрятанные туда давеча бумаги и стал с неподдельным энтузиазмом разворачивать перед своей командиршей блестящие перспективы избиения Ягуаров.

Рут Хорнер и регент Мерседес Лаурент сидели за длинным столом напротив четырех командиров полков нортвиндских горцев. Исполнительный Совет заседал в небольшой комнатке рядом с Залом Воинов, где они впервые встретились – как им казалось, уже много дней назад.

– Шо-са Хорнер, благодарю вас за то, что вы нашли время прийти на наше заседание, – начал полковник Шенн. – Цель нашей дискуссии – определить, каковы будут условия контракта в случае, если нортвиндские горцы решат его принять.

– Благодарю вас, полковник. Я полагаю, вы и остальные командиры успели просмотреть все переданные мною данные?

– Совершенно верно, – произнес полковник Маклауд. – Я был весьма удивлен количеством информации, которую вам удалось собрать о планете Ягуаров на Глубокой Периферии. Предоставленные вами звездные карты оказались крайне полезны и весьма поучительны.

Он бросил короткий взгляд на регента Комстара, та кивнула.

– Особенное внимание мы обратили на то, что войска Клана Кота находятся всего в нескольких прыжках от нашей собственной цепочки снабжения.

На картах, которые передал горцам Исследовательский Корпус, были схематически изображены просторы дальнего космоса за пределами Внутренней Сферы, ведомые не многим.

– Полковник Маклауд, у нас нет от вас секретов, – ответила Хорнер. Регент Лаурент снова кивнула, подтверждая, что обе организации не имеют разногласий по поводу предстоящей миссии.

– Я лишь опасаюсь, леди, что Коты могут предпринять попытку помочь своим собратьям Ягуарам. Несмотря на существующие между ними противоречия, до сих пор оба клана действовали сообща. Можем ли мы быть уверены в том, что этого не произойдет?

Хорнер покачала головой:

– Между этими двумя кланами имеет место сильная неприязнь. Они работают вместе, лишь когда бывают вынуждены это делать. Наши аналитики полагают, что даже в том случае, если Клан Ягуара окажется под угрозой потери всех захваченных им планет, Коты не будут вмешиваться. Не забывайте: каждый клан руководствуется лишь одной целью – первым оказаться на Терре и воссоздать Звездную Лигу. Они конкурируют друг с другом.

– Славно сказано. – «Кошка» Стирлинг провела ладонью по темным волосам. Виски у нее были выбриты – к ним подсоединялись контакты нейрошлема, это был отличительный признак пилота боевого робота. – Мои опасения касаются сбора трофеев. Из изначальных ваших предложений Исполнительному Комитету ясно, что Синдикат хочет оставить за собой права на все трофеи, полученные в результате данной миссии.

– До сих пор во всех наших контрактах с наемными частями оговаривалось, что все трофеи принадлежат нам, – спокойно ответила Хорнер.

Все знали о причинах появления этого пунктика в договорах: армия Синдиката понесла в результате столкновений с кланами большие потери. Столичная планета Синдиката вообще едва не была ими захвачена. Продвинутые военные технологии, разработанные учеными кланов, должны были послужить переоснащению вооруженных сил Синдиката Дракона.

Стирлинг опять заговорила с шотландским акцентом – значит, как подумали одновременно окружающие, сейчас должно непременно начаться что-то интересное…

– Вы предлагаете нам предпринять бросок практически в неизвестность, предоставив устаревшие разведданные. Мы понимаем, что вашему правительству необходимо обновить технический парк вооружений, но ведь мы, несомненно, понесем в ходе выполнения этого необычного задания значительные потери. Я настаиваю на том, что трофеи должны быть поделены по справедливости.

– Видите ли, полковник Стирлинг, некоторые предметы поделить будет трудновато, – насмешливо сказала Хорнер. – Пусть даже и по справедливости. Как, по-вашему, разделить поровну ПИИ или лазер?

Однако Стирлинг была не из тех, кто сдается. Она клацнула зубами – уже не как кошка, а словно какой-нибудь бульдог:

– Я предлагаю совсем другое, шо-са. Нашей собственностью становятся все трофеи, захваченные в результате собственно полевых действий. Синдикату же будут принадлежать все содержимое воинских складов, ради обладания которыми, собственно, вся операция и затевается, насколько я это понимаю.

Рут Хорнер долго и сосредоточенно думала над этим новым для нее предложением, а потом сказала:

– Полагаю, мне удастся добиться согласия моего руководства на подобные условия, но в таком случае горцам придется оплатить стоимость транспортировки.

Полковник Шенн наклонился вперед и стал тихо совещаться со своими соратниками. Через минуту или около того полковник Кохрейн обратился к Хорнер:

– Мы согласны, но при условии, что Синдикат будет согласен оплатить любые расходы, которые понесут задействованные нами десантные корабли и трофейные команды, а также предоставит нам возможность зафрахтовать необходимое количество судов в том случае, если наши корабли будут не в состоянии вывезти с планеты все собранные трофеи.

Рут Хорнер понажимала на своем наручном компьютере какие-то кнопочки, похмурилась, покусала кожицу на губе и сказала:

– Я полагаю, что могу согласиться на подобные условия.

– Да, и еще, по поводу транспортировки, – продолжил полковник Кохрейн, глядя в лежащую перед ним бумажку с проектом контракта. – Я хотел бы удостовериться в своем полном понимании этого вопроса. Синдикат разработает наш маршрут на Глубокую Периферию и предоставит Т-корабли в оба конца. Горцы покроют полную стоимость передислокации в оба конца, остальные расходы оплачивает ваше правительство. Так?

Хорнер медленно кивнула:

– Маршрут уже разрабатывается, поскольку мы ожидаем успешного завершения переговоров. Обочина V находится в шестидесяти пяти световых годах от границ Синдиката, однако мы вынуждены идти другим, кружным путем и не хотим терять ценного времени. Мы оплатим всю стоимость передислокации в пределах Внутренней Сферы. За ее границами мы предоставим вам необходимое материально-техническое обеспечение, ваши подразделения будут оплачивать аренду оборудования… это будет стоить какие-то гроши.

– Контракт еще не подписан, шо-са. – Стирлинг подняла указательный палец. – И не будет подписан, пока мы не скажем, что согласны.

Хорнер слегка склонила голову:

– Я не желала вас обидеть, полковник Стирлинг. Я лишь хотела указать на то обстоятельство, что до сих пор плавное течение наших переговоров не смогло нарушить наличие каких-либо смущающих достоинство и бросающих тень на честь уважаемого собрания подводных камней.

– Еще не вечер, леди, – по-чеширски улыбнулась Стирлинг.

– Отсюда следует еще один вопрос, который нам необходимо обсудить, и он, откровенно говоря, для нас весьма важен, – добавил полковник Шенн. – Речь пойдет о роли ПОС. Нортвиндские горцы должны полностью контролировать ход операции, не будучи ответственны перед прикомандированным офицером связи. Мы ведь будем находиться слишком далеко от штаба и носителей штабных же бюрократических тенденций.

Тут снова встряла Стирлинг – она, похоже, была не очень-то довольна достаточно плавным течением переговоров.

– Кроме того, – заявила «Кошка», – мы не хотим видеть в службе ПОС ваших ребят из ВВБ. Нам уж точно не нужны всякие там камикадзе, желающие во что бы то ни стало в разгар боя вызывать огонь на себя.

– Это тонкий момент, – осторожно ответила представительница Синдиката. – Роль ПОС состоит в обеспечении того, чтобы задачи Синдиката выполнялись с максимально возможным усердием.

– Мы здесь не мокроносые кадеты, шо-са Хорнер, – высказался и Вильям Маклауд. – Вы нанимаете нортвиндских горцев. Мы – одни из лучших бойцов во всей Внутренней Сфере.

Его тон заставил поежиться даже регента. Маклауд выглядел внушительно и говорил веско.

– Одно дело – наблюдатель, другое – начальник, – добавил он, шевельнув челюстью.

– Я понимаю, почтенный полковник, – как обычно, вполне загадочно улыбнулась Рут Хорнер. – ПОС будет присутствовать в качестве наблюдателя и советника.

Он не будет иметь полномочий в плане руководства вашими силами на Обочине, если только вы не нарушите условий контракта. Однако с ним будет отряд войск Синдиката, который окажет вам любую возможную поддержку. Стирлинг подняла бровь и качнулась вперед:

– Похоже, вы делаете нам уступку.

– Так и есть, – подтвердила Хорнер. – Но все это – при условии, что вы согласны на наше исходное предложение.

По ее тону было понятно – переговоры закончены.

– Вопрос не в цене, шо-са, – произнес полковник Кохрейн. – Скоро вы увидите, что для горцев независимость и самостоятельность важнее денег. Мы сражаемся по своим собственным причинам. В данном случае мы также понимаем, что кланы представляют явную угрозу для нашей планеты – пусть не сейчас, но в будущем.

Хорнер кивнула:

– В таком случае, могу ли я спросить, каков следующий этап работы по утверждению контракта?

– Голосование, что является чистой формальностью. Поскольку контракт поддерживаем мы все четверо, отклонить его Собрание может лишь единогласным решением. А такого не случится.

– Прекрасно, – сказала Хорнер. – Итак, для подготовки окончательного текста мне необходимо знать, какие полки вы выбрали для выполнения целей операции.

– Удар нанесут фузилеры Стирлинг, – сказал полковник Шенн. – Тридцать шесть дней спустя в качестве подкрепления и для несения гарнизонной службы прибудет командный батальон полка Маклауда. Стирлинг займется тылом, а люди Маклауда помогут с зачисткой, если потребуется – а если нет, то они сменят фузилеров, и те вернутся домой. Я полагаю, мы можем сказать, что для тех сил, которые мы туда направляем, Ягуары опасности не представляют.

IV

Форт Тара

Нортвинд

Хаос Марч

14 мая 3058 года

Первым вошел майор Курт Блэкадар, командир второго батальона фузилеров – Черных Гадюк. Он был высок, светло-русые волосы стриг в стиле «ежик», из-за чего было не совсем понятно, сколько ему лет. Когда майор был не в кабине боевого робота, он носил очки, так что и сейчас, придя на созванное Лореном совещание старших-офицеров полка, тоже нацепил их на нос.

Капитана Колина Ловата, сидевшего в дальнем конце стола, Блэкадар практически игнорировал. В глазах старых штабных офицеров недавнее повышение Колина и Митча выглядело сугубо предосудительно.

Лорен постарался не обращать на это внимания, понимая, что необходимо сосредоточиться на предстоящей работе. Митч и Колин были хорошими офицерами. В полковом закулисье и подковерье они не участвовали, а свое дело знали. Так что если Блэкадар и Крейг и вправду заботятся о благополучии полка, то не стоило бы им воротить носы и кривить лица.

Блэкадар занял свое обычное место, а следом появился майор Каллен Крейг. Он был пониже Блэкадара и Лорена и значительно пошире в, так сказать, кости.

Командир третьего батальона фузилеров вел себя настолько высокомерно, что это ощущалось почти физически. Он взглянул на Блэкадара и слегка улыбнулся ему – словно бы порадовался какой-то шуточке, никому, кроме их двоих, не понятной. Лорен знал, что все это маленькое представление разыгрывается персонально для него, но сдержался – пусть поиграют ребятки, пусть повеселятся. Скоро они поймут, что хиханьки и хаханьки остались в прошлом, ну а не поймут… мы им напомним о чинах, о рангах, о доблести и о славе тоже напомним. Да и о долге не забудем. Узнают, кто в доме… то есть в полку, хозяин.

– Я полагаю, вы оба просмотрели составленные мною организационные и боевые планы.

Курт Блэкадар поднял брови, посмотрел на Митча Фрейзера, потом – на Лорена, потом – на майора Крейга, у которого на лице было такое же удивленное выражение:

– Майор, разве вы не намерены сначала отпустить начальника техслужбы?

Лорен покачал головой:

– Нет, майор. Капитан Фрейзер останется и будет участвовать в совещании.

– Сэр, – вступил Крейг, – никогда прежде технический персонал не присутствовал на командных совещаниях. Конечно, у вас пока не было возможности об этом узнать…

– Я, собственно, – мягко сказал Лорен, – об этом прекрасно осведомлен. Но я решил, что капитан Фрейзер будет принимать участие в нашей встрече, поскольку мы напрямую коснемся деятельности его службы.

Он посмотрел на Блэкадара и Крейга. Те обменялись быстрыми взглядами, но промолчали.

– Итак, что у нас с планом перераспределения боевых роботов? Остались ли еще какие-либо вопросы, которые нужно обсудить прежде, чем приступать к выполнению фазы действия?

Лорен и начальник техслужбы, работая над планом перераспределения, засиживались за полночь. Лорен осуществлял общее руководство, а Митч дорабатывал план, перенося его на бумагу.

Крейг снова заговорил:

– При всем должном к вам уважении, майор Жаффрей, мы с Блэки полагаем, что перераспределение роботов в настоящее время было бы неуместным. Некоторым нашим людям будет некогда освоиться с новыми машинами. Мы предлагаем выбросить из списка загрузки десантных кораблей часть дополнительных устройств для полевого ремонта и вместо них погрузить побольше боеприпасов. Благодаря этому мы смогли бы выполнить поставленные перед нами задачи, а заодно и не таскать с собой все это абсолютно лишнее барахло.

Последовала долгая пауза. Лорен поднялся и прошелся по комнате, кружа вокруг стола, как ястреб, выслеживающий добычу.

– Капитан Фрейзер, вы изучали предлагаемые мною перестановки. Возникнут ли у ваших технических сотрудников какие-либо проблемы в связи с предполагаемой реорганизацией?

Митч Фрейзер поднял брови и попытался взъерошить реденькие волосы. Перед ним лежала табулограмма, вся измятая и исчирканная какими-то пометками.

– Я вот тут набросал некоторые рекомендации по внесению в план изменений, – смущенно произнес он. – По большей части они касаются перехода на использование роботов, оборудованных прыжковыми двигателями. Судя по предоставленной вами тактической информации, в кланах не больно-то их ценят. Если у нас их будет хотя бы несколько штук, похоже, это пойдет на пользу.

Он подал распечатку Лорену, тот просмотрел ее и ответил:

– Превосходная работа, Митч. Правда, мы с полковником Стирлинг уже пришли к аналогичным выводам. В большинстве случаев мы задействуем прыгающих роботов, оборудованных энергетическим оружием, не зависящим от перезарядки боеприпасов, или же просто более легким.

Лорен понимал, сколь опасно было бы не заменить роботов на более современные модели. На Обочине V негде будет пополнить боекомплект. Кроме того, у Ягуаров традиционно на вооружении находилось небольшое количество прыгающих роботов.

Для тактических боев нам нужны прыгающие роботы и энергетическое оружие – тогда мы одолеем Ягуаров, подумал майор.

– Покажем ваши рекомендации начальнику полковой разведки. – Лорен передал распечатку сидевшему в конце стола капитану Ловату, и тот принялся тщательно сравнивать списки, подготовленные Митчем, со своим собственным реестром.

Курт Блэкадар вспыхнул от гнева:

– Майор Жаффрей, мне кажется, вы не вполне понимаете смысл сказанного мною ранее. Замена одних роботов на другие приведет к неоправданному напряжению наших ресурсов.

Лорен оборвал его – сурово и властно:

– На самом деле, Курт, я все прекрасно понимаю. Вас это может удивить, но мне и прежде приходилось руководить крупномасштабными операциями. Все, что от вас требуется – это немедленно приступить к переподготовке бойцов.

Лорен сознательно назвал Блэкадара по имени. Пусть Крейг думает, что мы с Блэкадаром ближе друг к другу, нежели ему известно. Это займет его гнусные мысли и отвлечет от моей персоны.

– Почти четвертая часть моих солдат находится после учений в отпусках. При такой нехватке личного состава я никак не могу провести замены, – попробовал зайти с другой стороны Крейг.

Но Лорен был непоколебим.

– В таком случае, полагаю, придется вам немедленно их отозвать, – сурово произнес он.

– Майор, на этом контракте еще не высохли чернила, – сказал Блэкадар. – Возможно, нам следует попридержать коней, выработать несколько альтернативных вариантов, подумать о деталях… До отбытия еще есть время.

Лицо Лорена не дрогнуло.

– Я получил приказ, а теперь и вы его получили, – произнес он. – Вы проведете необходимую модернизацию технического парка. Если для этого вам понадобится отозвать из отпусков личный состав, предлагаю сделать это немедленно, сразу же по завершении нашего совещания.

– Майор Жаффрей, возможно, этот вопрос нужно обсудить с полковником, – сказал Каллен Крейг.

Было понятно, что Крейг намекает на то, что Лорен либо что-то скрывает от полковника Стирлинг, либо действует без ее ведома. В любом случае, подобный наглый вызов Лорен оставлять без внимания не собирался.

– Нет, майор Крейг. Я и так выполняю приказ полковника. Между нами говоря, я уже по горло сыт нарушениями субординации. Распределение боевых роботов полностью находится в юрисдикции старшего помощника. Полковник Стирлинг приказала мне подготовить полк к операции, и именно это я и делаю.

Лорен увидел удивление на лицах Крейга и Блэкадара – они явно не могли понять, откуда он знает, что они у него за спиной ходят к полковнику. Но Крейг не сдавался:

– Я думаю, если бы полковник знала о некоторых…

– Довольно! – рявкнул Лорен и с такой силой шарахнул кулаком по столу, будто собирался разнести казенную мебель ко всем чертям. – Я сейчас кое-что скажу вам и повторять не буду, поэтому слушайте и запоминайте!

Он был грозен и суров.

– Я – старший помощник командира этого полка. Мы все трое имеем одинаковые звания, но в оперативных и административных вопросах вы обязаны подчиняться мне. Я получаю приказы непосредственно от полковника Стирлинг, и наш общий долг – исполнять их столь точно, сколь это возможно. Теперь я отдал вам приказ. Если вы отказываетесь его исполнять, у меня не остается другого выбора, кроме как арестовать вас и отдать под трибунал. Я ясно выражаюсь, господа офицеры?

Все испуганно молчали.

Курт Блэкадар нервно поерзал и начал:

– Майор Жаффрей…

– Я что, не ясно выражаюсь? – заорал Лорен. – А, майор Блэкадар? Или у вас, майор Крейг, есть вопросы?

Дискуссия наконец-то входила в правильное русло. Все же упрямый Блэкадар опять завел свое.

– Сэр, прошу разрешения говорить откровенно, – начал он.

– Не разрешаю, – отрезал Лорен.

– Майор Жаффрей, вы слишком склонны к перемене мест, – заговорил Крейг. – При Макфранклине система работала гладко, и…

Лорен наклонился через стол, нависнув над Крейгом:

– Позвольте сказать прямо, майор. Макфранклин мертв. Теперь СП в этом полку я. Вы находитесь в моем подчинении. Я не буду подстраиваться под кого-либо из вас. Я не случайно оказался на своем посту. Измениться придется вам.

Крейг еле слышно пробормотал:

– Здесь не Конфедерация Капеллы…

– Верно, – ответил Лорен. – И не те фузилеры, что были до моего сюда назначения. Сегодня я в последний раз терплю какие-либо разговоры по поводу моего предыдущего места службы. Подумайте об этом…

Лорен расстегнул кобуру на поясе, вытащил и положил на стол перед собой лазерный пистолет системы «Солнечный луч». Довольно эти двое поиздевались, делая все возможное, чтобы не дать полку его принять. Самым значительным их аргументом в выставлении его чужаком была его прежняя служба в «Смертниках Коммандос».

Он знал, что люди считают «Смертники Коммандос» беспощадными фанатиками, обученными только лишь тому, что убивать по приказу, и решил обратить эту репутацию себе на пользу.

Пусть видят, что я готов предпринять любые необходимые меры. Пусть поймут – я не склонюсь перед ними и не отступлю. Мне нужно их уважение, но пока что сойдет и страх.

Он оглядел комнату. У Фрейзера глаза были очень большие и совсем круглые, капитан Ловат съежился в кресле до состояния полной крохотности. У Блэкадара так отвисла челюсть, будто он хотел положить ее на стол. Крейгу, у которого тоже имелся при себе пистолет, было тоже явно не по себе, и хвататься за оружие он совершенно не собирался.

– Если бы мы сейчас были в «Смертниках Коммандос», то ваши действия рассматривались бы как попытка мятежа. Вас, господа хорошие, я мог бы посадить под арест… а впрочем, просто шлепнул бы у ближайшей стенки, как лиц, склонных к неповиновению и вообще явных подстрекателей и провокаторов, представляющих несомненную угрозу для боеспособности подразделения и безопасности Канцлера.

Лорен с сожалением посмотрел на пистолет и нехотя сунул его в кобуру. Господа хорошие были ни живы ни мертвы от страха.

– Я не стыжусь того, чем занимался прежде, чем стать горцем. Не ожидаю, чтобы вы это поняли, но требую, чтобы вы оказывали мне уважение.

Он добился, чтобы его слушали, – а они, несомненно, слушали, и еще как! – и решил плавно перейти к собственно теме совещания.

– Итак, джентльмены, полагаю, вы просмотрели документы по плану «Гранит».

Планом «Гранит», как известно, он скромно назвал свои разработки по нападению на Обочину.

Джентльмены зашевелились, быстро и с готовностью закивали. Капитан Ловат, прокашлявшись, произнес:

– Учитывая особенности боевой тактики Ягуаров, сэр, мне непонятно, почему бы нам просто не высадиться посреди их базы и не нанести быстрый удар. Захват базы имеет решающее значение для достижения стратегического успеха на этой планете. Ягуары показали свою способность адекватно отвечать на нападение, если им дать на это время. Если мы высадимся на обратной стороне Обочины V, как предлагается в вашем плане, у них будет возможность ударить первыми, и нам придется перейти к обороне.

– А вы что думаете, господин Крейг? – спросил Лорен.

Тот пожал плечами:

– Разведка говорит верно. Ягуары известны мастерством в атаке, а не в обороне. Ваш план дал бы им время для того, чтобы устроить против нас наступательную операцию. Если я правильно понял ваши намерения, мы собираемся привезти с собой чертову уйму запасов. По-вашему получается, что мы должны будем выманить их из своего логова, побить, как следует, и только потом атаковать их базу…

– Именно так, – кивнул Лорен, – и именно поэтому я и настаиваю на уже обсуждавшейся модернизации нашего технического парка. Новым роботам не нужны будут боеприпасы для автоматических пушек и ракеты. Я рассчитываю на то, что войскам противника не будет известно о нашей изначальной дислокации, поскольку мы высадимся на другой стороне планеты. Когда же они нас обнаружат, то сражение произойдет в том месте и в то время, где мы сами того пожелаем. В этом состоит ключевая идея плана «Гранит».

Последнее слово он произнес со вкусом и обвел взглядом присутствующих. Все внимали с должным почтением.

– Мы должны постоянно контролировать весь ход операции, – продолжал Лорен. – Пусть они тратят силы и энергию, перебрасывая к нам войска. Пусть подальше отойдут от своей базы снабжения. Просто игнорировать нас Ягуары не смогут, им придется прийти к нам и подраться. Когда же они придут, при любой возможности мы будем обращать ситуацию против них.

– Контрудары? – спросил майор Блэкадар.

– Да. Мы позволим им думать, будто они побеждают, а потом при любом случае будем срывать их планы. Чем больше их удастся разозлить, тем больше они совершат ошибок. Посмотрите отчеты о событиях на Люсьене, которые привезла Рут Хорнер. Когда Ягуарам приходится сражаться на каких-либо других условиях, кроме их собственных, они теряют самообладание и слепо кидаются вперед. В этом и состоит преимущество нашего плана. – Лорен захлопнул бювар и строго посмотрел на подчиненных. – Я хочу, чтобы вы поняли простую вещь. Мне ведь все равно, что вы думаете обо мне лично. Однако помните, что сделали Ягуары с городом Эдо на планете Черепашьего Залива. Они уничтожили город, стерли его с лица земли – а дело-то было всего-навсего в обычных гражданских беспорядках. Возможно, Клан Волка коварен. Возможно, Клан Сокола жесток. Но Ягуары хуже. Они ужасны. Они безжалостны. Они ни перед чем не остановятся.

V

Форт Тара

Нортвинд

Хаос Марч

15 мая 3058 года

– Полковник Стирлинг?

«Кошка» Стирлинг узнала голос Каллена Крейга, но не сразу оторвалась от рапорта, который читала. В кабинете было темно – горела только настольная лампа и неярко светились два дисплея.

– Уже поздно, майор. – Она откинулась на спинку кресла и потерла висок, будто это могло вернуть ей утреннюю бодрость. – Что вас привело в такой час?

Крейг вошел в кабинет и осторожно прикрыл за собой дверь:

– Мэм, майор Жаффрей… он опять… «Кошка» Стирлинг чуть прищурилась:

– Ясно.

– Речь идет о передислокации и модернизации роботов, мэм.

– Ну и что не так, майор? Крейг помялся.

– Видите ли, – начал он смущенно, – план майора Жаффрей означает, что некоторым нашим людям придется переучиваться на новые модели роботов всего за несколько дней до отбытия с Нортвинда. Я понимаю, что в пути можно будет заняться тренировками на симуляторах, но не вижу смысла проводить обучение так быстро. Кроме того, понадобится ведь проделать много лишней работы. Придется загрузить на корабли симуляторы и отозвать ребят из отпусков, чтобы они в спешном порядке учились обращаться с новыми роботами. Мне кажется, он слишком многого от нас требует…

– Вы полагаете, что это ставит под удар безопасность полка?

– Нет, не до такой степени. Но люди жалуются…

– Майор, позвольте прояснить для вас одно обстоятельство, – перебила Стирлинг. – Это предложение было внесено майором Жаффрей и полностью мною поддержано.

Она строго посмотрела на Крейга. Тот опустил глаза и вид имел смиренный. Стирлинг удовлетворенно кивнула и продолжала:

– Другое дело, если бы под угрозой была безопасность полка. Но в тот день, когда я отменю приказ из-за того, что кто-то в войсках проявит недовольство, я сама подам в отставку.

Она поднялась, тяжело оперлась руками о стол и еще более тяжело посмотрела на майора.

– Не думала, что доживу до того, чтобы кто-нибудь из моих подчиненных приходил и вел речь о чем-то подобном. Напомните своим людям, что они – нортвиндские горцы и что я отдаю приказы, а не обращаюсь с просьбами. В делах, касающихся управления частью, Жаффрей – мой заместитель и мой представитель, в конце концов, мое второе "я". Если кто-нибудь, и вы в том числе, не захочет с этим мириться, он всегда может подать прошение об отставке. В противном же случае пусть этот «кто-то» заткнется и выполняет свою работу, и я полагаю, что дела пойдут черт знает насколько лучше, если вы будете подавать батальону пример, а не приходить ко мне и рассказывать сказки о том, что люди якобы жалуются, что их заставляют делать то, что они должны делать, а не пинать балду!..

Крейг прямо-таки выпрыгнул из кресла, вытянулся в струнку, деревянно отдал честь и повернулся, чтобы выйти. Он был явно потрясен подобной головомойкой.

«Кошка» Стирлинг сверлила взглядом его спину до тех пор, пока дверь за ним не захлопнулась, и только потом вернулась к работе. Она знала, что Крейг отправится напрямик к Блэки и все ему расскажет. А потом – если, конечно, она что-то понимает в своем полку – весть о происшедшем разнесется быстрее солнечного ветра. Если солдаты раз и навсегда поймут, что она на все сто поддерживает Жаффрей, это чертовски облегчит ему жизнь. Воевать надо с Ягуарами, а не друг с другом…

Лорен не спеша шел по дорожке, ведшей его через Парк Мира, который раскинулся почти в самом центре Тары, столицы Нортвинда. Веками, несмотря на все тяготы и беды, которые принесли Войны за Наследие, на все кровопролитные распри, сотрясавшие Внутреннюю Сферу, Парк Мира оставался нетронут. Забавно, что именно в Парке Мира Лорен и его новые родичи сражались в прошлом году за власть над Нортвиндом против Федеративного Содружества. Парк теперь был не только памятником собственно мирной жизни, но и символом той цены, которую горцы заплатили за свободу.

Здесь еще виднелись оставленные битвой шрамы: там, где земля была отравлена пролившейся на нее машинной смазкой, трава стала мертвой, на деревьях остались следы шальных лучей лазеров, почти все статуи иссечены осколками.

Под одним из фонарей, освещавших дорожку, темнел силуэт человеческой фигуры. Лицо обладателя силуэта скрывала тень, но Лорен узнал бы этот точеный профиль в каком угодно мраке.

Честити Малвани шагнула майору навстречу и нежно обняла его. Дальше они пошли нога в ногу.

Она испытующе посмотрела на Лорена снизу вверх.

– Опять думаешь об этих кланах, будь они неладны, да?

Он кивнул:

– Тренировками и изучением разведданных многого не добьешься. Настоящая проверка начнется, когда мы встретимся с ними лицом к лицу.

– Знаешь, Лорен, я ведь поначалу ошибалась насчет тебя. Черт, да я тебя просто ненавидела! Кроме того, я-то уже сражалась против кланов и чуть не погибла. Всегда надо помнить, что они – машины для убийства.

– Меня Ягуары не убьют, Честити. – На мгновение Лорен крепче сжал ее в объятиях. – Пусть я их не знаю, но и они меня тоже пока не знают. А как узнают, так для них все будет кончено…

Она остановилась и повернулась к нему:

– Лорен, против тебя будут сражаться враги, которые генетически сконструированы специально для войны. Они с самого рождения воспитываются в сиб-группах, оттачивая боевое мастерство. Они – как древние спартанцы… слабых там выбраковывают, сильные же становятся настоящими воинами. Я знаю, что ты хороший боец… черт, да ты один из лучших! Никогда прежде не встречала человека со столь быстрым и четким тактическим мышлением. Но там все будет по-другому. Придется полагаться на навыки и умения, которыми ты хоть и владеешь, да не любишь пользоваться. Вот что я тебе скажу: чтобы выжить и победить Ягуаров, тебе придется использовать всю свою хитрость.

– Я не боюсь Ягуаров!

– Я знаю. Но ты считаешь ниже своего достоинства хитрить и изворачиваться, даже в том случае, когда это просто необходимо. Пойми, на этой самой Обочине V придется пустить в ход все возможные способы ведения боя, обманывать, бить исподтишка, стрелять врагу в спину, вести закулисные интриги – делать все, чтобы только выжить!..

– Интриговать? – усмехнулся Лорен и нежно сжал ее в объятиях. – Мы будем сражаться с Ягуарами на изолированной планете Глубокой Периферии. Какие там могут быть интриги!

Она опять остановилась и взяла его за руки.

– Послушай меня, Лорен. Это вовсе не шутки. Ты сам мне рассказывал, как обделывают свои делишки у тебя за спиной Блэкадар и Крейг. Я уже много лет служу в качестве старшего помощника в полку Маклауда. Верь мне, в боевом походе все будет только хуже. Не стоит, кстати, забывать, что никто из нас не имеет опыта общения с ПОС. Придется сделаться достаточно тонким политиком, а то тебе запросто перебегут дорогу.

Лорен знал, что по поводу прикомандированного офицера связи она права. Обычно Куриты всякий раз, когда пользовались услугами наемников, присылали представителя – своего рода надсмотрщика, следившего за соблюдением их интересов. В армии Синдиката не слишком доверяли наемным войскам, хотя Теодору Курите и приходилось иметь с ними дело.

Честити кивнула, отвечая собственным мыслям.

– Верь мне, Лорен. Когда окажешься там, далеко и от меня, и от остальных горцев, и от Нортвинда, постарайся не забыть о том, что я тебе говорила.

Лорен в шутливом отчаянии покачал головой и снова прижал ее к себе.

– Не беспокойся обо мне, Честити Малвани, – нежно произнес он. – Ягуары там или не Ягуары, а ты от меня так просто не избавишься.

Они засмеялись и побрели, обнявшись, по темным аллеям Парка Мира.

VI

Десантный корабль «Клеймора»

Надирная точка перехода

Грейвенхейдж

Синдикат Дракона

2 июня 3058 года

Когда «прыгун», который нес на борту оперативную группу фузилеров, прибыл к точке перехода в системе Грейвенхейдж, расположенной на самых дальних рубежах Синдиката Дракона, десантный корабль «Клеймора» уже стал казаться своим пассажирам тесным и потихоньку начал вызывать клаустрофобию у наименее стойких из них. Три корабля класса «Владыка» (на каждом – по полному батальону боевых роботов и группа поддержки) находились в пути уже несколько недель. Благодаря любезности Синдиката, выставившего «прыгунов» вдоль всего маршрута следования сквозь свою территорию, фузилеры продвинулись на сотни световых лет от Нортвинда и приближались теперь к границе Внутренней Сферы.

В то время как десантные корабли летали к планете и обратно, бескрайние межзвездные просторы человек покорял только благодаря «прыгунам». В течение последних нескольких дней «Клейморе» пришлось воспользоваться помощью немалого числа этих сверхсветовых кораблей.

Подобный маршрут следования весьма необычен: мало кто, помимо вождей великих Домов Внутренней Сферы, имел достаточное количество межзвездных кораблей, чтобы его технически обеспечить. Зато передача десантных кораблей от одного «прыгуна» к другому помогала сохранить время, от недели до десяти дней, которое необходимо было для перезарядки солнечных батарей перед новым прыжком через гиперпространство. В каждой точке перехода десантные корабли фузилеров отстыковывались и перелетали к новому «прыгуну», ждавшему их, чтобы перенести по следующему этапу долгого путешествия.

На путь от Нортвинда до точки перехода понадобилось двенадцать драгоценных дней. Правда, Лорен потратил их с толком – много часов он просидел над различными тактическими планами, тренировался на взятых с собой переносных симуляторах и изучал карту Обочины V, пока планета не стала ему так же знакома, как и любимый горцами Нортвинд.

От Нортвинда до Грейвенхейджа было почти, пятьсот световых лет, но будь он и на другом конце Галактики – все равно Лорен не чувствовал бы себя дальше от дома. Кто знает, когда они снова увидят высокие безмолвные скалы Каменных Шпилей и пройдут по старинным переулкам Тары?..

Сидя в тесной кают-компании, Лорен вспоминал торжественную церемонию проводов – тщательно отрепетированный парад, завывание волынок, речи и всякие там танцы… да и чего греха таить – дружеские попойки и гулянки, которые иногда просто необходимы для того, чтобы солдаты хоть немного разрядились перед трудным и обещающим стать весьма опасным походом. Не важно, насколько хорошо пойдет операция – каждый прекрасно понимал, что кому-то из фузилеров на Нортвинд вернуться не суждено.

Лорен тогда оказался как-то в стороне от общего лихорадочного веселья, полностью сосредоточившись на предстоящем задании. Он никак не мог забыть древнюю истину, не дающую покоя каждому командиру: любой план существует до тех пор, пока войска не сталкиваются с противником. Он глядел в иллюминатор «Клейморы» и думал о том, что их ждет…

Система Грейвенхейдж, расположенная на самом краю территории, принадлежащей Синдикату, была для фузилеров не просто очередной промежуточной станцией перезарядки. Здесь к ним должны были присоединиться отряд войск Синдиката и ПОС, майор Эльден Паркенсен. Впрочем, поправил себя Лорен, не майор. В Синдикате этому званию соответствует чин шо-са.

Служба прикомандированных офицеров связи была родом войск, ответственным за координацию действий наемных частей с регулярными вооруженными силами Синдиката Дракона. ПОС следил за соблюдением условий контракта, теоретически мог участвовать в принятии решений командирами, но Лорен знал, что никогда «Кошка» Стирлинг не позволит кому бы то ни было еще командовать своим полком. Задание было исключительно важным, так что фузилеры должны действовать со значительной долей самостоятельности. Никто во всей Внутренней Сфере никогда прежде не пытался делать ничего подобного – атаковать и захватить планету кланов за пределами освоенного человеком космоса.

О новом офицере связи известно было немного. В начале своей карьеры, во время вторжения кланов, Паркенсен служил в различных частях. На Тарнби, когда вторжение еще только началось и сущность кланов не была известна, он находился в составе Четвертого Пештского регулярного полка. В битве при Гроте Ныряльщика его часть была почти полностью разгромлена Ягуарами из Шестого Драгунского, эвакуировать удалось немногих, в том числе и его.

Паркенсен вернулся на Люсьен для лечения и все еще находился там, когда годом позже кланы Ягуара и Кота предприняли неудачную попытку нападения на столичную планету Синдиката. Он записался добровольцем, хотя еще не полностью выздоровел, но всего через несколько минут участия в сражении его собранный по кусочкам «Большой Дракон» был подбит Котами.

Оказавшись в фаворе у самого Теодора Куриты, Эльден Паркенсен получил новый пост в Четвертом Альшайнском регулярном полку на планете Рубиген. Через несколько недель ее атаковали Призрачные Медведи.

Странно, но судьба снова оказалась к нему благосклонна – его забрали с планеты в последней партии раненых, которых удалось эвакуировать.

С тех пор он служил в небольших гарнизонах на границе с кланами, и принимать участие в боях ему не приходилось. Изучив послужной список Паркенсена, Лорен так и не понял – то ли это никуда не годный водитель робота, выходивший сухим из воды благодаря чистой удаче, то ли прекрасный офицер, но все время оказывавшийся не в том месте не в то время. Возможно, истина была где-то посередине. Во всяком случае, Лорен надеялся, что это так.

Он очнулся от дум в тот момент, когда вошла полковник Стирлинг. На ее полетном прыжковом костюме был черный шеврон, обозначавший чин и должность. Следом за ней появились майоры Крейг и Блэкадар.

В маленькой кают-компании места хватало только на то, чтобы поместились стол и две скамьи на десять мест каждая. Было очень тесно и неудобно, да к тому же пол слегка дрожал – это работали корабельные реакторы. Но сегодня вечером углеволоконная поверхность стола была накрыта скатертью, а на ней расставили фарфор и серебряные приборы. Бедновато, конечно, но все же лучше, чем совсем ничего.

– Капитан Шпильман говорит, что челнок наших гостей швартуется, – сообщила Стирлинг.

– Каково состояние их «прыгуна»? – спросил Лорен.

– Он снабжен литиевыми синтезными батареями, как и наш. Судя по всему, у них достаточно энергии, чтобы через несколько минут после стыковки произвести прыжок.

С этого момента два корабля будут следовать вместе, подумал Лорен.

– Теодор Курита не скупится на расходы, – произнес он вслух.

Стирлинг кивнула.

– Не сомневаюсь, Координатор серьезно относится к нашему заданию. Наш ПОС немало повоевал. Должно быть, хороший офицер, раз его к нам назначили.

Лорен тоже кивнул, потом похлопал себя по карманам, проверяя, в порядке ли его прыжковый костюм. О своих сомнениях по поводу шо-са он решил не говорить – время покажет, что к чему.

– Я выделил для него почетный эскорт, мэм.

– Замечательно. Что у нас в меню?

– Бифштексы с картофелем и кукурузой, – любезно сообщил Лорен.

– Не густо, – скривилась Стирлинг. – Надо в следующий раз не забыть взять с собой побольше настоящей еды.

Лорен улыбнулся:

– Я и хотел взять побольше, но Митч Фрейзер в каждый свободный угол напихал всяких там инструментов и запчастей. А дежурный сегодня жаловался, что в кухонном холодильнике находится сто литров смазки для роботов.

– Этот псих ненормальный с вечным гаечным ключом в зубах суетится, как пьянчуга на пивоварне, – вставил майор Блэкадар, приглаживая свои волосы. – А из одного из старых тягачей он соорудил какого-то жуткого монстра и назвал его мобильной ремонтной машиной. И это чудовище в совершенно разобранном виде валяется теперь по всей грузовой палубе: Фрейзер, видите ли, его переконфигурирует. Я ему говорю – собери ты, ради всего святого, эти жестянки, пока мы не прилетели – а то ведь как буду робота выводить, непременно на них наступлю.

Блэкадар засмеялся, Стирлинг тоже.

– В чем, в чем, а в творческом подходе к работе Митчу не откажешь, – сказала она с определенным одобрением.

В дверь постучали. Полковник и Лорен переглянулись.

– Ну что ж, пора встречать нашего дорогого гостя и партнера, – произнесла Стирлинг и кивком указала на дверь.

Лорен кивнул в ответ, подошел к двери и открыл ее.

На пороге стоял человек среднего роста, одетый в желто-коричневый прыжковый костюм офицера регулярных войск Синдиката Дракона. Волосы шо-са Паркенсена были черны и блестели, как набриолиненные, черты лица он имел, так сказать, классические восточные, выражение этого самого лица можно было определить как маску спокойной вежливости.

Войдя в тесное помещение, он слегка поклонился.

– Приветствую вас, нортвиндские горцы, офицеры полка «Фузилеров Стирлинг». Я шо-са Эльден Паркенсен, ваш ПОС. Приветствую вас от имени Синдиката Дракона и передаю сердечные пожелания успеха от лица самого Координатора.

Он снова поклонился, на этот раз – персонально полковнику Стирлинг.

Она в ответ тоже поклонилась:

– Коничи-ва, шо-са Паркенсен-сан. – Ее японский был довольно правильным. – Я полковник Андреа Стирлинг, это – мои офицеры.

Она представила их одного за другим. Офицеры тоже обменялись с Паркенсеном поклонами, хотя Лорену показалось, что никому, кроме собственно этого ПОС-сана, эти синдикатские экивоки не понравились и вообще на фиг не нужны.

Паркенсен опустился в кресло, два офицера, сопровождавшие его, закрыли за собой дверь кают-компании. Пару долгих минут шо-са молчал, открывая потертый кожаный чемоданчик и доставая из него какие-то бумаги. Потом он снова поднял глаза на горцев и положил руки на стол.

– Я правильно понимаю, что в течение часа мы совершим прыжок?

– Совершенно верно, – ровным голосом ответила полковник Стирлинг. Паркенсен был в равных званиях с Лореном, и тому казалось, что она устанавливает тон взаимоотношений с ПОС, как будто это часть какого-то странного ритуального танца. – Еще один прыжок, и мы окажемся на Периферии.

– Да, мне это известно, полковник, – ответил Паркенсен. – Я привез новейшие разведданные и координаты точек перехода, использовавшихся кланами при операциях в этом районе. Мы проверили расчеты пиратской точки нашего прибытия, но ничего нового о самой системе Обочины у нас нет. Рекомендуемая нами пиратская точка находится очень близко к планете, всего в двух сутках пути.

Точками перехода назывались координаты в звездной системе, в которых мог успешно материализоваться в пространстве корабль, совершивший прыжок из другой точки на расстояние до тридцати световых лет. В каждой системе двумя наиболее часто используемыми точками были зенитная и надирная, располагавшиеся соответственно над и под орбитальной плоскостью планет и находившиеся от них в днях, а то и неделях полета. Кроме того, существовали пиратские точки. Это были нестандартные координаты, позволявшие Т-кораблям появляться гораздо ближе к планете и с гораздо меньшей вероятностью быть обнаруженными ее защитниками. Однако даже малейшая неточность в расчетах могла привести к ошибке и повлечь за собой самые серьезные неприятности.

– Майор Жаффрей, возможно, вы хотели бы показать нашему союзнику составленные нами планы? – сказала Стирлинг.

Лорен водрузил на стол небольшой голографический проектор – толщиной сантиметров шесть, черный, размером с тарелку, оборудованный несколькими панелями управления. Вынув ручной пульт, он направил его на устройство и нажал кнопку. В воздухе появилось изображение медленно вращавшейся Обочины V – эдакий метровый прозрачный глобус.

Паркенсен внимательно изучил изображение, сверяясь со своими бумагами.

– Я вижу, вы придумали географические названия. – По его сухому тону было непонятно, что он об этом думает, однако представить мысли шо-са особого труда не составляло.

На Обочине V было три обширных водоема, которые Лорен назвал морями и которым дал имена собственные, использовав для такого дела фамилии некогда служивших горских полковников.

Примерно так же он поступил и с тремя так называемыми континентами – или, по-другому, материками. Один из них, довольно крупный, расположенный в южном полушарии и похожий формой на полумесяц, он назвал Великий Курита. В середине этого полумесяца, на бывшем океанском дне, находилась намеченная точка высадки фузилеров.

Самый большой континент, названный майором Новой Шотландией, находился в основном в северном полушарии и был покрыт горами и остатками ископаемых лесов. По форме континент смахивал на кисть руки с четырьмя скрюченными пальцами, вытянутыми на запад, к Морю Маккормака.

К востоку от Новой Шотландии разлеглось Кернийское море. На южном его берегу, там, где когда-то были километровые глубины ныне иссохших океанов Обочины V, находилась база Клана Ягуара. К юго-западу от нее к моменту последней разведки строился аэрокосмодром.

Ниже Кернийского моря, в южном полушарии, находился континент, которого Лорен поименовал Новым Нортвиндом. Он напоминал покалеченную морскую звезду, растопырившую во все стороны семь несимметричных щупалец. Одно из них почти доставало до Новой Шотландии, оставался только узкий коридор – его Лорен назвал (в память о великой для шотландцев битве) Баннокбернским Ущельем. Это была узкая извилистая долина, стены лишенных атмосферы континентов крутыми обрывами уходили вниз, к ее каменистому дну.

К югу, между Новым Нортвиндом и Великим Куритой, находилось неглубокое море – воспоминание о прошлом океанов Обочины V. На карте горцев оно называлось Морем Мариона в честь полковника, несколько десятков лет назад командовавшего полком Маклауда.

– Полковник Стирлинг предложила дать элементам рельефа названия, чтобы нашим людям легче было в них ориентироваться, – несколько смущенно сказал Лорен.

– Я полагаю, вы не ожидаете, что когда планета перейдет к нам, эти названия будут сохранены? – с ледяной вежливостью негромко произнес Паркенсен.

– Разумеется, если вы сами этого не захотите, – сухо ответила Стирлинг.

Паркенсен только молча улыбнулся.

– Я просмотрел переданный мне предварительный рапорт, – сказал он вкрадчиво. – Я согласен с предложенным вами планом, но расстояние, которое нам придется преодолеть от точки высадки до цели атаки, весьма велико.

– Это верно, – подтвердила Стирлинг, – но если нас ожидает более серьезный противник, нежели просто тыловое гарнизонное соединение, то благодаря удаленности от него у нас будет время, необходимое для подготовки к вражеской атаке. Во время десантирования наши корабли выпустят на орбиты несколько спутников, оборудованных активными и пассивными сенсорами. Активные спутники позволят нам ясно представить себе дислокацию противника, но если гарнизон снабжен аэрокосмическими боевыми единицами, спутники, вероятнее всего, будут вскоре уничтожены. Однако в течение первых нескольких минут после высадки ребята из полковой разведки будут иметь четкую картину происходящего на поверхности планеты. Кроме того, возможно, Ягуары сами сообщат нам, какими силами они располагают – мы намерены бросить им ритуальный вызов.

– Возможно, – покачал головой Паркенсен, – вы неправильно разобрались в предоставленных нами данных. Ягуары больше не принимают от нас никаких вызовов. Они полагают, что мы лишены воинской чести и только оскверняем традиции, используя их для достижения преимущества.

Лорен подумал, что в этом есть смысл. На Уолкотте, одной из планет Синдиката, Ягуары потерпели поражение именно потому, что войска Синдиката в ходе вызова предоставили им ложную информацию о своих силах – попросту говоря, солгали.

– Пусть кланы не примут вызова, но в ваших же собственных разведданных говорится, что вызов от воинов они уважают куда больше, чем от тех, кого считают никчемными разбойниками, – заметил он, остановив вращение голографического глобуса и нажав еще одну кнопку на пульте.

В середине огромного залива, вдававшегося в Великого Куриту, зажегся ярко-красный значок – зона высадки фузилеров.

– Согласно предварительному плану нападения, мы пройдем северным берегом Моря Мариона, – сказала полковник Стирлинг. Вдоль маршрута скользнула красная стрелка. – Это будет достаточно сложно, поскольку океанское дно здесь представляет собой мешанину битого камня, перемежающуюся песчаными ямами. Эти проливы кажутся на карте достаточно широкими – некоторые до сорока или пятидесяти километров, – но идти нам придется по узкому коридору между скалами, который имеет ширину всего две-три тысячи метров. Остальная часть ущелья практически непроходима. В нем легко можно застрять, но именно здесь я хочу в первый раз встретить Ягуаров. Мы нанесем им мощный удар, потом обойдем и поднимемся на континент Новый Нортвинд, пересечем вот этот полуостров, опять спустимся на бывшее океанское дно и нападем на противника с тыла и с фланга. Оттеснив Ягуаров до территории их базы, мы намерены начать ее осаду.

Паркенсен покачал головой, разглядывая карту:

– Вы хотите вывести полк на континент? Но ведь там почти нет воздуха и очень холодно. Ваши машины и пехота не выдержат там и пяти минут.

– Вы правильно поняли, шо-са, – сказала Стирлинг. – Я рассчитываю, что бронемашины будут удерживать ущелье, пока мы перебросим боевых роботов через полуостров. После этого мы разделимся: часть войск нанесет удар по аэродрому, часть – по базе Ягуаров.

Лорен переключил изображение и дал крупный план базы Клана Ягуара. Она была расположена на дне глубокого котлована, спускавшегося к соленым водам Кернийского моря. С одной стороны база имела в качестве естественного оборонительного рубежа море, а с трех других ее окружали крутые холмы, затруднявшие маневрирование предполагаемого противника. Каждый раз, глядя на карту, Лорен прямо-таки ругался – сама природа предоставила обороняющимся идеальные условия для боя. Любой из нападавших неминуемо оказывался на полностью открытом пространстве, а защитники базы могли вовсю использовать преимущества естественных укреплений. К счастью, фузилеры и не собирались бросаться на базу сломя голову.

– Мы собираемся идти двумя колоннами. Ягуары практически зарылись в нору, поскольку их база прижата к морю. Несмотря на ряд явных преимуществ, у этой позиции есть и существенные недостатки. Естественные укрепления их защищают, но зато они понятия не имеют о происходящем за пределами котлована.

– Все равно, ваш план очень рискован, – заметил Паркенсен.

– Это верно, шо-са. Такова, кровь и тьма ее разрази, суть нашего ремесла.

VII

База «Дикий Кот»

Обочина V

Глубокая Периферия

2 июня 3058 года

Галактический командор Девон Озис стоял в проеме люка десантного корабля и впервые рассматривал базу на Диком Коте, где дислоцировалась «галактика» «Тау». Ничего особо примечательного он не заметил – разве что болезненную зелень неба и еще то, насколько разреженной оказалась местная атмосфера по сравнению с регенерированным воздухом, к которому он успел привыкнуть за время перелета. Перед кораблем, у стен складов и зданий базы «Дикий Кот», навытяжку стояли офицеры нового подразделения – его новой «галактики». Девон ощутил прилив гордости.

Он не спеша спустился по пандусу, вглядываясь в лица и рассматривая отглаженные мундиры офицеров командного состава «галактики».

Налетел порыв холодного ветра. Девон приблизился к первому из воинов. Он и сам, как подобало бойцу-Ягуару, с гордостью носил серую форму, спину держал прямой, а голову – высоко поднятой. Рыжий отблеск солнца на волнах моря напомнил командору, сколь мало приятного известно ему было об этой планете. Судя по всему, достоинство у нее было одно – отдаленность. Отсюда можно было спокойно планировать, как раз и навсегда уничтожить Клан Кота.

«Галактика» «Тау» подходила для решения этой задачи идеально. Она состояла из трех соединений омнироботов.

Два из них, 101-е наступательное и 250-е штурмовое, являлись полными соединениями, а третье, 25-е ударное, было поменьше. Девон знал и подлинные названия частей: «Кровавые Когти», «Пронизатели Тумана» и «Удар Смерти»…

На складах базы «Дикий Кот» хранилось достаточно припасов, чтобы «галактика» могла действовать, не завися от помощи со стороны. Все омнироботы, приписанные к «галактике», были новыми, несколько прототипов другие кланы еще вообще никогда не видели. В качестве вспомогательной силы для этого яростного воинства служил боевой корабль «Темный Коготь». Это было судно класса «Эссекс», построенное во времена расцвета Звездной Лиги и имевшее достаточно огневой мощи, чтобы, не сходя с орбиты, уничтожить целый город.

По словам Хана Линкольна Озиса, бойцы «галактики» «Тау» еще не знали о цели своего нового задания. Они были выращены посредством генетических разработок на основе наследия лучших воинов, участников вторжения во Внутреннюю Сферу, но о самом существовании «галактики» известно было не многим. Задачей Девона было подготовить людей к тому, что им предстояло совершить – к уничтожению Клана Кота Сверхновой. Когда они будут готовы, он поведет их в бой.

Эти воины – лучшее, что есть у моего клана. В сочетании с моим боевым опытом их никто не остановит. Всего несколько месяцев нужно будет потратить на завершающие тренировки, повышение боевого мастерства и знакомство с намеченными целями, а потом мы нанесем Котам решительный удар и навсегда покончим с ними, удовлетворенно подумал Девон.

Спустившись вниз, он остановился и посмотрел на стоявшую перед ним женщину-воина. Сначала ему показалось, что ее голова гладко выбрита, но потом он пригляделся и заметил, что ни на черепе, ни на лице у нее вообще нет ни одного волоска – ни бровей, ни даже ресниц. Вокруг головы тонкой линией вился, будто вытатуированный терновый венец, зацепивший колечком правый глаз, нейроимплантант – благодаря этому ей не приходилось надевать нейрошлем. Вживленная хирургическим путем схема позволяла воину напрямую подключаться к компьютеру своего робота, выводя в мозг виртуальное изображение боевого поля, что помогало лучше определять мишень, целиться и управлять роботом. Раз у столь молодого воина такая биоэлектронная «татуировка», он, точнее, она, должно быть, весьма агрессивна.

На воротнике у нее виднелись нашивки звездного полковника, командира «Кровавых Когтей», а на локте – галактический жезл кодекса. В него были вмонтированы чипы, содержавшие в себе записанную историю подразделения. Этот жезл для всей части являлся тем же, чем для каждого бойца – браслет на запястье. Кроме того, при помощи жезла поддерживалась связь со вшитыми в воротники офицеров устройствами. Таким образом, командир «галактики» мог напрямую связаться с любым находящимся в его подчинении бойцом.

Девон знал эту женщину по рассказам Хана Линкольна Озиса. Ее звали полковник Роберта, она исполняла обязанности командира «галактики» на время переброски с родных планет на «Дикого Кота». Теперь же это была его «галактика», и если раньше ему приходилось исправлять чужие ошибки, то теперь он сам будет за все отвечать.

Полковник Роберта была истинным воином, носителем лучших традиций Ягуаров. Девон с большим интересом изучал ее личное дело.

Во время Испытания за право командовать соединением реактор ее робота был поврежден. Но вместо того, чтобы катапультироваться, она отключила системы безопасности и продолжала сражаться, несмотря на смертельную радиацию, буквально заливавшую кабину. В конце концов она одержала победу над своими противниками, но для спасения ее жизни потребовались долгие недели лечения под наблюдением членов ученой касты. Роберта выжила, но последствия облучения сказывались до сих пор.

Эта история произвела на Девона большое впечатление: ему было ясно, что в груди Роберты бьется сердце настоящего Ягуара. Другие – те, что послабее, – наверняка катапультировались бы.

– Галактический командор. – Роберта почтительно склонила голову.

– Вы – звездный полковник Роберта, воут?

– Ут.

Лорен еще больше выпрямился и сказал то, что уже много раз повторял про себя, пока летел на эту далекую планету.

– Сим по приказу Хана Линкольна Озиса, Хана Клана Дымчатого Ягуара, единственного истинного клана, обладающего наследием великого дома Керенских, принимаю командование «галактикой» «Тау»!

Роберта, взяв галактический жезл кодекса за оба конца, подняла его перед собой.

– По обычаю нашего народа, командование нельзя принять. Его можно лишь захватить и удерживать. Командование берут с честью и скрепляют кровью…

Она говорила достаточно громко, чтобы ее могли услышать остальные воины, вытянувшиеся по стойке «смирно», и Девон почувствовал предвкушение.

Церемония, да, это церемония передачи командования…

Он улыбнулся:

– Командование принадлежит мне, и я его возьму. Роберта шагнула ему навстречу, продолжая держать перед собой жезл:

– Командование, которого вы претендуете, принадлежит мне.

Девон тоже говорил громко, чтобы все слышали:

– Воины Клана Ягуара! Встаньте же в круг, дабы глаза равных узрели ритуал. – Он сделал паузу и приготовился к тому, что ему предстояло сделать. Офицеры «галактики» «Тау» окружили их.

– Николай Керенский, отец-основатель нашего народа, учил нас, что власть принадлежит лишь сильнейшему и лучшему в нашей воинской касте, – торжественно продолжал Девон. – Се, узрите же, как я, Девон Озис, прошедший Испытание Крови и полное тестирование, возьму то, что принадлежит мне по праву.

Воины «галактики» «Тау» встали в Круг Равных. Роберта в предвкушении схватки облизнула губы и приняла низкую стойку, сжав кулаки.

Ритуал был прост. Девон должен был отнять у Роберты галактический жезл кодекса – это называлось Испытанием Права Владения. Как только он возьмет его в руки, Ягуары признают его своим новым вождем. Бой будет сочетанием настоящей драки и обряда. Обычай требовал – хотя это и не считалось обязательным, – чтобы Девон пролил ее кровь. Иногда жезл передавался из рук в руки после серии ритуальных ударов, но бывало и так, что бой заканчивался лишь после смерти одного из противников. Внимательно глядя на Роберту, Девон думал о том, как оно будет на этот раз.

Он медленно склонил голову, признавая, что она стоит как истинный воин. Она кивнула в ответ. После этого Девон немедленно начал действовать. Одной рукой он потянулся к жезлу, другой нанес удар ей в левое запястье. Роберта угадала его движение, отскочила назад и выдернула жезл у него из руки.

Девон прыгнул вперед, вытянув руки, будто пытаясь ее задушить. Роберта чуть отпрянула влево, и он обрушился на нее, вложив весь свой вес и силу в удар коленом. По ее лицу он понял – ей было очень больно.

Отшвырнув его в сторону, она ушла перекатом. Девон сделал кувырок и припал к земле, готовый к новой атаке. Но и Роберта была начеку: она ударила ногой, желая попасть либо по его опорной руке, либо по незащищенной голове. Но в последний миг он оторвался от земли и обеими руками захватил ее ногу.

Прием был проведен удачно. Прежде чем Роберта поняла, что случилось, Девон сильно повернул ее ногу вокруг оси. Роберта вскрикнула, выронила жезл и взмахнула руками, чтобы провернуться в том же направлении и избежать перелома. Как только она упала на живот, Девон подпрыгнул и опустился ей на спину, ударив обоими коленями в область почек. Роберта с всхлипом выдохнула и замерла.

Девон поднял с бетона галактический жезл и встал. Его дыхание тоже было прерывистым, но он сумел выговорить:

– Я взял и буду удерживать командование. По обычаю прошедших Испытание Крови, я буду управлять «галактикой» «Тау» во имя Хана Клана Ягуара Линкольна Озиса!

И тут же, не медля ни секунды, в едином порыве воины воскликнули:

– Сайла!..

Это была торжественная клятва, слово единства и чести. Его прямое значение было давно утеряно во тьме веков, но святость слова сохранилась.

Для Девона Озиса произнесенное слово значило, что воины будут ему повиноваться – слепо, верно, без оглядки.

Роберта с трудом, в три приема, поднялась с земли. Пошатываясь, она встала рядом с Девоном, довольно дерзко не стирая грязь с лица. Ее голый череп был покрыт кровоподтеками, но серьезных повреждений видно не было. Плечевая нашивка с изображением вытянутой черной лапы Ягуара – знак 101-го наступательного соединения, – была наполовину оторвана.

Девон повернулся к Роберте и взглянул ей в глаза. Он не сказал ни слова, но она, кажется, поняла его.

Девон Озис медленно отвел руку с жезлом за спину и нанес Роберте сильный удар в лицо. Острый конец жезла глубоко врезался ей в щеку, и Девон понял, что либо сломал ей челюсть, либо раскрошил зубы.

Роберта сильно пошатнулась, но как истинный воин клана, верный боевой выучке, устояла на месте, несмотря на явную и сильную боль. Из уголка ее рта потекла рубиновая струйка крови. Она глубоко вдохнула, и по ее лицу пробежала волна боли.

По обычаю Ягуаров, кровь пролита.

Она не вытирала крови, как только что не вытерла грязь. Это был знак чести в традициях лучших воинов клана. Девон все это хорошо понимал. Для нее было важно, чтобы, согласно обычаю, он пролил ее кровь. Сдача командования без получения такой раны считалась бы для нее позором. Девон Озис прочел это в ее взгляде, в котором не было ни злобы, ни обиды – лишь восхищение и почтение.

И она, и все остальные знают теперь, что в моей груди тоже бьется сердце Ягуара. Они знают, что я сделаю все необходимое для нашей чести.

Девон повернулся к бойцам. Они смотрели на него и склоняли головы, признавая его власть. Раз так, он имел право дать «галактике» имя.

– Сегодня содрогаются сердца на всех планетах в обитаемом космосе. Родилась новая галактика Клана Ягуара. Николай Керенский, основатель наших кланов, учил, что имя важно, ибо оно дает нашим воинам знание духа. Отныне и вовеки это не просто «галактика» «Тау». Враги будут знать нас под истинным именем – «галактика» «Охотница»…

Он сделал паузу, глубоко вдохнул и продолжил:

– «Охотница» – это не только название одной из наших родных планет. Это дух нашей «галактики». Самка Дымчатого Ягуара – яростная охотница, и так же яростно защищает она своих детенышей. Как и та, в честь кого названа наша «галактика», мы будем защищать наш клан и безжалостно преследовать его врагов. Да памятуют воины, что стоят рядом, и воины, что находятся далеко отсюда, мои слова. Дымчатый Ягуар вышел на поиски добычи!..

VIII

Десантный корабль «Клеймора»

Зенитная точка перехода

Звездная система К-001-1УО-505

Глубокая Периферия

29 июня 3058 года

Бесшумная голубая вспышка, безмолвный всплеск магнитных полей – и «Лисья погибель», принадлежащий горцам транспортный Т-корабль класса «Захватчик», материализовался в зенитной точке перехода звездной системы. Следом появился его спутник – корабль класса «Магеллан», носящий название «Кобаяши».

Прыжки через гиперпространство происходили мгновенно, но энергии на них требовалось столько, что после такого прыжка кораблю приходилось до десяти дней (в зависимости от характеристик солнца) проводить на месте, расправив специальный парус для перезарядки прыжкового двигателя. «Лисья погибель» была в этом смысле исключением. На ней стояли литиевые батареи, в которых можно было запасти энергии на два прыжка, и, кроме того, они быстро перезаряжались. Полковник Стирлинг настояла на том, чтобы в резерве у корабля всегда оставалось энергии на один прыжок. В конце концов, это не Внутренняя Сфера с ее оживленными маршрутами и хорошо изученными звездными системами. Горцы уходили все дальше на Глубокую Периферию – бескрайнюю бездну за пределами исследованного космоса.

Лорен поднялся с койки и протер глаза. Прыжок, как и пять предыдущих, прошел гладко, но все равно разбудил Лорена раньше, чем ему следовало вставать. В репродукторе звенели сигналы «Все в порядке», значит, они успешно прибыли в точку назначения. Здесь и перезарядка пойдет быстрей – местное солнце было белым карликом.

Судя по степени освещенности, было утро. В глубоком космосе трудно судить о времени суток – восходов и закатов здесь не бывает. Но Шпильман, капитан «Клейморы», изменял освещение на корабле в зависимости от времени суток, так что, когда по Стандартному Времени Терры была ночь, оно составляло всего двадцать процентов от нормы, а утром и вечером – по пятьдесят. Лорен доверял капитану, но все равно всегда смотрел на часы.

Побрившись и приняв душ, Лорен натянул свежий форменный костюм и посмотрел на экран персонального компьютера. Так… Совещание.

Проклятье старшего помощника командира полка состоит в том, что он всегда работает за двоих. Лорен не только управлял батальоном Кильситской Стражи, но и отвечал за координацию действий двух других батальонов. А теперь еще этот, с позволения сказать, ПОС-сан Паркенсен пристает к нему и к Стирлинг с жалобами по поводу излишней рискованности плана. Прикомандированному офицеру сей план, изволите ли видеть, не нравился, поэтому Паркенсей-сенсен… тьфу, то есть Паркен-сен-сенсей (теперь правильно?) хотел его напрочь отменить и высаживаться непосредственно на базу Ягуаров.

Сегодня Лорену предстояло совещание с офицерами Стражи Первого батальона, его собственного, чьим отличительным знаком были алые береты. Они ждали командира в главном конференц-зале «Лисьей погибели», на время пути превращенном фузилерами в комнату отдыха (ничего дурного!).

Как только Лорен вошел в помещение, находившиеся там офицеры, примерно человек десять, встали и вытянулись по стойке «смирно». «Вольно», – махнул рукой Лорен, опустился в кресло. Остальные тоже расселись вокруг стола, за которым обычно дулись в покер.

– Джентльмены, – начал Лорен, оглядев своих подчиненных и заметив на их лицах явное возбуждение. Это чувство было ему знакомо – предвкушение близящейся битвы. Хотя до встречи с Ягуарами было еще несколько дней пути, это их собрание, казалось, сильно приближало боевые действия.

– Все вы имели возможность, – продолжал он, – ознакомиться с планом предстоящей операции. На этом совещании мы обсудим оставшиеся нерешенными вопросы и внесем последние необходимые изменения.

– Я только хочу знать, сэр, – в голосе лейтенанта Грега Гектора Лорен уловил смешливые нотки, – закончена ли программа прививок? А то еще один укол, и мне придется сражаться, подложив под зад надувную подушку…

Офицеры захихикали: каждый знал, что именно так оно и будет. Все они прошли интенсивную вакцинацию, вызывавшую по всему кораблю внезапные и необъяснимые приступы так называемого чувства юмора.

– Хороший вопрос, – улыбнулся Лорен.

– Майор, – заговорил человек, сидевший в задней части комнаты. Это был капитан Джейк Фуллер, прежде служивший в полку Маклауда и переведшийся в Кильситскую Стражу всего за месяц до того, как Лорен заступил на командный пост. – Я хотел бы спросить, как мы собираемся действовать в ущелье. Там тесно, маневренность ограничена, мы можем оказаться загнанными в ловушку. Кроме того, подъем роботов по отвесной стене на континент – операция довольно опасная, а все задание именно от этого и зависит.

– Видите ли, Джейк, – ответил Лорен, – все мы вдоль и поперек изучили Ягуаров. Будь я их командиром, именно в ущелье постарался бы нас перехватить. Тесное пространство и скалы – прекрасное место для засады.

– Значит, вы согласны со мной? – спросил Фуллер. Лорен покачал головой:

– Наша пехота при поддержке некоторого количества боевых роботов может связать противника боем. Пусть они думают, что загнали нас в ловушку, а остальные наши силы тем временем пересекут полуостров и ударят им во фланг. Мы выдавим их, как прыщ на лице планеты.

– Насколько я понимаю, Джейк сомневается в успешном проведении именно этого этапа операции, – вставила Клэвин Амари, лейтенант из Второй роты. – Похоже, что наверху придется маневрировать и сражаться в почти безвоздушной среде. На материке, если в кого-нибудь попадут, то он долго не протянет – любое повреждение кабины будет означать смерть пилота.

Она сделала ударение на слове «будет», и другие офицеры согласно закивали. Джейк мрачно спросил:

– Благодаря чему мы можем быть уверены, что Ягуары не будут ждать нас там?

– Полной уверенности быть не может, капитан Фуллер, – спокойно произнес Лорен. – Однако, если верить имеющимся у нас сведениям о тактике кланов, они редко занимают оборонительные позиции – их сила заключается в другом. Дымчатые Ягуары – один из самых агрессивных кланов. Они пойдут на нас кратчайшим путем, а этот путь лежит через ущелье…

Главное, что понял Лорен за месяцы, потраченные на изучение кланов, было то, что Ягуары беспощадны к своим врагам. Он вздохнул и продолжал:

– Мы изучили тактику Ягуаров и знаем, что потери, понесенные на Уолкотте, Люсьене и Токкайдо, их ожесточили. Из всех кланов именно они больше всего желают броситься в бой. Начиная сражение, они хотят только победить, и причем победить быстро. Все вы слышали об обычае, называемом «связывание»: кланы берут пленных в рабство, чтобы в конечном итоге обратить их в своих собственных воинов. Дойдя до Внутренней Сферы, Ягуары практически прекратили подобную практику. Их вера требует не просто одержать над противником победу, а полностью уничтожить его. Полумер они не признают. Даже если окажется, что мы превосходим их численностью втрое, мы наверняка понесем потери, возможно, значительные. На нашей стороне только одно преимущество: они не ожидают, чтобы у кого-нибудь хватило наглости атаковать Обочину V. Мы хорошо обучены, мы знаем все, что только можно знать о тактике кланов, мы разработали способы с ними бороться. Ягуары полагают, что мы не готовы с ними встретиться, но я думаю, что это они не готовы иметь дело с нортвиндскими горцами. Мы прослеживаем свое происхождение до времен создания Звездной Лиги и даже еще раньше. Оказавшись на нашем пути, Ягуары поймут, что их ожидает, случись им когда-нибудь пересечь линию перемирия!..

От слов Лорена, казалось, сам воздух вспыхнул в восхищении. Лица многих офицеров прямо-таки загорелись и даже запылали от нескрываемой гордости.

– Это мы и сами знаем, сэр, – произнес Джейк Фуллер, скрестив руки на груди. – Мне уже приходилось сражаться с вами бок о бок, и я с нетерпением жду, когда это случится опять.

– Отлично, – сказал Лорен и подумал – хорошо, если весь полк поверит в него так, как верит этот батальон. – Какие еще остались вопросы?

– Собирается ли полковник бросить им ритуальный вызов? – спросил Фуллер.

Лорен кивнул:

– Да, это входит в ее планы. Мы не ожидаем, что Ягуары примут его, но это может помочь нам уравнять силы – возможно, они пойдут в бой не все вместе, а, так сказать, согласно сделанным заявкам.

– Майор, я просмотрела раскладку СХВ, – заговорила капитан Торри Чендлер.

СХВ расшифровывалось как «самый худший вариант», и никак иначе: план, которым, как надеялись командиры, не придется воспользоваться. Если кампания будет проиграна, все пойдет прахом и структура управления полком рухнет, то в действие автоматически вступит план СХВ.

– Если через тридцать дней после нашего приземления прибудет майор Малвани со своей группой, есть ли необходимость рассматривать столь прискорбные варианты, как в разработке «Альфы»?

Лорен и полковник Стирлинг много часов провели, споря над этим планом, и ничего лучше придумать уже не смогли. Согласно установкам «Альфы», полк должен был выбраться из пригодных для жизни районов бывших морей и окопаться на континенте Новая Шотландия в районе Нового Шервуда, окаменевшего леса.

– Ваши опасения аналогичны тем, что высказал капитан Фуллер?

– Да, сэр. Возможно, нам придется провести несколько недель, не вылезая из кабин роботов. Пехоте, чтобы остаться в живых, придется отступить на борт десантных кораблей.

Лорен понял, что она имеет в виду.

– Верно, капитан. Выбора у нас останется мало. Но наверху наши шансы продержаться до прибытия подкрепления будут все же больше.

Капитану Джебедии Льюису из роты общевойсковой поддержки этот разговор явно наскучил.

– За нас не бойся, Чендлер, – лениво произнес он. – Мы вполне сможем сами со всем справиться. Не забывай, у меня в этот раз стандартной пехоты всего взвод. Два остальных взвода – это группы внедрения, их силовые доспехи позволят действовать и на материковой части. Танки тоже нашпигованы всяким новым оборудованием. Как-нибудь выдюжим.

Чендлер кивнула, признавая его правоту.

– Я не хочу, – сказал Лорен, – чтобы кто-нибудь шел в бой, не зная всей правды. Нам приходится пользоваться разведданными, которые очень сильно устарели. К тому времени, как мы прилетим на Обочину, там все может оказаться совершенно по-другому. Вам всем необходимо быть готовыми к получению новых директив и распоряжений… Короче, ребята, будьте готовы ко всему.

IX

Пиратская точка перехода СЕХС-0021-А. 2122. 97

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

3 июля 3058 года

«Лисья погибель» и пристыкованные к ней десантные корабли материализовались в пиратской точке перехода над Обочиной V, отметив свое появление небольшой магнитной бурей. Когда «Клеймора» снова перешла из состояния энергии в состояние материи, Лорен находился на капитанском мостике. Вновь обретя чувство равновесия, он обернулся к Шпильману – тот сидел в своем капитанском кресле. На долговязого капитана прыжок, похоже, вообще никак не подействовал – он за свою карьеру совершил их много тысяч, напрыгался вдоволь.

Лорен глянул в небольшой смотровой порт. Внизу по серо-зеленому мутноватому шару Обочины V не спеша ползли рваные белесые облака. Прозвучал сигнал: «Все в порядке». Лорен посмотрел на хронометр, потом – на панель управления, но оказалось, что «Кошка» Стирлинг за мгновение до этого уже успела все проверить.

– Все в порядке, капитан, – бросила она через плечо, обращаясь к Шпильману.

– Знаю, полковник. Попридержите-ка коней. – Он взглянул на собственный пульт, вмонтированный в подлокотник кресла.

Несмотря на всю ответственность момента, манера поведения Шпильмана отличалась дерзостью. Лорену пришлось во время полета немало понаблюдать за ним.

Ясно было, что этот человек к любому начальству относился с априорным пренебрежением. В космосе командовал только он сам. Отдавать ему приказы могла только полковник Стирлинг, и, хотя теоретически он должен был ей подчиняться, на практике такого никогда не случалось.

– Похоже, что «Кобаяши» тоже прыгнул успешно.

– Начинайте процедуру посадки. Шпильман кивнул:

– «Буллран», «Стена», «Расплата», говорит «Клеймора». Поехали. Повторяю: поехали!..

Где-то вдалеке раздался скрежет и глухой удар, корабль вздрогнул – это отошло швартовочное кольцо, соединявшее «Клеймору» с «Лисьей погибелью», и десантный корабль двинулся к планете. Лорен почувствовал, как палуба под ним слегка накренилась. Заревели, пробудившись, мощные двигатели, корабль начал набирать скорость.

Лорен включил коммуникационное устройство.

– Старший помощник – «Биноклю».

Позывной «Бинокль» принадлежал начальнику разведки, капитану Ловату. Тот сидел на наблюдательном посту в верхней части корабля и анализировал показания сенсоров.

– Дайте картинки и тексты.

«Картинками» назывались изображения, полученные с помощью камер дальнего наблюдения. Ловат запрограммировал их так, чтобы лучше рассмотреть объекты, интересующие фузилеров, то есть зону высадки и известные места расположения Ягуаров. «Тексты» – это сенсорные данные о поверхности планеты. Вкупе эта информация позволит Лорену судить о том, насколько точно сработала разведка Синдиката. На мониторах перед Лореном и Стирлинг появилось изображение интересующих их фрагментов поверхности Обочины V.

– Признаков деятельности Ягуаров не замечено, – прокомментировал Ловат. – Активных сенсоров в районе точки перехода нет, следов аэрокосмической активности также не обнаружено.

Лорен снова включил коммуникационный канал, на этот раз – для связи с отсеками, где стояли истребители:

– Старший помощник – звеньевым командирам. Начать боевое патрулирование. Остальным копьям – полную готовность.

Копьями, по старой рыцарской традиции, назывались у горцев звенья истребителей. Боевое патрулирование должно было обеспечить десантным кораблям необходимое прикрытие. Остальные копья (в каждом – по четыре истребителя) нужно было привести в состояние готовности к запуску – вдруг Ягуары каким-то образом обнаружат приближение горцев. То же самое должно произойти и на остальных кораблях. Лорен подключился к компьютеру Стирлинг и передал данные Ловата их капитанам.

Изображение Обочины V на мониторе перед Лореном все больше укрупнялось – камеры масштабировали его, увеличивая картинку намеченных целей. По плану, учитывая вращение планеты и текущую позицию, корабли должны были до посадки дважды пройти по орбите над базой Ягуаров. Сейчас точки высадки были хорошо видны – скорость «Клейморы» уравнялась с медленным вращением планеты.

Растущее напряжение отчасти разрядил спокойный голос Ловата:

– Погода в районе точек десантирования ясная, признаков деятельности Ягуаров не обнаружено. Однако в направлении зоны высадки движется штормовой фронт, вероятность начала грозы к моменту нашей высадки – пятьдесят процентов.

– Сенсоры что-нибудь засекли? – спросила Стирлинг.

– Никак нет, полковник, – ответил Колин. – На такой дистанции мы можем осуществить лишь беглый обзор. Но в течение ближайших восьми часов у меня будет возможность провести полное сканирование местности. Над базой Ягуаров мы будем через полчаса.

Следующие несколько минут пролетели незаметно. При помощи капитана Шпильмана Лорен удостоверился, что связь между всеми четырьмя десантными кораблями налажена. У них за кормой развернули солнечные паруса два «прыгуна», благодаря реактивным двигателям державшиеся рядом с гравитационным колодцем, в котором они материализовались.

Внизу медленно вращалась Обочина V. Показались высокие горные пики Нового Нортвинда. Голые, серые, они пронзали облака, полностью затянувшие низины – бывшие моря. Капитан Ловат захватил этот район в фокус изображения, и, когда за облаками ничего не стало видно, заработали инфракрасные камеры, превратившие изображение планеты в нечеткую последовательность красноватых и черных пятен. Наконец Ловат отрапортовал:

– Оптическое исследование базы Ягуаров в настоящее время результатов не дает. Прямое наблюдение невозможно по причине неблагоприятных погодных условий. Инфракрасные сенсоры определяют наличие некоторой активности, предположительно это тепловая засветка реакторов боевых роботов. Установить точнее, что это, не удастся до следующего витка.

Лорен откинулся на спинку кресла и на мгновение закрыл глаза. Вот что он ненавидел больше всего: ждать.

За пустыми разговорами прошло два часа. Планета внизу увеличилась, стала смотреться как-то солиднее. На этом витке сенсоры должны были дать более детальное изображение, но пока никаких сигналов не поступало. Когда в сфере обзора появились точки десантирования, Лорен начал слегка расслабляться.

Как мы и надеялись, в районе зоны высадки Ягуаров нет. Их силы сконцентрированы вокруг базы, подумал он.

Но тут Ловат безжалостно развеял его иллюзии:

– Сенсоры заметили работу реакторов. Общее число – десять, дислокация – пятьдесят три километра к востоку от точки десантирования «красная».

Лорен подскочил:

– Говорит старший помощник. Подтвердите сообщение: десять реакторов около точки десантирования «красная».

– Старший помощник, сообщение подтверждаю. Пропускаю показания сенсоров через тактическую базу данных. Будьте на связи.

По нейтринному излучению реактора, зависящему от его модели и настройки, можно судить о самом роботе. Хотя существует возможность различных вариаций (робот мог получить повреждения или подвергнуться специальной модификации), запись излучения можно сопоставить с базой данных и определить тип робота.

Когда капитан Ловат снова заговорил, его голос звучал звонче:

– Две «звезды» роботов медленно перемещаются. Излучение реакторов соответствует образцам моделей «Лиходей», «Рожденный-в-Котле», «Бешеный Кот», «Пума» и «Масакари». Количество: первая «звезда», обозначенная как «звезда» «Альфа» – два «Рожденных-в-Котле» и три «Масакари», «звезда» «Браво» – два «Рожденных-в-Котле», два «Бешеных Кота», одна «Пума».

На экране вспыхнул тактический план местности в районе, где были обнаружены роботы. Лорен посмотрел на экран, потом взглянул на склонившуюся над своим дисплеем Стирлинг.

– Омнироботы, майор Жаффрей, – сказала она. Это, впрочем, и так было понятно.

– Так точно, мэм, – ответил он. – Вероятность – восемьдесят пять процентов.

Лицо «Кошки» Стирлинг вспыхнуло гневом:

– Наплевать, что они возле точек высадки. Загвоздка, черт возьми, в том, что это омнироботы, а омнироботов всегда отправляют во фронтовые части.

– Должно быть, у них тут учения.

– Плохо.

На пульте перед капитаном Шпильманом загорелась красная лампочка.

– Активное сканирование! – крикнул Ловат. Красная лампочка погасла – так же внезапно, как и зажглась. Лорен понял, что произошло: кто-то просканировал «Клеймору» и скорее всего весь остальной флот, который сразу стал казаться Лорену совсем небольшим. Долговязый капитан склонился над своим экраном и пристально его изучал.

– Одно уж точно могу сказать, леди, – сказал он сидевшей рядом Стирлинг. – Котятки наши теперь знают, что мы прилетели.

Лорен не обратил на него внимания, Стирлинг тоже.

– Ловат, – сказал майор в микрофон, – откуда проводилось сканирование?

– Минутку, сэр… Есть! Из района южного полюса. Похоже, наши камеры его засняли.

На экране перед Лореном появилась картинка – неясное пятно на горизонте, на фоне зеленоватого неба. Он собирался было приказать Ловату увеличить четкость изображения, но тот сам выдал ему на дисплей переработанный компьютером вариант.

Пятно превратилось в четкие очертания космического корабля. Лорен сперва решил, что это «прыгун», подошедший слишком близко к атмосфере планеты. Но Ловат сказал ему то, чего он лучше бы не слышал:

– Компьютер определяет корабль как эсминец класса «Эесекс». Он неожиданно возник над горизонтом, сделал снимки, провел сканирование и снова исчез.

– Эсминец класса «Эссекс»?! – воскликнул Шпильман. – «Бинокль», ну-ка скажи мне, что твой чертов компьютер, тьма и кровь его разрази, ошибся!..

В голосе Ловата не было радости:

– Сожалею, капитан… полковник. Звездная Лига запустила этих милашек триста лет назад, у нас остались на них файлы.

Лорен подошел к «Кошке» Стирлинг, не зная, что и сказать. Шпильман повернулся к ним и прошептал – тихо, чтобы никто больше не слышал:

– Даже учитывая поддержку истребителей и то, что у нас четыре десантных корабля, эсминец нас сделает прежде, чем мы подойдем к нему достаточно близко, чтобы открыть огонь. У них там дальнобойные корабельные лазеры и скорострельные излучатели, а противокорабельные ракеты такие здоровые, что нашу жестянку вскроет и наизнанку вывернет. Ваши истребители могут, конечно, прорваться и наделать шороху, но кончится это все равно так же.

– Ч-черт, – выругалась сквозь зубы Стирлинг.

– Полковник, Ягуары жестоки, но скорее всего не станут заявлять эсминец, учитывая нашу немногочисленность, – негромко сказал Лорен. – Тут дело обстоит так же, как и с омнироботами: проблема в том, что эсминец есть. Боевой корабль такого класса не могут назначить в охранение гарнизонного соединения. Судя по тому, что мы видим, можно заключить – перед нами фронтовая часть.

По лицу Стирлинг он понял – она знает, что так все и есть.

– Вариантов у нас немного, майор. Мы можем продолжать осуществление посадки, но раз там боевой корабль – перевес явно на их стороне.

– Если только нам не удастся сделать так, чтобы его не включали в заявку, – добавил Лорен.

Стирлинг кивнула:

– Другой вариант – отказаться от выполнения задания и вернуться к «прыгунам».

– Полковник, – сказал капитан Шпильман, – учитывая скорость, угол спуска и положение Т-кораблей, нам придется потратить немало времени на то, чтобы остановиться, развернуться и двинуться обратно к точке перехода. За это время Ягуары успеют вычислить нашу траекторию, засечь Т-корабли и выдвинуться туда. Если я что-нибудь понимаю, эсминцу вполне хватит скорости, чтобы добраться до них одновременно с нами, а то и раньше.

– Стало быть, предлагаете продолжать спуск? – спросила Стирлинг.

Шпильман кивнул, хотя и с явной неохотой:

– Вот незадача-то…

Она заговорила громче, так, чтобы все слышали:

– Продолжаем спуск. Сообщите остальным кораблям, что с этого момента надо быть готовыми к атаке Ягуаров. Дело, похоже, будет жаркое.

Следующие четыре часа тянулись долго. Лорен изучал собранную информацию. Этот виток был самым важным. Теперь, подойдя достаточно близко, чтобы получить точные и детальные данные, они смогут прочесать местность и обнаружить саму базу. Тогда им удастся засечь все реакторы, даже заглушенные, и понять наконец, что их ожидает. Хотя боевой корабль больше не появлялся, Лорен знал – он здесь, он наготове.

Итак, перед нами не просто временное гарнизонное соединение. Это вернорожденные воины, вооруженные до зубов. Посмотрим теперь, сколько их там.

– «Бинокль», пора.

Голос Лорена, похоже, всех разбудил, и вокруг закипела жизнь. Прежде каждый занимался своими делами и своими мыслями, теперь они должны были получить новую информацию и узнать наконец, что случится дальше.

После долгой паузы – капитан Ловат прочесывал сенсорами поверхность Обочины V, – «Бинокль» отозвался:

– Майор, данные поступают. Будьте на связи. Снова пауза.

Что-то, должно быть, не так. Слишком уж долго.

– Капитан Ловат, доложите обстановку.

– Продолжаю анализировать данные, майор.

– Капитан, – поторопил его Лорен, – нам пока хватит самых грубых прикидок.

Опять тишина. Наконец Ловат ответил:

– В общей сложности, учитывая две «звезды» возле точек высадки, на планете сто семьдесят реакторов в разных режимах работы. Все установлены на омнироботах. Также подтверждается информация о двадцати пяти истребителях на аэродроме и приблизительно сотне доспехов элементалов.

Лорен был поражен:

– «Бинокль», повторите. Сто семьдесят – один-семь-ноль – роботов?

– Так точно, старший помощник.

Лорен медленно поднял взгляд на полковника Стирлинг. Во всем полку фузилеров, вместе с отрядом шо-са Паркенсена, насчитывалось менее сотни боевых роботов. У горцев были еще бронемашины и группы поддержки, но, учитывая технологическое превосходство кланов, численный перевес врага был просто устрашающим.

– Полковник Стирлинг, мы имеем дело с полной «галактикой» фронтовых сил Клана Ягуара.

Мысли у Лорена в голове так и прыгали, он пытался понять, как можно переработать план в соответствии с этой совершенно неожиданной ситуацией.

«Кошка» Стирлинг стояла, будто статуя, – слова Лорена отскакивали от нее, как капли дождя от гранита. Она, конечно, тоже обдумывала новые разведданные и то, как это отразится на ее любимом полку. Наконец она наклонилась к Лорену:

– Отступать нам некуда, майор.

Он кивнул, зная заранее, что она скажет дальше. Ягуары, скорее всего, не ответят на ритуальный вызов, брошенный воинской частью из Внутренней Сферы, но все равно это может помочь определить, какие силы направят против «Фузилеров Стирлинг» командиры их клана.

Полковник Стирлинг склонилась над пультом и нажала несколько кнопок.

– Радист, дайте мне связь по широкому лучу с базой Ягуаров и с остальными нашими кораблями.

На это ушло меньше чем полминуты.

– Клан Дымчатого Ягуара, говорит полковник Андреа Стирлинг, командир «Фузилеров Стирлинг», полка нортвиндских горцев. Мы явились, чтобы отнять у вас эту планету. Наши силы – один общевойсковой полк. Мы прослеживаем свое происхождение до времен службы в Вооруженных Силах Звездной Лиги и ранее. Мы предлагаем вам честное сражение. Я не ожидаю получить от вас ответ на этот вызов, но предлагаю вам защищаться соответствующими силами.

X

Станция «Дикий Кот»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

3 июля 3058 года

Галактический командор Девон Озис вот уже в пятый раз всматривался в неяркий синий с красным голографический дисплей, изучая парящие в воздухе слова. Сообщение полковника Стирлинг было конвертировано в текстовую форму, пока он ждал явки своих полковников. Вызов висел в воздухе, словно кинжал, что видел Макбет – кровавый и грозный.

Лишь одно слово нашлось у него, чтобы описать произошедшее: «наглость».

Как смеет эта вольнорожденная падаль нарушать мои планы и планы Хана?

Первой явилась полковник Роберта, ее лицо было украшено багровыми, отдававшими в синеву кровоподтеками, что остались у нее в память об их первой встрече. Войдя, она слегка склонила голову и встала по стойке «смирно». На плече у нее была нашивка – вытянутая ягу-арья лапа, роняющая с когтей капли крови, знак командира соединения «Кровавых Когтей».

Следом вошла командир 250-го штурмового соединения, звездный полковник Патриция. Ее соединение – «Пронизатели Тумана» – было на «Диком Коте» самым большим. Патриция была не такой, как все: в черных коротко остриженных волосах молниями змеились белые пряди, оливковая кожа делала ее похожей на того, в честь кого назвали Клан Ягуара.

Высокий, светловолосый и голубоглазый звездный полковник Тибидье Озис совсем на нее не походил. Соединение «Удар Смерти», которым командовал Тибидье, было небольшим, но обладала значительной мощью. Они с Девоном происходили из одного рода – у них было общее генетическое наследие и общее Родовое Имя дома Озис. Среди офицеров «галактики» «Охотница» Тибидье Озис был единственным, кто получил Родовое Имя.

– Вольно, – сказал Девон Озис и жестом велел им занять места вокруг его стола.

Роберта, гордая, как всегда, осталась на ногах, остальные двое сели.

– Итак, в настоящее время к планете приближается десант полка наемников. Через семь часов они приземлятся.

Полковникам уже переслали сообщение, полученное от «Кошки» Стирлинг.

– Эти наемники, – с презрением произнес Тибидье Озис, – по природе своей они ниже нас.

– Они недостойны нас. Охота на них будет сродни ловле бандитов, это работа для вонючих солама, а не для «галактики» «Охотница», – хрипло сказала Роберта. – Не следует оказывать им честь, какая пристала лишь истинным воинам. Предлагаю вывести против них «Темный Коготь» и уничтожить их, а не сражаться с ними, будто с врагами, имеющими достоинство. Воут?

Жизнь в кланах была суровой и строгой. К тридцати-сорока годам большинство воинов считались вышедшими из возраста настоящего воина. Роберта сравнила фузилеров с бандитской кастой – низшей формой жизни, существующей в кланах. Но в «галактике» «Охотница» нет стариков, отряд солама сформировать не из кого.

Она не понимает. Она ничего не знает, кроме громких фраз, которыми так любят бросаться на родных планетах, подумал с некоторой досадой Девон.

– Нет, полковник. Вы недооцениваете войска наемников – и силу этого полка, и остальных. Мне прежде случалось сражаться против горцев, и скажу, что их нельзя сбрасывать со счетов.

Роберта усмехнулась:

– Наемники – не ровня истинным воинам!

– А что, полковник, разве на родных планетах теперь уже не поют Песнь Предания? Разве слово «Люсьен» не воспламеняет вашу кровь, как воспламеняет мою?

В отличие от присутствующих, Девон Озис был там, на Люсьене, когда объединенными усилиями Гончие Келла и Волчьи Драгуны нанесли Клану Ягуара, пытавшемуся захватить столицу Синдиката Дракона, сокрушительное поражение.

Напряженное молчание прервал Тибидье:

– Вы намерены сражаться против них, воут?

– Ут. Но сражаться мы будем на наших условиях. Попытка этой Стирлинг бросить вызов для меня ничего не значит. Я могу оказать этим продажным тварям честь, дав им умереть стоя, а не уничтожив их прямо на орбите, но осквернять ритуал вызова не позволю.

Полковник Патриция, перегнувшись через стол, снова включила голографический дисплей и пробежала пальцами по кнопкам у основания проектора.

– Похоже, у нас не так много информации о нортвиндских горцах, к которым принадлежат эти фузилеры. Что нам о них известно?

Девон Озис откинулся на спинку кресла:

– Они притязают на происхождение от армии Звездной Лиги. Когда генерал Керенский увел наш народ, они остались, и поэтому им пришлось жить вольнорожденными наемниками. Они сражаются не за честь, а за деньги. Клан Стальной Гадюки с ними встречался – я как-то раз слышал, как Хан говорил об этом на заседании Великого Совета.

Одной из главных проблем, вставших перед кланами, когда они добрались до Внутренней Сферы, было отсутствие среди их противников понятий чести, сопоставимых с клановыми. Между кланами ритуальный вызов заключался не во взаимном жульничестве, а в честном обмене информацией о силах, которым предстоит вступить в сражение. В разведке не было необходимости – ведь хитростью побеждают лишь трусы, путь истинного воина не таков.

Девон Озис продолжил, не скрывая охватившего его гнева:

– Они опозорили и обесчестили эту память, выставив свое воинское мастерство на продажу!

Роберта улыбнулась (во рту у нее сверкнул металлом свежевставленный зуб):

– Значит, остается лишь подавать заявки.

– Воут, – ответил Девон Озис. – Право использования боевого корабля остается за мной, право распоряжаться остальными силами – за вами как командирами соединений. По обычаю, которого наш народ придерживается со времен великого Николая Керенского, я открываю прием заявок на оборону этой планеты от сил, известных как «Фузилеры Стирлинг» из нортвиндских горцев, полностью состоящих из вольнорожденных воинов. Победу в битвах одерживают кровью и смертью, но то, кому она достанется, может быть определено метанием звезд. Пусть ваши заявки покажут, каковы вы сердцем и духом, и да обагрите вы когти и клыки свои кровью врага, с которым сразитесь!..

Эти слова были почти заклинанием, ритуальной речью, которую он слышал прежде сотни раз. Теперь он стал командиром «галактики», и право произносить их принадлежало ему.

Каждый из офицеров вытащил небольшой кожаный мешочек. Внутри лежали наборы смертоносных метательных звезд, изготовленных из ферроуглеродного сплава и остро заточенных. Каждая звезда была окрашена и помечена в соответствии с имевшимися в распоряжении у данного офицера отрядами. Девон вынул большую круглую мишень с символом Клана Ягуара. Мишень была вся в отметинах – следах попаданий звезд – и темно-коричневых пятнах запекшейся крови.

В каждом Клане были свои обычаи подачи заявок на право участия в сражении. Традиция Ягуаров заключалась в метании острых звезд в специальную мишень. Чужаку это могло бы показаться просто игрой, состязанием в меткости, но в действительности все совсем иначе. Николай Керенский сказал когда-то, что искусство подачи заявок – это отчасти мастерство разума, отчасти – воинская доблесть, и Ягуары чтили его слова. Участники подачи заявок положили руки на мишень.

Каждая звезда и обозначала «звезду» – пять боевых роботов, или пять истребителей, или двадцать пять пехотинцев-элементалов. Для уменьшения заявки можно было обламывать и втыкать в мишень и отдельные лучи звезды, каждый из которых обозначал одну боевую единицу – истребитель, робота или пятерку элементалов. Цвет звезды обозначал род войск: красный – боевые роботы, синий – истребители, серый – пехота. В середине звезды каждого из полковников были помечены эмблемой его соединения.

Бытовавший среди Ягуаров ритуал был прост: тот, кто сделает заявку с минимальными силами, получит право разгромить фузилеров. Второе, неписаное правило заключалось в том, чтобы постараться повредить или разбить вонзившиеся в мишень звезды предыдущего заявителя. Тот, кому это удавалось, забирал разбитую звезду в качестве приза.

Риск был высок. Тот, кто делал заявку, никогда не стоял лицом к мишени. Он отворачивался и принимал, готовясь к броску, боевую стойку. Потом, быстро крутанувшись вокруг себя, он пускал звезду в полет, словно метал ее в приближающегося врага. Если звезда резала пальцы кому-нибудь из державших руки на мишени офицеров, она автоматически изымалась из заявки. Это заставляло хорошо целиться. Но, судя по шрамам на пальцах Тибидье Озиса, даже лучшим воинам Клана Ягуара случалось промахиваться. Если возникало подозрение в намеренном промахе, могло начаться – и нередко начиналось – Испытание Отказа. Едва ли не самый большой ущерб чести воина наносился, если он отдергивал руку с мишени. Почти всегда это приводило к его полному исключению из процесса подачи заявок.

Первым заговорил Тибидье Озис: – Как единственный среди звездных полковников обладатель Родового Имени, я требую своего законного права начать подачу заявок. Это право я передаю Роберте, и да покажет она нам свои когти.

«Удар Смерти», 25-е ударное соединение, которым командовал Тибидье, было в галактике самым малочисленным. Передав право первого хода, он оставил за собой право метать звезды позже, когда, возможно, заявки будут столь малы, что у него появится возможность выиграть.

Они с Патрицией без тени сомнения положили руки на мишень.

Роберта молча отошла, потом – так быстро, что это трудно было заметить, – обернулась и кинула свои звезды в мишень. В руке у нее осталась всего одна звезда, у которой она обломала несколько лучей и тоже метнула. В ее заявке были в основном элементалы и боевые роботы. Одна из звезд вонзилась в мишень всего в сантиметре от ладони Патриции.

Девон Озис выступил вперед и рассмотрел ее заявку. Да, он ожидал от Роберты большей отваги.

У нее есть какой-то тайный, пока что непонятный план. Ей есть куда понижать заявку, но она, как и Тибидье, вынуждает Патрицию к максимально смелой заявке, подумал он.

Патриция, становясь на позицию для метания, молча перебирала свои звезды, а Роберта заняла ее место у мишени. Внезапно Патриция обернулась и швырнула звезды – все разом.

Если бы она метала их в живого человека, шквал острой стали опрокинул бы того навзничь. Одна из звезд задела звезду Роберты, но не повредила ее. Патриция заявила поровну истребителей, роботов и элементалов, на «звезду» меньше, чем Роберта.

– Судя по твоей заявке, у тебя не хватает фантазии, Роберта, – сказала она. – Я уравняла ставки – не важно, где мы встретимся с врагом.

Запомнив, кто какую заявку сделал, Девон Озис вернул полковникам их звезды и повернулся к Тибидье Озису:

– Очередь соединения «Удар Смерти».

Тибидье не то подпрыгнул, не то просто взвился в воздух и метнул свои звезды. В его заявке – на несколько «лучей» меньше, чем у Патриции, – не было аэрокосмических истребителей и почти не оказалось элементалов.

Девон внимательно изучил заявку. Похоже, Тибидье собирался сражаться лишь на земле.

Роберте, очевидно, было смешно. Отвернувшись, чтобы другие не видели – так требовала традиция, – она перебирала звезды, а потом, словно самурай с древней Терры, метнула их в мишень с ураганной силой. Прицел был хорош: ей удалось рассечь одну из звезд Тибидье пополам, а одна из ее красных звезд вонзилась совсем рядом с его пальцами. Сначала Девон был удивлен: она убрала из заявки полную «звезду» элементалов, а также «звезду» и несколько «лучей» боевых роботов. Но потом он понял, что она задумала. В этом был риск, но и та слава, что достанется ей, если она сможет выполнить задачу, будет велика.

Она опасна, как я и думал. Хорошо играет эту часть своей роли…

Патриция рассмотрела заявку Роберты, и Девон заметил, как обеспокоенно дрогнул уголок ее губ. Роберта, конечно, не могла промолчать.

– Ну же, Патриция, ты, конечно, можешь сделать заявку и поменьше моей? Ты ведь так часто бахвалилась тем, насколько твои силы превосходят мои. Ну, так докажи это. Если ты сделаешь меньшую заявку, я выйду из игры, – сказала она насмешливо.

Еще мгновение Патриция изучала мишень, потом стала складывать свои звезды обратно в мешочек.

– Твое хвастовство неуместно и не пристало истинному Ягуару. Я не верю, чтобы ты могла победить противника заявленными тобою силами.

– Дурная идея, – добавил Тибидье. – Если это и есть вся твоя заявка, Роберта, ты погибнешь. Твоих боевых роботов не хватит, чтобы победить даже этих вольнорожденных бандитов. Ты поступаешь безрассудно. Я, как и Патриция, позволю тебе самой отвечать за собственную глупость. Когда фузилеры высадятся и будут готовы к сражению, ты будешь разбита и лишишься чести.

Роберта громко и зловеще расхохоталась. Подняв с пола разбитую звезду, она взяла ее за лучи, потом сжала обе половинки в ладони и сдавила их так, что на стол закапала кровь. Демонстрируя силу своей воли, она не переставала улыбаться:

– Вы слабы и не видите, что моя заявка обеспечит победу. Вы думаете, что битва произойдет на земле, но я сокрушу «Фузилеров Стирлинг» прежде, чем они успеют высадиться на планете. Когда мои истребители закончат работу, остатки противника легко будет добить.

Девон Озис стукнул кулаком по столу и заорал:

– Это вам не соревнование между сиб-группами! Вы недооцениваете угрозу. «Галактика» «Тау» была создана с одной-единственной целью – покончить с паразитами, что зовутся Кланом Кота. И вдруг на нашу шею откуда ни возьмись сваливаются эти идиотские фузилеры!

Девон перевел дух и продолжал уже спокойнее:

– Мы должны победить подонков-наемников, но при этом не можем ослабить себя так, чтобы не быть в состоянии выполнить свое главное задание – разгромить Котов…

Галактический командор строго посмотрел на Роберту, и ее лицо помрачнело.

– Эти фузилеры – угроза нашим планам и воле нашего Хана. Время хвастаться прошло, полковник. Вы выиграли подачу заявок и теперь должны выиграть битву. Я хочу, чтобы вы полностью уничтожили этих вольно-рожденных, ясно? Полностью!..

XI

Десантный корабль «Клеймора»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

3 июля 3058 года

Лорен сидел в кабине своего «Проницателя» и в пятый раз перепроверял его состояние. Несмотря на мягкое подрагивание реактора и уютное тепло кабины, на душе у него был лед. Он находился на связи с капитанским мостиком «Клейморы», но там почему-то молчали.

Мертвая тишина эфира усиливала напряжение. Хотя манеру речи капитана Шпильмана Лорен находил возмутительной, лучше уж слушать его дерзости, чем глухое шипение атмосферных помех. С того самого момента, как они обнаружили Ягуаров, все пошло напере-косяк.

Фронтовая «галактика»! Одна половина личности майора Лорена Жаффрей была донельзя зла – Ягуары нарушили его прекрасно проработанный план… а вот другой половине было очень страшно. Лорен оказался в крайне неудобном положении, ему пришлось импровизировать, продумывая действия на ходу.

Фузилеры попали в серьезную переделку. Соотношение сил откровенно не в их пользу, а ведь мало кто из войск Внутренней Сферы остался в живых после встречи с превосходящими силами кланов. Но попытайся они отступить – другого такого шанса никогда не представится. Ягуары будут знать, что их база обнаружена. Хуже того: неожиданное появление в этом районе свежей фронтовой галактики представляло прямую угрозу для Синдиката Дракона – нового нанимателя горцев.

Корабль вошел в плотные слои атмосферы Обочины V. В наушниках нейрошлема раздался голос Шпильмана:

– На три минуты сенсоры отключаются. Спутники стартовали.

Шпильман говорил почти спокойно. Игра шла на его поле, то есть на мостике его корабля. Теперь он тут главный, что бы ни говорила полковник Стирлинг и что бы там ни было написано в уставе.

Лорен взглянул через смотровую панель кабины своего робота на тяжелый выходной люк. Освещение на палубе было неярким – как обычно во время боевого десантирования. По обе стороны от майора сидели в своих кабинах и с таким же, как и он, нетерпением ждали, пока корабль приземлится и люки откроются, другие пилоты боевых роботов Кильситской Стражи.

Внезапно «Клеймора» вздрогнула, будто какой-нибудь великан ударил ее кулаком. Пристегнутые ремни врезались Лорену в плечи. Началось! С громким ревом развернулись и начали стрелять боевые турели. В наушниках прогремел голос полковника Стирлинг:

– ПВО, доложить обстановку!

Корабль сотряс еще один мощный удар. Лорен покрепче схватился за рычаг управления, чтобы удержаться на месте.

– Истребители, – ответил Шпильман. Последовала пауза, затем раздался еще один удар, послабее и как будто в отдалении. – Десять единиц.

Лорен подсоединился к тактической системе «Клейморы». Началась передача данных по целям с корабельного боевого компьютера на вспомогательный дисплей боевого робота.

Против «Клейморы» вышли в основном омниистребители «Сабудаи», их сопровождали истребители «Башкир». Эти два класса истребителей составляли ядро аэрокосмических сил Клана Ягуара. «Сабудаи» представляли собой некую сборную солянку смешанной конфигурации, в основном на них устанавливались тяжелые пушки Гаусса. Снаряды этих мощных орудий могли проделать в броне десантного корабля огромные пробоины. Лорен попытался получить подробную информацию об одном из истребителей, но тут вспомогательный дисплей мигнул и перешел в режим ожидания.

Ясно, понял Лорен. Поврежден либо боевой компьютер, либо сенсоры, либо канал связи. В любом случае – ничего хорошего.

После долгой, секунд в десять, паузы Ягуары внезапно открыли бешеный огонь по «Клейморе». Несмотря на свои немалые размеры, корабль, казалось, дрожал под могучими ударами. Лорен ощутил всплеск адреналина в крови и еще что-то, охватившее целиком его разум и тело. Он называл это Чувством, такое имя его любимый дед дал тому сочетанию ощущений и эмоций, что бывает только в бою. Ощущение было сродни контрастному душу – сначала обжигающий жар, потом – леденящий холод, пробуждение и возбуждение всех чувств, заставляющее сердце биться быстрее. В ушах застучало с бешеной скоростью – пульс зашкаливало, разум и тело поделили между собой пространство, каждая клеточка организма задрожала в предвкушении смертельной схватки… Лорен словно впал в какой-то транс, и все существо его действовало со скоростью света.

Атака была настолько мощной, что тяжелый корабль класса «Владыка», казалось, стонал, – где-то вибрировали и гнулись, не выдерживая чудовищной нагрузки, внутренние конструкции. Зловещий звук неприятнейшим образом напомнил Лорену, что до поверхности планеты еще много километров… Освещение палубы погасло: прямым попаданием повредило внутреннюю электросеть. Лорен держал руку над пультом управления десантированием. Стоило нажать только одну кнопку, и его «Проницатель» освободится от фиксирующих ремней и двинется к люку. Если только корабль не закружит могучим вихрем, можно будет приземлиться и на прыжковых двигателях. Правда, если Лорен даже и выживет, это еще не означает, что останется в боеспособном состоянии весь полк.

Постоянные попадания раскачивали «Клеймору» из стороны в сторону. Внезапно верхняя часть десантного люка, вдавившись внутрь, разорвалась на мелкие кусочки. Причиной этого было не столько само попадание, сколько мгновенная декомпрессия. Темная палуба вдруг озарилась ярким светом, воздух рванулся в двухметровую дыру – «Проницатель» сильно накренился вперед, а все, что не было прочно закреплено, исчезло в пробоине.

Какое-то время в наушниках раздавался страшный шум: вопли, проклятия, пронзительные сигналы тревоги… пробиты переборки, повреждение шлюзов, пожар… Судя по всему, корабль получил очень серьезные повреждения, хотя вокруг Лорена ничего особенного заметно не было.

Лорен ждал распоряжений капитана Шпильмана, но тщетно. Тогда он включил личный канал связи.

– Старший помощник – капитану Шпильману. Доложите обстановку.

– Кровь и тьма, старший помощник! Подождите хоть минутку, я еще не понял, что у нас вообще осталось цело!.. – В голосе Шпильмана звенели отчаянье и гнев. – В корпусе шесть пробоин, серьезно повреждена одна из палуб… Роботам ущерб нанесен небольшой, но они не смогут десантироваться прыжком – их надо будет просто выкидывать!.. Тактический сенсор поврежден, так что картинки не ждите… Мы потеряли две боевые турели, сильно повреждена защита реактора. Приземление… то есть падение, черт его побери!., произойдет примерно в тридцати километрах от намеченной ранее точки высадки…

Если все действительно настолько плохо, значит, «Клейморе» хана. Н-да… невесело.

– Что сообщают с других кораблей? – вклинилась в разговор полковник Стирлинг.

– «Буллран» в настоящее время подвергается атаке. Из-за бури и надвигающегося штормового фронта мы не можем их прикрыть, наши пилоты не могут определить цели.

Шпильман умолк. Лорен понял, что капитан быстро проглядывает донесения с других кораблей.

– Черт!.. – наконец с отчаянием произнес Шпильман. – На «Стене» сильные повреждения. Основной реактор и маневровые двигатели переведены на ручное управление. Кровавые демоны…

Он был явно потрясен произошедшим.

– «Стена» вся измочалена, связь еле держится – очень сильные помехи…

– Она вытянет? – спросила Стирлинг.

– Молитесь и надейтесь, что где-то там, на совсем уж далеких небесах нас кто-нибудь услышит, леди. С «Расплатой» связи нет, но я вижу, что они спускаются – возможно, у них аварийная посадка. Они должны бы стараться спуститься как можно ниже, чтобы эти чертовы Ягуары их не достали.

– А что эсминец? – после паузы напряженным голосом спросила Стирлинг.

Этот вопрос занимал всех в первую очередь – ведь речь шла практически о жизни или смерти всего подразделения. Если боевой корабль Ягуаров вступит в бой надежды выжить у нортвиндцев не останется. Эсминец может прямо с орбиты нанести по приземлившимся кораблям бомбовый удар. Лорен видел снимки, сделанные в городе Эдо, который Ягуары атаковали несколько лет назад. Город этот после атаки воинов клана представлял собой многокилометровую проплешину темно-серого стекловидного шлака. Ягуары были опасными врагами, готовыми ради победы применить любые, даже самые страшные методы и средства…

Опять наступила пауза, длившаяся, как показалось Лорену, целое столетие…

– Эсминец перешел на высокую орбиту. Стрелять он оттуда не может, зато перехватит нас, если мы попробуем прорваться к Т-кораблю, – раздался нарочито спокойный голос Шпильмана.

Теперь фузилеры не только в меньшинстве, но и вообще оказались в ловушке. Правда, Ягуары, судя по всему, не собирались использовать против них боевой корабль – должно быть, так получилось в результате подачи заявок. У фузилеров еще оставалась возможность использовать это обстоятельство в качестве шанса на спасение.

Шпильман отдал другим офицерам на мостике несколько приказов, Лорен разобрал только некоторые обрывки его фраз.

– Сообщение с «Бычьего бега». Они еще держатся, повреждения от легких до умеренных. Ягуары прекратили атаку – я имею в виду тех Ягуаров, что пока еще живы.

Вдоль кабины «Проницателя» пробежала цепочка зеленых огоньков, на вспомогательном дисплее зажглись слова: «Начинается процедура посадки». Шпильман тем временем продолжал:

– Приземление через пятьдесят секунд. Готовность номер один.

Опять раздался голос полковника Стирлинг:

– Старший помощник, после высадки немедленно организуйте оборону периметра!

– Вас понял, полковник, – ответил Лорен.

– Капитан Шпильман, сообщений со «Стены» не поступало?

– Нет, мэм. Связи нет. Впрочем, погодите-ка… Если верить сенсорам, они выбрасывают боевых роботов.

Самостоятельная посадка боевых роботов при помощи прыжковых двигателей опасна, но к ней часто прибегают в подобных критических ситуациях. Десантный корабль открывает люки, роботы выпрыгивают и приземляются в режиме ручного управления. Часто такая тактика использовалась для быстрой высадки ударной группы посреди вражеских позиций, чтобы не рисковать кораблем. В данном случае, учитывая имеющиеся у «Стены» повреждения, это был отчаянный шаг, на который пришлось решиться, чтобы спасти жизни воинов, если корабль при посадке потерпит катастрофу. Лорен закусил верхнюю губу.

Он вышел на связь со всем батальоном на борту «Клейморы». До приземления оставалось всего пятьдесят секунд, сердце работало в бешеном ритме, разум, казалось, оцепенел в осознанной безысходности…

– Майор Жаффрей – Кильситской Страже и командованию полка. Десантирование по программе «Браво», повторяю, десантирование по программе «Браво»! Если кто-то не может десантироваться или же поврежден, сообщите командиру своего копья…

Лорен еще раз проверил системы своего собственного робота и перевел реактор на более высокий уровень мощности, достаточный, чтобы сдвинуть с места тяжеловооруженного «Проницателя». Потом он включил сенсоры, но понял, что стены отсека закрывают обзор.

Так и должно быть, но ведь скоро откроется люк, и я хочу сразу увидеть, где мы и что там происходит…

«Клеймора» приземлилась с жутким грохотом и скрежетом, но все же помягче, чем ожидал Лорен. Майор нажал кнопку, и державшие робота миомерные тросы ослабли, выпуская его на свободу. Он был уже готов выбить крышку люка – точнее, то, что от нее осталось, – огнем пушек, но тут она сама плавно отошла в сторону.

Палубу залил свет, высокополяризированное стекло кабины потемнело. Снаружи виднелась земля – красная глина, поросшая невысокой травой или мхом. Небо затянуто облаками, черными и темно-синими, из которых на поверхность планеты изливались струи сильного дождя. Вдалеке сверкнула молния – Лорену сперва показалось, будто это выстрел из ПИИ. В нескольких местах между облаков виднелись клочки зеленого неба, и тогда боевые роботы «Фузилеров Стирлинг» озарялись страшноватыми отблесками.

Согласно диспозиции, первым десантировалось копье, находящееся справа от Лорена. Следом ринулся к люку и он сам, держа оружие наготове. По пути он вышел на связь с командирами батальонов:

– Фузилеры, вперед!..

XII

Точка высадки «Фузилеров Стирлинг»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

3 июля 3058 года

Несмотря на все треволнения, сопровождавшие прибытие и посадку, первое впечатление от Обочины V оказалось для Лорена разочаровывающим. В точке десантирования поверхность планеты была довольно ровной, ярко-красную глинистую почву покрывал невзрачный коврик из свалявшейся травы и мха, по серым камням расползались в разные стороны чахлые вьюнки.

Ярость грозы заметно поутихла, но, когда молния все-таки прорезала небосвод, к югу от точки высадки можно было увидеть нечто, напоминавшее горный хребет. Конечно, все это была иллюзия – на самом деле Лорен и его люди оказались на бывшем океанском дне, а «горы» были в действительности границей материкового шельфа, побережьем тех времен, когда это место находилось в нескольких километрах под водой.

– Старший помощник – взводу связи. Немедленно развернуть полковую сеть связи.

Капитан Джебедия Льюис отозвался почти мгновенно:

– Уже делаем, старший помощник. «Клеймора» не может связаться с остальными кораблями. Мы не понимаем, в чем тут загвоздка – то ли в грозе, то ли в повреждениях систем, – но исправим, как только сможем!..

Лорен отвел «Проницателя» подальше от корабля и поднялся на небольшую возвышенность, чтобы улучшить обзор. Вокруг повсюду кипела лихорадочная деятельность: фузилеры – командование полка и Первый батальон, – начали окапывать позиции и разворачиваться в боевое построение.

Майор сверился с тактическим дисплеем. Посадка произошла по меньшей мере в часе пути от первоначально намеченной точки.

Лорен переключился на полковой канал – прямой лазерный луч от его робота до центрального коммутатора на корабле, а оттуда – к командиру полка.

– Полковник, предлагаю использовать это место в качестве оперативной базы до тех пор, пока мы не установим связь с остальными кораблями, – сказал он громко, стараясь перекричать равномерный гул атмосферных помех.

– Согласна, – ответил далекий голос Стирлинг. Судя по тактическому дисплею, она была почти в километре от Лорена, на внешнем краю оборонительного периметра, который спешно строили фузилеры. – Пока связь ограничена сообщением внутри батальона. Так что остальных придется искать по старинке, но найти их надо… найти и восстановить связь.

– Можно выслать в разведку Первую роту. Разделите их и отправьте к предполагаемым местам посадки «Буллрана» и «Стены». Как только корабли засекут, можно будет передавать сообщения по цепочке роботов.

– А что ПОС?

– «Расплата» должна была приземлиться в центре треугольника, образованного точками посадки трех других кораблей. Если мы найдем «Буллран» и «Стену», несложно будет отыскать и ее при условии, конечно, что все корабли приземлились где-нибудь не очень далеко от намеченных мест высадки.

– Понятно, согласна. Не забывайте, что где-то поблизости – две «звезды» омнироботов противника. Я не хочу дать им хоть какой-нибудь намек на местонахождение и состояние наших сил.

– Вас понял. Увидимся позже…

Долгие часы рысканья под дождем по пересеченной местности притупили чувства Лорена – хоть и не окончательно, но изрядно. Иззубренные камни, покрытые мхом, монотонный звук падающих капель – все это порождало жутковатое чувство чужого присутствия.

Лорен искал потерявшиеся корабли. Обнаружив сигнал с «Расплаты», он двинулся по пеленгу, остальные прикрывали его движение с флангов.

Лорен внимательно всматривался в экран монитора. Обнаруженный им отряд противника располагался, похоже, в глубокой ложбине. Судя по тому, в какую сторону они стреляли, их соперник тоже находился в низине.

В ушах у Лорена снова зашумело и застучало – опять пришло Чувство. Необходимо связать Ягуаров боем, чтобы дать своим время занять более выгодные позиции.

Если ударить с флангов, мы дезориентируем противника, сразу улучшив положение людей Паркенсена, подумал майор.

Лорен открыл прямой канал связи – отдельный лазерный луч к каждому из роботов.

– Внимание, старший помощник – всем роботам. Выступаю один. Никому за мной не следовать. Правый фланг отходит к востоку, занимает позицию сразу за пределами сферы обзора дальних сенсоров противника, принимая во внимание его дислокацию на данный момент. Левый фланг – аналогично.

– Их там пятеро, сэр, – раздался голос лейтенанта Гленды Джуры.

– Выполняйте приказание. До моего сигнала все переговоры прекратить. Я собираюсь дать вам время занять фланговые позиции.

Из кабины «Проницателя» Лорен хорошо видел, как его люди начинают расходиться в стороны. Оставшись один, он двинул робота вперед, прямо к позициям Ягуаров.

На дистанции в сто метров до врага его сенсоры засекли магнитное излучение чужих роботов. Судя по выведенной на дисплей информации, противник имел в своем распоряжении омнироботов самых различных классов – от «Рожденного-в-Котле» до грозного «Масакари». На стороне Ягуаров превосходство не только в численности, но и в огневой мощи.

Еще через пятьдесят метров сенсоры обнаружили сбитый десантный корабль. Судя по всему, это была принадлежащая Синдикату «Расплата», – вернее, то, что от нее осталось. За кораблем тянулась в земле длинная борозда – несомненно, след аварийной посадки. Обычно десантные корабли класса «Крепость» должны приземляться вертикально и вставать на опоры, но «Расплата» явно упала на брюхо и ее далеко протащило вперед. Опоры сорвало при ударе о землю, люки для десантирования роботов были распахнуты настежь.

Бой продолжался, очевидно, уже несколько минут. Термосенсоры показывали места подрыва прошедших мимо цели ракет и хорошо узнаваемые силуэты подбитых и уничтоженных боевых роботов. Отряд ПОС попал в окружение, оказывать сопротивление могло не более половины численного состава роботов – все было практически ясно, Ягуары брали верх…

На пределе дальности сенсоров Лорен заметил еще одну «звезду» омнироботов.

Он немного помедлил и сделал глубокий вдох, а потом открыл широколучевой канал, став видимым сразу для всех омнироботов противника на поле боя. Правда, и окруженные силы ПОС тоже увидят, что подмога пришла.

– Говорит майор Лорен Жаффрей, офицер «Фузилеров Стирлинг», полка нортвиндских горцев. Прекратите атаку. Я предлагаю вам Испытание Права Владения десантным кораблем «Расплата».

Рискованный шаг. Будет редкостной удачей, если они примут вызов – он это знал. Лорен увидел, как роботы Ягуаров отходят, направляя в его сторону активные сенсоры и явно пытаясь понять, не ловушка ли это.

После долгой паузы с одного из роботов Ягуаров раздался ответ:

– Вы – вольнорожденные наемники и недостойны чести бросать нам вызов.

Замечательно, они обратили на меня внимание.

– Кто смеет сомневаться в моей честности и чести? Произнося эту фразу, Лорен опять бросил взгляд на сенсоры дальнего действия. Сигнал шел с грозного робота модели «Масакари» – в кланах таких называли «Боевой Орел».

В канале зазвучал еще один голос, говоривший находился за пределом радиуса действия сенсоров:

– Майор Жаффрей, говорит шо-са Паркенсен. Приказываю прекратить атаку. Этот Ягуар – мой!

В голосе Паркенсена были слышны нотки яростного гнева, однако, судя по обстановке, надежды у отряда ПОС было немного.

– Со всем должным уважением, шо-са, я просто пытаюсь спасти вашу задницу. Я получил приказ от полковника Стирлинг. Позже можете оспорить его согласно протоколу. А пока что хватит трепаться и держитесь, пока не прибудет подкрепление и, возможно, эвакуационная группа, – сказал майор.

Паркенсен начал было что-то говорить, однако Лорен не разобрал ни слова – все заглушил другой голос:

– Я – звездный капитан Керндон из Клана Дымчатого Ягуара, истинного клана, наследника великих Керенских и обладателя наследия Звездной Лиги. Я объявляю твой вызов неправомочным, а тебя и все твои силы – ни на что не годными бандитами, которых мы вколотим в землю этой никому не нужной планеты.

Капитан Керндон умолк, но потом, очевидно, решил, что сказанного будет маловато, а потому добавил еще.

– А если ты, свинья, не согласен, – продолжил он чрезвычайно воинственным тоном, – так выйди и встань со мной лицом к лицу как истинный воин. Я обещаю, что твоя смерть ужаснет твоих вонючих вольнорожденных отпрысков на долгие годы.

Получалось не совсем логично, но Лорен только улыбнулся и на полной скорости повел «Проницателя» прямо навстречу омнироботу спесивого Керндона.

– Ты отказываешься от нашего вызова на честный бой? – спросил он довольно вежливо.

– Воут, ты, бесчестный грязерожденный!

Ну, воут так воут, подумал Лорен, нервно скаля в улыбке зубы – впрочем, вполне осторожно, чтобы не повредить нейрошлем.

– Будь по-твоему… – Он замялся, пытаясь выдумать что-нибудь очень оскорбительное для воина клана. Через несколько секунд напряженной работы мозга его осенило:

– Ублюдок!..

Заподозрить воина клана в том, что он родился от биологических родителей и не является произведением кудесников генной инженерии!.. Да, это действительно было самым страшным вербальным оскорблением, какое только мог отыскать в темных глубинах извращенной психики жалкий мозг вольнорожденного… Судя по тому, как Керндон смолк на полуслове, потеряв дар воинственной речи, удар попал в цель. И даже не то что попал, а прямо-таки поразил эту цель напрочь.

Лорен переключил канал связи на бойцов своего отряда:

– Фузилеры, к бою! Вперед!

Оказавшись в пределах досягаемости дальнобойных скорострельных излучателей «Масакари», он резко отвернул вправо. ПИИ воинов клана являлись смертельно опасным оружием, а на омнироботе их было установлено сразу четыре – этого вполне хватало, чтобы одним залпом, если хорошо попасть, полностью вывести «Проницателя» из строя.

Однако маневр Лорена затруднил противнику прицеливание. Обиженный Керндон выпалил из всех четырех стволов разом. Вереница голубых вспышек, потянувшаяся к «Проницателю», слилась с ударившей в этот миг молнией, осветив весь склон холма.

Два заряда прошли совсем рядом, опалив статическим электричеством правую руку робота. Один врезался в правое плечо, прямо над трехствольным лазером, отчего робот пошатнулся и потерял броневую пластину. Еще Один заряд угодил в правое бедро «Проницателя». Больше всего Лорена обеспокоило именно это попадание: здоровенные искры прошили ногу робота, похожую на птичью лапу. Из пробоины стала сочиться, будто кровь из раны, зеленая смазка, но и сам майор успел пальнуть в «Масакари», и его выстрелы оставили глубокие отметины на броне на груди омниробота. Тот в свою очередь шарахнул еще двумя молниями из ПИИ и выпустил сразу десять ракет дальнего действия.

Угадав направление удара, Лорен в последний момент резко бросил робота влево. «Проницатель» содрогнулся – один из выстрелов угодил ему в самый низ корпуса; другой попал в землю перед самым роботом. Мокрая глина разлетелась в разные стороны, забрызгав «Проницателя» с ног до головы, а по его корпусу застучали разнокалиберные каменья.

Ракеты противника развернулись в воздухе, чтобы повторить неожиданный маневр Лорена – одни быстрее, другие медленнее. Четыре из них достигли цели, расплескавшись пламенем по правой стороне корпуса робота. Попадание застигло «Проницателя» на середине шага, и Лорену пришлось до крови закусить нижнюю губу. Он просканировал «Масакари», и в ушах у него зазвенело от злости.

Черт, этот ублюдок все еще держится. Будь на его месте мой робот, я бы уже изжарился заживо…

Он поднял дальнобойные лазеры: как только системы прицеливания захватили «Масакари» и в нейрошлеме прозвучал щелчок, он выстрелил. Рубиново-красные потоки чистой энергии врезались в ферроволоконную броню на груди омниробота, сорвав с еле слышным за дальностью треском пластины, но не причинив серьезного ущерба.

Надо уравнять шансы, и побыстрей. Этот парень сконфигурирован для дальнего боя. Если войти в клинч, излучатели и РДД неэффективны, пронеслись в голове майора лихорадочные мысли.

Не завершив шага, Лорен запустил прыжковые двигатели и, вырвав семидесятипятитонного «Проницателя» из липкой глины в затянутые грозовыми тучами небеса, направил его прямиком к «Масакари».

Капитан Керндон пустил робота задним ходом, снова открыв огонь из ПИИ и ракетных установок. Молнии ушли в пустоту, но все десять ракет, распушив хвосты инверсионного следа, направились прямехонько к «Проницателю».

В наушниках раздалось непрерывное пиликанье – значит, противоракетная система захватила все цели. Лорен автоматическим движением запустил ее в действие. Противоракетная пушка бойко заработала, выстроив перед роботом настоящую стену из огня, но все же три ракеты пробились сквозь нее и ударились в грудь «Проницателя».

Лорен резко опустил робота, глубоко утопив его гигантские ноги в мокрой глине, и снова дал мощный лазерный залп. Противник отступил на несколько шагов назад, получив одно попадание – остальные лучи ушли мимо. На тактическом дисплее Лорен увидел, что фузилеры прорвались далеко по флангам позиции отряда Керндона, медленно выдавливая омнироботов.

Керндон понял мою тактику и знает, что лучше всего ему держаться подальше, радостно подумал Лорен.

Отчаянным броском он кинулся вперед на полной скорости, до максимума разогнав двигатель и целясь прямо в могучего «Масакари», поливавшего его огнем.

В «Проницателя» попало четыре молнии и несколько дальнобойных ракет, но Лорену некогда было слушать сообщения о повреждениях. Удар был столь силен, что ему пришлось до боли сжать рукояти управления, борясь за то, чтобы тяжелый робот устоял на ногах. На него накатила волна тошноты, еще больше нарушившая чувство равновесия – попадание отозвалось в нейрошлеме. С комом в горле и сверканием в глазах Лорен продолжал вести «Проницателя» вперед. На завывание и гудки тревожных предупреждений он не реагировал, сосредоточившись лишь на том, чтобы не потерять сознания.

О произошедшем с противоракетной системой Лорен узнал по металлическому скрежету, напоминавшему зубную боль. «Вышла из строя!» Вражеские ракеты заколотили по всему роботу, разрывая неподатливую броню в мелкие клочья.

Лорен открыл огонь из всего оружия, какое только у него оставалось. Пурпурные лучи тяжелых лазеров глубоко вгрызались в самое сердце «Масакари», пробив в броне, будто выстрелом из дробовика, полдюжины дыр. Керндон отступил еще на восемь шагов, пытаясь удержать дистанцию. Лорен пустил робота бегом, борясь с головокружением и все усиливавшимся жаром в кабине.

Внезапно Керндон остановился. По небу раскаленным бичом хлестнула молния, и Лорен увидел, что «Масакари» уперся спиной в искореженный корпус десантного корабля «Расплата». Они были так близко друг к другу, что «Масакари» не мог уже стрелять из главного своего оружия – скорострельных излучателей.

Все кончено?..

Лорен услышал голос Керндона – не в наушниках, а напрямую, будто призрак мертвеца восстал из могилы, чтобы его подразнить:

– Глупец, твой робот почти перегрелся. Вольнорожденная тварь, сегодня день твоей смерти!

Ягуар отключил ингибиторы, не позволявшие его ПИИ стрелять на таком близком расстоянии. С отключенными ингибиторами можно стрелять хоть в упор, но это опасно – излучатель мог взорваться.

Лорен мог выстрелить из одного только большого лазера – все остальное оружие от перегрева заклинило. Струи дождя, барабанившего по раскаленной броне «Проницателя», стали закипать на ней и в момент испаряться.

Но майор точно знал, что должен быть какой-то выход. Он просканировал корабль, спиной к которому стоял Керндон. Внешний корпус в нескольких местах пробит насквозь, многие броневые пластины сдвинулись от удара, полученного при приземлении. Внутри корабля сенсоры обнаружили мощный слой термоизоляции – в такой оболочке обычно хранили либо взрывчатые вещества, либо…

Водородные цистерны! – внезапно догадался Лорен.

Во время аварийной посадки водородное топливо должны были непременно распылить за борт, оставив ровно столько, сколько нужно для приземления. Но в цистернах должен был еще оставаться жидкий водород и инертный газ, не дававший ему смешаться с атмосферным кислородом и взорваться. Лорен поднял правый лазер и прицелился как раз над правым плечом Ягуара. С мрачным спокойствием он заблокировал систему автоматического распознавания цели и нажал на гашетку.

Лазерный луч прошел примерно в трех метрах от «Масакари», глубоко впившись в обломки корабля, попал в открытый настежь грузовой отсек, найдя там цель – топливную цистерну. Лазер работал в течение трех полных секунд; температура в кабине «Проницателя», где и так невозможно было дышать, резко поднялась до уровня полной нестерпимости. Но Лорен не поддался желанию прекратить стрельбу и продолжал давить на гашетку.

Керндон начал было громко и очень зловеще смеяться, но его хохот оборвал взрыв водородной цистерны «Расплаты». Пламя вырвалось из распоротого брюха корабля, устремившись прямо в лицо Лорену. Оранжево-белый огненный шар вспучился как раз там, где стоял омниробот, поглотил его и попытался сожрать «Проницателя». Лорен потерял управление, и под истошный вой сирен робот стал заваливаться на бок.

Внезапно все стихло. Лорен поднял голову и увидел, что взрыв начисто снес четверть десантного корабля. «Масакари» вместе с еще одним покалеченным роботом противника лежали ничком на земле. Броня «Масакари» была вся изодрана в клочья, но, насколько можно было понять, пилот должен был быть еще жив. Справа приближался «Рожденный-в-Котле», очень даже крепко державшийся на ногах.

Победитель– это тот, кто последним останется стоять…

XIII

Точка высадки «Фузилеров Стирлинг»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

3 июля 3058 года

Лорен Жаффрей вошел в большой штабной фургон – двое часовых пропустили его, не задерживая, – и направился прямиком туда, где в командирском отсеке находилась полковник Стирлинг.

Ее командный пост представлял собой слегка измененный мобильный штаб, обычно следовавший за фузилерами в бою. Он сочетал в себе узел связи и информационную сеть. «Кошка» Стирлинг часто любила ставить переносное купольное поле, что позволяло ей подходить ближе к месту боя, но сейчас в этом не было необходимости. Отсюда Стирлинг могла связаться с любым роботом, находившимся под ее командованием, передавать всем частям результаты, полученные сенсорами, и иметь детальное представление о том, что за враг перед ней, где он находится и что делает.

Полковник восседала в окружении компьютерных терминалов. Работая с ними, она могла разом иметь доступ к огромному объему тактической и стратегической информации. Метеорологические данные, снимки со спутников, показания полевых сенсоров – все это подавалось на мониторы, за которыми следили дежурные офицеры. Не сходя с места, Стирлинг могла координировать ход любого боя, происходившего на Обочине V.

Лорен подошел к ней и понял, что все внимание «Кошки» поглощено чем-то, происходившим на одном из экранов. Рядом молча, с серьезным выражением на лице стоял майор Каллен Крейг. Он кивнул Лорену, тот ответил тем же.

Через несколько секунд «Кошка» Стирлинг тоже посмотрела на Жаффрей. Майор козырнул. Краем глаза он заметил в дверях шо-са Паркенсена: часовые его не пускали, требуя сперва предъявить документы.

– Не могли утерпеть, майор? – усмехнулась Стирлинг.

– Просто выполнял свой долг, сэр, – ответил Лорен. – Я пытался установить связь с ПОС, а Ягуары мне мешали.

Он посмотрел на подошедшего наконец Паркенсена. Тот, как всегда, был хмур и недоволен. Стирлинг кивнула:

– Мы наконец наладили контакт с двумя потерявшимися батальонами. Через два часа полковая локальная сеть связи должна быть полностью восстановлена…

Она вздохнула:

– Все корабли имеют сильные повреждения, все в плохом состоянии. «Стена» погибла. Один из омниистребителей врезался в нее, как какой-нибудь камикадзе… Капитану Кирвану едва удалось совершить посадку. Судя по имеющейся информации, корабль ремонту не подлежит.

– «Буллран» подбит, но летать может, – добавил майор Крейг. – «Клеймора» тоже в состоянии подняться с поверхности планеты, но на то, что корабль будет полностью боеспособен, я бы не рассчитывал.

«Кошка» Стирлинг наклонилась к пульту:

– Капрал Кинросс, дайте основную СБП на второй экран.

Офицер пробежал пальцами по клавиатуре, засветился один из мониторов.

– Согласно сводке боевых потерь, мы сбили все истребители противника, кроме двух, но и половину своих потеряли.

– Что наземные силы? – спросил Лорен.

– Без потерь, за исключением подразделений шо-са Паркенсена и вашего. Обо всех роботах Ягуаров, замеченных перед посадкой, позаботились. Теперь противнику понадобится не менее двух, может быть, даже четырех суток, чтобы подтянуть к нам какие-либо значительные силы, – ответила Стирлинг, снова просматривая СБП.

Она повернулась к Лорену и сказала, не скрывая своего беспокойства:

– Эти несколько дней меня не волнуют. А вот после начнутся проблемы.

Майор Курт Блэкадар вошел в помещение и козырнул:

– Прошу прощения за опоздание, мэм.

Он бросил быстрый взгляд на Лорена и остальных офицеров. Следом появились капитаны Ловат и Фрейзер, тоже откозыряли, скромно присели в уголочке.

– А ведь дело наше почти труба, досточтимые джентльмены, – сказала «Кошка» Стирлинг. – Создавшаяся обстановка сильно отличается от того, на что мы рассчитывали. Превосходство, и численное, и огневое, на стороне противника. Возможно, перед нами полная «галактика». Похоже, кроме того, что это не тыловые силы, как мы ожидали, а вернорожденные воины клана, то есть лучшее, что они могут бросить в бой. Они умеют сражаться, и у них есть чем сражаться…

Весь план миссии основывался на том, что фузилеры будут иметь численное превосходство над Ягуарами, это рассматривалось как главный фактор победы. Теперь же необходимо было думать не над тем, как победить, а как выжить…

– Им удалось лишить нас возможности отступить с планеты. Где-то там, наверху, боевой корабль Ягуаров только того и ждет, чтобы мы попытались это сделать, – с горечью произнесла Стирлинг.

«Все, это конец», – так, казалось, говорила Стирлинг. Майор Крейг не преминул выразить свою точку зрения:

– Ягуаров больше, но у нас еще есть время, несколько дней, до того момента, как они будут здесь. Я предлагаю выдвинуться в направлении Моря Мариона. Там есть узкие места, где можно создать мощную оборонительную линию. Мы вроемся в землю, поставим для Ягуаров ловушки, а потом только свистнем – они и прибегут. Если нам удастся продержаться достаточно долго, через тридцать шесть дней здесь будет Малвани с подкреплениями. Со свежими силами мы сможем покончить с Ягуарами.

Лорен внутренне содрогнулся. Если он правильно понимал тактику ведения войны, принятую в Клане Дымчатого Ягуара, то занятие горцами оборонительной позиции будет означать лишь то, что противник сделает более высокие заявки и все равно выставит достаточно сил для полного разгрома нортвиндцев.

Клан Ягуара напоминал собой могучую боевую машину, лезущую напролом, подминающую противника под себя, не принимающую во внимание никакие, даже самые страшные потери и действующую только с одной целью – разгромить, убить, полностью уничтожить противника, добиться победы и ничего иного. Пассивно ожидать их нападения, пусть даже и за самыми мощными укреплениями, было смерти подобно. Майор Блэкадар покачал головой: – Не годится. У них такое численное превосходство, что наша оборона не выдержит атаки. Есть другой вариант – разделить полк и рассыпаться, применить партизанскую тактику, которую мы недавно изучали. Их можно измотать, нанося множество мелких и быстрых ударов, уничтожая запасы, атакуя командные структуры и узлы связи. Мы понесем потери, но в конечном счете причиним им достаточно ущерба, чтобы Малвани смогла нас забрать с этой чертовой планеты и увезти домой.

– Я полагаю, мы сможем продержаться, – упрямо сказал Крейг.

– Ошибаешься. Если они обрушатся всей своей мощью, то нас просто сотрут в порошок.

– Ты нас недооцениваешь, Блэки. Слышал когда-нибудь про такое место – Фермопилы? Там всего триста спартанцев выстояли против десяти тысяч персов! – с надменной усмешкой бросил Крейг.

Блэкадар с сожалением посмотрел на него:

– Ты кое-что забыл, Каллен. Ни у спартанцев, ни у персов не было боевых роботов. Кроме того, в нашем случае десятитысячная армия будет вооружена получше, чем те, кто защищается, – у противника более современные, мощные и быстродействующие роботы. И не забудь, кстати, о том, что все спартанцы в Фермопилах погибли. Играть с Ягуарами в прятки, конечно, забавно, Каллен, только они сидят на кучах запчастей и боеприпасов. А гражданского населения, чтобы помогать нам сохранять боеспособность, кормить и укрывать наших партизанящих солдат, тут нет. Мы долго не протянем.

– Кое-где на завоеванных планетах партизанская война идет уже по нескольку лет, – не унимался Крейг.

– Только не на голом месте и не силами одного полка, – отрезал Блэкадар. – И пока что кланы никто из партизан не победил.

Капитан Колин Ловат, отошедший в сторонку и лихорадочно тыкавший в клавиши своего ручного компьютера, кашлянул, чтобы привлечь внимание остальных:

– Я пропустил оба ваших предложения через программу тактической симуляции, чтобы получить возможные варианты результатов с учетом известных параметров войск клана и их боевой тактики.

– Ну и? – спросила Стирлинг.

Начальник полковой разведки покачал головой:

– При наилучшем стечении обстоятельств мы сможем продержаться сорок пять суток, после чего будут уничтожены и наши войска, и прибывшее подкрепление. Это в случае, если в дело не вступит боевой корабль, а Ягуары будут подавать небольшие заявки, раз мы наемники, а они – вернорожденные.

Лорен, конечно, знал, какой вопрос задать:

– А что при худшем стечении?

– Сорок восемь часов, сэр. Вариант предполагает орбитальную бомбардировку, ввод в действие аэрокосмических сил, которые, возможно, не были включены в первоначальную заявку, и мобилизацию против нас всех доступных им резервов. Не забывайте, что они, возможно, уже на марше. До сих пор я использовал для рекогносцировки только пассивные спутники, а точность их работы ограничена. Существует определенная вероятность, что противник уже движется к нам, а мы его не можем обнаружить.

Крейг поморщился:

– Все цифры да цифры. Отдайте мне приказ, полковник, и я построю такую оборонительную позицию, что нас ничто с места не сдвинет – пусть этот их боевой корабль хоть на таран идет.

Стирлинг покачала головой с таким видом, будто хотела, чтобы все убирались из штаба прочь – Лорен подумал, что понимает ее. Чтобы побить Ягуаров, нужно было предпринять что-то настолько смелое, настолько отчаянное, чтобы застать их врасплох и свести таким образом на нет все их преимущество в силе.

– Я просто технарь, – взял слово капитан Митчелл Фрейзер, – но если вы меня спросите о перспективах, я скажу вот что: нам нужно прежде всего подкрепление. Почему бы не взять один из десантных кораблей и не прорваться обратно во Внутреннюю Сферу? Наши полки придут и вставят этим подонкам!

– У нас нет времени, – ответил капитан Ловат. – До дома месяцы пути. А продержаться мы можем не больше нескольких недель – и то вряд ли.

Прикомандированный офицер Синдиката лишь подлил масла в огонь:

– Все эти разговоры по поводу того, окапываться горцам, прятаться или партизанить не отвечают вашим обязательствам по контракту. Нам необходимо найти способ уничтожить Ягуаров, при этом не дав им возможности уничтожить нас. – Он бросил на Лорена холодный взгляд. – Ваша изысканная дуэль с капитаном Ягуаров стоила мне «Расплаты».

Лорен постарался не обратить внимания на слова шо-са, но это было нелегко. Если бы Лорен с Кильситской Стражей не пришли и не спасли Паркенсена, Ягуары наверняка бы грохнули ПОС-сенсея – а он еще жалуется, что его спасение обошлось-де слишком дорого.

Тем не менее Лорен решил не вступать в перепалку.

– А что, капитан Ловат, не пытались ли еще Ягуары сбить наши спутники? – спросил он.

– Нет, сэр, – ответил Ловат. – Активные спутники мы еще не задействовали, но пока что Ягуары и так не обращают внимания на то, что мы за ними наблюдаем.

– Замечена какая-нибудь активность с их стороны? Перемещение войск, движение в нашем направлении, что-нибудь еще в этом роде?

– Есть немного. У них имеется некоторое количество истребителей, которые еще не поднимались со взлетных площадок. Я заметил там какую-то суету, возможно, они готовятся стартовать в нашем направлении, но пока что ничего масштабного не предпринимается. В основном шевелятся быстроходные легкие роботы.

Лорен мысленно перебирал все то, что он знал о кланах, особенно о Клане Ягуара. Он представил звездную карту, на которой были обозначены базы снабжения Ягуаров и Котов.

Уйти мы не можем, а останемся здесь – гарантированно помрем. Но должен же быть выход…

И тут его осенило. План, план рискованный, почти невыполнимый. Идея была проста, и если ее удастся воплотить, то может появиться хоть какая-то надежда на успех.

Он очнулся – полковник Стирлинг заговорила:

– Ребята, карты на столе, козырей у нас нет. Майор

Жаффрей, вы – мой тактический эксперт по Ягам. Что скажете?

Лорен не знал, говорить или промолчать. План, формировавшийся у него в сознании, был все же слишком дерзким, может быть, даже безумным.

– У меня есть мысль, полковник, но прежде, чем я вам о ней расскажу, нам нужно пойти в полевой госпиталь.

Не зря он изучал кланы и их путь. Одна из клановых традиций заключалась в следующем: победителю в битве достаются в награду пленные, так называемые «связанные». Когда чужой клан объявляет воина «связанным», тот обязан быть целиком предан своему новому хозяину.

Разумеется, за всю историю всего несколько воинов кланов стали «связанными» отрядов Внутренней Сферы, и то в основном тех, которые сами имели какое-то отношение к кланам – как, например, Ополченцы Снорда или Волчьи Драгуны.

В течение всего этого долгого совещания Лорен думал о том, что, с точки зрения воинов клана, он дрался с капитаном Керндоном честно.

Если он еще жив, возможно, мне удастся сделать его одним из нас. Раньше он был Ягуаром – может быть, это сделает его ключом к нашей победе.

– В госпиталь? – возмущенно спросил майор Крейг.

– Да. У меня там «связанный», я должен с ним поговорить. Его имя – Керндон.

XIV

Точка высадки «Фузилеров Стирлинг»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

3 июля 3058 года

В сопровождении охранников Лорен и другие высшие офицеры направились к койке Керндона. Первое впечатление было неожиданным. Звездный капитан Керндон оказался молод – не больше двадцати пяти лет. Воины Внутренней Сферы оставались в строю десятилетиями, но кланы в своих войсках придавали большее значение силе юности.

Он еще мальчишка, но по обряду и обычаю кланов достиг уже почти равного моему чина, подумал Лорен.

– Ему дали успокоительное, сэр, чтобы справиться с последствиями нейрошока, полученного в результате падения робота, – шепнул Лорену военный врач. – Так что он очень слаб.

– Благодарю вас, – ответил майор.

Хорошо. Благодаря действию лекарств он будет более сговорчив и скорее всего примет роль моего «связанного», удовлетворенно подумал Лорен.

Он повернулся к капитану и произнес насколько мог властно:

– Я полагаю, вы – звездный капитан Керндон?

– Ут, – ответил тот.

– Я майор Лорен Жаффрей, воин, победивший вас в сражении.

Керндон сверкнул глазами, и только. Лорен понял. Этот человек оценивал, что за враг перед ним.

– Вы должны были убить меня, но я жив, – сказал Керндон. – Когда я проснулся, мне сказали, что вы нарекли меня своим «связанным», однако вы не обязаны были этого делать.

Ясно: Керндон надеется, что Лорен передумает. Майор достаточно долго изучал кланы, чтобы понимать – отказаться стать его «связанным» воин не может.

– Я кое-что понимаю в ваших традициях, – медленно произнес он. – Возможно, когда-нибудь вы станете хорошим бойцом для моего… полка. – Лорен хотел сказать «клана», но удержался. – Это полковник Андреа Стирлинг, мой начальник, командир «Фузилеров Стирлинг». Мы спасли с поля боя еще одного воина, женщину, но она, к сожалению, умерла по дороге в госпиталь.

Капитан Керндон остался почти спокоен:

– Смертью своей она избегла бесчестия служить хозяину-вольнорожденному. – Он поднял взгляд на Лорена. – Майор Лорен, я прошу вас даровать мне право бонсрефа.

Лорен покачал головой:

– Этот обычай мне неизвестен.

– Бонсреф – это ритуал, во время выполнения которого хозяин «связанного» соглашается убить его в поединке один на один. Традиция требует, чтобы «связанный» не сражался, а просто принял смерть от руки того, кто был бы его хозяином. Вы имеете право воспользоваться любым оружием по своему выбору, – бесстрастно произнес Керндон.

– Вы предпочитаете службе в качестве моего «связанного» смерть? – спросил Лорен, хотя ответ конечно же знал заранее.

– Ут. Став «связанным», я вынужден был бы по вашему приказу воевать против своего бывшего клана. Вернуться в ряды Ягуаров я никогда не смогу. Они будут считать меня низким, ведь я подвел бы вас. Мне пришлось бы влачить жизнь бандита… или еще хуже. Выбор стоит между тем, чтобы сражаться за вас, и тем, чтобы умереть без чести. И то и другое приведет к потере чести, и по своей воле я этого не совершу.

Какая-то частичка Лорена Жаффрей хотела дать этому Керндону то, о чем он просит. Майор понимал, что такое понятие чести, особенно среди пилотов боевых роботов. Но он знал также и то, насколько ценен для него плененный Ягуар. Этот человек, Керндон, его пропуск в мир кланов, в сердца и разумы Ягуаров, его врагов.

План Лорена был рассчитан на то, что капитан войск противника выберет разумное и воспользуется своим шансом – жить дальше и умереть с честью.

– Керндон, я отказываю вам в праве на этот ритуал. Мы столкнулись с Ягуарами, но мне нравится думать о том, что существуют и другие варианты для наших воинов показать себя. – Молодой воин молча слушал его. – Мы – не обычный полк, Керндон. Нортвиндские горцы прослеживают свое происхождение от тех, кто служил под началом генерала Александра Керенского в Вооруженных Силах Звездной Лиги. Хотя командиры Ягуаров могли говорить вам иное, мы с вами одной крови.

– Я не имею желания быть вашим «связанным», – только и мог пробормотать Керндон, все еще находящийся под действием ослабляющих его волю лекарств.

– Может, и так, Керндон. Но подумайте вот о чем. Я родич воинам Звездной Лиги. Я сражался с вами по обычаю кланов – один на один. Я победил вас, не поступившись ни своей, ни вашей честью. Если я вас отпущу, клан не примет вас. Вы сделаетесь… как бишь это?., дезгра? Но встаньте на моей стороне как мой «связанный» – и вы получите шанс однажды снова сражаться как воин. Вы обретете возможность снова отстаивать свою честь в битве.

Керндон ответил не сразу, долго и тщательно обдумывая сказанное. Лорен был уверен: для Ягуара быть воином – это все. Возможно, он признает, что его одолели в честном бою на условиях, которые не мог бы оспорить ни один воин клана.

– Майор Лорен, – наконец проговорил Ягуар, – я буду служить вам как ваш «связанный».

– Прекрасно, «связанный» Керндон, – с облегчением произнес Лорен. – В таком случае, скажи мне, какие силы обороняют эту планету?

Керндон закрыл глаза, словно не желая видеть того, что вынужден был сделать.

– Против вас воюет «галактика» «Тау», именуемая также «Охотница».

Лорен глянул на капитана Ловата, тот пробежал пальцами по клавиатуре ручного компьютера и покачал головой:

– О существовании этой «галактики» нам неизвестно. Она недавно сформирована?

– Так точно.

– Ее численный состав? – спросил майор Крейг. Керндон посмотрел на него, но не ответил, а медленно повернул голову обратно в сторону Лорена.

– Ты не ответил на вопрос, – сказал Лорен. – Ты не хочешь предавать свой бывший клан, верно?

Ему ли, бывшему бойцу «Смертников Коммандос», не знать, что это значит…

– Нег, – ответил Керндон. – Вы честно победили меня в бою, и я остался жив. Вы решили не убивать меня, а оставить в живых. По обычаю моего народа, я ваш «связанный» – ваш, но не его. Я не обязан относиться к нему как к истинному воину. Так я воспринимаю только вас и ваших начальников, если только вы не прикажете мне иного.

– С чего мне терпеть его дерзости? – прошипел Крейг, придвигаясь к койке, будто желая ударить раненого Ягуара.

Майор Блэкадар и капитан Ловат удержали его. Лорен посмотрел на лежащего Керндона – тот не обратил внимания на вспышку Крейга.

– Так скажите мне – каков состав «галактики» «Тау»?

– «Галактика» состоит из двух полных боевых соединений, 250-го штурмового и 101-го наступательного. Кроме того, ей придано одно соединение неполного состава – 25-е ударное.

– Два с половиной звена, так?

«Галактика» оказалась меньшего состава, чем можно было предполагать, но все равно Ягуары имели численное превосходство.

– Как я понимаю, силы, атаковавшие нас, были выбраны в результате подачи заявок? – продолжал Лорен.

– Ут, – бесстрастно ответил Керндон.

– Какая часть выиграла подачу заявок против нас и каков ее точный состав?

– Честь принятия заявки была дарована звездному капитану Роберте, командиру 101-го звена. Мой бинарий был одним из трех, включенных в заявку. Кроме того, нам было придано два полутринария.

– Знаешь ли ты, каков следующий этап ее плана?

– Нет. В это я не посвящен. Моему отряду было позволено вступить в бой с теми, кто выжил после атаки наших истребителей, поскольку он находился вблизи ваших точек высадки.

– Какое задание должна была выполнять ваша «галактика»? – не унимался Лорен.

– О задании нам еще не было сообщено. Галактический командор в настоящее время определяет подобающие нам цели.

– Вы должны были действовать против Синдиката? – спросил шо-са Паркенсен, но Керндон и не посмотрел на него.

– Отвечай, Керндон, – приказал Лорен.

– Мы не собирались сражаться против Синдиката Дракона, во всяком случае, сейчас. Наша цель – те, кто замарал честь и достоинство нашего клана.

Лорен тут же понял:

– Вас должны были направить против Клана Кота? Керндон медленно кивнул:

– Ут.

Лорену известно было о давней враждебности между Кланами Ягуара и Кота. Именно поэтому он хотел иметь на своей стороне воина-Ягуара. Сейчас лишь Керндон мог сказать, есть ли хоть какая-нибудь надежда на успех.

– Керндон, а что бы случилось, если бы мы прилетели на ближайшую базу Котов и рассказали им, что тут неподалеку у Ягуаров целая «галактика», которая находится в полной боевой готовности и собирается на них напасть?

Керндон всех удивил – он тихонько рассмеялся:

– Коты без всякого промедления откроют по вас огонь.

– Но Клан Ягуара являет для Котов огромную угрозу, особенно если речь идет о «галактике», специально предназначенной для войны против них.

– Я впервые сражался с Котами еще в бытность свою в сиб-группе. Они, конечно, странный народ со странными обычаями, но они – клан. Коты видели, как мало значит понятие чести дар вольнорожденных Внутренней Сферы. Они знают, что ваш народ ради победы в битве не откажется снизойти до жульничества. Они решат, что вы пытаетесь заманить их в ловушку, и сочтут подобное деяние нарушением законов чести, а посему отнесутся к вам, как к бесчестным бандитам, и просто уничтожат вас, – объяснил Керндон с легким злорадством.

– Можешь ли ты придумать способ заставить их выслушать наши слова и убедить их в том, что мы говорим правду? – задал вопрос Лорен.

Керндон немного поразмыслил и ответил:

– Нег. Будь я офицером Клана Кота, я не поверил бы в подобную бредовую историю, рассказанную отрядом из Внутренней Сферы, какие бы доказательства вы мне ни представили.

Черт! Начинаются сложности, раздраженно подумал Лорен.

– Можно ли предположить, что Клану Кота будет интересно узнать о присутствии здесь Ягуаров? – спросил он.

– Ут, – кивнул Керндон. – Коты сочтут наше присутствие здесь явной угрозой для своей системы баз снабжения.

Майор Блэкадар был удивлен идеей Лорена:

– Вы же не предлагаете нам постучаться Котам прямо в дверь?

Именно так, Блэки, именно так. Иногда не настолько важно послание, насколько способ его доставки.

– Если бы «галактика» «Тау» атаковала Котов, как бы они отреагировали?

Керндон покачал головой и прикрыл глаза, словно вопрос его расстроил:

– Этот вопрос неуместен, майор Лорен, – он подчеркнуто называл Лорена только по имени: Родовое Имя считалось среди кланов высшей честью, каждая фамилия могла быть прослежена в веках до времен Звездной Лиги. – Пока фузилеры здесь, Ягуары не будут атаковать Котов.

– Определять, что здесь уместно, буду я, «связанный», – ответил Лорен, сделав ударение на последнем слове. – Ты будешь отвечать на вопросы настолько точно, как только сможешь.

Керндон снова сверкнул глазами, но подавил гнев, сохранив самообладание.

– Виноват, майор Лорен. Отвечаю на ваш вопрос: одиночное нападение Коты воспримут как обычный рейд, не представляющий для них угрозы.

– Для того чтобы они обратили на противника внимание и нанесли ответный удар, потребуется несколько рейдов?

– Ут. Их клан руководствуется видениями и духовным поиском. Ягуары весьма восприимчивы к угрозам в свой адрес, но Коты выказывают невероятное терпение. Для того, чтобы они ответили контрударом, Ягуары должны были бы неоднократно на них напасть.

– Знают ли кланы расположение баз друг друга?

– Ут, но у них есть лишь списки возможных целей. Чтобы найти нашу базу, этого не хватит. Имеющаяся у них информация о базах Клана Ягуара поможет вычислить, какие из них могут содержать целую «галактику», но вот саму «галактику» придется поискать.

– Если только мы не оставим за собой следов, – негромко, как бы про себя, сказал Лорен – он уже продумывал детали плана.

Внезапно он улыбнулся:

– Если Коты прилетят сюда и обнаружат здесь нас и Ягуаров, кого они атакуют первыми?

Ответ он, похоже, уже знал заранее.

– Ягуаров, разумеется, – ответил Керндон несколько недоуменно.

– Разумеется? – посмотрела на него непонимающе полковник Стирлинг. – Но ведь мы общий враг для обоих кланов! Почему Коты и Ягуары просто не объединятся против фузилеров?

Лорен, чье возбуждение все росло, ответил прежде, чем это успел сделать «связанный»:

– Полковник, кланы считают нас существами низшего порядка, поскольку мы – всего лишь жалкие наемники. Прежде чем потратить свое драгоценное время на нас и походя ухлопать нечистых горцев, они сойдутся в честной битве друг с другом.

В течение нескольких секунд Стирлинг обдумывала его слова, потом ее лицо озарилось пониманием. Она посмотрела Лорену прямо в глаза.

– Ваш план до того прост, что кажется гениальным, – сказала она негромко, но так, что все услышали.

– Не понимаю, – влез в разговор майор Крейг. – Как все это поможет нам одолеть Ягуаров?

– А вот так, – отозвался Лорен. – Все, что нам нужно сделать, – это добиться, чтобы «галактика» «Тау» атаковала несколько баз Клана Кота. Коты отправят сюда карательный отряд и будут вместо нас сражаться с Ягуарами, а победителя, кто бы он ни был, мы легко уничтожим сами, воспользовавшись его ослабленностью.

Керндон покачал головой:

– Галактический командор Девон Озис не будет атаковать Котов до тех пор, пока не уничтожит фузилеров.

– Вот в этом-то и заключается изюминка моего плана, – ответил коварный Лорен. – Этому Девону Озису не придется отдавать Ягуарам приказ нападать на Котов. Под видом Ягуаров атаковать будем мы.

XV

Точка высадки «Фузилеров Стирлинг»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

3 июля 3058 года

– Что? – не поверил своим ушам шо-са Паркенсен. – Да как же это можно выдать ваших фузилеров за отряд Клана Ягуара?

– Подобранных после боя омнироботов противника наберется примерно на бинарий, – ответил Лорен. – Митч Фрейзер с ребятами над ними поработают, подремонтируют, поставят их на ноги. Остается закрасить следы ремонта, правильно подобрать частоты связи – и никто и не подумает, что мы – не Ягуары.

– Вообще-то мне прежде не приходилось ремонтировать омнироботов, – сказал Митч Фрейзер с сомнением.

Лорен засмеялся:

– Митч, ты можешь починить все, что угодно, – стоит только тебе захотеть!..

Майор Курт Блэкадар, задумчиво глядя в пространство, потер подбородок и обратился к остальным:

– Может, и получится. Если подумать, мы ведь могли и Ягуарам сказать, что мы, к примеру, Серый Легион Смерти, и как бы они догадались, что это не так?

– Верно, – ответил Лорен. – Когда мы будем бросать вызов Клану Кота, то можем наплести о себе все, что угодно.

Керндон почесал лоб под повязкой:

– Все не так просто. В кланах принято прослеживать генетические линии и сопутствующие им черты внешнего облика личности. Если Коты увидят ваше лицо, когда вы будете бросать им вызов, они смогут легко проверить, Ягуар вы или нет.

– Значит, просто не будем показывать им наши лица, – быстро ответил капитан Ловат.

Курт Блэкадар опять задумчиво потер подбородок:

– И еще есть миллион всяких деталей, из-за невнимания к которым все может запросто сорваться. Я бы хотел сначала все продумать, а потом уже решать, что такое этот план – самоубийство или гениальная идея.

– Справедливо, – ответил Лорен.

Он знал, что, когда доходит до дела, Блэки забывает обо всяких там интригах и поступает так, как будет лучше для горцев. Правда, зато Крейг оказался достаточно упрям, чтобы его личные амбиции вышли на первый план.

– Половина наших десантных кораблей, – продолжил майор Блэкадар, – благодаря истребителям Ягуаров сейчас не может подняться, – и, возможно, никогда не сможет. На орбите висит эсминец. И как, позвольте узнать, нашим псевдо-Ягуарам добраться до точки перехода?

– Этот серьезный вопрос, майор, – полковник Стирлинг слегка прищурилась, – как только мы закончим, я хочу задать капитанам десантных кораблей. Но это еще не вся проблема…

Она повернулась к Керндону:

– Скажите, капитан, если бы вы были на месте этого Девона Озиса, чего бы вы от нас ожидали?

– Вам следует думать не о галактическом командоре. Подачу заявок на право вас уничтожить выиграла звездный полковник Роберта. Девон Озис будет наблюдать и корректировать ее действия, но в конечном счете против вас воюет именно она.

– Хорошо, в таком случае – что вы можете рассказать об этой Роберте?

– Она не похожа на кого-либо из воинов, с которыми вам приходилось сталкиваться, – сказал Керндон тоном, в котором смешивались страх и почтение.

– Мы – нортвиндские горцы, – резко возразил Каллен Крейг. – Это значит, что мы никого не боимся.

Керндон покачал головой:

– Звездный полковник Роберта – плоть от плоти Дымчатых Ягуаров. Я видел ее в бою, полковник Андреа, а вы нет, – он смотрел на Стирлинг, а не на Крейга и по-прежнему не называл фамилий. – Она быстра, как торнадо. Когда она атакует, ничто ее не может остановить. Она пройдет через ваши ряды гуляючи, сколько бы вас ни было.

– Крутая, стало быть, дамочка? – сказала Стирлинг, подмигнув Лорену. – Жду не дождусь надрать ей задницу.

– Она специализируется в «охоте за головами», – сказал Керндон, проигнорировав слова Стирлинг. – Ее легкие «звезды» проникают внутрь периметра противника и прицельно выбивают его командный состав.

«Охота за головами»… От этих слов у Лорена по спине пробежали мурашки. Отряд из Внутренней Сферы попытался бы перерезать коммуникации и разгромить командный пункт. Но Ягуары – особенно, если верить Керндону, звездный полковник Роберта, – стараются покончить с противником, уничтожив самих его командиров.

– На месте Роберты я бы ожидал, что вы окапываетесь и укрепляете свои позиции, готовясь отразить нападение. Я бы нанес удар, надеясь перебить всех здесь присутствующих офицеров… Оторвешь голову – а уж тело само упадет. Дезорганизовав ваши силы и лишив их руководства, я бы потом добил оставшееся без пастухов стадо, где, когда и как мне захочется, – спокойно, с легкой улыбкой произнес Керндон.

Полковник Стирлинг уперла кулаки в бока:

– Вы меня не знаете, капитан, но мои люди не зря зовут меня «Кошкой». Это прозвище я получила не за красивые глаза, а за то, что у меня острые когти. У звездного полковника Роберты останется кое-что на память обо мне… Что бы она сделала, если бы увидела, что я не окапываюсь, а готовлюсь сама нанести удар?

– Она бы поспешила первой атаковать вас всеми имеющимися у нее силами. Роберта напала бы стремительно и бесстрашно, своими мощными клыками разорвав вам глотку. Линии фронта не будет, силы Ягуаров сомнут ваши ряды, воспользуются замешательством и уничтожат всех до последнего солдата…

Полковник Стирлинг обдумала его слова и спросила:

– А если мы просто будем сидеть здесь и ждать?

– Это ничего не изменит. Звездный полковник Роберта – командир соединения Клана Ягуара. Хотя в победе над отрядом из Внутренней Сферы чести немного, это все же позволит ей показать начальству свою выучку и доблесть. Быстрая и чистая победа над вами даст ей преимущество при подаче заявок на право участвовать в уничтожении Клана Кота.

Стирлинг посмотрела на майора Крейга, любившего окапываться, потом – на начальника полковой разведки:

– Капитан Ловат, если Ягуары будут двигаться с максимальной скоростью, как скоро они до нас доберутся?

Тот провел языком по сухим губам, пальцы его в это время порхали по клавиатуре компьютера.

– Первыми могут нанести удар роботы моделей «Коши» и «Бешеный Кот». Если они разгонят реакторы до максимума, то будут здесь менее чем через сорок восемь часов.

– Полковник, мэм, – вступил в разговор капитан Фрейзер, – как главный техник полка, я должен вам заметить, что даже техника кланов не может вот так работать на пределе мощности. Роботы – прочные машины, но их тоже надо обслуживать. Если Ягуары будут гнать роботов на полной скорости, то они запросто загубят технику. Проводка и гироскопы полетят моментом, на их замену после битвы потребуется не один день, не говоря уже об ускоренном износе силовых приводов… Доблесть, конечно, хорошо, а честь еще лучше, но машины-то этого не понимают, – добавил он, словно извиняясь.

Керндон взглянул на Митча Фрейзера с неприязнью – ему явно не нравилось, что какой-то техник смеет вмешиваться в разговор воинов:

– Вы не знаете Пути Кланов. Износ техники и усталость людей ничего не значат – важна лишь победа. Роберта будет их гнать, потому что она воин – только и всего.

Лорен обвел взглядом остальных офицеров:

– Итак, меньше чем через двое суток можно ожидать нападения Ягуаров. Когда они придут, то откроют пальбу, пытаясь перебить всех присутствующих и, выведя нас из строя, сделать весь остальной полк легкой мишенью. – Он повернулся к полковнику Стирлинг и посмотрел ей в глаза. – Мы знаем, что не можем улететь с Обочины – у нас просто не хватит места на кораблях, чтобы вывезти с планеты весь полк. Но если мы останемся здесь и примем бой, то нас уничтожат, как бы храбро мы ни сражались. Я полагаю, что единственная наша надежда – сформировать фальшивый отряд Ягуаров и привести сюда за собой Котов.

– Клан Кота может нас разбить с той же легкостью, что и Ягуары, – сказал шо-са Паркенсен.

Полковник Стирлинг посмотрела в его сторону:

– Понимаю ваши опасения, шо-са. Но, кровь и тьма меня разрази, я не вижу никакого другого выхода. Нам-то ведь все равно – Ягуары нас в любом случае разобьют, что бы мы ни делали. Не думала, что доживу до такого, однако вот пришлось…

Она покачала головой.

– Это просто вопрос времени. Действительно, план майора Жаффрей, мягко говоря, рискован, но он дает нам какой-то шанс.

– Все это закончится нашей гибелью, – мрачно ответил Паркенсен.

– Может, и так, парень, да только одно наверняка скажу, – перешла на шотландский говорок «Кошка» Стирлинг, – Ягуары проклянут тот день, когда связались с нортвиндскими горцами.

XVI

Мобильный штаб «Фузилеров Стирлинг»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

4 июля 3058 года

Теперь, когда Лорен знал Обочину V не только по картам и разведдонесениям, планета казалась ему еще более зловещей. Гроза, гремевшая во время высадки фузилеров, наконец-то стихла. На землю опустился туман, и сумерки – сутки на Обочине длились двадцать восемь часов, – покрыли серой мутью зеленое свечение неба.

Полковник Стирлинг выдвинулась на пятьдесят километров к востоку от десантных кораблей, пытаясь создать впечатление, что полк находится на марше.

Она надеялась сохранить десантные суда в качестве опорных пунктов обороны на тот случай, если дела пойдут совсем плохо. Турели кораблей были в достаточно боеспособном состоянии, чтобы прикрыть отступление. Учитывая соотношение сил, думал Лорен, это вполне реальный вариант развития событий.

В ожидании прибытия капитанов трех десантных кораблей Лорен стоял рядом со штабным куполом и размышлял о том, как хорошо бы было ему побольше времени провести со звездным капитаном Керндоном. Он долго изучал кланы, но слова этого человека показали, как много еще предстоит узнать майору. Например, клановые понятия о чести до сих пор ставили его в тупик, хотя в кодексе, по которому жил Керндон, было для него что-то привлекательное, да что там говорить – прямо-таки чарующее.

Глядя на приближающуюся к штабу машину на воздушной подушке – она называлась «Бомбардир», – Лорен подумал о тех решениях, которые ему предстояло принять…

Непреодолимым препятствием для реализации его планов казался боевой корабль Ягуаров, все еще обретавшийся на орбите, но Лорен не мог сказать, не скрывалась ли главная опасность в сердцах кое-кого из самих фузилеров. Двое, майор Каллен Крейг и шо-са Эльден Паркенсен, хотели, похоже, сорвать любую операцию, которую вместе с ними можно было бы осуществить.

Он вспомнил слова Честити Малвани и понял, что она говорила именно об этом. Особенности внутренней политики, заговоры, интриги… Игры за чужой спиной. Недоверие…

Очевидно было, что Каллен Крейг действует из личных интересов, и Лорен внезапно осознал, что завидует воинам кланов.

Керндон на моем месте просто созвал бы Круг Равных и вбил бы ему в башку хоть немножко мозгов… а может, и просто оторвал бы ее напрочь, грустно подумал он.

Эльден Паркенсен, прикомандированный офицер связи Синдиката, оказался просто нудным упрямцем. Он так и не поблагодарил Лорена за то, что тот спас его отряд от бойцов Керндона. Как и Керндон, Паркенсен был порождением общества, высоко ценившего только воинские традиции. Должно быть, он тоже считал, что единственный способ показать себя во всей красе – это эффектно и элегантно помереть на поле боя.

«Бомбардир» остановился возле мобильного штаба, прервав мрачные размышления Лорена. Из машины вылезли люди, которым предстояло либо обеспечить успех операции, либо провалить ее с треском.

Шпильман, Маккрай и Кирван – капитаны соответственно «Клейморы», «Буллрана» и «Стены», – направились к Лорену. Шпильман отдал честь последним и, судя по его виду, был горд этим незатейливым обстоятельством.

Лорен уже давно понял, что Шпильман – тот еще товарищ. Капитан «Клейморы» ненавидел любые проявления субординации, но Лорен был уверен, что, когда придет время, он будет работать за троих. Ругаться бравый капитан, разумеется, будет как настоящий пират, но в конце концов сделает именно то, что должен.

Лорен отсалютовал в ответ и вместе с капитанами прошел внутрь штаба, где уже собрались вокруг голографического изображения остальные старшие командиры. Они изучали планетарную карту Обочины V.

Пора подключить к разработке плана операции капитанов десантных кораблей, которые должны оценить ситуацию со своей стороны и, возможно, внести какие-то изменения.

Приблизившись к столу, все трое капитанов сдержанно поприветствовали полковника Стирлинг. Она ответила тем же, но видно было, что сейчас формальности не очень ее интересуют.

Шо-са Паркенсен, кстати, демонстративно отсутствовал, как отметил Лорен.

– Джентльмены, нам предстоит принять ответственное решение, – сказала Стирлинг негромко, но достаточно твердо, обращаясь к капитанам кораблей. – Командиры наземных подразделений уже изучили сложившуюся ситуацию и высказали свои соображения. Теперь мне нужно ввести вас в курс дела.

Полковник Стирлинг повернулась к голографическому изображению планеты, и ее лицо на мгновение озарилось зеленым, приняв зловещее выражение. Кратко обрисовав положение дел, она перешла к разъяснению плана Лорена.

– Майор Жаффрей предложил следующее. Вы должны довести десантный корабль с трофейными омнироботами на борту до точки перехода. Оттуда вы совершите прыжок, по завершении которого проведете серию атак на объекты, принадлежащие Клану Кота, чтобы спровоцировать их к нанесению ответного удара по Обочине. Мы надеемся, что бой между Котами и Ягуарами приведет к взаимному истощению сил противника… а наши горцы будут в состоянии добить тех, кто уцелеет в этом сражении.

В помещении повисло гробовое молчание. Выражение беспокойства на лицах трех капитанов постепенно сменялось недоверием.

– Вот так, – сказала наконец Стирлинг, когда стало ясно, что никто из них отвечать ничего не собирается. – Теперь вы имеете возможность сказать, что думаете по этому поводу.

– Полковник, мэм, вы, должно быть, шутите, – прокашлявшись, заговорил капитан Шпильман. – Если помните, там, наверху, висит, кровь и тьма его разрази, боевой корабль класса «Эссекс», крутится на орбите, поджидая нас. Как только мы взлетим, он непременно атакует наши корабли. Даже если этот «Эссекс» и не сможет нас перехватить на взлете, у него все равно реакторы мощнее, чем у любого из наших кораблей, так что догонит – это просто вопрос времени…

– И не забывайте, каковы наши повреждения, – добавил невысокий полный Кирван, капитан «Стены». – Мой корабль просто не в состоянии участвовать в подобной операции, да и «Клеймора» тоже.

Капитан «Буллрана», пожилой седобородый Рори Маккрай, сказал, глядя в пол:

– «Буллран» в хорошем состоянии, но эсминцу он не соперник. Прежде чем мы дотянем до точки перехода, эсминец разнесет наш корабль на кусочки

Полковник Стирлинг надменно вздернула подбородок:

– Хорошо. Тогда я скажу по-другому, джентльмены. План майора Жаффрей – наш единственный шанс. Я вас позвала не затем, чтобы вы мне рассказывали, почему невозможно выполнить поставленную задачу. Я просила вас прийти, потому что за последние годы вы не раз спасали мою задницу из всяких передряг. Вы меня знаете, и я вас знаю. Всегда есть способ выкрутиться, невзирая на неблагоприятные обстоятельства. Если кто из нас и может этот способ найти, так это вы. Одно, ребята, я скажу вам абсолютно точно – если мы тут останемся, нам крышка.

Кирван внимательно изучал карту, на которой были обозначены позиции фузилеров и места расположения десантных кораблей. В воздухе, почти в метре над столом-проектором, парило изображение боевого корабля противника – такой маленький, но очень кусачий ягуарчик.

Молчание нарушил Маккрай.

– Даже если вы можете выделить нам в боевое сопровождение истребители, полковник, – сказал он угрюмо, – этот эсминец съест их живьем. Какими силами мы бы ни располагали, нет никакой возможности удержать противника на достаточной дистанции, чтобы он не мог расстрелять нас влет из дальнобойных орудий. Десантный корабль с эсминцем сравнивать смысла не имеет. Я… я просто не вижу, как это сделать, – развел он руками.

Шпильман задумчиво поскреб щетину:

– Может статься, загвоздка в том, Рори, что мы неправильно смотрим на это дело. Нам ведь и не надо драться с эсминцем. Лишь бы он не повис у нас на хвосте, пока мы не совершим прыжок…

– Колвин, мы к нему подобраться никак не сможем, даже краску на бортах не попортим, – сказал Маккрай. – Как ты хочешь отвлечь такую птичку?

– А вот запросто, – ответил Шпильман, переводя проектор в режим планирования. – Ловкость рук и никакого мошенничества.

Он коснулся иконки, изображавшей «Клеймору», и она словно прилипла к его пальцу. Шпильман поднял «Клеймору» над столом и двинул ее в сторону базы Ягуаров – очень медленно.

– Смотрите внимательно, дамы и господа, – задумчиво произнес он. – Это вот «Клеймора». Она направляется прямо к вражеской позиции…

Все смотрели на Шпильмана, не отрываясь. Он наклонился над столом, опираясь на одну руку, а другой тянул иконку к «Эссексу» со скоростью, относительно соответствующей реальной быстроте полета десантного корабля: сначала медленно, потом, когда корабль поднялся «в воздух» над столом, быстрее.

– Рори, возьми на себя эсминец. Покажи, как бы ты повел себя в этом случае.

Рори Маккрай тоже нажал несколько кнопок и потянул на кончике пальца изображение боевого корабля, намереваясь перехватить «Клеймору».

– Как я и говорил, Колвин, у тебя нет ни одного шанса.

– Подумай еще раз, – ответил Шпильман. Внезапно все увидели, что в другой руке у него «Буллран» – он поднимал корабль в воздух.

Полковник Стирлинг улыбнулась. Шпильман их всех отвлек – они смотрели на «Клеймору» и не обращали внимания на другую его руку.

– Это должен быть «Буллран», – сказала она. – Он в лучшем состоянии из всех кораблей.

– Эсминец может его догнать, – заметил Кирван.

– Я тоже об этом подумал, – ответил Шпильман. – Все наши корабли снабжены спасательными шлюпками и буями. Буи неуправляемы, работу их двигателей контролировать нельзя, но, когда боевой корабль приблизится, они станут замечательными маленькими торпедами. Залить их петроциклином и выпустить навстречу эсминцу, когда он выйдет на вектор перехвата – то-то будет весело! И о шлюпках тоже не забывайте. Их можно загрузить взрывчаткой и запрограммировать автопилот. Скорость у них не меньше, чем у эсминца, так что даже если он попытается от них уйти, шлюпки его догонят.

– Кто готов пилотировать десантный корабль? – спросила Стирлинг.

Трое капитанов переглянулись, после чего Шпильман рассмеялся:

– Если хотите, я к вашим услугам, полковник.

– Ты псих ненормальный, – убежденно сказал ему Кирван.

Шпильман передернул плечами и опять засмеялся, указывая пальцем на «Кошку» Стирлинг:

– Она тоже.

XVII

Великий Курита

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

4 июля 3058 года

Лорен Жаффрей влез в кабину своего робота. Ремонтировали «Проницателя» на скорую руку – броневые пластины были не совсем точно подогнаны друг к другу. Ну и ладно, лишь бы работало. Робот готов к бою, остальное не важно…

Лорен прервал загрузку программы проверки состояния и стал как можно быстрее разогревать реактор.

– Черная Гадюка-один, говорит старший помощник. Доложите обстановку.

– Плохие новости, старший помощник: гости прибывают чуть раньше, чем мы их ожидали. Численность противника неизвестна, они запустили генераторы помех. Сведений о потерях пока не имеется.

– Начинайте по плану «Снайпер».

«Охотники за головами». Они будут искать старших офицеров полка и методично их истреблять. Ключ Роберты к победе – внезапность удара, но – спасибо Керндону – фузилеры знают, что она приближается. А раз так, то есть возможность ее обмануть.

Единственный способ для «охотников за головами» узнать, какие роботы принадлежат старшим офицерам – это, подойдя ближе, начать сканировать радиосвязь между роботами. На командирских частотах используется четырехбитный протокол архивации и шифрования данных. Проведя широкоугольное сканирование в поисках четырехбитных префиксов, с которых начинаются пакеты передачи, Ягуары узнают, где находятся старшие офицеры.

План фузилеров был прост. Полк отступит до того рубежа, на котором пилоты будут видеть друг друга, и переключится для передачи приказов прямым лазерным лучом. В отличие от радиопереговоров, сжатые и фрагментарно архивированные сообщения, передаваемые вспышками лазера, перехватить во время боя почти невозможно. Суть плана заключалась в том, чтобы заманить «охотников за головами» туда, где фузилеры смогут без особого риска их перебить.

Лорен нажал несколько кнопок на панели управления и вставил в дисковод небольшой оптический диск. Он переключился на систему лазерной связи, а в радиоэфир понеслись волны обессмысленного шума, регулярно перемежаемые четырехбитным префиксом. Музыку выбрала лично полковник Стирлинг, это было завывание волынок – марш «Берега Таллиметта». Лорен находил его вселяющим особую отвагу. Музыка, транслируемая по широкому лучу, служила для любого, кто окажется в радиусе тридцати километров от его робота, четким маяком-целеуказателем.

Лорен был подсадной уткой.

Шумовые пакеты передавались всем роботам полка и отсылались обратно ему, снова и снова повторяясь. Ягуарам это должно было показаться плотной сетью связи, сфокусированной вокруг широкого оврага, в котором стоял семидесятипятитонный «Проницатель». Чтобы добраться до него, противнику надо было спуститься в овраг, почти скрывавший робота – стрелять в него издали не имело смысла. Как только Ягуары окажутся в овраге, Кильситская Стража сделает все необходимое и их расколошматит.

За свою карьеру Лорену приходилось десятки раз устраивать засаду, и всегда было одно и то же: неестественная тишина, странное возбуждение, мраморный монолит терпения, медленно и монотонно подтачиваемый водой ожидания…

Он знал, что главное – просто дождаться. Рано или поздно противник придет. В пользу фузилеров играло то, что они сами определили место встречи. Лорен тщательно выбирал его: глубокое, длинное сухое ущелье, изгибавшееся во все стороны, недалеко от побережья Моря Мариона. Здесь он и его роботы, общей численностью около роты, спрятались, поджидая, пока добыча не попадется в ловушку.

Примерно в километре оттуда, на вершине холма, заработал лазерный передатчик, обеспечивавший связь между роботом Лорена и взводом горской пехоты. Кильситская Стража обнаружила Ягуаров: две «звезды» легких омнироботов, приближавшихся к его позиции. Лорен переключился на ближние сенсоры, но все равно не видел противника. Но ничего, это лишь вопрос времени…

Вдруг на вспомогательном дисплее появились те, кого он ждал. Роботы Ягуаров быстро приближались к оврагу. Вот они уже соскакивают вниз…

Лорен отключил передатчик-приманку. Хотя прямой видимости между ним и противником еще не было, через несколько секунд он окажется под огнем. Пришла пора дать им понять, что они в ловушке.

Почти тут же точки на экране сенсора замерли. Лорен представил себе, что должно сейчас происходить с вражескими командирами. Скорее всего, они перепроверяют оборудование, стучат кулаками по экранам, чешут в затылках и удивляются, как это целый полк мог ни с того ни с сего умолкнуть, да еще в тот момент, когда они уже так близки к цели. Теперь и Ягуары поняли, что ох как непросто складывается эта охота, что удача может от них отвернуться.

На своих сенсорах противник должен видеть то же, что и он – приближение целого батальона боевых роботов, смыкающих вокруг Ягуаров кольцо окружения, запирающих их в овраге. Стрелять вверх возможно, но очень нелегко, а узкое ущелье по меньшей мере затрудняло маневрирование. Но разница между Ягуарами и теми воинами, с которыми прежде приходилось сталкиваться Лорену, заключалась в том, что они были людьми клана. Даже соотношение три к одному их не пугало.

Лорен на спеша направил «Проницателя» вниз по ущелью. Миновав первый поворот, он увидел Ягуаров – десять бледно-серых роботов, по два в ряд. Прежде чем они успели прицелиться в него, он обратился к врагам по широкому каналу:

– Я – майор Лорен Жаффрей, офицер «Фузилеров Стирлинг», полка нортвиндских горцев. От имени Синдиката Дракона предлагаю вам сдаться. Вы окружены, сопротивление бесполезно!..

Он держал руки на гашетках, наведя прицел на головного «Коши».

Традиции клана не позволят им сдаться без боя. Но попробовать-то надо было…

Сперва они не ответили. Лорен снова догадался, что происходит в головах у подчиненных полковника Роберты. Они взглянули на ближние сенсоры и поняли, сколько роботов их поджидает – аж целая рота. На склонах ущелья тоже боевые роботы, готовые обрушить на врага пламя и смерть.

Наконец со стороны головного «Коши» раздался голос:

– Я – звездный капитан Марилен из Клана Дымчатого Ягуара. Вы атакуете нас, имея перевес в силе, что недостойно истинного воина. Однако вы лишь вольнорожденные, так что подобная подлость нас не удивляет.

Даже оказавшись в окружении и в численном меньшинстве, эта Марилен говорила высокомерно и презрительно. Разговаривать в подобном тоне в сложившейся ситуации отважится либо отчаянный храбрец, либо самоубийца… либо полный идиот. И то, и другое, и третье, на взгляд Лорена, было равно опасно.

– Бесчестным обманом вы заманили нас сюда. Но я предлагаю вам шанс смыть с себя позор – я дарую вам возможность драться со мною один на один. Мы будем сражаться за наше право свободно покинуть это место, и ваш шанс в будущем вернуть свою честь, вновь встретившись с нами на поле битвы. Каков ваш ответ, майор Лорен?

Он посмотрел на изображение ее «Коши» у себя на основном дисплее и поморщился. На кабине-голове омниробота были намалеваны ягуар и очень острые клыки и очень белые глаза, так что бедная машина выглядела просто до омерзения глупо.

– Звездный капитан, ваш вызов на поединок отклоняется. Вы сами выполняли задание, ставящее под сомнение вашу честь – пришли, чтобы перебить одних только высших офицеров. «Охота за головами» – дело, в той же степени непотребное для истинного воина.

Лорен все еще надеялся их уговорить и делал это, пользуясь их собственной логикой.

– Не будет потери достоинства в том, чтобы признать совершенную вами тактическую ошибку, – увещевал майор. – Сдайтесь, и вы получите шанс однажды снова сражаться и, возможно, вернуть свою потерянную честь.

– Вы не вполне понимаете путь нашего клана, – заметила Марилен, открывая огонь из лазера на левой руке «Коши».

Струи пламени сорвали с «Проницателя» пару свежеустановленных броневых пластин. Робот скрючился, будто ему на ринге заехали ниже пояса.

– Огонь! – приказал Лорен.

Он выпрямил робота, собираясь ответить залпом из тяжелых лазеров, но вдруг почувствовал мощный удар – «Коши», оказывается, не стрелял, а просто пошел на таран, врезав «Проницателю» своей головой между глаз. Оба робота были повреждены, броневые пластины разъехались, обнажая внутренности смертоносных боевых машин. Жуткая морда ягуара, нарисованная на кабине робота Марилен, заполнила весь экран.

Происходившее вокруг было еще ужаснее. Воины-Ягуары, вместо того чтобы сдаться, бросились в почти самоубийственную атаку, пытаясь прорвать кольцо фузилеров. Те встретили их ливнем ракет и шквалом лазерных лучей. Ущелье заполнилось дымом и разноцветными лучами лазеров. Ягуары продолжали гнать роботов вперед, надеясь забрать с собой на тот свет как можно больше фузилеров…

Кильситская Стража Лорена сохраняла спокойствие и не вступала в ближний бой, хотя поведение Ягуаров должно было ее шокировать. Вместо этого Стражи сконцентрировали огонь – по два-три робота стали стрелять в одну машину противника.

«Лиходеи» Ягуаров первыми добрались до краев оврага и открыли стрельбу в упор по рядам Стражей. Они молотили фузилеров руками и ногами и таранили с такой яростью, какую Лорен никогда бы не мог представить среди своих собратьев.

У самого Лорена тоже возникли определенные проблемы. Его «Проницатель», пытаясь удержать равновесие после удара «Коши» Марилен, сделал два шага назад.

Упаду – конец. Она меня убьет раньше, чем я даже подумать успею о том, чтобы встать, мелькнуло в голове у майора.

Увидев, что он отступил назад, Марилен дала залп ракетами ближнего действия. Все четыре ракеты впились, зарылись в и без того изувеченную броню у правого плеча «Проницателя», повредив латаную-перелатаную миомерную мускулатуру и внутренние сенсоры. «Проницатель» задрожал – Лорен ответил огнем из шести лазеров.

Смертоносные лучи хлестнули по ногам и корпусу «Коши», оставляя глубокие шрамы, однако Марилен было не остановить. Она задействовала прыжковые двигатели, и Лорену сначала показалось, будто «Коши» собирается сбежать. Он лично так бы и поступил на ее месте.

Чаша весов склонялась тем временем на сторону фузилеров. Вдалеке майор увидел «Лиходея», расцветшего под очередями автопушек белым пламенем взрыва. Остальные роботы Ягуаров тоже были в незавидном положении, а их гибель оставалась вопросом времени.

Она должна пытаться сбежать, это ее единственная надежда остаться в живых…

Но секундой позже Лорен увидел, что «Коши» летит прямо на него. Мама дорогая! Марилен пыталась раздавить противника, обрушив «Коши» на голову «Проницателя». Но, несмотря на разницу в скорости, Лорен смог легко избежать нападения. Он развернул «Проницателя» и двинул его обратно вверх по ущелью, пройдя мимо двух боевых роботов, пытавшихся сбить «Коши» на лету. Один попал ей в ногу несколькими ракетами, другой палил в белый свет, как в копейку: ярко-красный луч лазера полыхал на фоне зеленого неба. Зная, что следующий выстрел разогреет кабину донельзя, Лорен собрал свою волю в кулак и захватил «Коши»-камикадзе в прицел.

Лазерный залп попал в робота Марилен за три секунды до того, как она собиралась обрушить его на «Проницателя». Три смертоносных луча угодили в низ корпуса, один – в уже поврежденное правое бедро. Еще один, похоже, отыскал тазобедренный сустав, разрезав и броню, и внутреннюю структуру – Лорен увидел струйку голубоватого дыма, означавшую, что горит суставная смазка. Остальные лучи прошли мимо, но еще два фузилера отпилили лазерами левую руку «Коши», попутно разбив закрепленную там пусковую установку с ракетами дальнего действия.

Потом «Коши» повалился вниз.

Громадная куча искореженного металла рухнула всего в нескольких метрах от робота Лорена, задев его лоскутьями изорванной брони. Вытянутая вперед рука зацепила плечо «Проницателя», разодрав броню и сильно толкнув его назад и вниз. При приземлении треснувший тазобедренный сустав «Коши» выгнулся, словно сломанная кость, прорывающая кожу. Лорен думал, что «Коши» упадет к его ногам, но каким-то образом, несмотря даже на то, что нога у робота болталась, как у сломанной куклы, Марилен удалось удержать его. Она открыла огонь из пулемета – по кабине «Проницателя» заплясал град пуль. Пробить стекло они не могли, и Лорен просто с восхищением смотрел на Марилен. Вот это упорство! Ее робот был прямо перед ним, намалеванная морда поцарапанного ягуара скалилась, как маска смерти.

Пора с этим кончать…

Роботы Фуллера отступили назад, перестав стрелять в Марилен, чтобы не задеть случайно Лорена. Он знал, что она сосредоточилась на том, чтобы удержаться на ногах. Лорен решил не подвергать себя излишней опасности и подошел к вопросу радикально. Он размахнулся и въехал правой ногой «Проницателя» в коленный привод «Коши», сокрушив броню и повредив миомерные мускульные тросы, благодаря которым робот мог двигаться.

От этого хитрого приемчика Марилен оправиться уже не смогла. «Коши» качнулся назад, завалился на бок и повалился на землю, разбив при падении правый оружейный отсек.

Упав, он попытался шевельнуться, но без ноги и при всех других благоприобретенных изъянах самостоятельно подняться он уже никак не мог. Как рыба, вытащенная из воды, робот бился на земле, стараясь хоть каким-нибудь способом встать на ноги, но тщетно…

Битва была проиграна кланом. Вдалеке другие Ягуары продолжали драться, но это была уже агония. «Коши» оставил бесплодные попытки подняться и замер.

Вдруг Лорен увидел, что люк кабины открылся. Из дыма и обломков вывалилась небольшая женская фигурка.

Дама была одета в охлаждающий жилет и шорты, на ногах – стандартные легкие ботинки, нейрошлем она где-то потеряла. Медленным, сомнамбулическим движением женщина вытащила из кобуры лазерный пистолет.

Лорен понял, что она хочет сделать. Он включил внешний динамик и строго приказал:

– Бросай оружие!

Не обратив на его слова никакого внимания, она стала в стойку, четким движением подняла пистолет и открыла стрельбу. Ярко-зеленый луч ударил прямо в середину кабины, но мощности, чтобы разом пробить стекло, у него не хватало. Однако луч начал медленно проплавлять дырку.

Она хочет сражаться до смерти, своей или чужой, и не остановится, пока мне не придется ее убить, понял Лорен.

Он стал задумчиво наводить самое слабое свое оружие, один из средних лазеров, на Марилен.

Выстрел. Тонкий язык ярко-красного пламени ударил ей в правую руку, напрочь оторвав ее у самого плеча. Над обгоревшей культей поднялась струйка дыма. Марилен зашаталась, словно надеясь, что ей удастся как-нибудь одолеть боль, потом рухнула наземь.

Она была почти мертва. Там, где ее тело ударилось о землю Обочины V, взметнулось облачко пыли. Оторванная рука лежала в метре от нее.

Победа над десятью Ягуарами стоила Лорену пяти роботов, многие другие были серьезно повреждены. Кильситская Стража окружила превосходящими силами всего десять вражеских машин, и все же понесла значительные потери. Ягуары явно готовы на все ради победы, готовы, не задумываясь, заплатить любую цену – даже свою жизнь.

Готов ли Лорен и его люди пойти на это ради того, чтобы выжить?..

XVIII

Великий Курита

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

5 июля 3058 года

Войдя в помещение штаба, Лорен заметил на лице полковника Стирлинг первые признаки усталости. Вдалеке, километрах в пяти к югу, над обломками нескольких роботов Ягуаров, разбитых до такой степени, что разобрать их на трофеи не смогли и оставили догорать, поднимался дым. Возле штаба торчал робот самой Стирлинг, «Великий Титан». Лорен успел немного подремать, но усталость после целого дня споров, подготовки и боевых действий лежала тяжким грузом и на его плечах.

– По словам наших уважаемых капитанов кораблей, «Клеймора» готова послужить приманкой, а «Буллран» – совершить рывок. Маленькие сюрпризы для эсминца Ягуаров тоже готовы. Паркенсен передал оба корабля на время выполнения задания под наше командование.

– Должно быть, нелегко вам было его в этом убедить, мэм, – заметил Лорен.

«Кошка» Стирлинг подалась вперед, обеими руками взявшись за воротник своего прыжкового костюма и демонстрируя Лорену полковничьи знаки различия:

– Вот что для этого понадобилось. – Лорену очень захотелось услышать их разговор с Паркенсеном. – В этих знаках еще есть кое-какое волшебство. Но сейчас у меня на уме нечто совсем другое…

– Да, мэм?

– Я думаю о вас, майор… о том, как вы будете руководить операцией против Клана Кота. Вы убедительно продемонстрировали свое мастерство в войне против кланов, и это видела не одна я. Чего стоит, скажем, ваша победа над «охотниками за головами». Они нанесли вам кое-какой ущерб, но в конце концов вы их одолели с минимальными потерями, да к тому же добыли для нас еще несколько трофейных омнироботов.

Лорен в своем лихорадочном полусне не вполне понимал свои чувства. Отчасти он радовался тому, что его назначили командовать рейдом. Отчасти насторожился. Перед глазами всплыла старая строка: «Будь осторожен со своими желаниями…»

– Мэм, я принимаю назначение, но…

Стирлинг посмотрела на него, слегка покачав головой:

– Никаких «но», майор. Да, здесь вы бы мне тоже пригодились, но с этой чертовой планеты надо улетать. Из всех моих офицеров вы имеете наилучшие шансы справиться с задачей и вытащить нас отсюда.

– А Кильситская Стража? – спросил Лорен. – Кто будет ими командовать?

Стирлинг улыбнулась той неопределенной улыбкой, которая была Лорену уже знакома и вызывала у него страх пополам с уважением:

– Вы – старший помощник. Каковы будут ваши рекомендации?

Долго думать не пришлось:

– Джейк Фуллер – лучший в моем батальоне. Конечно, я бы лучше взял его с собой, но здесь он сможет принести больше пользы…

Стирлинг кивнула, будто сама думала о том же:

– Он будет исполняющим обязанности майора. Этого хватит, чтобы все подчинялись его приказам.

Имен она не назвала, но Лорен и так знал, кого она имеет в виду – Блэкадара, а еще в большей степени – Крейга.

– Еще мне нужен Керндон, – продолжил Лорен. – Если я собираюсь изображать командира-Ягуара и обманывать другой клан, мне потребуются его знания и опыт.

– Хорошо. Какая вам нужна техническая поддержка? Полковые ремонтные мощности будут далеко.

Лорен подумал и ответил:

– В сущности, починить омниробота никто, кроме капитана Фрейзера, не может.

– Вы хотите забрать у меня начальника полковой тех-службы?

– Как бы хорошо ни шли у нас дела, роботы будут получать повреждения. От качества их ремонта может зависеть успех всей операции.

Стирлинг не могла не понимать его правоты, но Лорен видел, что идея отдать ему главного техника ей совсем не нравится.

– Пусть летит, но больше вы никого не получите – из старших техников, я имею в виду. Младших можете взять, сколько надо.

Она развернула карту позиций фузилеров.

– Я внесла в ваш план «Гранит» ряд небольших изменений, но в общем и целом он ляжет в основу моих действий на планете. Эти узкие ущелья – слишком хорошее место, чтобы ими не воспользоваться. «Клеймора» заманит Ягуаров сюда, – сказала Стирлинг, внимательно глядя на Лорена.

– Будь я командиром соединения Ягов, – сказал майор, – я сейчас очень хотел бы знать, выполнили ли «звезды», посланные на «охоту за головами», свою задачу… Если встретить Ягуаров в ущелье, то это поможет выиграть какое-то временя, но главная трудность будет заключаться в том, чтобы не дать им атаковать всеми силами сразу. Ягуары обожают большие сражения, в таких условиях они прекрасно себя чувствуют… Если им придется все время быть на марше, это растянет системы их снабжения не меньше, чем ваши, возможно даже до такой степени, что уравняет силы.

«Кошка» Стирлинг пригладила ладонью волосы.

– Я собираюсь пустить им кровь, дать им понять, что мы тоже умеем драться, – сказала она довольно кровожадно. – Ущелье – лучшее место для этого, потому что оно позволит нам лишить их маневренности и сведет на нет преимущество в дальнобойности оружия, а нам позволит занять удобные оборонительные позиции. Даже если мы добьемся лишь временного успеха, это разъярит их настолько, что они отправят к нам дополнительные силы. А пока они будут злиться, я могу заставлять их поступать в соответствии с собственными планами. Я буду сохранять инициативу, планомерно отступая, действуя из засад и прочее. Как настоящие воины клана, они пойдут хоть на край света, чтобы меня достать, а я буду убегать и жалить, убегать и кусаться…

Стирлинг плотоядно ухмыльнулась.

– Так что все зависит от двух вещей, – сказала она весело. – Во-первых, от того, удастся ли вам привести сюда Котов и заставить их разобраться с Ягуарами. Во-вторых – сумею ли я продержаться до тех пор, пока вы не вернетесь… К счастью, у нас есть кому выполнить обе задачи – это я, «Кошка» Стирлинг, и вы, майор Жаффрей.

Она говорила с такой уверенностью и настолько бесшабашно, как это бывает лишь в тех случаях, когда выбора нет и быть не может.

– Так что, майор, давайте-ка теперь баиньки. Завтра у всех – у вас, у меня, у Кильситской Стражи, – будет очень даже нелегкий денек. Остается надеяться, что и у Ягуаров день будет не легче…

Доктор склонился над Керндоном и осторожно переменил повязку у него на голове. Бывший звездный капитан не проронил ни слова. Телесная боль не имела для него значения. Многочисленные испытания, через которые он прошел за время обучения, закалили его. Капитана мучила боль иного рода.

В самых страшных снах он не мог бы представить такого кошмара, какой испытывал сейчас наяву. Одно дело – быть объявленным «связанным» чужого клана, такое с любым воином может случиться. Но стать «связанным» шайки наемников?.. Воинская выучка и даже героизм, проявленные нортвиндскими горцами, не могли служить для него утешением. То, что он сегодня потерял, никогда не вернуть…

Все его существование было подчинено одной цели – служению Клану Ягуара. Теперь он оказался лишен самого смысла своей жизни, того, ради чего появился на свет…

И не он один, кстати. Капитан покосился направо. На соседней койке лежал еще один воин-Ягуар, женщина. Она была вся покрыта толстыми противоожоговыми повязками и тоже никак не показывала своей боли.

Керндон смотрел, как санитары осторожно переворачивают ее, меняют капельницы, благодаря которым поддерживалась жизнь пленной… Ее лицо было ему знакомо.

– Звездный капитан Марилен, – произнес он негромко, не то спрашивая, не то констатируя факт.

Женщина, открыв глаза, мрачно покосилась на него.

– А! Керндон. Ты жив… – сказала она с неудовольствием.

– Ут. И ты тоже.

Раз она здесь, значит, Ягуары продолжают атаковать фузилеров…

– Это правда, что ты стал «связанным» этих вольно-рожденных варваров?

В ее голосе звучало нескрываемое презрение. Керндон страшно покраснел.

– Ут! – произнес он с вызовом. – Я был побежден одним из их старших офицеров в честном бою. Я просил его даровать мне право бонсрефа, но мне было отказано. Я останусь его «связанным», пока меня не убьют.

Было видно, что, несмотря на обезболивающие лекарства и огромную силу воли, Марилен сильно страдала от боли. Ожогами, полученными, очевидно, от лазерного луча, была покрыта вся верхняя часть тела. Половина волос на голове вылезла, на лице под повязками заметны были сочащиеся волдыри.

Тем не менее она не сдавалась.

– Ты всегда был слабее меня. Если бы не вся эта история, на следующем Испытании Чина я бы раздробила тебе череп, – с насмешливым презрением проговорила она.

– Истинные воины не разглагольствуют о боях, которые никогда не случатся, – сдержанно произнес Керндон.

По ее лицу пробежала волна мучительной боли.

– Ты теперь считаешь этих наемников своими хозяевами. А я отказываюсь… – она запнулась, ее лицо сильно исказилось, – стать одной из этих вольнорожденных фузилеров.

Керндон понимал ее вызывающее поведение. Он тоже испытывал желание не повиноваться, но держал себя в руках, надеясь получить шанс снова сражаться как воин.

– Тебя победили в честном бою, воут? – спросил он.

– Они сражались, как шайка детей из бандитской касты, использовали свое численное превосходство, – с ненавистью сквозь зубы процедила она, слегка пошевелившись, и Керндон увидел, как сквозь повязки проступает кровь. – Чтобы победить, им пришлось нас обмануть.

– Они объявили тебя «связанной»?

Марилен издала странный звук – не то поскрипела зубами, не то хмыкнула.

– Пусть попробуют! – сказала она с вызовом.

– Они собираются дать бой Котам, – сказал Керндон. – Это может дать нам шанс умереть в кабине боевого робота.

По-воински…

– Так ты об этом думаешь, воут?

– Ут.

– Ты можешь идти по своей тропе славы, вместе с этими вонючими фузилерами. А я пойду по-своей.

Марилен презрительно отвернулась от Керндона и перевела взгляд на охранников, маячивших неподалеку. Те были заняты своими разговорами и не обращали внимания на пленников.

Здоровой рукой Марилен выдернула из культи иглы капельниц. Губы ее исказились в беззвучном крике. Глаза расширились, лицо покраснело настолько, что Керндон думал, что так не бывает. Из открытых вен брызнула кровь. Марилен вдавила лицо в подушку, чтобы никто не услышал ни звука, но Керндон и так знал, что она не закричит от боли. Это слабость, которую она не покажет ни в жизни, ни в смерти.

Керндон смотрел и понимал. Марилен отказалась сдаться. Она нашла собственный способ добиться бонсрефа, чтобы не лишиться того, что считала честью. К тому времени, как охранники заметили происходящее и кинулись к ней, было уже поздно. Марилен умерла. Во имя чести она отдала жизнь.

– Ну, парень, будут у тебя неприятности, – сказал один охранник другому, когда они поняли, что случилось. Прибежали два медика, но они смогли только констатировать смерть.

Моя судьба – иная. Возможно, смерть от рук воинов-Котов даст мне свободу с большей честью.

– Сообщите майору Лорену, что я хочу с ним поговорить, – приказал Керндон.

– Я слышал о том, что произошло, – сказал Лорен.

– Марилен решила умереть, потому что никогда не смогла бы принять жизнь вашего «связанного». – Керндон просто констатировал факты без тени сожаления или осуждения.

– А ты?

– Я ваш «связанный», хотя формально связан я не был. Я буду сражаться на вашей стороне как воин, когда вы пойдете в бой против векового врага Клана Ягуара.

– Полковник Стирлинг предложила мне командовать операцией. Я полагаю, ты хочешь лететь со мной?

Керндон кивнул.

– Если вы не даруете мне право на бонсреф, я буду искать смерти в битве. До тех пор я порву узы, связывающие меня и не позволяющие умереть воином. Когда три «связывающих» меня шнура будут срезаны, я стану сражаться на вашей стороне и стороне вашего клана, то есть фузилеров. Прежде чем погибнуть, я сойдусь в схватке с Котами и помогу вам их уничтожить. Кроме того, – добавил он, – без меня вы, несомненно, не сможете выполнить своего задания. Известно ли вам, что члены ученой касты берут образцы тканей у каждого павшего воина? Вы не можете оставить на поле битвы ни одного своего человека, ни живого, ни мертвого, потому что по его генетическим данным Коты поймут, что вы не из клана. Погибших необходимо сжигать, чтобы ни одной их клетки нельзя было протестировать. А если кто-нибудь останется жив, но его нельзя будет немедленно эвакуировать, вам придется уничтожить его.

– Ты что-то говорил о трех шнурах? – спросил Лорен, зная, что о сказанном Керндоном придется немало подумать.

– «Связанные» Ягуаров носят свои узы, трижды обвив их вокруг запястья. Нижняя петля – шнур честности. Когда я докажу свою верность вашему клану, вы ее срежете. Вторая – шнур преданности. Ее можно срезать, только когда увидите, что мне можно доверять. Третья обозначает доблесть. Когда вы убедитесь, что в моих жилах течет кровь воина, вы срежете и ее. После того как будут срезаны все три шнура, я перестану быть вашим «связанным» и сделаюсь воином, членом вашего клана. Я хочу сопровождать вас, поскольку я рожден сражаться, как Ягуар. Я желаю в битве против Котов еще раз доказать, что я воин.

Лорен посмотрел Керндону в глаза и понял его.

– Ты полетишь со мной, Керндон. Я «свяжу» тебя и помечу знаками моего «связанного». Помоги Мне, и я срежу эти шнуры, чтобы ты мог сражаться за фузилеров как воин. Но запомни мои слова: мы не погибнем, а вернемся сюда и спасем наш полк, чего бы это ни стоило нашим врагам.

Легкий, еле слышный стук в дверь застал звездного капитана Сэнтина Веста врасплох – а так бывало нечасто.

В этот поздний час планетарный командный пункт Клана Кота в городе Новый Лортон, планета Тарнби, был укутан тишиной.

Сзнтин Вест удивился – интересно, кто это мог бы заявиться к нему так поздно, ведь в такое время не спят только охранники ночной смены. Он и сам давно бы уже спал, если бы не ночные кошмары. Но в эту ночь, как и в несколько предыдущих, он не ложился как можно дольше. Кроме того, он удвоил ежедневную рабочую нагрузку, надеясь, что усталость поможет ему спать без неприятных сновидений.

Однако пока что ничего не помогало.

Пожалуй, больше, чем сами сны, его раздражало то, что он не мог запомнить их подробностей. Там были какие-то сражения, схватки со зловещими врагами, которых он никак не мог одолеть, хоть ты тресни. Еще он помнил, что ощущал во сне чувство, ему почти незнакомое, редкое и оставлявшее после себя осадок нестерпимого страха, да еще такого сильного, что он просыпался, не успев понять, с кем, собственно, дерется. Это выводило из себя – страх вырывал его из цепких объятий сна, не позволяя увидеть врага, а бешенство не давало снова заснуть.

Он поднялся, открыл дверь и с удивлением увидел на пороге Биккон Винтере, Хранительницу Клятвы Клана Кота. На ней было приличествующее облачение, то есть ниспадающая черная мантия и броневой нагрудник с гербом клана – Кот Сверхновой, яростный зверь с оскаленными клыками в окружении множества звезд. Рельефное изображение было сделано так, что Кот, казалось, прыгал на Сэнтина.

В других кланах не придавали такого значения развитию духовной силы, как среди Котов. Пост Хранителя Клятвы учредил первый Хан Клана Кота, чтобы обеспечить строгое соблюдение всех обрядов и обычаев клана. Биккон Винтере служила на этом посту со смиренным рвением. Странно было, однако, что старая воительница оказалась в столь поздний час у двери Веста.

– Приветствую вас, Хранительница Клятвы, – сказал Сэнтин, поспешно натягивая майку, чтобы прикрыть оголенности. – Прошу вас, входите.

Обстановка его комнаты, как и подобает воину, была весьма скудна: койка, пара стульев, небольшой стол, на котором стояло портативное считывающее устройство и валялись диски с записями различных боев. У Веста мало что было в жизни, кроме армейской службы. Он был воином, который не думал ни о чем другом, кроме как о битве ради чести своего клана.

Винтере затворила за собой дверь.

– Я в последний раз обходила гарнизон перед отбытием в другую часть. Решила, что прежде, чем улететь, должна с тобой поговорить. Я надеюсь, что пришла не в слишком неурочный час, полковник.

– Нег, конечно же нет. – Он жестом пригласил ее сесть. – Могу ли предложить вам чего-нибудь освежающего?

– Нет ли у тебя случаем тимбиквийского пива – я о нем столько слышала? Говорят, оно сродни напитку, что варят у нас дома.

Сэнтин покачал головой:

– Нег, Хранительница Клятвы, я не держу здесь алкогольных напитков. Алкоголь притупляет чувства, а мне нельзя рисковать этим – ведь в любой момент я могу быть вызван, чтобы сражаться.

Винтере одобрительно кивнула:

– Ты хорошо служишь Коту, полковник. Но бывают времена, когда лучше позволить своему разуму расслабиться. Порой нужно перестать себя контролировать. В беспорядке иногда можно найти здравомыслие и порядок.

– Я понимаю эту необходимость, но на первом месте для меня всегда стоит служба.

Винтере долго молчала, взяла, не вставая, диск, стала его рассматривать и не подняла взгляда, даже когда заговорила:

– Ты не спросил, зачем я пришла.

– Я решил, что вы сами мне скажете, – ответил он, удивленный ее странным поведением.

– Прошлой ночью я видела тебя во сне. – Она наконец положила диск на место и посмотрела прямо в глаза Сэнтину. – На тебе был боевой доспех, ты сцепился в схватке с врагом – серым котом. Дело было здесь, на Тарнби, в Глубоком Эллуме, и закончилась схватка по меньшей мере необычно…

Их разговор длился не менее часа. К концу его Сэнтин Вест прекрасно понял смысл своего видения и уже знал, что ему предстоит не одна битва…

КНИГА ВТОРАЯ

ЦЕНА ЧЕСТИ

Через сорок часов начнется битва, информации у нас мало, и нам придется без промедления принимать самые важные решения.

Но я верю, что дух человека становится сильнее настолько, насколько велика возложенная на него ответственность, что, с Божьей помощью, я смогу принять эти решения, и они будут верными.

Генерал Джордж Д. Пэттон

Обычный человек участвует в действии, герой действует.

Разница между ними огромна.

Генри Миллер

XIX

Великий Курита

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

5 июля 3058 года

– Вот так-то, – сказал Лорен.

Он стоял перед строем бойцов Кильситской Стражи, рядом с ним – полковник Стирлинг, которая одним своим присутствием делала веским каждое его слово. За спиной у них была рощица тех представителей флоры, что заменяли на Обочине V деревья, штаб находился там, где камней было поменьше. Как всегда, пространство заливал мрачный зеленоватый свет, словно опять с минуты на минуту собиралась разразиться гроза.

Лорен и «Кошка» Стирлинг всю ночь корпели над планом майора. Несмотря на усталость, голова работала четко и работа шла споро. Уточнялись мелкие детали: к примеру, было определено, что решения придется принимать на месте, однако в любом случае от первоначального плана отступать все же нежелательно.

– Мне нужно десять добровольцев, которые думают, что могут справиться с заданием, – сказал Лорен. Стражи безмолвно поедали начальство глазами. – Вам придется пилотировать трофейных омнироботов, с которыми вы никогда прежде не имели дела, и действовать в жестких рамках приказа. Кто готов выполнить поставленную перед нами задачу?

Стирлинг медленно прошла вдоль передней шеренги, пристально глядя бойцам в глаза. Ее темные волосы блестели даже под тусклым солнцем Обочины V.

– Прежде чем кто-нибудь из вас сделает шаг вперед, я хочу, чтобы вы понимали, что будете сражаться не только за себя, но и за того парня, то есть за весь наш полк. Если мы не выполним задание, то всем фузилерам останется одна дорога – на небеса, в рай или ад, по желанию. Если выполним – спасем фузилеров, свою боевую семью.

Первой шагнула вперед лейтенант Триша Макбрайд, а с нею – три других бойца ее копья. Лорен так и думал, что она захочет рискнуть. Именно поэтому он решил вызвать добровольцев, благодаря чему в бой пойдут только те, кто может и хочет положить жизнь за свой полк.

– С вашего разрешения, сэр, – гордо сказала лейтенант Макбрайд, – я и мое копье хотели бы вызваться для выполнения этой операции. Как вы правильно сказали, на кон поставлена судьба всего полка.

Из строя вышли еще несколько Стражей, каждого Лорен знал по имени. Его капитаны – Фуллер, Льюис, Чендлер – шагнули вперед совершенно спокойно. Льюис, собственно, сделал этот шаг чисто символически – его пехота не могла участвовать в операции, но Лорен был тронут таким знаком солидарности.

Следом за старшими офицерами вперед шагнули робовоины Берк, Киллфрайс, Джиллиам, Джура, Миллер и Макаллен. Это были отличные бойцы, каждого Лорен тренировал самолично. За ними последовали другие – Макание, Доллсон, О'Брайн… а через секунду – сердце не успело ударить дважды, – шаг вперед сделала вся Кильситская Стража. Лорен был поражен. Он ожидал, что откликнутся многие, но ведь не все же!

Черт возьми, замечательный у меня батальон!..

– Гектор, Макаллен, Миллер, Джиллиам, Киллфрайс, Берк, Макание, Джура, Макбрайд, добро пожаловать в Клан Ягуара. Роботы будут распределены, когда вы подниметесь на борт. Сказать по чести, я бы всех вас взял, если бы только мог… – растроганно сказал Лорен. – Оставшиеся будут подчиняться Джейку Фуллеру, который становится исполняющим обязанности майора.

Лицо Фуллера вспыхнуло от смущения и гордости.

– Майор Фуллер, – внушительно произнесла Стирлинг, – пользуется моим полным доверием. Обязанности старшего помощника переходят к майору Блэкадару, командным батальоном становятся его Черные Гадюки.

Она повернулась к небольшой группе тех, кого Лорен выбрал, и улыбнулась:

– А вам всем – Бог в помощь. Да пребудет с вами дух горцев.

Лорена захлестнула волна эмоций. Он так давно ждал этого момента – стать фузилером не формально, а по-настоящему…

Первым заговорил майор Блэкадар:

– Полковник, мы с майором Крейгом имеем некоторые сомнения по поводу безупречности разработанного плана, однако смею вас заверить в том, что все директивы командования будут выполняться неукоснительно.

– Хорошо, – ответила Стирлинг. Обоих офицеров она вызвала к себе немедленно после набора добровольцев. – Черные Гадюки уже произвели посадку на борт «Клейморы»?

– Первая и Вторая роты готовы к бою, мэм. Это наиболее тяжеловооруженные бойцы, они должны будут удерживать позиции до тех пор, пока не подойдут остальные. Третья рота займет периметр перед батальоном майора Крейга и в дальнейшем составит атакующую группу.

– Майор Блэкадар, готовы ли ваши солдаты к действиям в практически безвоздушном пространстве?

– Боевые роботы Второй и Третьей рот проверены техниками и опечатаны. Если машины не будут падать без причины и терять герметичность, то все будет в порядке, – сухо сказал майор.

– Если все пойдет по плану, они пробудут на континенте недолго, – сказала Стирлинг.

Она взглянула на хронометр и снова обратилась к Блэкадару:

– Вы готовы принять обязанности старшего помощника, Блэки?

– Да, мэм.

– Прекрасно. Нам пора выступать. Прикажите войскам, удерживающим периметр, начать наступление согласно плану. Остальным – готовность номер один. Ждите моего сигнала. «Клейморе» и «Буллрану» готовиться к старту, связь держать на втором штабном канале. Да, свяжитесь с майором Фуллером, доложите ему обстановку.

– Будет сделано, полковник, – ответил Блэкадар. Стирлинг внимательно посмотрела на офицеров и после паузы заговорила.

– Итак, джентльмены, подведем итоги. Рассмотрим два узловых момента операции. Во-первых, «Клеймора» должна выманить вражеский эсминец достаточно далеко, чтобы «Буллран» мог прорваться к прыжковой точке, при этом ей необходимо суметь десантировать большую часть Черных Гадюк. Во-вторых, помните, что мы имеем дело с Ягами. Я хочу, чтобы им пустили кровь, да как следует – так, чтобы раз и навсегда запомнили, что такое «Фузилеры Стирлинг»… Не теряйте времени. К выполнению задания приступить через тридцать минут.

Лорен поднялся на мостик «Буллрана». Долговязый Шпильман сидел в капитанском кресле и задумчиво смотрел в дверной проем – словно ждал его.

Лорен прошел к боковому креслу и положил на пульт рядом с ним принесенную с собой сумку. Перед стартом надо будет не забыть убрать ее подальше, а пока что майора больше занимал предстоящий разговор с этим упрямцем капитаном.

– Капитан… – сказал Лорен.

– А! Майор Жаффрей. Вы закончили с погрузкой? Получен приказ готовиться к взлету.

– Мои люди на борту, капитан.

Шпильман сказал в интерком, не сводя с Лорена глаз:

– Инженерный отсек, готовность к взлету. Отсек связи, сообщите командованию, что мы готовы стартовать.

Наклонив голову, Шпильман поднял руку и пальцем поманил Лорена поближе. Лорен придвинулся к нему, Шпильман подался вперед и заговорил – негромко, так, чтобы никто больше не услышал.

– Майор, нам с вами нечасто случалось поработать вместе. Я просто хочу, чтобы мы друг друга понимали без обиняков.

– Я так и думал, что вы это скажете, – так же негромко ответил Лорен.

– Если бы ставкой в нашей новой игре не было само существование полка, я бы ни за что не вызвался добровольцем, – сказал Шпильман с легким шотландским акцентом. – Но я должен вам сказать, что теперь вы на борту моего корабля, и есть кое-что, что существенно облегчит нам обоим жизнь. Во время действий в космосе командую я. У вас в петлицах звезд побольше, чем у меня, однако на моей стороне опыт, и я знаю, что делаю. Буду рад услышать ваши замечания, но не удивляйтесь, если я не слишком внимательно к ним отнесусь. Вот приземлимся – тогда хоть «лечь-встать» мне командуйте. Так что вот… мы друг друга поняли?

Лорен внимательно изучал его лицо. Шпильман постарел раньше времени – много воевал…

В уставе-то все сказано четко: старший по званию, в данном случае – Лорен Жаффрей, может отдать капитану корабля любой приказ. Ступени субординации описаны недвусмысленно, но это на бумаге, там, далеко отсюда, на Нортвинде. В действительности же на поле боя все порой не так однозначно, особенно в подобной ситуации – далеко за пределами исследованного космоса.

Хоть он и упрямый осел, но он мне нужен…

– Капитан Шпильман, все же не забывайте, что командую операцией я. Не имею ни малейшего желания с вами пререкаться, если только не решу, что ваши действия напрямую противоречат поставленным перед ними задачам. Но если это случится, капитан, я буду не просто ругаться.

Однако настырный Шпильман не унимался:

– Это мой корабль, майор, и моя команда. Эти люди летают со мной уже десять лет. Они знают, чьи приказы выполнять.

Ну и дисциплинка!

Лорен слегка поднял брови:

– Может, и так. Однако я долгое время служил в «Смертниках Коммандос», обучен пилотированию десантного корабля и управлению его артиллерией. Собственно, я имею необходимую квалификацию, чтобы командовать кораблем такого класса, и могу с этим недурно справиться. Если кто-либо из ваших людей решит устроить бунт, я поведу себя соответственно, – довольно вежливо сообщил он.

Лорен невзначай погладил рукоять пистолета, торчавшую из кобуры у него на бедре.

Первым улыбнулся Шпильман. Он положил руку на плечо Лорену – это могло сначала показаться жестом панибратства, – и вдруг с быстротой молнии притянул его к себе так, что их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

– Ты мне нравишься, парень. Если кто угрожает мне на моем же собственном мостике, значит, либо у него титановые нервы, либо он блефует. В любом случае, мы с тобой сойдемся. Ч-черт, жалко же мне этих Котиков!

Он отпустил Лорена и протянул ему ладонь. Лорен взял ее, и они крепко, до скрипа и треска, пожали друг другу руки.

Оглянувшись, майор увидел, что все, кто есть на мостике, смотрят на них с неприкрытым интересом.

Лорен глянул Шпильману в глаза и вдруг понял, что это за человек. Немного актер, немного азартный игрок, но на все сто – лидер.

Да, с этим человеком я смогу работать вместе… и когда с ним мы пойдем войной на кланы – то кланам крышка!..

XX

Десантный корабль «Буллран»

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

5 июля 3058 года

– «Клейморе» дана команда к старту. У нас – зеленый сигнал, – сказала офицер связи «Буллрана».

Уровень напряжения на мостике возрастал в геометрической прогрессии. Лорен взглянул на Шпильмана – тот, прямой и гордый донельзя, сидел в своем капитанском кресле. Когда зеленый огонек на пульте перестанет мигать, это будет означать команду к запуску двигателей. Пока же он мигает, корабль должен находиться в состоянии полной боевой готовности, но ждать «особых обстоятельств».

– Передайте капитану Маккраю следующее: «Желаю удачи, береги мой корабль, а не то мне придется оставить себе этот».

Офицер связи улыбнулась и набрала текст сообщения на клавиатуре.

– Отправлено. Поступило сообщение от Кошки-1.

– Давайте напрямую, – велел Шпильман.

– «Буллран», говорит Кошка-1, – раздалось в динамиках. Лорен сразу узнал уверенный голос Стирлинг. – Можете взлетать по собственному усмотрению. Приманка поднялась и движется по заданному курсу.

– Вас понял, – ответил Шпильман. – Мы следим за эсминцем.

Офицер, наблюдавший за сенсорами, Покачал головой: эсминец пока не двигался.

– Он пока на месте, – сообщил Шпильман.

– Ясно, «Буллран». Действуйте.

Шпильман выпрямился еще больше, как бы принимая на себя ответственность за все, что будет.

– Действуем.

Звездный полковник Роберта оперлась на плечо офицера, следившего за сенсорами. Ее лишенный волос череп блестел от пота. Роберта внимательно изучала дисплей. В командном бункере станции «Дикий Кот» было темно, лица многочисленных офицеров можно было разглядеть только благодаря свечению мониторов. Воздух здесь был влажный, словно бы пропитанный потом, но все же не совсем затхлый – работала фильтрационная система.

За спиной у Роберты молча возвышался галактический командор Девон Озис. Он наблюдал за ней, оценивая качество ее работы.

– Вычислите курс этого десантного корабля, – сказала Роберта.

Молодой офицер пробежал пальцами по клавиатуре, и на дисплее появился конус – схематическое изображение возможной траектории полета. Станция «Дикий Кот», база Клана Ягуара, оказалась бы, реши корабль совершить посадку, почти в середине этого конуса.

– Коготь-1 – Ловчей Звезде, – сказала Роберта в коммуникатор у себя на запястье. – Поднимайте истребители. Уничтожьте этот корабль.

Скорость истребителей значительно выше, чем у десантного корабля, и через несколько секунд они уже висели у него на хвосте, выйдя на боевой курс.

Девон Озис слышал переговоры пилотов друг с другом – истребители сделали первый заход, обнаружили, что перед ними не поврежденный, а вполне боеспособный корабль, завязали бой.

Перестрелка продолжалась примерно две минуты и закончилась тем, что все истребители, включенные Робертой в заявку, были сбиты. Они причинили кораблю фузилеров серьезные повреждения, но все же не смогли его остановить.

Не говоря ни слова, Роберта схватила стоявшее рядом кресло и швырнула его через всю комнату, угодив в блок резервной системы тактического слежения и разбив дисплей. Ее яростный рев раскатился по почти звукоизолированной комнате громким эхом, да так грозно, что никто из офицеров не осмелился оторвать взгляд от своего экрана.

Галактический командор Девон Озис продолжал молча стоять, смотреть и ждать.

– Вольнорожденные!.. – шипела Роберта. – Они что, не понимают, с кем сцепились?!

Офицер связи никак на это не прореагировал, но лишь потому, что владел мастерством самоконтроля. Как истинный Ягуар, он подавлял свои эмоции, не выказывая ничего, на что могла бы обратить внимание звездный полковник Роберта.

– Тактические донесения с омниистребителей показывают, что десантному кораблю причинен некоторый ущерб. Интересно также, что широкоугольные отражательные сканеры показывают крупный контингент фузилеров, двигающийся в направлении на восток – северо-восток. Они находятся примерно в шестидесяти километрах от ущелья и быстро приближаются, – бесстрастно доложил он.

– Гнусные пащенки сурата, – снова взревела Роберта, взглянув на сенсоры.

Она открыла канал связи со своими наземными силами:

– Всем подразделениям «Кровавых Когтей», говорит Коготь-1. – Она застучала пальцами по кнопкам, вводя на тактическую карту навигационные точки. – Всем следовать к навигационной отметке Браво-Эпсилон-10. Через тридцать часов ожидается контакт с противником. Перейти в режим готовности.

Девон Озис понял – и Роберта, должно быть, тоже, – что «охотникам за головами» не удалось полностью уничтожить командный состав противника. У фузилеров осталось достаточно старших офицеров, чтобы предпринять собственное наступление. Он тоже находил возмутительным, что эти вольнорожденные мешают истинной миссии «галактики» «Тау» – уничтожению Клана Кота. Но все это скоро кончится. Раз фузилеры сами идут им навстречу, победа будет быстрой и чистой. Наконец он заговорил:

– Сначала провалилась ваша «охота за головами», что обошлось вам в две «звезды» из вашего соединения. Теперь вы потеряли также и заявленные истребители, полковник.

Его достаточно спокойный тон звучал несколько странно по сравнению с яростью, которой Роберта прямо горела.

– Десантный корабль из Внутренней Сферы до сих пор сохраняет боеспособность и, по-видимому, направляется к нашей базе, – продолжал Девон по-прежнему невозмутимо. – Действуйте же, иначе действовать придется мне. Я не позволю вам поставить под угрозу миссию этой «галактики».

Каким-то образом Роберте удалось обуздать пылавшее в ней адское пламя гнева. Она посмотрела на своего командира. Кожа на ее лысом черепе неприятно покраснела, светло-серый нейроимплантант четко выделялся на этом фоне.

– Мой командир, чтобы выполнить задачу, поставленную перед «галактикой» «Тау», я должна пойти на потерю своей воинской чести. Прошу вас дозволить мне отозвать поданную заявку и воспользоваться «Темным Когтем». Он с легкостью расправится с десантным кораблем. Пятно, оставшееся на моей чести, да будет жертвой во имя клана.

От стыда она опустила голову.

В глазах Ягуаров позор вынужденного отзыва заявки несравнимо больше, нежели после проигранного сражения. Но решение Роберты соответствовало обстоятельствам и показало Девону Озису, что она понимает: судьба «галактики» важнее ее личных амбиций. Он почувствовал всю силу своей власти.

– Я дарую вам это право во имя великого Ягуара. – Он нажал несколько шипов на тонком конце галактического жезла кодекса. – Пусть ваша следующая заявка будет точнее отражать реальное положение вещей.

– Благодарю вас, галактический командор. – Роберта повернулась к офицеру связи, оскал ее улыбки стал почти дьявольским. – Свяжитесь с «Темным Когтем». Передайте им приказ приблизиться к десантному кораблю фузилеров, вступить в бой и уничтожить его.

– Не взлететь ли нам, капитан? – негромко спросил Лорен.

– Не забудьте о законах физики, майор, – отозвался Шпильман, глядя на большой тактический дисплей, на котором был виден курс и положение десантного корабля в пространстве в данную минуту. – Подождите минутку-другую, пока эта птичка еще чуток разогреется… Вот наберет обороты – тогда мы сможем подниматься.

Лорен понял его, но задался вопросом: насколько действия капитана Шпильмана основаны на инстинктах, а насколько – на конкретных тактических данных.

– С «Клейморы» ничего не было? – спросил он у связистки.

Офицер связи поправила наушники и сказала:

– «Клеймору» преследует эсминец, она постепенно замедляет ход. Через десять минут будет в точке десантирования. Повреждения после атаки омниистребителей незначительные.

Все замолчали и стали смотреть на большой настенный дисплей. Капитан Шпильман был, похоже, совершенно спокоен, но несколько раз прищурился, чтобы разглядеть мелкие цифры – да что там, он был настолько спокоен, что достал очки и стал протирать их платочком. Лорен глянул на офицера связи, та в ответ лишь улыбнулась. Видно было, что нового капитана «Буллрана» мало что может заставить дрогнуть, и его команде это известно.

Внезапно, не сдвинувшись с места, не изменившись в лице, Шпильман приказал:

– Начать загрузку главной навигационной программы, провести инициацию курсового вектора. Главные реакторы запустить, старт по программе «Гамма». Всем постам, на мостике – полную готовность.

Лорен не мог удержаться от улыбки. Началось…

– Сообщение с «Темного Когтя», – сказал офицер связи достаточно громко, чтобы звездный полковник Роберта его услышала. – Инфракрасные сенсоры засекли запуск еще одного десантного корабля. Курс – перпендикулярен курсу «Темного Когтя».

– Невозможно, – не поверила Роберта. – Это должна быть какая-то уловка!

После секундной паузы офицер ответил:

– Нег, звездный полковник. Звездный капитан Крисхольм просит вас указать ему цель.

Роберта через плечо оглянулась на Девона Озиса. На его лице было беспокойство.

– Они хотят меня обдурить. Передайте «Темному Когтю» приказ – дать один залп по первому кораблю и идти наперехват второму на полной скорости! – решительно сказала Роберта.

Теперь ее внимание было полностью приковано к тактическому дисплею.

– Меня можно обмануть один раз, но не дважды, – прошипела она. – Они пытаются сбежать с частью своих сил на втором десантном корабле… Хотят позвать подкрепление – ут, им нужна подмога. Но Нортвинд далеко… Первый корабль должен был отвлечь наше внимание, возможно, даже высадить какой-нибудь передовой отряд. Мы его повредим, как ранят дичь… да он и есть наша дичь!., а потом погонимся за настоящей добычей…

– Вы можете ошибаться относительно их намерений, звездный полковник, – сказал Девон Озис. – Что тогда?

– Нег, командор, я права, и вы тоже это знаете!

– Почему вы так уверены, полковник?

Она ничего не ответила, но не отвела жесткого взгляда от его лица:

– У нас с вами одна душа, сердце Ягуара.

– Сокрушите этих вольнорожденных подонков, – сказал он. – Пусть от них и следа не останется.

Он говорил негромко. Не шепотом, нет – скорее хрипло, сдавленно, как будто задыхаясь от физиологической жажды крови.

Их полную приятных эмоций беседу прервал офицер связи.

– Первый корабль изменил курс. Он направляется к ущелью между двумя континентами. – Роберта уставилась на него. – С «Темного Когтя» сообщают о многочисленных вспышках в зоне визуального контакта. Они полагают, что противник запускает десантные шлюпки и прыжковые устройства, то есть происходит десантирование боевых роботов.

– Они собираются захватить ущелье. – Роберта опять повернулась к Девону Озису. – Первый корабль был не просто приманкой.

Девон Озис увидел, как в ее глазах снова зажглось пламя гнева. Оно становилось все ярче и жарче, разгораясь, как костер.

XXI

Десантный корабль «Буллран», высокая орбита

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

5 июля 3058 года

– «Клеймора» на грунте, – сказал офицер-навигатор. Лорен широко улыбнулся и глянул на капитана

Шпильмана, который в ответ показал большой палец.

Изменения, внесенные полковником Стирлинг в план «Гранит», были просты, но элегантны. «Клеймора» должна была высадить две роты «Черных Гадюк» в узких проходах Баннокбернского Ущелья, а после совершить неподалеку посадку якобы в результате крушения – для того, чтобы в случае прорыва Ягуаров поддержать фузилеров огнем дальнобойных пушек. «Черные Гадюки» в свою очередь должны были сдерживать Ягуаров до подхода основных сил.

– Вражеский эсминец переходит на курс перехвата, – хрипло рявкнул навигатор.

– Когда мы будем в пределах досягаемости их огневых средств? – спросил Шпильман, потирая подбородок.

– При нашей нынешней скорости, с учетом имеющейся форы, примерно через двадцать две минуты.

– Недурно, – сказал Лорен.

Бой в космосе обещал быть несложным с технической стороны, но, безусловно, рискованным. «Буллран» будет продолжать следовать по прямому курсу по направлению к Т-кораблям, находящимся возле пиратской прыжковой точки. Лучший вариант для эсминца – идти в кильватере десантного корабля, постепенно его догоняя. Как только эсминец подойдет на расстояние прямого выстрела, «Буллран» начнет свою собственную игру.

– Надеюсь, с подарочками все пойдет как надо, – сказал майор.

– Пойдет, парень, – ответил Шпильман и посмотрел в сторону офицера-артиллериста. – Лейтенант Розен, подготовьте команду в третьем отсеке к запуску.

Лейтенант резким движением отсалютовала и склонилась над панелью управления, отдавая приказы. Время замедлило ход; минуты теперь казались годами.

– Капитан, мы будем в зоне поражения эсминца через три минуты, – внезапно сказал навигатор.

Шпильман повернулся к лейтенанту Розен.

– Артиллерия, дайте первый залп, через двадцать секунд – второй.

– Слушаюсь, сэр.

– Ближние сенсоры показывают, что объекты, выпущенные с десантного корабля, находятся прямо по курсу, – рапортовал один из офицеров на мостике боевого корабля «Темный Коготь». – Как вы и говорили, капитан, это определенно спасательные буи и три шлюпки.

Тяжелый двигатель эсминца, до этого момента монотонно гудевший, вдруг, казалось, получил новый заряд бодрости – все, кто был на мостике, сразу забегали и засуетились. Закрывавшие большие смотровые порты бронещиты опустили, и взорам офицеров открылась необозримая чернота бездонного космоса. На фоне игольчатого бархата вечной ночи цель виделась как одинокая и довольно унылая светящаяся точка.

Звездный капитан Кларк Крисхольм, командовавший «Темным Когтем», довольно кивнул.

– Есть какие-либо признаки того, что на буях имеются люди? – спросил он.

– Нег. Они не пытаются от нас скрыться. По-видимому, сэр, они неуправляемы.

– Уловка старая, но пришлась не ко времени. Если бы мы уже начали стрелять по их кораблю, может, я бы и поверил, что он поврежден, – сказал Крисхольм. – Время дорого, я не буду его тратить.

– Мы меняем курс, капитан? – спросил навигатор.

– Нег, – ответил Крисхольм так, будто сам вопрос был оскорбителен. – На этой дистанции отклонение от курса даже на несколько градусов приведет к тому, что преследование затянется еще на несколько часов. Скорость и направление остаются прежними.

Мощной лобовой брони «Темного Когтя» было вполне достаточно, чтобы предотвратить любые повреждения, которые могли нанести попавшие в корабль средства. А оказаться достаточно близко, чтобы произошло случайное столкновение, могли, судя по тактической карте, только три буя.

– Цель еще не в зоне поражения?

– Нег, – ответил офицер-артиллерист. – Турели могут начать стрелять меньше чем через минуту. Подачу заявок на право первого выстрела выиграли младший артиллерист Волькс и его команда.

– Капитан, – сказал один из офицеров, – через десять секунд проходим мимо спасательных шлюпок.

Кларк Крисхольм сидел в своем кресле, выпрямив спину и орлиным взором буравя горизонты космоса, – истинный воин-Ягуар. Для такого героя поврежденный десантный корабль – не добыча даже, а так, можно сказать, семечки…

Он глянул на передний смотровой экран и увидел совсем рядом с «Темным Когтем» силуэт одного из спасательных буев. Вдруг в соплах буя что-то засветилось, потом внезапно хлестнуло пламя, буй немного повертелся и ринулся прямо к эсминцу, почти к самому мостику. Несколько мгновений – и остальные буи и шлюпки тоже врезались в боевой корабль, словно внезапно разбуженные бешеные псы.

Ударяясь о корпус «Темного Когтя», каждый буй расцветал гигантским огненным шаром. Взрывы были бесшумны, но тяжелый эсминец класса «Эссекс» содрогался и стонал. Последовали один за другим четыре взрыва, и после каждого корабль сотрясался, словно в конвульсиях. Крисхольм поднялся на ноги – последний удар швырнул его на пол – и рявкнул:

– Доложить о повреждениях!..

Но тактический дисплей мигнул и тут же погас навсегда.

– Множественные столкновения с посторонними опасными объектами, – сказал офицер.

– Это я и без тебя знаю, идиот! – заорал Крисхольм. Бледный офицер склонился над панелью управления, его пальцы яростно заплясали по клавишам.

– Потеряны дальние сенсоры. Прямое попадание во внешнюю антенну. Три шлюпки попали в правый борт, ущерб умеренный, пробоина корпуса на палубе «Альфа». Идут работы… И еще, сэр: перед тем, как потерять сенсоры, мы видели запуск еще одной группы спасательных средств.

– Они их запрограммировали как противокорабельные ракеты и начинили взрывчаткой, – процедил сквозь зубы Крисхольм, почти восхищенный дерзостью вражеского капитана. – Когда следующая волна окажется в радиусе стрельбы?

– Приблизительно через минуту, – ответил офицер. – Турель, выигравшая подачу заявок, еще не может стрелять.

– Каковы численность и состав второй волны?

– Из-за наших повреждений данные неточны, капитан, но, как представляется, она состоит из трех шлюпок и четырех буев.

– Это невозможно, – резко возразил Крисхольм. – На десантных кораблях класса «Владыка» не может быть столько спасательных средств! Они должны были снять их с других кораблей…

Логика фузилеров была очевидна, а результаты их действий ошеломляли. Учитывая, что на «Диком Коте» оставалось еще три десантных корабля, вторая волна могла быть и не последней.

– Приготовить все турели, огонь открывать по собственному усмотрению!..

Мостик заполнило пульсирующее жужжание – это огромные корабельные излучатели начали накапливать заряд для выстрела. В сочетании с тяжелыми противокорабельными ракетами «Барракуда» они давали эсминцу класса «Эссекс» достаточно огневой мощи, чтобы разнести сравнительно небольшой десантный корабль на кусочки.

– Учитывая повреждение сенсоров, точность стрельбы снижена на пятнадцать процентов.

– Где эти…

Крисхольм не успел договорить. Мощный взрыв потряс его корабль. Одна из выпущенных с «Буллрана» спасательных шлюпок врезалась в правый борт эсминца. Направленный взрыв пробил насквозь толстую броню, и корабль сбился с курса, уйдя влево. Следом за этим в районе кормовых двигателей прогремело еще два взрыва послабее. Крисхольма швырнуло вперед, и он понял – на этот раз в них попали по-настоящему. Свет мигнул и погас.

Секундой позже включилась аварийная энергосистема. Свет загорелся, но стало темновато: освещение на мостике было переведено на двадцать пять процентов мощности.

– Инженерный отсек, говорит капитан, – рявкнул Крисхольм в микрофон, установленный в подлокотнике его кресла. – Корабль перешел на аварийное энергоснабжение. Доложите обстановку.

– У нас небольшая утечка охлаждающей жидкости, капитан, пришлось отключить кабель правого борта, – раздался в динамике уверенный голос.

– Насколько это серьезно?

– Нам придется снизить скорость, капитан, – ответил инженер.

– Нег. Мне нужно больше мощности, – железным голосом произнес Крисхольм, как будто его слова могли изменить законы физики.

– Никак невозможно, капитан Крисхольм. Если мы выполним ваш приказ, через несколько минут двигатели автоматически отключатся!

– Каковы будут последствия, если я прикажу обойти систему автоматического отключения?

Напряжение на мостике было почти физически осязаемо, и этот вопрос его лишь усилил.

– Капитан, вы сможете набрать необходимую скорость, но через несколько минут двигатели перегреются. Возникнет пожар, реакторы выйдут из-под контроля, а корпус будет разгерметизирован.

Кларк Крисхольм в гневе сжал кулаки и ударил по подлокотникам:

– Доложите альтернативные варианты!

– Можно временно отключить двигатели, один из ходов доступа использовать для подачи охлаждающей жидкости. Для этого понадобится час, после чего мы сможем дать на двигатели семьдесят пять процентов мощности…

А враг тем временем удерет. Принять это решение было нелегко, но больше Крисхольму делать было нечего.

Для меня это потеря чести, но потеря моего корабля навсегда лишит «галактику» возможности выполнить свою миссию, мрачно подумал капитан «Темного Когтя».

– Хорошо, инженер. Делайте, как сказали. Я свяжусь с командором Озисом и сообщу ему о сложившейся ситуации.

XXII

Десантный корабль «Буллран»

Пиратская точка перехода СЕХС-0021-А. 2122. 97

Глубокая Периферия

6 июля 3058 года

Лорен вошел в похожий на пещеру отсек «Буллрана», где стояли роботы. Керндон следовал за ним. В отсеке собрались бойцы, которые должны были помочь заманить Котов с Тарнби на Обочину. Лорен созвал их для последнего совещания.

Он повернулся к ним лицом, Керндон занял свое место – он всегда держался на шаг позади, будто привязанный невидимой веревкой.

– Смирно! – скомандовал Лорен.

Негромкий рокот голосов, эхом разносившийся по большому отсеку, смолк. Обычно в запачканном, пахнущем потом и машинным маслом отсеке было шумно – здесь ремонтировали и проверяли боевых роботов, но сейчас он выглядел совсем пустым и каким-то неуютным.

Даже подъемные краны и лебедки, казалось, замерли и вытянулись после поданной майором команды.

– Джентльмены, все вы знаете, что от успеха нашей операции зависит само существование полка фузилеров, так что надоедать вам длинными зажигательными речами я не стану… У вас было достаточно времени, чтобы изучить то, что нам известно о тактике Ягуаров. На захваченных омнироботах продолжает работать радиолокационная система опознавания «свой-чужой». Не забывайте о том, что Коты – это воины клана, и действовать они будут соответствующим образом, то есть при любой возможности – рукопашная, разбирательства «раз на раз» и прочие проявления несгибаемого бойцовского духа. Не позволяйте им навязывать свою тактику, в этих самых «раз на раз» они все равно сильнее. Вступайте в схватку только при выгодных для себя условиях…

– Судя по тому, что мы о них слышали, это какие-то мистики и мечтатели, – подала голос худощавая девушка, лейтенант Макбрайд. – Но вот в тактических донесениях с поля боя они выглядят просто дикарями. Так кто же они – мечтатели или воины?

Лорен усмехнулся и показал рукой на мускулистого человека, молча стоявшего у него за плечом. Это был Керндон, его правое запястье трижды обвивал шнур «связанного».

– Тем, кто его еще не знает, представляю моего «связанного», – сказал Лорен. – До недавнего времени Керндон был воином Клана Ягуара. Став моим «связанным», он поклялся нам в верности, и я безоговорочно ему доверяю. Он знает о Котах все.

Керндон слегка поклонился Лорену и заговорил:

– Коты верят, что обладают особым даром предвидеть грядущее. Они фаталисты, для них будущее полностью предопределено. Коты занимаются духовным поиском, то есть используют систему психотехник, чтобы в процессе медитации получить видения и некоторым образом повторить то, что сделал Николай Керенский, создавая наши… создавая кланы. Я лишь однажды сражался с Котами, но подробно их изучал. В бою они пользуются своей духовной силой, которая позволяет им достичь предельной психической и соматической концентрации и драться с неистовством, превзойти которое могут лишь Ягуары. Веря в свои особые отношения с некими сверхъестественными субстанциями, они сражаются, не боясь ни ран, ни гибели. Это делает их чрезвычайно опасными врагами.

Керндон умолк и сделал шаг назад, как бы говоря: «У меня все».

– Как видите, Керндон может рассказать немало полезного, – продолжил Лорен. – Итак, менее чем через тридцать минут мы покидаем систему Обочины. Заряда в наших батареях хватит на два прыжка, после чего мы окажемся у своей первой цели. Мы берем с собой оба Т-корабля, но «Кобаяши» не полетит до конечной точки. На определенном этапе он остановится и будет ждать до тех пор, пока мы, убедившись, что Коты поддались на провокацию, не будем возвращаться на Обочину. Наша первая цель – звездная система ЕС-ЕУ-4170, обычная станция подзарядки Клана Кота. Выдав себя за командира соединения Клана Ягуара, я брошу ритуальный вызов на бой за право владения четырьмя заряженными аккумуляторами. Две из них нам потребуются для достижения второй цели, еще две – на обратном пути.

Он сделал ударение на последних словах, чтобы не оставалось сомнений: он собирается возвращаться на Обочину V.

– Простите, сэр, – сказал лейтенант Грегори Гектор, – но почему бы не бросить вызов за право владения этой станцией целиком, со всеми потрохами?

– На этот вопрос лучше ответит Керндон, – сказал Лорен, давая знак «связанному».

– Насколько известно, на станции Клана Кота располагается гарнизон из одной «звезды» элементалов и отряда боевых роботов плюс пехотная группа поддержки, – заговорил пленник. – Ягуары дважды атаковали станцию, но захватили лишь аккумуляторы. Вызов на Испытание Права Владения станцией вынудит Котов использовать для ее защиты все имеющиеся у них силы. В подобных Испытаниях обычно принимают участие войска в ином, нежели имеющийся у нас, составе – в основном элементалы.

Это была еще одна вещь, которую Лорен узнал в приватных разговорах с Керндоном. В космической бездне кланы предпочитали использовать именно элементалов.

– Иными словами, Грег, – сказал майор, – раз уж мы выдаем себя за Ягуаров, нам и действовать надо, как Ягуарам. Вдобавок, даже если мы победим, у нас нет сил, необходимых для обороны и обслуживания базы такого размера. Не забывайте, что мы не собираемся ничего оккупировать, а хотим лишь привлечь внимание Клана Кота.

Лорен обвел взглядом бойцов. Все слушали очень внимательно.

– Итак, – продолжал он, – получив аккумуляторы, мы отправимся в небольшую звездную систему, местонахождение которой подтверждают и данные Исследовательского Корпуса, и Керндон. До пункта назначения нам потребуется всего один прыжок, что уже хорошо, поскольку заряд в батареях нам еще понадобится. Система называется Болтин. Коты держат там базу снабжения. Мы атакуем ее, после чего «Кобаяши» останется на месте и будет ждать, набирая достаточно энергии, чтобы позже перебросить нас на Обочину. Далее мы проследуем на Тарнби, конечную точку экспедиции. Там у Котов два соединения, из них одно фронтовое – 100-е ударное. Наша цель здесь – овладеть узлом гиперимпульсной связи, хотя бы ненадолго. Если после этого они не сядут нам на хвост, то я уж не знаю, как их вообще можно расшевелить.

– Сэр, – обратился к нему стоявший в первом ряду дородный Самптер Берк, – как же мы собираемся разбить все эти силы, о которых вы говорите, если у нас всего десять омнироботов?

– Вы думаете как типичный воин из Внутренней Сферы, Самптер, – ответил Лорен. – Принятая в кланах подача заявок даст нам очень большую свободу в выборе сил, которые мы хотим пустить в бой, и позволит учитывать специфику цели. Коты не станут бросать против нас целое соединение, если мы дадим им знать, с чем прилетели и какие незначительные объекты хотим у них отобрать.

Туг он вспомнил кое о чем:

– Да, и еще… Нам известно, что кланы тщательно проверяют генетические данные каждого убитого в сражении. Нельзя позволить им узнать, что кто-то из нас на самом деле не Ягуар. Это означает, что мы не можем никого оставлять на поле боя – ни живого, ни мертвого. Если в кабине будут следы крови, я хочу, чтобы их выжгли, чтобы и следа не осталось. Если вы не можете вынести с поля боя павшего товарища, нам придется уничтожить все, что может помочь их ученым установить, каково наше настоящее происхождение.

– Вы хотите, чтобы мы осквернили прах наших мертвых, майор? – спросил Ролстон Макание.

Лорен твердо ответил:

– Да, сержант. И меня самого это тоже касается. Я хочу, чтобы вы или любой другой, если понадобится, уничтожили мое тело – и так тщательно, чтобы ничего нельзя было восстановить.

Прежде чем кто-либо еще успел запротестовать, Лорен поспешно сказал:

– Итак, у кого здесь есть опыт боя при нулевой гравитации?

Вопрос был чисто риторический. Прежде чем покинуть Обочину V, Лорен много раз просмотрел личное досье каждого бойца Кильситской Стражи. Его выбор был не случаен.

– Сэр, – снова заговорил Грегори Гектор, – у меня был такой случай несколько лет назад, во время рейда против орбитальной станции на Беллинуре.

Он пожал плечами, словно сомневаясь в себе:

– Давненько, правда, но был…

– Замечательно. Итак, бойцы, по местам и готовьтесь к прыжку. Грег, загрузите в компьютер данные по станции подзарядки. Особое внимание обратите на ее внешнюю поверхность – возможно, операция будет происходить именно там. Капрал Киллфрайс, на этот раз мне придется одолжить вашего «Черного Ястреба».

– Есть, сэр, – недоуменно ответил высокий усатый капрал, видимо не совсем понимая, почему выбор пал именно на его омниробота.

Лорен собирался объяснить это позже… если, конечно, план сработает.

– Митч, – позвал он, оглядывая группу техников.

– Да, сэр, – отозвался капитан Фрейзер.

– Митч, скажи, у нас на борту найдется несколько внешних магнитных адаптеров, которые крепятся роботам на ноги?

Начальник техслужбы кивнул. Лорен отметил про себя, что старина Фрейзер начинает лысеть…

– Приделай их к «Масакари» лейтенанта Гектора и к «Черному Ястребу».

Пришла пора показать Клану Кота, на что способны Ягуары…

В дверь каюты постучали.

– Войдите, – ответил Лорен.

Разглядев вошедшего, он удивленно поднял брови.

На пороге стоял Керндон, его могучая фигура почти полностью заполняла собой дверной проем. Обычно на десантных кораблях собственные каюты бывают только у старших офицеров, но теперь на борту было так мало народу, что и у Лорена, и почти у всех его бойцов появилась такая роскошь.

Выражение на лице бывшего воина клана было самым спокойным, ничто не позволяло даже догадываться о его чувствах. Лорен жестом велел ему садиться и стал ждать, чего интересного он расскажет.

– Мы перезаряжаемся для следующего прыжка, – поведал Керндон. – Я пришел обсудить ваш вызов Клану Кота.

Лорен кивнул. Он тоже хотел поговорить с Керндоном прежде, чем бросать формальный вызов, но до сих пор было некогда.

– Для Ягуаров вызов – это не просто заявление о намеченных целях, – продолжил Керндон. – Это утверждение своей силы. Меня учили этому всю жизнь…

На мгновение он опустил глаза, глядя на трижды обвившийся вокруг запястья шнур.

– Во время действий во Внутренней Сфере мы обычно объявляли, какую цель намерены атаковать, и спрашивали, какие силы будут выставлены на ее защиту. Но у вас есть другая возможность, майор Лорен, хотя ею пользуются и нечасто. Вы можете бросить вызов и сообщить Котам, какими силами вы намерены атаковать.

Лорен взвесил слова «связанного» и спросил:

– Какие это дает мне преимущества?

– Коты уступят вам право выбора поля боя. Лорен почесал в затылке.

– Что ж, это может быть полезно, поскольку я собирался вести боевые действия на внешней поверхности станции… Судя по тому, что ты нам сообщил, Коты больше всего полагаются на элементалов. Я ничего не знаю о том, как их используют при нулевой гравитации, но полагаю, что они обучены действиям в подобных условиях… На внешней поверхности станции наши силы уравняются, поскольку там нет ни силы тяжести, ни атмосферы.

– Ут, – кивнул Керндон. – Не забудьте: во время сеанса связи вам необходимо закрыть лицо. Их ученая каста постарается просканировать его и сравнить его с известными генетическими параметрами Ягуаров.

Узнав о сканировании лиц и сборе образцов ДНК убитых, Лорен начал понимать значимость для кланов ученой касты. Тот, кто контролирует гены, контролирует и кланы – это становилось очевидным.

Керндон сурово продолжал:

– Наш вызов должен быть брошен в видимой и четкой форме. Воин-Ягуар хочет вселить в сердце врага страх.

– Но мое лицо будет закрыто.

– Я должен поговорить с тем, кого вы зовете Митч. Нам нужно сделать маску Ягуара. Такими масками пользуются нередко – это особый знак власти.

– Есть ли еще что-либо, что я должен знать прежде, чем бросать вызов?

– Нам придется попрактиковаться, майор Лорен, – ровным голосом сказал Керндон. – Вы должны научиться говорить, как Ягуар. Вы должны говорить с жаждой битвы в крови и яростью в невысказанных мыслях. Вы должны чувствовать свое полное превосходство и презирать жалкого врага. Отныне вы должны жить так, словно в вашей груди бьется сердце Ягуара.

XXIII

Десантный корабль «Буллран»

Станция перезарядки «Кошачий Глаз-009»

Система ЕС-ЕУ-4170

Глубокая Периферия

8 июля 3058 года

Гиперпространственный прыжок в систему ЕС-ЕУ-4170 содержал в себе небольшой элемент риска, не имевший отношения к Клану Кота. Дело в том, что межзвездные прыжки вообще-то полагалось делать медленно и аккуратно, а не сломя голову, как это сейчас делали фузилеры.

Компьютерам необходимо было время для того, чтобы точно рассчитать координаты следующей прыжковой точки – иначе корабль мог по прибытии просто развалиться на части в гравитационном колодце. Два прыжка один сразу за другим означали значительный риск – при определенных обстоятельствах тонкие настройки двигателя могли сбиться. Благоразумный и осторожный капитан должен, прежде чем совершать второй прыжок, некоторое время подождать и убедиться, что двигатель правильно настроен, а расчеты несколько раз перепроверены. Если этого не сделать, второй прыжок может закончиться неудачей. Но Лорен считал, что дело того стоит.

Стоя посреди каюты, он поправлял серый плащ с капюшоном, на скорую руку сшитый из одеяла. Маску вырезали из куска пеноизолятора, который использовался при ремонтных работах. Она изображала морду дикого кота с глубокими глазными впадинами, раззявленной пастью и оскаленными клыками.

Выглядела маска грубовато, но Керндон сказал, что так и должно быть – ведь она, в принципе, была предметом брутального выпендрежа, а не произведением искусства. Лорен, конечно, не вполне понимал всех тонкостей, связанных с этими клановыми масками, но уяснил, капитану Митчеллу Фрейзеру лучше оставаться техником, а не становиться скульптором.

Офицер связи принесла в каюту камеру и микрофоны. Лорен лично изобразил на серой переборке у себя за спиной большую букву "Т" – знак «галактики» «Тау».

– Майор, – раздался в динамике голос капитана Шпильмана, – до станции Клана Кота всего тысяча километров. Наши сенсоры показывают, что там работают активные сканеры, так что Коты должны уже знать о нашем прибытии. Предлагаю вам пошевеливаться, а то, не ровен час, натравят они на нас свои истребители…

Лорен поправил маску. Керндон вошел в комнату и стал в сторонке, чтобы не попасть в объектив голографической камеры.

Они репетировали уже несколько раз – Лорен повторял все снова и снова, а Керндон безобразно ругался, как настоящий критик. «Учитесь у Девона Озиса!» – втолковывал он. – «Или хотя бы у меня. Где сила чувства? Где страшное рычание в голосе?»

Майор пыхтел, потел, вяло отругивался, и в конце концов у него получилось вполне сносно.

Теперь пришло время сыграть роль по-настоящему. Он вышел на связь с мостиком «Буллрана»:

– Офицер, свяжитесь с Котами. Если потребуют назваться, ничего не говорите.

– Как это?

– А вот так! Пошлите его подальше, и все тут. Сердце успело ударить несколько раз, и раздался голос офицера связи:

– Через три секунды вы в эфире, майор.

Сверху на голографическом проекторе загорелся зеленый огонек. Система приема представляла собой напольный диск, окруженный по краям огнями светящимися лампами – их лучи создавали изображение; система передачи состояла из трех камер, установленных на треножниках и снимавших Лорена под разными углами, а также маленького компьютера, генерировавшего те элементы картинки, которые камеры не могли охватить. При помощи ручного пульта Лорен мог управлять и приемником, и передатчиком, связанным в данном случае с корабельной системой дальней связи.

Лорену пришлось в жизни сыграть немало ролей – пилота боевого робота, офицера, террориста, верного солдата Капеллы, шпиона, диверсанта и, наконец, нортвиндского горца. Но теперешняя роль была не похожа на другие. Ощущение было иное. Раньше ставкой были интересы государства.

Теперь на кону стоит выживание фузилеров. Впервые у меня появилась семья. Даже если мне удастся пережить неудачу моей миссии, внутри я буду мертв…

– Клан Кота, я – звездный полковник Лорен из Клана Дымчатого Ягуара. Услышьте мой вызов и содрогнитесь от страха в своих норах…

Его голос прямо-таки грохотал – он вложил в него всю возможную гордость и высокомерие.

– Я подкрался к вам, словно тот, в честь кого я наречен, и швырну ваш зловонный скелет в пламя поражения!

Боже мой, мельком подумал Лорен, что за слова! Какая сила чувства… какой бред… Он сделал паузу, чтобы его воинственная речь переварилась Котами и вызвала нужный эффект.

– Я пришел во имя единственного истинного клана, Клана Ягуара, дабы в Испытании Права Владения отнять у вас четыре заряженных аккумулятора, – со скрежетом и завываниями продолжил он. – Как настоящий воин, я выступлю против вас с двумя омнироботами, зная: кого бы вы ни послали против них – все будут сокрушены под их стопами… ну, то есть они всех потопчут. Сие свершаю я во имя моего клана. Чем будете вы защищаться? Каких воинов пошлете на погибель? – добавил он зловеще и разразился адским хохотом.

Керндон выключил проектор и торжественно кивнул ему.

– Они признают ваш вызов и начнут подачу заявок на право вас уничтожить, – сказал он, глядя на майора с уважением.

– Поступило сообщение, сэр, – сказала офицер связи. – Передаю.

Звук должен был пройти через встроенный в потолок динамик, замкнутый на коммуникационную систему десантного корабля. Голографическая камера могла работать и как маленький проектор. Перед Лореном появилось крохотное, размером с детскую куклу, изображение человека в черной форме и плаще с накинутым капюшоном.

– Говорит звездный командор Эдвард, команда номер девять базы «Кошачий Глаз» Клана Кота Сверхновой – истинных последователей видения Николая Керенского. Мы получили вашу заявку и признаем силы, которые вы собираетесь вывести в бой. Вы опрометчивы, Ягуар, как и все в вашем клане, и не можете надеяться на победу. Мы научим вас, продемонстрировав силу вдохновенного видения. Я свяжусь с вами в течение часа и сообщу вам о том, как мы будем обороняться.

Изображение пропало.

– Ну как? – спросил Лорен, снимая маску. Прохладный воздух каюты осушил пот на его лице. Керндон показал большой палец.

– Майор Лорен, – почтительно сказал он, – вы подаете большие надежды.

В руках у Митча Фрейзера был ручной анализатор давления. Он еще раз проверял «Черного Ястреба», которого должен был пилотировать Лорен. Тот с восхищением смотрел на уверенные действия техника.

– К действиям в космосе робот готов?

Отсек «Клейморы», где стояли боевые роботы, некогда такой тихий, теперь был полон шума и грохота. Пилоты проверяли и перепроверяли своих роботов. Воздух звенел от ударов металлических инструментов по металлу брони и приторно пах смазкой, да так, что у всех в горле щипало.

Митч отключил анализатор и посмотрел на майора глазами, налитыми кровью.

– Да, сэр, готов, как только можно быть готовым. Магнитное оборудование установлено, в боевой компьютер введена нужная программа. Если бой будет идти на поверхности станции, у вас будет сила тяжести, равная 0,7 g.

– Хорошо. А что со страховкой?

– Каждый наш робот оборудован канатом с крюком на конце. Я оснастил миомерный трос небольшим электроприводом, который вы можете контролировать через систему связи. Если подать команду, канат притянет вас обратно, куда бы вас ни унесло.

Из того же материала делались внутренние мускулы боевых роботов, позволявшие им двигаться почти с человеческой ловкостью. Когда по сегменту миомерного троса пропускался ток, он сокращался и делался в тысячи раз короче.

Использование миомерных страховочных тросов при работе роботов в космосе было делом обычным. А вот драться в таких условиях приходилось нечасто. Даже имея на ногах специальные магнитные адаптеры, робот легко мог оторваться от поверхности и улететь в космос. Несмотря на прочность материалов, удачное попадание в кабину могло привести к моментальному падению давления и, следовательно, верной смерти пилота. Мало кто из воинов хотел бы сражаться среди ледяного молчания открытого пространства…

– Надеюсь, это даст нам преимущество, – заметил Лорен, поднимая и осматривая сегмент троса.

– Сэр, а какова их заявка?

– Два «луча» войск. Я полагаю, что они выведут по меньшей мере один «луч» элементалов… может, и больше. Керндон сказал, что я могу затребовать у них эту информацию, но добавил, что Ягуар проявил бы больше отваги, если бы не задавал этого вопроса. А поскольку Коты не спрашивают о составе наших сил, я тоже не хочу показаться осторожным.

– Так что – вслепую пойдете?

Лорен кивнул. Он еще лучше, чем его друг, понимал, что это значит.

– В этом случае – да Я играю роль Ягуара и не хочу рисковать жизнями наших товарищей, оставшихся на Обочине.

– Разрешите спросить, сэр, – а почему вы? Почему именно вы должны это сделать?

– Я здесь старший, кроме того, у меня есть опыт боя в подобных условиях, – ответил Лорен.

Это было правдой, но не всей правдой. Я должен сделать это, чтобы кое-что доказать самому себе.

– Если с вами что-нибудь случится, на Обочине погибнет весь полк, – сказал Митч.

Лорен положил ему руку на плечо.

– Нет. Если со мной что-нибудь случится, продолжать выполнение задания будешь ты.

– Я? – изумился Митч.

– Ты, конечно. Напомню, капитан, что вы – старший после меня офицер. В случае моей смерти я хочу быть уверен, что задание будет выполнено. В вашей директории я оставил все подробные планы.

– Майор Жаффрей, – взмолился Митч, – я техник, а не пилот робота. Я не могу принять на себя такую ответственность.

– Митч, в первую очередь ты нортвиндский горец и фузилер. Наши дела тебя касаются не меньше, чем полковника или еще кого угодно из оставшихся на Обочине. И ты их – и меня – не подведешь. Я знаю…

Его прервал пронзительный сигнал корабельной системы связи.

– Майор Жаффрей, поступило сообщение со станции «Кошачий Глаз». Клан Кота требует, чтобы вы ответили за ба… за брошенный вами вызов, сэр.

– Мне нужно идти, – сказал неожиданно побледневший Митч Фрейзер.

– Мне тоже. Ты куда?

– Я, сэр, – ответил Митч Фрейзер серьезно, – я пойду и буду молиться, чтобы вы остались в живых, да так, как самому черту не снилось.

XXIV

Станция перезарядки «Кошачий Глаз-009»

Система ЕС-ЕУ-4170

Глубокая Периферия

8 июля 3058 года

Одолженный Лореном «Черный Ястреб» и «Масакари» лейтенанта Гектора стояли на нижней поверхности станции «Кошачий Глаз». Корабельные инженеры в костюмах для работы в невесомости заканчивали необходимые приготовления – закрепляли миомерные тросы. Митч пропустил через них провода, по которым можно было дать ток. Это была «линия жизни» – она понадобится и Лорену, и Грегу Гектору, если все пойдет по задуманному плану. Гектора это беспокоило, и Лорен не мог его винить.

Станция Котов была велика – почти километр в длину, не менее трех четвертей километра в ширину. Легкая изогнутость ее поверхности на первый взгляд не была видна, но тот, кто пользовался магнитными адаптерами, ее ощущал.

Как только Лорен осмотрел надстройки на корпусе – одни высотой всего в метр или два, другие, вроде расположенной неподалеку антенны, вдвое выше, чем омниробот, – у него в крови заиграл адреналин.

Элементалам здесь будет где укрыться, и сражаться с ними станет еще сложней. Для нас же это значит, что робот Котов сможет поддерживать пехоту дальним огнем, прячась от наших выстрелов за надстройками.

Лорен глянул на панель связи. Тока в миомерном тросе не было. И у него, и у Гектора имелось достаточно мощности, чтобы, если понадобится, долететь до другого конца базы.

Сам по себе миомерный кабель достаточно прочен, чтобы удержать робота, но если пропустить по нему электричество, его прочность возрастает еще больше. Лорен слишком хорошо знал физику, чтобы не понимать значения этого троса. Если магнитное сцепление на ногах «Черного Ястреба» будет нарушено, робот станет практически беспомощным. Любое движение станет его врагом.

Появление вражеского робота в сопровождении элементалов на другом конце станции он заметил как раз вовремя. Это был тяжелый «Гладиатор» – в клановой терминологии «Палач», – вооруженный до зубов и имеющий очень грозный вид. Кабина, выполненная в форме человеческой головы, покачивалась в такт шагам и выглядела чрезвычайно неприятно. Техники Котов проделали те же операции, что только что закончили делать люди Митча Фрейзера с роботами Лорена и Гектора.

«Гладиатор» был тяжелее «Черного Ястреба» на сорок пять тонн, то есть почти вдвое. Равным соперником ему был разве что «Масакари» Гектора. Зато у Лорена имелись прыжковые двигатели. Он знал, что этого верзилу предстоит сделать ему…

Судя по показаниям сенсоров, рядом с роботом находился один «луч» элементалов, хотя визуально он их не мог заметить – они прятались за надстройками.

Не важно. Они думают, что я – вернорожденный Ягуар, а не кто-нибудь там!..

Как только техники покинули поверхность базы, Лорен открыл широковолновый канал связи.

– Я – звездный полковник Лорен из Клана Ягуара. Выходите вперед, Коты, чтобы я мог выпить вашу кровь и поджарить в своих ладонях вашу смерть, – зловеще проговорил Лорен и внутренне содрогнулся. Каков стиль-то, а?..

– Я – звездный командор Отис из Клана Кота, – ответ был адекватен. – Ты говоришь, как вольнорожденная шлюха, бросаешься словами, как дешевыми безделушками – попользовал и выкинул. Ты пришел сражаться за аккумуляторы для Т-кораблей, защищать которые – мой долг. Покончим с этой детской игрой, дабы я мог вернуться к делам вернорожденного воина! – прогромыхал пилот «Гладиатора».

Внезапно Лорен понял, что принятый в кланах ритуальный обмен оскорблениями его прямо-таки восхищает.

Он включил систему прицеливания и поймал «Гладиатора» в перекрестие.

Обычно все вооружение робота автоматически метило в центральную часть корпуса противника. Но на этот раз Лорен прервал процедуру прицеливания автопушки и навел ее вручную. Большие и средние лазеры целились в сердце «Гладиатора» – его реактор, а смертоносная автопушка глядела в сторону, туда, где боевой компьютер вовсе не мог выделить никакой мишени.

Звездный командор Отис был надменен и никак не отреагировал на то, что взят в прицел. Лорен нажал на гашетку тяжелого лазера, и яркий луч бесшумно сорвал с корпуса «Гладиатора» пластину ферроволоконной брони, яркими брызгами разметав ее по черноте неба. Следом вступили в дело легкие лазеры и один из пулеметов, угодив в плечо и правую руку робота. Большого ущерба ни одно из попаданий не нанесло – просто броневые пластины покрылись вмятинами.

После этого Лорен выстрелил из автопушки, одного из самых тяжелых видов оружия, установленных на «Черном Ястребе». Снаряды врезались в корпус станции метрах в пяти от слегка накренившегося под ударом лазеров «Гладиатора». Лорен инстинктивно ожидал глухого грохота взрывов, но в безвоздушном пространстве такого натурально не получилось. Так что ему пришлось довольствоваться яркими вспышками под мощными ногами омни-робота, там, куда угодила шрапнель. Все, кто это видел, решили, что он здорово промахнулся.

Пятеро элементалов взлетели вверх – из дюз у них на лодыжках вырвались столбы пламени – и грациозно двинулись в сторону «Масакари». Очевидно было, что они хотят всем скопом навалиться на омниробота и помешать ему двигаться.

– Теперь ты растаешь среди звезд, – сообщил звездный командор Отис и открыл огонь из крупных калибров «Гладиатора».

Яркие рубиновые лучи двух больших лазеров хлестнули по правой ноге и верхней части корпуса «Черного Ястреба», как два меча. Робот лишь слегка дрогнул. Лорен сделал три шага вперед, навстречу лазерам «Гладиатора».

Вспышка – выстрел из пушки Гаусса попал «Черному Ястребу» в левый бок, взрезав броню и повредив внутренние структуры. Робот накренился назад, но магнитные адаптеры помогли Лорену удержать его на ногах, хотя и с трудом. Лорен посмотрел и увидел то, что и ожидал увидеть: вся правая сторона корпуса лишилась брони. Еще одно попадание – и под Испытанием, а может – и под всей его жизнью, будет подведена черта.

Однако вместо того, чтобы отступить, он ринулся вперед. Каждый шаг давался с трудом, из-за магнитных адаптеров создавалось впечатление, будто он бежит по слою навоза в два метра толщиной.

Но Лорен все равно не сдавался. Он восстановил прежнюю наводку и снова выстрелил. Лазер изрыгнул сноп алого пламени, угодивший в верхнюю часть груди и кабину «Гладиатора», луч легко врезался в броню на правой ноге – и тут противник дал ответный залп.

Автопушка Лорена опять, похоже, должна была промазать, но «Гладиатор», отпрянув под ударом лазеров, сам попал под очередь – снаряды застучали по стеклу кабины.

Любая пробоина, даже размером с булавочную головку, в безвоздушном пространстве означала бы немедленную смерть пилота. Звездный командор Отис тоже открыл огонь из лазеров и ПИИ, но из-за неожиданного крена промахнулся. Лорен заметил, как мимо его кабины проносится серебряная вспышка заряда.

Когда до «Гладиатора» оставалось метров двести, «Черный Ястреб», будто споткнувшись, шатнулся вперед и зажег прыжковые двигатели. Если бы здесь была нормальная сила тяжести, он смог бы прыгнуть всего на полторы сотни метров. Но здесь, в невесомости, отключив подачу энергии на магнитные адаптеры, робот полетел вперед как пуля. С невероятной скоростью он направился прямо на «Гладиатора», еще не оправившегося от предыдущей атаки.

Звездный командор Отис попытался отойти в сторону, но Лорен легко сумел подправить траекторию полета. Через несколько секунд изображение огромного «Гладиатора» заполнило весь экран. Роботы столкнулись.

Повреждения от удара были невелики, но «Гладиатор» сорвался с поверхности станции. Лорен отлетел чуть в сторону и увидел, что ему удалось добиться желаемого эффекта. Робот Клана Кота парил в пустоте, быстро удаляясь от станции. Судя по изображению на стрелковом дисплее, больше всего повреждена у него была средняя часть корпуса, но и там ферроволоконная броня была такая толстая, что могла выдержать еще не одно попадание.

Лорен открыл огонь из пулеметов, автопушки и лазера, целясь «Гладиатору» в правую ногу. Отдача разнесла роботов еще дальше.

Отис пытался разобраться, насколько серьезен нанесенный ему ущерб. Хотя пулеметы и лазер могли лишь слегка повредить мощную ногу робота, автопушка выдолбила в ней большие пробоины. Лорен увидел, как оттуда разлетаются и повисают в пустоте капли серебристой жидкости.

Прыжковый двигатель! Я попал ему в прыжковый двигатель!..

Прежде чем Отис успел что-то сделать, Лорен дотянулся до кнопки, вмонтированной Митчем, – той, что пускала по миомерному тросу ток. Трос натянулся – несильно, как резиновый, – и «Черный Ястреб» мягко опустился на поверхность зарядочной станции.

– Спешишь, дружок, как все Ягуары, – усмехнулся звездный командор Отис. – У меня тоже есть трос, я тоже могу вернуться.

Лорен посмотрел вверх и увидел, как мимо пролетает истрепанный конец троса «Гладиатора», оборванный и покрытый отметинами от попадания снарядов автопушки. Последовала долгая пауза – Лорен представил себе, как звездный командор Отис неистово колотит по кнопке, пытаясь пустить по тросу ток, а потом понимает, что между ним и поверхностью станции – только пустота.

– Для тебя битва закончена, – сказал Лорен. – Я – Дымчатый Ягуар и потому редко промахиваюсь.

– Будь ты проклят! – вне себя заорал Отис, открывая пальбу из лазеров.

«Черный Ястреб» был слишком далеко, чтобы можно было надеяться на попадание, более того – с каждой секундой расстояние увеличивалось. В нейрошлеме у Лорена запищал сигнал вызова и раздался голос – он узнал Керндона.

– Звездный полковник Лорен, вашему звездному собрату нужна помощь. – Керндон тоже играл свою роль.

Лорен немедленно обернулся в сторону Грегори Гектора и увидел, как последний элементал опускается на броню «Масакари» – остальные четверо уже сидели на ней и отрывали своими огромными клешнями броневые пластины, уже, видимо, поврежденные ракетами, которые они выпустили из пусковых установок на плечах. По тусклым отсветам, вырывавшимся из пробоин, Лорен понял, что его лейтенанту скоро придет конец.

Один из элементалов просто повис на правой руке «Масакари», которой тот размахивал во все стороны. Силовой клешни у элементала уже не было – должно быть, Гектор ее отстрелил. Еще один пехотинец в тяжелом доспехе, вцепившийся в правую ногу, был весь покрыт отметинами от лазерных попаданий. Однако бойцами Коты были очень хорошими и держались крепко.

– Мне бы не помешала ваша помощь, сэр, – задыхаясь проговорил Гектор. Он явно все свои силы тратил на то, чтобы не давать элементалам передышки.

– Выполняйте план, лейтенант. Они вас облепили.

– Сэр…

– Хватит болтать, делайте, что вам велено! – приказал Лорен.

– Всегда терпеть не мог физику, – пробормотал Гектор.

«Масакари» отключил магнитные адаптеры. Мощные коленные приводы согнулись, робот словно присел на корточки над одним из элементалов, копошившимся на его ноге и успевшим уже отодрать изрядный кусок – и вдруг, без всякого предупреждения, взвился вверх, быстро разогнув колени и оттолкнувшись ногами от поверхности станции

Восьмидесятипятитонный «Масакари» взлетел как ракета. Благодаря своей массе он получил огромный механический момент движения. Элементалы, которых это застало врасплох, едва удержались. Лорен с восхищением смотрел на полет «Масакари» и его невольных спутников, не сводя глаз с быстро разматывающегося миомерного троса – кажется, он был не поврежден.

Трос натянулся. Лорен знал, что элементалы должны сосредоточить внимание на том, чтобы не отцепиться от робота. Его замысел был им до последнего момента не ясен. И тут, как и говорил Гектор, сыграли свою роль законы физики. Лейтенант дал мощный заряд в миомерный трос.

Если Лорен, будучи примерно на таком же расстоянии от поверхности станции, пустил по тросу не очень сильный ток и приземлился мягко, то теперь трос мгновенно сжался в сотню раз, могучим рывком швырнув «Масакари» вниз со скоростью большей, нежели та, с которой он взлетел.

Понятно, что стало с элементалами. Момент движения тяжелого робота, передавшийся им, внезапно обратился вспять Резкий толчок, тяжело сказавшийся и на лейтенанте Гекторе, сидевшем в кабине, для них оказался гибельным.

Результат не заставил себя ждать. Трое пехотинцев сразу же оторвались от робота и полетели дальше в пустоту. Клешня четвертого лязгнула, и мгновение спустя он врезался в двух своих товарищей. Из-за бешеного вращения им понадобится несколько часов, чтобы при помощи встроенных реактивных двигателей выровнять полет и вернуться к станции. Законы физики – это все же законы физики…

Омниробот лейтенанта Гектора мчался вниз: к его груди намертво прилип, стремясь избежать участи своих товарищей, последний элементал. Миомерный трос сокращался не вполне равномерно, и «Масакари» слегка закрутило.

Лорен видел, как ноги элементала оторвались от брони робота, но руками он продолжал цепляться. «Масакари» грохнулся на поверхность станции и немного подскочил, откуда-то вырвалась струя кислорода или еще какого-то газа.

Лорен разглядел останки последнего элементала – того, что не хотел отцепляться. Он висел у «Масакари» на корпусе, и его зажало между роботом и станцией, когда они столкнулись. Грудь и голова элементала были размозжены, на искореженной броне «Масакари» осталось пятно крови. Ноги пехотинца при ударе оказались скрещены, теперь они превратились в расплющенное месиво, как у игрушечного пластмассового солдатика, которого забыли на жарком солнце.

Лорен вышел на связь по широкому каналу:

– Звездный командор Клана Кота Эдвард, говорит звездный полковник Лорен из Клана Ягуара. Ваши силы разгромлены благодаря нашему превосходству в тактической выучке. Мы еще раз увидели, кто есть истинный носитель Наследия Керенского. Пришлите своих вольнорожденных техников, чтобы подобрать мертвых и тех, кто еще только стремится к своей смерти. Паруса нашего Т-корабля расправлены, и вы можете начать передавать нам заряд двух аккумуляторов из тех, что мы выиграли. Здесь Ягуары победили вас. Запомните это и передайте остальным: мы пришли охотиться на тех, кто стоит на пути нашей судьбы!..

Осталось еще одно дело. Сегодня Лорен срежет первый виток шнура с запястья Керндона. «Связанный» вполне доказал свою верность.

XXV

Баннокбернское Ущелье

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

9 июля 3058 года

«Кошка» Стирлинг оглядела штабной купол. На лицах старших офицеров была заметна усталость. Они дошли до Баннокбернского Ущелья, но Ягуары пока не появлялись.

У майора Крейга под глазами были темные круги. Капитан Ловат, начальник разведки, качал головой из стороны в сторону, разминая мышцы шеи. Шо-са Паркенсен стоял в вызывающей позе, скрестив руки на груди, рядом с майором Блэкадаром. Тот прислонился к углеродному столбу каркаса купола, будто к стене, словно не обращал внимания на то, что палатку можно в любой момент собрать и засунуть в заднюю часть кабины боевого робота – в смысле, спрятать с глаз подальше.

Стирлинг оглядела серый купол, все десять метров в поперечнике, и подумала: интересно, сколько же она им пользовалась в разных кампаниях и сколько еще будет пользоваться?

Здесь слишком много воспоминаний. Я таскаю за собой эту палатку из боя в бой…

Самым неприкаянным выглядел новопроизведенный майор Фуллер. Для него совещания старших офицеров были в новинку, и он понятия не имел о том, чего от него ждут.

– Мы заняли позиции в узких местах ущелья, – сказала Стирлинг. – Ягуары должны были пожаловать к нам еще вчера. Разведка, каковы последние донесения?

Ловат немедленно ответил:

– Разведчики Льюиса заметили противника. Похоже, Ягуары закрепляются на позициях в своем конце ущелья.

– Ручаюсь, они окапываются, – вставил Крейг.

– Это не в их стиле, – покачал головой Ловат. – Если бы Ягуары пользовались своей обычной тактикой, то уже пошли бы в атаку. Но они почему-то медлят.

– Воспользуйтесь этим, – подал голос из задней части купола шо-са Паркенсен. – Нанесите этой Роберте удар, пока она сама не начала наступление.

Стирлинг отрицательно покачала головой:

– Возможно, звездный полковник Роберта именно этого от нас и ждет. Прежде чем атаковать, я хочу понять, что она задумала…

Капитан Ловат выступил вперед:

– Позвольте, полковник, мэм. У нас на орбите осталось еще несколько спутников, которых Ягуары до сих пор не засекли. Данные пассивного сканирования ничего не дают. Я мог бы воспользоваться одним из активных спутников и просканировать весь район.

– А разве его не собьют, как только вы его задействуете? – спросил майор Фуллер.

– Собьют, – кивнул Ловат, – но если мы получим необходимую нам информацию, с этим можно смириться.

– Хорошо, капитан, так и сделайте, – решила Стирлинг. – Собираемся здесь же через два часа. Пока что приведите войска в состояние полной боевой готовности.

Вместе с остальными она вышла из палатки и оглядела окрестности. Справа лежала густая тень крутых каменных стен узкого ущелья. Слева, вдалеке, на фоне темно-зеленого неба с бегущими по нему облаками четко выделялся континентальный шельф Новой Шотландии. Справа – затянутый облачной дымкой континент Новый Нортвинд. Над будущим полем битвы пронесся легкий прохладный ветерок.

Там мой враг. Роберта к чему-то готовится. И как только я узнаю, к чему, она пожалеет о том дне, когда выкарабкалась из своей чертовой пробирки…

– Спутник может проработать двадцать пять минут до того момента, как эсминец его засечет и собьет, – сказал капитан Ловат. Офицеры собрались в палатке вокруг переносного голографического проектора. – Хорошая новость состоит в том, что я, кажется, знаю, почему наша дорогая ягуариха Роберта уже два дня или около того не кажет носу.

Он включил проектор, и в воздухе появилась голографическая карта ущелья. Позиции фузилеров изображались голубыми иконками, а роботы и элементалы 101-го наступательного соединения, «Кровавые Когти», – красными. Разделяло их совсем небольшое расстояние, заполненное стилизованным каменным крошевом. Полковник Стирлинг склонилась над картой, внимательно ее разглядывая:

– Не понимаю, о чем вы, капитан.

Ущелье было шириной всего метров двадцать. Дно его было усеяно крупными камнями. На западе за иззубренными скальными выходами сгрудились фузилеры. На востоке – Ягуары. Обрывы по сторонам ущелья круто уходили вверх, в почти лишенную воздуха бездну неба.

– Минутку, полковник, – ответил Ловат.

Он несколько раз нажал на кнопку, и масштаб изображения стал уменьшаться – в кадре появлялось то, что раньше не помещалось. Внезапно на краю карты, где-то к юго-востоку от ущелья, возникла еще одна красная точка.

– Вот она, – сказал Ловат.

Он подвел указку к красной точке, и масштаб карты тут же снова увеличился – на этот раз чтобы показать содержащихся в точке иконки роботов и элементалов.

– Ну-ка, ну-ка, – сказала полковник Стирлинг, впервые за последние несколько дней улыбаясь, – что это у нас тут?

– Наступательные омнироботы, полная «звезда», – ответил Курт Блэкадар. – И два «луча» пеших элементалов.

Он повернулся к капитану Ловату:

– Насколько точна эта информация?

– На девяносто пять процентов, – спокойно сказал тот. – Вероятность высока…

– Она отправила их в обход, возможно, даже через весь континент, как и мы собирались сделать, но дальше на восток – вот почему на это ушло так много времени, – заговорила полковник Стирлинг. – Звездный полковник Роберта ждет, пока они не займут позицию на нашем юго-западном фланге. Этот отряд должен нанести удар нам в спину, но ему еще придется сюда добраться… Вот почему Ягуары теряют время, сидя в этом ущелье. Она планирует атаковать нас с севера основными силами, а с юга в это время готовится маленький сюрприз.

– Черт побери, – только и мог пробормотать Каллен Крейг.

– Во-во, именно «черт побери», – откликнулась Стирлинг. – Майор Блэкадар, она знает, что мы просканировали местность. Как по-вашему, что она предпримет?

– Я бы на ее месте понял, что мой план разгадали, и бросил бы в бой все свои силы, чтобы покончить с противником раз и навсегда.

– Я тоже так думаю, – согласилась Стирлинг. – Но в эту игру можно играть и вдвоем.

Она повернулась к новому командиру Кильситской Стражи:

– Майор Фуллер, прикажите капитану Льюису и его общевойсковому отряду засесть в тылу, как мы и планировали, а потом берите роту и идите встречать тех, кого Роберта нам собирается предъявить в качестве сюрприза.

Остальные ваши силы будут помогать «Черным Гадюкам» на дне ущелья, на правом фланге.

– Есть, мэм, – отсалютовал Фуллер.

– А вы, Блэки, подготовьте своих «Черных Гадюк» и выдвигайте их, как мы собирались, вдоль восточного края ущелья. Майор Крейг, готовьте свои войска к наступлению.

Стирлинг уперла кулаки в бока, оглядела своих офицеров и подвела итог:

– И запомните, ребята: мы здесь не для того, чтобы их победить или втоптать в землю. Мы должны лишь пустить им кровь и сматываться. Майор Жаффрей приведет подмогу. А нам нужно только поцарапать их, чтобы они убрались зализывать раны.

– Не жеманничайте со мною, звездный капитан, – резким тоном сказала в микрофон звездный полковник Роберта.

Ее сила была не в том, чтобы сидеть и ждать боя. С каждым вдохом кабина робота казалась ей все теснее. Роберту бесило то, что фузилеры были от нее меньше чем в километре, окапывались и ждали, пока она придет и убьет их.

Казалось, все было продумано четко. Хотя отряд, отправленный в обход, двигался медленно, в конце концов он появится и ударит фузилерам в тыл – а она в этот же момент начнет наступление. Зажатые в узком месте между двумя плато материков фузилеры будут загнаны в ловушку и перебиты до последнего человека.

Капитан Кларк Крисхольм ответил спокойным голосом:

– Замечен спутник, проводящий активное сканирование вашей зоны действий. Мы его сбили… как и еще несколько.

– Сканирование прошло успешно?

– Не могу знать, звездный полковник. Мне известно, что оно проводилось, но было ли оно завершено и успел ли спутник передать полученные данные фузилерам, сказать не могу.

Вся ярость, которую звездному полковнику Роберте до сих пор удавалось сдерживать, внезапно выплеснулась наружу. Не просто недовольство крушением планов – неистовая ярость, результат жизни, полной сражений, и продукт генов воина двухсотлетней древности, заполнила кабину. Ее лицо исказилось от бешенства:

– Мой план провален!..

– Я не могу однозначно судить об этом, звездный полковник, – ответил Кларк Крисхольм.

– Я могу, безмозглая ты тварь!.. – вне себя от гнева заорала Роберта.

Она повернулась к смотровому порту своего «Палача» и стала вглядываться в мрачные скальные выходы.

Хватит играть с этими фузилерами в игрушки. Пора показать им всю ярость Дымчатого Ягуара!..

XXVI

Баннокбернское Ущелье

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

10 июля 3058 года

В динамике – транслируемый по защищенному каналу – раздался голос капитана Ловата. Задремавшая было в кабине своего «Великого Титана» «Кошка» Стирлинг немедленно проснулась.

– Полковник, дозоры на периметре засекли огромное количество омнироботов, прогревающих реакторы.

Как и большинству остальных фузилеров, за последние несколько дней «Кошке» Стирлинг редко удавалось как следует поспать.

– Думаете, началось? – спросила она.

Голос Ловата подействовал, как ведро ледяной воды. Она глянула на хронометр – до рассвета оставалось еще несколько часов. Ночь, черная, как деготь, затруднит действия обеим сторонам.

– Думаю, да, – отозвался Ловат.

– Ну, значит, пора.

Стирлинг вышла на связь по командному каналу – ее голос услышал каждый из ротных и звеньевых командиров, томящихся в ночи.

– Говорит полковник Стирлинг. Яги зашевелились. Командирам батальонов приступить к выполнению плана «Альфа». «Черным Гадюкам» ожидать моего приказа.

Ответом ей было долгое, не меньше пяти минут, молчание. «Кошка» Стирлинг оглядывала окрестности, зная, что где-то там, в темноте, наконец-то движется к ней навстречу до сих пор безликий враг – звездный полковник Роберта.

Потом началось. Земля в середине ущелья задрожала, будто приближалось стадо испуганных бизонов. Вдалеке, там, где держал первую линию обороны батальон Крейга, ночь озарилась пламенем – это несколько элементалов поднялись в воздух; потом пролился огненный дождь ракет ближнего действия, обрушившийся на боевых роботов фузилеров.

Внизу, на земле, голубые молнии скорострельных излучателей залили узкие щели между скальными выступами. Пульсирующие лучи лазеров – красные и зеленые – выстроили вокруг фузилеров стену смерти.

– Первый и Второй батальоны – в бой! – приказала Стирлинг.

Она вывела «Великого Титана» из-за каменного укрытия и прицелилась в «Локи», первого робота Ягуаров, которого увидела, – он на полной скорости пробился в середину позиции фузилеров.

Дальнобойные ракеты сошли с направляющих и по слегка изогнутой траектории рванулись к движущейся мишени, уязвив «Локи» в голени и бедра. За этим последовал огонь из спаренных тяжелых лазеров – их лучи угодили в правую руку омниробота и разнесли вдребезги плечевую ракетную установку.

Битва началась.

«Победитель» майора Каллена Крейга, вырвавшийся далеко вперед, получил заряд гауссовой пушки в корпус. Удар был настолько силен, что почти сбил робота с ног.

Благодарить за это следовало похожего на птицу «Стервятника». Этот робот, вооруженный лишь ПИИ, не перегревался, а Крейгу приходилось бороться со все возрастающей жарой.

С холодным спокойствием он навел на приближающегося «Стервятника» свою собственную пушку. Тот, словно угадав его намерения, вильнул в сторону, пытаясь убежать из сектора обстрела, но оставив свое оружие наведенным на «Победителя».

Однако Крейг был превосходным наводчиком. Снаряд попал «Стервятнику» в короткую правую руку и начисто ее оторвал. Из плеча посыпались искры, потом повалил дым.

Но Ягуар не унимался. Выстрелом навскидку с оставшейся руки он угодил «Победителю» прямо под левое колено. Температура в кабине резко подскочила, Крейг почувствовал, как робот теряет равновесие. Он переключился на второй алгоритм прицеливания, и, как только услышал в наушнике нейрошлема сигнал, сообщавший, что цель захвачена, дал залп.

Ракеты ближнего действия и лучи средних лазеров попали «Стервятнику» в корпус, но он продолжал приближаться, одновременно с этим заряжая оставшуюся пушку новой обоймой, поднимая ее и наводя на «Победителя». Внезапно в предутренних сумерках мелькнула тень еще одного робота. Крейг рванул рычаг и двинул «Победителя» задним ходом, стараясь сохранить дистанцию и переводя свою пушку в боевое положение.

Появившийся робот, судя по маркировке – фузилер, залил спину «Стервятника» огнем из скорострельного ПИИ. Последовала ярко-голубая вспышка, и на миг «Стервятник» превратился в черный силуэт. Он сделал еще один неуверенный шаг вперед, потом потерял равновесие, закачался и упал.

Его место тут же занял еще один омниробот, на этот раз – «Бешеный Кот». Он выпустил по роботу, спасшему Крейга, мощный залп дальнобойных ракет, и в свете их сопел Крейг разглядел знакомые очертания «Хатамото-чи», боевого робота, которого пилотировал шо-са Эльден Паркенсен.

Крейг снова двинул «Победителя» вперед – на его корпус прыгнул вражеский элементал, тут же вонзивший лазерный луч в боковую стенку кабины робота.

Если останусь жив, мелькнуло в голове у Крейга, придется Паркенсену наливать…

Внизу и слева от себя майор Курт Блэкадар мог хорошо видеть настоящий фейерверк – битва была в самом разгаре. Однако он был занят другим: под его руководством две роты «Черных Гадюк» поднялись наверх, на плоское плато континента Новый Нортвинд, а потом должны были спуститься с другой стороны полуострова и войти в ущелье, оказавшись в тылу у Ягуаров. Благодаря умелой маскировке, а также использованию легкого радиопротиводействия и термоуловителей, они должны были добраться туда незамеченными.

На то, чтобы выйти на исходную прзицию, потребовался целый день. Зато теперь приближался момент, когда эти труды должны окупиться с лихвой. Пока что Ягуары, похоже, не знают о том, что «Черные Гадюки» здесь, – ну и пусть дальше не знают.

Спуск по скалам таил в себе опасность, ведь тропинок здесь не было. До поля боя оставалось два километра, и, судя по вспышкам и взрывам, там не происходило ничего особенного – обычный день в аду.

Майору Блэкадару очень хотелось забыть обо всех приказах, немедленно броситься в атаку и ударить Ягуаров во фланг и в тыл. Но он удержался. Тем, кто ослушался полковника Андреа Стирлинг, обычно долго протянуть не удается. Нет уж, надо ждать ее сигнала.

– Гадюка-1, – раздалась по защищенному каналу скороговорка Крейга, – двигай сюда, да поскорее. Нас сейчас в порошок сотрут.

– Ответ отрицательный, – ответил Блэкадар, вытирая о шорты потные ладони: в кабине было жарко. – Жду, пока Кошка-1 меня вызовет.

– Черт тебя побери, Курт, может, ее уже в живых нет! Двигай сюда, идиот!..

В голосе Крейга слышалась паника. Разговор прервало шипение помех – значит, Ягуары пользуются системой радиопомех, пытаясь перекрыть командные частоты.

Блэкадар и думать не хотел о возможности того, чтобы полковник погибла. Он был исполняющим обязанности старшего помощника. В случае ее смерти командование полком переходит к нему. И не просто полком, а полком, попавшим в ловушку, запертым на не прощающей ошибок планете, имеющим лишь слабую надежду на спасение…

Он чуть увеличил число оборотов реактора, чтобы в любой момент робот был готов двигаться. Могучий «Альбатрос» задрожал, словно сам тоже жаждал броситься в битву.

Но Блэкадар опять сказал себе «нет». Если бы Стирлинг погибла, кто-нибудь уже сообщил бы об этом. Он будет держаться, пока так или иначе не получит сигнала. Если на поле боя используется система радиопротиводействия, полковник Стирлинг, возможно, просто лишилась связи. Как ни хотелось ему пустить свои роты в бой, ему удалось побороть искушение. Вопрос только в том, как долго еще ему это будет удаваться?

– Мать вашу-перемать! – заорал майор Джейк Фуллер, увидев идущую на него волну вражеских роботов. – Руби их, ребята!..

Он переключился на полковую командную сеть.

– Кошка-один, говорит Страж-один. Контакт с противником!..

Ответа не последовало, и не понять было – то ли она не может ответить, то ли просто слишком занята. В любом случае у Фуллера были и свои дела.

Когда два копья Кильситской Стражи столкнулись с силами быстрого развертывания Ягуаров, стояло раннее утро. Яги пронеслись мимо лагеря Фуллера, либо просто не заметив Стражей, либо не обратив на них внимания, желая как можно быстрее прорваться в глубину обороны фузилеров. Фуллер прогрел реактор и, как только Ягуары поняли, что происходит, ударил им в тыл. Началась мясорубка.

Не люблю я так драться – один и без всякой поддержки. До ущелья – восемьдесят шагов, и если мы их тут не остановим, те из них, что уцелеют, смогут продолжить атаку.

Все понимали ситуацию и знали, что они обязательно должны победить.

– Пора вам сдохнуть, котятки, – пробормотал Фуллер, делая боевой разворот.

Впереди в темное небо поднялись трое элементалов и со смертельной точностью дали залп ракетами ближнего действия. Джейк повернул своего «Цербера» и бросился бежать, паля по элементалам из четырех средних лазеров. Спаренные пушки Гаусса, установленные на руках робота, он переключил на отдельную систему прицеливания – против элементалов это мощное оружие бесполезно.

Лучи лазеров пронизали сумерки, и два из них достигли цели. Один элементал лишился ноги, другому луч угодил в грудь. Одноногий потерял управление и рухнул на землю. Второго луч, пробив на груди доспех, отбросил назад, элементала развернуло, и он полетел прочь.

Перед «Цербером» возник еще один элементал, открывший огонь из ручного лазера – он пытался попасть в реактор. Джейк с удивлением понял, что это тот самый, который только что потерял ногу. Поднявшись в воздух на одной дюзе, работавшей на полную мощность, настырный Ягуар сражался, будто и вовсе не был ранен.

Молодой и. о. майора открыл огонь из обеих своих пушек, думая только о том, что, если с батальоном что-нибудь случится, майор Жаффрей заставит его до конца жизни чистить нужники.

Майор Курт Блэкадар в третий раз увеличил число оборотов реактора. Теперь двигатели «Альбатроса» работали на полную боевую мощность.

Уже десять минут он пытался что-нибудь услышать на командирской волне, но ничего, кроме помех, на ней не было. Внезапно раздался голос – ясный и бодрый, на миг покрывший шум помех:

– Кошка-один – Гадюке-один: вперед, вперед, вперед!..

Секунду Блэкадар сомневался – правда ли он слышал этот голос, или ему показалось?.. Из-под нейрошлема на лоб стекали капли едкого пота, разъедавшего глаза.

Он замер, но только на миг. В тот момент, когда Курт Блэкадар уже решил, что скорее всего это ему показалось, что это ошибка уставшего мозга, он понял, что ждать больше не может.

– «Черные Гадюки», – сказал он в микрофон, – поехали!..

XXVII

Баннокбернское Ущелье

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

10 июля 3058 года

Звездного полковника Роберту сильно тряхнуло – легкий робот марки «Волчий Капкан» одновременно дал очередь из автопушки и сделал залп дальнобойными ракетами. Извивающаяся черная змея, нарисованная на борту «Капкана», четко отпечаталась в ее сознании.

Робот появился внезапно – Роберта как раз приближалась к величественному «Хатамото-чи», чтобы вызвать его на поединок. Большинство ракет прошли мимо ее «Палача», но автопушка попала в цель и помяла броневой нагрудник. Роберта навела на «Капкан» тяжелые лазеры и нажала на гашетку – обе руки маленького робота окутались алым пламенем.

Роберта бросила взгляд на тактический дисплей. Сзади и слева приближались по ущелью почти две дюжины боевых роботов фузилеров.

– Ударная «звезда» «Гамма», враг с тыла. Подавить огнем. «Кровавые Когти», внимание! Все ко мне, сокрушим гадов!..

Но тут же попадание в бок заставило ее повернуться – мимо промчался, стреляя на бегу, фузилерский «Дженер». Половина его средних лазеров промахнулась, но лучи остальных нашинковали броню на левой руке «Палача». Разъяренная подобным оскорблением, Роберта нацелила вслед роботу пушку Гаусса и выстрелила.

Серебристый заряд вонзился «Дженеру» в правую часть корпуса и прошел навылет. Несмотря на сотовую систему обеспечения безопасности взрывчатых веществ, его боеприпасы сдетонировали, и робот окутался ослепительным пламенем. Пилоту «Дженера» – это была женщина – каким-то образом удалось в последний момент катапультироваться, и взрывная волна унесла ее в ночь. Потом открылся парашют-крыло, и она заскользила в воздухе обратно ко дну ущелья.

Роберта пристально смотрела на воина-фузилера. Она видела перед собой лишь противника, врага, который сражался хорошо, но все же оставался врагом. «Палач» пробежал семьдесят с небольшим метров и остановился возле того места, где должна была приземлиться женщина-пилот.

Полностью осознавая, что делает, Роберта поймала противника в прицел и дала пулеметную очередь. Первые две пули сразу попали в грудь, а остальные рвали в клочья уже мертвое тело, повисшее в стропах парашюта.

Роберта включила командный канал связи.

– Пленных не брать. Жрите их заживо.

Она облизнула сухие губы и с нездоровым аппетитом посмотрела на оставшегося вдалеке «Хатамото-чи». Робот возвышался над ущельем, как мифический великан, и звал ее на смертельный бой.

Полковник Андреа Стирлинг переместилась на правый фланг позиций пехоты. Ягуары вгрызлись в порядки фузилеров, прорываясь в глубь обороны и неся с собою опустошение.

Группа Ягуаров, хотя и имевшая численностью всего одну «звезду», по составу была внушительна: «Стрекоза», «Рожденный-в-Котле», «Коши», «Ворон» и «Ханкиу». Все пять роботов, которым удалось пройти сквозь строй фузилеров, были повреждены, но, судя по мощи их натиска, кровь воинов все еще горела в жилах пилотов.

Мысль неутешительная.

Общевойсковая пехота капитана Джебедии Льюиса окопалась среди камней, обстреливая омнироботов зажигательными ракетами и зарядами ручных скорострельных излучателей. Стирлинг навела прицел на одного из роботов, «Стрекозу», и дала залп дальнобойными ракетами, усугубив дело стрельбой из тяжелых лазеров. По кабине прокатилась знакомая волна жара, но Стирлинг не обратила на нее никакого внимания.

Из-за своей не совсем обычной конструкции легкая «Стрекоза» была уязвима для атак сбоку, вроде той, что предприняла «Кошка» Стирлинг. Руки робота, на которых установлено его вооружение, были прекрасной мишенью. Оба лазерных луча вонзились «Стрекозе» в руку, взрезав броню и залив инфракрасный дисплей «Великого Титана» ярким пламенем – взорвалась ферроволоконная броня. Следом достигли цели ракеты.

Рука робота разлетелась как стеклянная, и последние две ракеты попали «Стрекозе» прямо в корпус. Стирлинг увидела брызги зеленой смазки, потом вражеский робот вспыхнул будто спичка, а долей секунды позже взорвались его боеприпасы – целая обойма ракет ближнего действия, оставшаяся в искореженном обрубке руки. Люки, которые могли бы выпустить наружу взрывную волну, были повреждены и не раскрылись – вместо этого взрыв со страшной силой потряс корпус «Стрекозы». Робот пошатнулся, но остался на ногах.

Вместо того чтобы повернуться и завязать бой с «Титаном», пилот-Ягуар открыл огонь из оставшихся у него лазеров и пулеметов по позициям пехоты. Стирлинг с ужасом видела, как ее бойцы падают, будто скошенные чудовищной косой.

Эта Роберта хочет не просто победить – она желает полностью нас уничтожить…

Вне себя от ярости, Стирлинг сделала несколько шагов вперед и дала залп ракетами ближнего действия. Прицел был точен, и ракеты ударили в приземистое туловище

«Стрекозы». Опаленный правый бок робота различить в темноте было трудно, но все изменилось, как только ракеты врезались в самые потроха машины и вырвали их наружу: это действо сопровождалось грохотом и яркой вспышкой. «Стрекоза» была мертва, из пробоин торчали обломки внутренних структур.

Группы внедрения капитана Льюиса – на них были силовые доспехи, аналогичные тем, что носили элементалы, только полегче, – появились из засады и открыли огонь по приближающемуся «Ворону».

Вдалеке появился еще один робот – огромный фузилерский «Победитель». Он потемнел от огня и был с трудом различим среди хаоса битвы. «Победитель» шел, шатаясь, и палил из пушки Гаусса. Стирлинг узнала его и поразилась – сколько повреждений получил майор Крейг. Если его так изуродовало, то что же с остальными роботами полка?..

И где-то на задворках сознания приютилась еще одна мысль: интересно, что там с Паркенсеном…

Звездный полковник Роберта обернулась, пытаясь разглядеть, откуда прилетели попавшие в нее ракеты, и тут в кабине загремел гневный и властный голос:

– Звездный полковник Роберта, я наблюдаю за развитием ситуации. Ваши потери значительно выше, нежели предполагалось. В настоящее время продолжать бой означало бы лишить «галактику» «Охотница» возможности когда-либо победить наших врагов – Клан Кота. Приказываю вам немедленно отступать!

Этот приказ был для нее смерти подобен. Отступив, Роберта нанесла бы страшный, может быть, даже невосполнимый ущерб своей воинской чести – на такое она ни за что не пошла бы. Она всегда побеждала, каково бы ни было соотношение сил. Теперь же Роберта узнала новое, незнакомое доселе чувство – унижение.

Полковник Роберта, офицер Клана Ягуара, умела лишь побеждать – к поражению она не была готова.

Она опять услышала жесткий, даже жестокий голос галактического командора Девона Озиса:

– Отвечайте, звездный полковник!

Ее тело начало двигаться будто само по себе, не подчиняясь воле. Роберта переключилась на частоту связи «галактики» и заговорила, едва понимая, что делает:

– Ут, галактический командор. Мои войска будут отступать…

Такова воля моего клана… клана, который я подвела.

Она отдала приказ. Слова срывались с губ, она делала то, что должен делать Ягуар, – выполняла команду вышестоящего офицера. Роберта смогла произнести приказ об отступлении, но это еще не значило, что она могла отступить. Для нее было непостижимо: как это – вернуться в базовый лагерь, не одержав победы. Если ход сражения повернулся таким образом, сделать можно лишь одно – следовать по пути воина-Ягуара.

Вдалеке все еще виднелся «Хатамото-чи». Система инфракрасных фильтров работала со сбоями, но Роберте удалось выделить его изображение. Он отступал, пытаясь выбраться с поля боя. Звездный полковник Роберта чуть улыбнулась.

Да, еще есть способ добиться победы – во имя Ягуара.

– Бой начался час назад, – доложил Джейк Фуллер. – Мы понесли тяжелые потери, но из Ягуаров никто живым не ушел.

Пауза.

– Они дрались до последнего человека.

Голос Фуллера был усталым и неприятным. Стирлинг повела «Великого Титана» вокруг большой скалы, пытаясь найти кого-нибудь – хоть своих, хоть врагов.

– Вас поняла. Следуйте к назначенной точке встречи. Внезапно в динамиках нейрошлема раздался еще один голос:

– Я – звездный полковник Роберта из Клана Дымчатого Ягуара. Приготовьтесь встретиться со мною, как подобает воинам – один на один, в бою до смертельного исхода!

Обращалась она не к Стирлинг, а к находившемуся поблизости «Хатамото-чи» Эльдена Паркенсена. Тот стоял по колено в обломках поверженных омнироботов и добивал последнего элементала. Пройдя чуть вперед, Стирлинг увидела медленно движущегося «Гладиатора» со следами попаданий на броне.

– Иди сюда, детка, вместе мы найдем то, что ищем! – мрачно отозвался шо-са Паркенсен.

Оба они ищут смерти, поняла Стирлинг. Паркенсен – из-за своего прошлого, Роберта – из-за поражения. Что бы она ни думала об офицере-соглядатае и его манере постоянно занудствовать, он и его робот были нужны фузилерам. Теперь – как, впрочем, и с самого начала, – на счету была каждая боевая единица.

Если он хочет смерти, пусть ищет ее в другое время и в другом месте, раздраженно подумала Стирлинг.

Она навела прицел на медленно шагающего «Гладиатора», высматривая те места, что уже были повреждены. Выбрав, наконец, точку на искореженном корпусе, она дала залп последними оставшимися ракетами дальнего действия, сопроводив их полет огнем тяжелых лазеров.

На самом пределе дальности сенсоров, далеко за спиной у «Гладиатора», она заметила еще одного боевого робота. Стирлинг нажала на гашетку, и в этот момент тот робот тоже открыл огонь по «Гладиатору».

«Гладиатора» накрыли сразу две волны огня и металла. Защита реактора нарушилась, и Стирлинг поняла, что кабину Ягуара заливает радиация. Должна была сработать автоматическая система катапультирования, но Роберта, видимо, отключила ее – из подбитого робота никто не показался. Несомненно, она была мертва.

– Этот противник принадлежал мне! – взвыл шо-са Паркенсен, как только Стирлинг и майор Блэкадар подошли к нему. – Она бросила мне вызов в соответствии с традицией поединка, освященной веками!

– Мы спасли вам жизнь, – сказал Блэкадар.

– Моя жизнь вам не принадлежит, чтобы ее спасать, – бесновался шо-са.

«Кошка» Стирлинг посмотрела на «Хатамото-чи» с отвращением. Но на нее бой тоже подействовал неадекватно.

– Шо-са, – устало сказала она, – вас мама в детстве не учила случайно говорить «спасибо»?

XXVIII

Планетарный командный штаб Клана Кота

Новый Лортон

Тарнби

Оккупационная зона Кланов Ягуара и Кота

13 июля 3058 года

В своем доспехе элементала звездный полковник Сэнтин Вест смотрелся впечатляюще, но настроение у него было прескверное. Тестирование прошло хуже, чем следовало – такие вещи всегда выводили его из себя. На шлеме у него, над самой глазной прорезью, изображен герб Клана Кота – собственно кот, с оскаленными клыками, окруженный множеством звезд. Эмблема ярко выделялась на черной, как смоль, броне.

Ниже, на груди, был знак 179-го соединения – Круга Силы, его подразделения. Яркое желто-белое кольцо охватывало кроваво-красные цифры «179». Названо соединение было в честь линии, которую очертил вокруг себя Николай Керенский, когда постился в горах Страны Мечты и впервые узрел в своем видении кланы.

Сэнтин Вест отошел от тестового рубежа и спустился в кессон. Боевой доспех был припорошен тонким слоем пыли после стрельбы по близко расположенной мишени. С привычной беззаботностью Сэнтин опустился в специальное кресло, и два члена технической касты тут же подскочили к нему и принялись избавлять его от тесного доспеха. В принципе, он и сам умел кое-как одеваться и раздеваться, но обычно элементалам в этом должны помогать низшие касты.

Сначала сняли шлем – техники выкрутили болты, и пневматическое крепление со свистом высвободилось. Сейчас Сэнтин не смотрел техникам в лица – впрочем, как всегда. Все-таки это просто обслуживающий персонал, сервы, не более того. Им не следует разговаривать с вышестоящими или иметь наглость надеяться на то, что их будут узнавать в лицо. Они должны выполнять свою работу, да как следует, а не то узнают, где членистоногие зимуют.

Следом за шлемом техники сняли у него с груди переднюю пластину. Это была не просто броня: в пластину вмонтированы сложные электрические схемы, а также системы жизнеобеспечения и поддержания равновесия. Они снабжались энергией из аккумуляторов на спине. Техники работали быстро – чувствовали, что Сэнтин мрачен, и боялись его рассердить.

В дверном проеме появилась светловолосая женщина-воин. Сэнтин Вест хорошо ее знал. Его заместитель, звездный капитан Джилл Ленардон из роты «Сверхновая», прислонилась с косяку двери и довольно легкомысленно, чуть ли не игриво, смотрела, как с него снимают доспехи.

– У меня для вас новости, – сказала она. – Допуск «Серебряный Коготь».

– «Серебряный Коготь», говорите?

Это был пароль, означавший, что ему следует обратить особое внимание – в огромной стратегической базе данных Клана Кота появилась информация о деятельности Ягуаров. Все чувства Сэнтина Веста будто пробудились (лучше бы это случилось пораньше, во время теста…).

– Пусть командный центр загрузит данные в терминал у меня в каюте.

– Слушаюсь, звездный полковник, – ответила Джилл Ленардон, услышав в его голосе тон приказа, она тут же подобралась.

Сэнтин Вест посмотрел на нее внимательней. Гибкая, невысокая, мускулистая – идеальный клановый воин в уменьшенном варианте. Ее крепкие груди, хоть и были стянуты унылой серой тканью, задержали на себе его взгляд.

– Кстати, звездный капитан, если вы пожелаете, я хотел бы сегодня вечером совокупиться с вами, – с нежностью и деликатностью настоящего представителя Клана Кота сообщил Вест.

Девица тоже была не промах – настоящий солдат и настоящая женщина в одном флаконе: в глазах готовность исполнить приказ строгого, но справедливого начальства, в душе готовность с толком провести приятный вечер.

– Ут, звездный полковник, – ответила она, не отрывая взгляда от его мощных грудных мышц и могучих бедер. – Это взбодрит меня.

Сэнтин кивнул. Взбодрит. А если она принесла хорошие вести, совокупление будет еще приятнее.

Никому, кроме Сэнтина Веста, новости не показались бы интересными. Это был просто полевой рапорт о том, что десантный корабль класса «Владыка», принадлежащий Клану Ягуара, отвоевал четыре аккумулятора у станции перезарядки Клана Кота на Периферии. Два заряда Ягуары забрали, а еще два оставили на будущее. В своих устных и письменных показаниях звездные командоры Эдвард и Отис сообщали лишь сухие факты. Правды о потере чести от рук Ягуаров они не скрывали.

Просмотрев данные и голографические изображения, записанные на дисках оставшихся в живых Котов, он нашел то, что искал. Окраска и маркировка омнироботов противника обозначала их принадлежность Клану Ягуара. Как и во многих подразделениях Ягуаров, роботы были помечены греческими буквами, указывавшими на их «галактику», и цифрами, которые обозначали номера соединения и «звезды», а также ранг пилота. Больше всего его поразило то, что на борту «Ястреба Войны» была буква «Тау».

– Ягуар наконец-то выполз из своего логова, – негромко произнес Сэнтин Вест, рассматривая «Палача» – робота Котов, проигравшего Испытание.

Он хорошо чувствовал стыд своего собрата-воина, побежденного в бою.

Сэнтин Вест включил запись сеанса связи с командиром соединения из Клана Ягуара и стал рассматривать маску крадущегося зверя, на протяжении поколений бывшего настоящей чумой для Котов. За спиной у него был нарисован на стене знак – опять буква «Тау».

Сэнтин Вест долго и внимательно смотрел на звездного полковника Лорена. Это был его противник, его враг.

Он прячет свое лицо, так что мы не можем даже гадать о его генетическом происхождении. Когда я сокрушу его в бою, наши ученые сумеют подобрать его жалкие останки, и мы узнаем, что новенького придумали Ягуары… – подумал Сэнтин.

Потом он переключился на карту Глубокой Периферии, нашел звездную систему, в которой располагалась зарядочная станция «Кошачий Глаз-009» и отметил на карте известные Котам базы Клана Ягуара вместе с их базами снабжения.

Сэнтин окружил станцию сферой диаметров в тридцать световых лет – приблизительно такова была максимальная дистанция, которую можно было покрыть одним Т-прыжком, – а потом увеличил ее еще вдвое. Ягуары забрали два заряда, значит, их корабли оборудованы литиевыми синтезными батареями, а до станции они добирались по меньшей мере в два прыжка… может, больше.

Таков менталитет Клана Ягуара: они бросаются в битву, сломя голову.

Известные базы снабжения и транспортные пути Ягуаров находились в стороне от обычных маршрутов космических кораблей. Два Т-корабля, один десантный корабль, один командир соединения… Информации было мало, но больше, чем в исходных данных. «Галактика» «Тау» вышла из укрытия и нанесла удар Клану Кота.

У них должна быть база – новая, неизвестная, спрятанная где-то на Глубокой Периферии.

Они пришли проверить нас, посмотреть, готовы ли мы с ними встретиться.

Он включил личный коммуникатор.

– Мой Хан, говорит звездный полковник Сэнтин Вест. Прошу вас даровать мне аудиенцию.

– Ты принес вести о нашем враге, воут?

– Ут, мой Хан. Ут…

XXIX

Десантный корабль «Буллран»

Зенитная точка перехода

Система ЕС-ЕУ-4150

Глубокая Периферия

13 июля 3058 года

Маленькая комнатка в глубине железного чрева «Буллрана» была полна народу – люди Лорена пытались найти себе место если не для сидения, то хотя бы для стояния. Станцию Котов они раздели до нитки, и Лорен хотел как можно скорее убраться из этой системы. Каждый лишний час означал лишнюю вероятность того, что их инкогнито будет раскрыто.

Наконец корабли добрались до точки перехода, но теперь им предстояло четыре дня ждать, чтобы не случилось ошибки при прыжке. За это время они могли перезарядиться, минимизировав риск сбоя в системе управления и тонком прыжковом двигателе, перебрасывающем корабль от звезды к звезде быстрее скорости света. Здесь, в космической бездне, Лорен собирался спланировать следующую атаку на Клан Кота.

– Через четыре дня мы совершаем новый прыжок – на этот раз нашей целью будет система, которую в кланах называют Болтин. Проблема в том, что наши разведданные по этой планете ограничены, так что, я думаю, вы все можете представить себе, что нас там ждет.

Лейтенант Гектор хмыкнул:

– Не хочу проявлять бестактность, сэр, но вряд ли что может быть хуже, чем прыгать на боевом роботе, привязанном за веревочку, в глубину космоса, да еще с элементалами, которые тебя всего облепили и только и хотят, что убить…

Лорен посмотрел на своего «связанного», стоявшего рядом с ним. Керндон кивнул и заговорил:

– Мои знания ограничены теми данными, которые нам сообщали во время нашего пути во Внутреннюю Сферу. Планета в основном представляет собой пустыню, биосфера на ней крайне скудна и неактивна. Температура на поверхности планеты временами достигает уровня, при котором у роботов, вынужденных вести боевые действия в течение продолжительного времени, могут возникать проблемы из-за перегрева. Полярных шапок нет, облачный покров незначителен. Насколько я помню, период обращения у планеты долгий – почти шестьдесят пять стандартных часов. Коты держат там базу, привязанную к водозаборному заводу и группе складских помещений.

– Похоже, ключевым словом при описании планеты будет «захолустье», – заметил Лорен.

– Ут, майор Лорен.

– А что хранится на этих складах? – спросил Жаффрей.

– Не могу сказать, что там сейчас имеется. Известно лишь, что изначально эти помещения предназначались для хранения запчастей, боеприпасов и продуктов питания.

Лейтенант Триша Макбрайд, сидевшая за столом напротив Лорена, произнесла:

– Насколько я понимаю, некогда это место первым обследовал ваш бывший клан?

– Воут, – ответил Керндон. – Изначально эта планета принадлежала нам. Когда ильХан Ульрик Керенский позволил Котам разделить с нами коридор вторжения, нам пришлось провести ряд Испытаний Права Владения базами снабжения и товарно-транспортными путями, ведущими во Внутреннюю Сферу. Во время одного из этих Испытаний мы проиграли Болтин Клану Кота. Однажды была предпринята попытка вернуть планету нам, но она не увенчалась успехом.

– Где шел бой?

– Полагаю, внутри старого складского комплекса рядом с бывшей базой Ягуаров.

– Старого комплекса?

– Ут, лейтенант Триша, – ответил Керндон. – Нынешняя база – новая, ее построили Коты. Старое строение находилось в восьмидесяти километрах от нее. В результате нескольких случайных попаданий во время Испытания Права Владения произошел взрыв, и здание было уничтожено пожаром. В связи с химическим загрязнением и другими опасностями новую базу построили в стороне от старой.

Эта информация показалась Лорену полезной. Ему уже приходилось сражаться в условиях пустыни, и он знал, какую важную роль играет жара. Единственным преимуществом его лже-Ягуаров было то, что они привыкли к душным кабинам роботов Внутренней Сферы, лишенным мощного охлаждающего оборудования омнироботов кланов. Конечно, для того чтобы одержать победу в битве, этого мало. Любой гарнизон, размещенный на подобной планете, несомненно, тоже привычен к таким условиям – уж в чем, а в умении приспосабливаться кланам не откажешь.

– Этот складской комплекс – единственное в тех краях место, где можно успешно обороняться. Все остальное – открытое поле. Я хотел бы, чтобы бой шел именно там, но как этого добиться? – задумчиво задал риторический вопрос Лорен.

Керндон помедлил, задумчиво глядя на майора, а потом ответил:

– Достижение этой цели, с учетом специфики тактических моделей нашего противника, представляется возможным, майор Лорен. Сообщите им, что вы желаете бросить вызов не на Испытание Права Владения, а на Испытание Отказа – хотите опровергнуть сдачу им базы, изначально принадлежавшей нам.

Лорен покачал головой:

– Я не хочу забирать у них всю планету, Керндон. Мне нужно просто привлечь их внимание. Не будет ли достаточно для этого провести Испытание Права Владения на склады, полные припасов?

– Так точно, майор, при нормальных условиях – будет. Но вам следует понимать истинную суть подобных Испытаний. Как я вам уже объяснял, это не просто выражение намерения, это – знак силы.

– О чем вы говорите? – удивилась лейтенант Лей Энн Миллер. – Как это – стоит назвать Испытание по-другому и в результате можно будет драться в старом комплексе?

– Коты суеверны. Если вы вызовете их на Испытание Отказа на это место, они, несомненно, выберут его для проведения боя – это их право как защищающейся стороны. По их мнению, оно будет для них благоприятно, поскольку именно там они в последний раз одержали победу над Ягуарами. Такова уж природа их суеверий.

– Какова примерная численность гарнизона на Болтине? – спросил Лорен.

– Не меньше тринария, – ответил Керндон, – кроме того, в такую даль могут послать временное гарнизонное соединение или отряд солама.

– Сдается мне, будто мы и на Обочине V должны были с таким гарнизоном повстречаться, – пробормотал тучный сержант Ролстон Макание.

Лорен не обратил на его слова никакого внимания.

– Если так, то против нас будет выставлена тыловая техника, а не омнироботы.

– Воут, но в вашей заявке это тоже должно учитываться, – сказал Керндон. – Атаковать их равным числом было бы бесчестно.

– Я тут посмотрел разведданные по этим отрядам солама, – вставил сидевший на дальнем конце стола Самптер Берк. – Это самые опытные ветераны. Вы это учитываете, сэр?

– Вы путаете понятия возраста среди кланов и опыта во Внутренней Сфере, – сказал Керндон. – В кланах старшие воины считаются отработавшими свой ресурс. У них есть опыт, но большинству из них не удалось найти возможность погибнуть с честью. Они перенаправляются в отряды солама, чтобы более молодые и генетически совершенные воины могли испытать свой дух и быстрее развить свое мастерство.

– Но что с такими, как Наташа Керенская – Черная Вдова? – спросил Берк.

– Она аномальна, – ответил, не дрогнув, Керндон. – Не принимайте ошибку природы, случившуюся в бывшем Клане Волка, за норму для остальных кланов.

– Я хочу сделать заявку, как Ягуар, – обратился к Самптеру Лорен. – Если я ошибусь, они все поймут.

– Стало быть, – сказала Макбрайд, – мы должны просто дать им легкого пинка под зад, а потом удирать на Обочину да так, чтобы они за нами погнались. Как вы планируете этого добиться, сэр?

У Лорена был план – простой, но апробированный и достаточно верный. Он улыбнулся:

– Не беспокойся, Триша. Я собираюсь оставить после себя парочку улик, чтобы Котам было легче нас найти…

Улыбка сошла с его лица. Майор внимательно посмотрел на своих подчиненных.

– Надо тщательно подготовиться, ребята. Когда мы закончим свои дела на Болтине, следующим пунктом в нашей программе будет Тарнби. Это значит, что здесь все должно пройти без сучка и задоринки. Я хочу, чтобы вы все увеличили время тренировок на симуляторах и дважды перепроверили технику.

– Славное дело, звездный полковник Патриция, – сказал галактический командор Девон Озис. – Мы потеряли слишком много времени на возню с этими наемниками. Я полагаю, что вы добьетесь большего успеха, нежели ваша предшественница, воут?

Патриция только что победила Тибидье Озиса в подаче заявок на право продолжить наступление на наемников. Оба они стояли перед Девоном Озисом в штабном бункере станции «Дикий Кот».

– Ут, галактический командор Озис. Я не разочарую вас.

– Да уж постарайтесь, – сказал Озис с ноткой угрозы в голосе. – Мы и так уже немало потеряли.

– Уверяю вас, что не подведу ни Ягуара, ни «галактику» «Охотница», как это сделала моя предшественница. Ей не хватало понимания нашего противника. Я вижу их такими, какие они есть, – бесчестными вольнорожденными. Мы раздавим их сапогами, как червей, – решительно сказала Патриция.

Озис разозлился:

– Не смейте говорить о почтенной погибшей в таком тоне, звездный полковник. Да, Роберта действительно провалила задание, и в этом была великая потеря чести, но она сражалась до конца.

И я хочу, чтобы вы, если потребуется, поступили так же, подумал он.

XXX

Базовый лагерь фузилеров к югу от Новой Шотландии

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

13 июля 3058 года

После битвы в Баннокбернском Ущелье «Фузилеры Стирлинг» сохранили боеспособность, но их потери были все же велики. Глядя из переносного штабного купола на то, что осталось от ее подразделения, полковник Андреа Стирлинг думала о том, что расположение полка больше похоже на лагерь беженцев, чем на позиции одного из самых элитных наемных подразделений Внутренней Сферы. Враг был жесток.

Если бы ее интересовали только цифры, результат сражения в ущелье был бы, можно сказать, ошеломляющим. Кильситская Стража (за исключением спецподразделения Жаффрей) сохранила сорок пять процентов состава. Пехота капитана Льюиса понесла серьезные потери и была вынуждена отступить под прикрытие «Клейморы» еще до того, как солдаты клана начали наступление. Состояние батальона «Черных Гадюк» было немногим лучше – у них осталось в строю шестьдесят пять процентов личного состава. Нанесенный ими удар в тыл Ягуаров стал переломным моментом всей битвы, однако и для них все обернулось значительными потерями. Третий батальон майора Крейга тоже потрепало, хотя в нем и оставалось еще больше половины сил.

Рота войск Синдиката под командованием прикомандированного офицера Синдиката была выкошена подчистую, и с тех пор, как Блэкадар и Стирлинг спасли Паркенсену жизнь, тот отказывался разговаривать с кем-либо из старших офицеров полка. Стирлинг этому не удивлялась. Она лишила его шанса отвоевать хоть кусочек своей чести, убив Роберту в поединке.

«Кошка» Стирлинг передернула плечами. Ничего, не помрет. Даже больше: он еще пригодится. Хватит и на его долю поиграть в войнушку…

Несмотря на потери, Стирлинг считала битву выигранной. Победа трудная, но все же победа. 101-е соединение понесло такой ущерб, что даже не пыталось преследовать фузилеров, но она знала – это ненадолго.

Вопрос лишь в том, сколько времени я себе купила такой вот ценой?..

«Кошка» Стирлинг потратила на изучение кланов почти столько же времени, сколько и ее старший помощник. Это были безжалостные люди, генетически сконструированные специально для войны. Она знала – поражение, подобное тому, что они потерпели в ущелье, не будет оставлено без ответа. Если 101-е соединение не сумело выполнить поставленную задачу, другие немедленно начнут – а может, уже начали – подачу заявок на право покончить с фузилерами.

«Клеймора» получила во время сражения несколько прямых попаданий, и можно было с уверенностью сказать – летать она больше не будет. Для этого потребуется всесторонний ремонт, возможности проделать который на Обочине V нет. Лежа на западном конце ущелья, корабль по-прежнему контролировал жизненно важный проход, но с места сдвинуться не мог.

На «Клеймору» нужно было послать подкрепление. Но «Кошка» Стирлинг вынуждена была признать, что корабль теперь проходит по графе потерь.

Услышав новости, капитан Маккрай напомнил ей, что «Клейморой» собственно говоря, командует капитан Шпильман.

Маккрай выполнил приказ полковника, быстро вынеся из корабля все важные припасы, снимаемые части и оборудование. Важнее всего были запасы воды и продовольствия – их загрузили в несколько транспортеров и привезли в базовый лагерь. После этого наступила очередь волшебников-подрывников из общевойсковых сил капитана Льюиса. Если все пойдет по плану «Кошки» Стирлинг, «Клеймора» сослужит фузилерам еще одну, последнюю, службу – унесет с собой в могилу дополнительное количество Ягуаров…

Оставив ущелье, полк должен был выдвинуться на двадцать пять километров к западу. Там местность менее каменистая, и роботы и другие машины могли развивать значительную скорость, чтобы держать дистанцию между собой и Ягуарами. Стирлинг хотела бы увести свои силы еще дальше, но знала, как бойцы измотаны сражением.

Она не сомневалась в том, что Ягуары проведут повторную подачу заявок на право уничтожить фузилеров. Стирлинг собиралась подготовиться к их новому визиту тем единственным способом, который знала.

За все годы службы «Кошку» Стирлинг ни разу не заметили среди тех, кто сидит сложа руки и ждет, пока битва сама придет к ним. Ей всегда лучше удавалось самой приходить к своим врагам. Вполне вероятно, что Ягуары думают, будто фузилеры зализывают раны, и собираются нанести им последний удар.

Но у «Кошки» Стирлинг планы были другие.

Из всех старших офицеров, собравшихся вокруг стоявшего посреди штабного купола переносного голографического проектора, самым усталым выглядел майор Крейг. Щеки его были небриты, глаза – как стеклянные, а прыжковый костюм выглядел так, будто Крейга протащило по страшно пересеченной местности вокруг экватора Обочины V.

Майору Курту Блэкадару каким-то образом удавалось оставаться все таким же подтянутым и аккуратным, как всегда. Судя по лицу Джейка Фуллера, он вовсе не спал с тех пор, как случилось первое сражение – десять дней назад: глаза налиты кровью, веки в морщинках – вот как бывает, случись человеку внезапно сделаться командиром. Плечи капитана Ловата ссутулились от усталости – он все пытался собрать воедино кусочки информации о неуловимом противнике фузилеров.

– Старший помощник, как там периметр? – спросила «Кошка» Стирлинг, постаравшись придать своему голосу наивозможную жесткость и властность.

Мы уже два дня занимаемся черт-те чем. Пока начать работать, как военная часть, думала он со злостью.

– «Гадюки» продолжают вести наблюдение, пока все спокойно. От Ягов ничего не слышно, но они должны быть где-то неподалеку, – ответил Блэкадар.

– Верно, черт побери. Можешь в одном быть уверен – Ягуары готовятся снова нанести нам удар. Только на этот раз у них будут свежие войска и намерение прикончить нас на месте.

– Спутниковое слежение пока не показывает каких-либо признаков преследования. Остатки соединения «Кровавых Когтей» движутся обратно в направлении своего базового лагеря, – сказал, выпрямившись, Ловат.

– Когда Ягуары придут, можете быть уверены – они захотят отомстить за то, что мы сделали со 101-м. Звездный полковник Роберта должна была надрать нам задницу. Раз мы живы, а она – нет, у нас будут неприятности…

После этих слов Стирлинг все замолчали, и тут в штабной купол вошел шо-са Паркенсен. На лбу у него была бело-красная повязка, а лицо скрывал какой-то лоскут ткани. Паркенсен не сказал ни слова – просто подошел и стал за спиной у офицеров, пристально глядя на Стирлинг, которая на него подчеркнуто не обратила внимания.

– Поэтому, – продолжила она, будто и не прерывалась, – мы должны двигаться. Иначе они нас настигнут. На данный момент для того, чтобы сюда добраться, им потребуется несколько дней… После краткого отдыха мы свернем лагерь – на все про все у нас есть десять часов. Мы выступим и будем двигаться, удаляясь к северу от точек высадки.

Она включила голографический проектор и показала направление, по которому собиралась вести полк.

– А что с их аэрокосмическими истребителями, мэм? – спросил Ловат. – Если командиры соединений проведут повторную подачу заявок, они могут включить в них истребители, которые не использовало 101-е соединение.

– Хороший вопрос, капитан, – усмехнулась Стирлинг. – Ответ на него прост. Мы нанесем удар по их аэродрому, уничтожив и истребители, и ВПП.

Поднялся легкий ропот, офицеры недоуменно переглядывались.

– Мэм, вы уверены, что нам следует предпринимать подобную попытку? – спросил майор Крейг. – Вы уводите основные силы в направлении, противоположном тому, где находится аэродром. Тем, кто отправится его уничтожать, придется проделать чертовски длинный путь обратно в расположение полка – если они, конечно, останутся живы.

– Верно, – кивнула Стирлинг. – Ну и что? Крейг покраснел.

– Мэм, это очень похоже на рейд смертников, – пробормотал он, опустив голову.

– Майор, вы читали рапорт разведки, – терпеливо сказала Стирлинг. – 101-е соединение отступает. База Ягуаров представляет явную и несомненную угрозу для нашего полка. Если не уничтожить ее сейчас, истребители бомбами превратят нас в фарш… Я не имею намерения специально посылать людей на смерть. Я предлагаю включить в состав экспедиции два копья роботов. Мы проведем стремительную атаку, разгромим базу со всем ее оборудованием и получим некоторое преимущество на случай нападения их наземных сил. Если будем двигаться быстро, успеем пройти через ущелье прежде, чем Ягуары отправятся в погоню за остальными нашими силами.

«Кошка» Стирлинг знала – все зависит от быстроты действий. Если отправленный на спецзадание отряд не поторопится, ущелье будет занято Ягуарами. У такой небольшой группы не хватит огневой мощи, чтобы потом пробиться через него.

– Колин, какие силы обороняют авиабазу? – спросил майор Блэкадар.

– Практически не имеем понятия, сэр. Нам лишь известно, что спутники показали наличие элементалов. Полагаю, что туда же направится по меньшей мере часть 101-го.

– Это безрассудство, мэм, – покачал головой майор Крейг.

Стирлинг кивнула:

– Крутые времена требуют крутых решений, майор. У нас не хватает аэрокосмической поддержки. Ё-мое, да у нас ее вовсе нет!.. У меня и без того проблем хватает.

– Полковник права, – вставил майор Блэкадар. – Разгром базы даст нам еще несколько дней, возможно, Жаффрей или Малвани как раз их и хватит, чтобы прийти к нам на выручку.

– Жаффрей? – фыркнул Крейг. – Уж не думаешь ли ты, что этот его идиотский план сработает, ведь не думаешь, Блэки? Он не вернется. Жаффрей нашел чертовски элегантный способ убраться с этой планеты, а нас оставил умирать тут… потом же он отправится домой и всем там расскажет, как старался нас выручить и как у него – вот ведь незадача! – ничего не получилось…

– Отставить, майор Крейг! – рявкнула Стирлинг. – Свое личное мнение о майоре Жаффрей можете оставить при себе. У нас и без того хватает проблем, чтобы еще разбираться с дурацким нытьем и ламентациями каждого офицера, которому не терпится сцепиться с другим!

Крейг склонил голову, но не проронил ни слова. Стирлинг подождала возражений, не дождалась и снова заговорила:

– Мне нужен человек, способный провести два копья роботов на базу и обратно, а кроме того, обеспечить превращение этой базы в кучку мусора. Добровольцы есть?

Старших офицеров полка хватил временный речевой паралич. Первым от него оправился Джейк Фуллер:

– У меня осталось около двух боеспособных копий, готовых к действию, мэм. Кильситская Стража вызывается добровольцами на выполнение этого задания.

– С разрешения полковника Стирлинг, – произнес неожиданно шо-са Паркенсен, – я также хотел бы принять участие в этой миссии.

«Кошка» Стирлинг внимательно на него посмотрела.

– Учтите, шо-са, что вам придется вернуться живым. – Она подчеркнула последнее слово. – Я хочу, чтобы все шли туда, собираясь вернуться, в том числе и вы.

Паркенсен нехотя кивнул.

– Я хочу быть там, хочу снова встретиться с Ягуарами в бою. Мой боевой опыт может весьма пригодиться, – сказал он примирительно.

Он все еще ищет для себя красивой смерти, но он понял, что я имею в виду. Джейк Фуллер хорош, но это может оказаться слишком трудным испытанием для него, ведь как раз недостаток опыта наверняка скажется на его действиях… Если Фуллер будет удерживать Паркенсена от слишком яркого проявления эмоций, шо-са окажется очень полезен. А то, что он вызывается добровольцем, означает, что в нем что-то начало меняться – будем надеяться, к лучшему.

Она по-кошачьи улыбнулась Паркенсену:

– Замечательно, шо-са, вы в деле.

XXXI

Десантный корабль «Буллран», вектор приближения

Болтин

Система ЕС-ЕУ-4189

Глубокая Периферия

17 июля 3058 года

Лорен Жаффрей лежал на койке, глядя в серый потолок каюты. Мысли его блуждали где-то далеко, средь звезд надежды, в болотах страха и песках отчаяния одновременно. «Буллран» начал движение к Болтину, и Коты могли показаться в любую минуту. По корабельному времени было уже поздно, но сон все не шел.

Все годы службы, вся выучка и дисциплина, весь опыт сражений на самых разных планетах Внутренней Сферы подготовили его к этому мигу. Однако все равно было страшно – ведь с таким противником ему встречаться еще не приходилось. Это потомки легендарного Александра Керенского и его армии Звездной Лиги, величайшего полководца и величайшей воинской части за всю историю военного дела. Предки воинов клана, вооруженные силы Звездной Лиги, стали первой военной генетической базой…

Поняв наконец, что заснуть ему сегодня так и не удастся, Лорен поднялся с койки, натянул одежду и решил прогуляться по кораблю. Освещение было притушено, чтобы изобразить ночь, причем ночные периоды становились все короче – к тому времени, как корабль приземлится, лже-Ягуары будут жить по тем же часам, что и планета Болтин.

Десятью минутами позже Лорен обнаружил, что ноги сами привели его в отсек, где стояли роботы, в том числе и его «Масакари». В полумраке могучая военная машина смотрелась еще более грозно, чем обычно.

У ног робота, с неизбывной тоской глядя вверх, стоял Керндон. Экс-Ягуар смотрел на «Масакари», как смотрят на старого друга, лелея полустертые, но преприятные воспоминания – ведь когда-то, почти что в прошлой жизни, это был его робот…

Лорен провел рукой по волосам и негромко кашлянул.

– Не спится, решил пройтись, успокоить нервы, – произнес он почти виновато. – Как-то мне совсем не по себе.

Керндон обернулся на его голос – резко, но не испуганно.

– Должно быть, думаете о вызове, воут? Мы уже недалеко от оптимальной точки связи.

– Да… то есть ут, – ответил Лорен, пытаясь приспособиться к клановому стилю речи – в основном из вежливости. – Пожалуй, о вызове. О нем и еще о полковнике, об остальных фузилерах… много еще о чем думаю.

Керндон пожал плечами.

– Полковник Андреа для своих лет представляется способным командиром и умелым воином. Нет сомнения, она будет сражаться с честью. – Эти слова могли бы показаться Лорену оскорбительными, но он знал – Керндона учили мыслить именно так. – Я же думаю о враге, с которым нам суждено встретиться.

– То есть ты не спишь из-за Котов, Керндон? – уточнил Лорен.

Тот кивнул:

– Ут, майор Лорен, похоже, что из-за них.

– Расскажи мне – что ты думаешь о предстоящей подаче заявок?

Керндон покрутил головой, разминая шею:

– Солама и временные отряды, которым обычно достаются подобные назначения, опасны. Как воин клана, я учился драться в бою до смерти, надеясь завоевать этим достаточно славы, чтобы мой генетический материал был достоин быть представленным в будущих поколениях. Умереть в славной битве, с великою честью – вот лучшая участь, о какой я только мог мечтать…

Он умолк и провел рукой по волосам. Рука, как показалось Лорену, слегка дрожала.

– Временные отряды и вольнорожденные, получившие назначение в столь отдаленный от Внутренней Сферы гарнизон, – заговорил Керндон снова, – понимают, что оказались на шаг ближе к тому, чтобы стать солама – ведь там у них мало шансов поучаствовать в сражении. В самых радужных своих мечтах они могут надеяться умереть в бою прежде, чем их переведут в категорию солама. Это означает, что они будут делать минимальные заявки, чтобы через смерть на поле битвы обрести высокую честь…

– Какие будут предложения? – деловито спросил Лорен.

– Постарайтесь правильно оценить поданную ими заявку. Как и фузилеры, они сражаются не просто так – от этого зависит возможность сохранения их генетического наследия, их шанс на будущее. Таким образом, и вы и они бьетесь за свое выживание.

– Ничего другого я и не ожидал, – задумчиво произнес майор.

Маска скрыла ту смесь восточной и горской крови, что текла в жилах Лорена, – сквозь прорези видны были лишь пронзительно-зеленые глаза.

– О, гарнизон Клана Кота на Болтине, смотрите и трепещите, – завыл майор грозно. – Я – звездный полковник Лорен из Клана Ягуара. Услышьте мой вызов и содрогнитесь от страха в своих норах.

Он сделал паузу, пытаясь добиться драматического, быть может, даже трагического эффекта, и завыл пуще прежнего:

– Я пришел во имя единственного истинного клана, Клана Ягуара. Я пришел отрицать ваше право быть на этой земле, политой нашей кровью. Я вызываю вас на Испытание Отказа на эту планету, правами на которую обладает мой клан. Я пришел, и я уже готов сражаться с вами до последней капли крови… вашей, разумеется… и вернуть то, что принадлежит Клану Дымчатого Ягуара. Какими силами будете вы защищаться, о трусливые воины Клана Кота?

Всю свою речь Лорен до предела насытил высокомерием, презрением и надменным пренебрежением – так, что самому стало противно.

Как ни странно, ответ на вызов пришел быстро. Голографический проектор мигнул и выдал изображение человека – несомненно, пожилого пилота робота. Лицо его выглядело каким-то подпорченным: либо это были страшные боевые шрамы и следы ожогов, либо проектор немного поломался.

На воине была грифельно-серая форма Клана Кота, с накинутым капюшоном он выглядел очень угрожающе.

– Я – звездный капитан Мэндрейк из Клана Кота, – зарычал некондиционный незнакомец. – Год назад Ягуары уже пытались одолеть нас в Испытании Права Владения и не сумели это сделать. Таким образом, ваше право на Испытание Отказа аннулировано. Я отказываюсь признавать ваши притязания!

Лорен заметил, что Керндон, стоявший так, чтобы не попадать в объективы камер, энергично мотает головой и активно размахивает руками.

– Мэндрейк из Клана Кота, – презрительно сказал Лорен, – я понимаю, что отряду жалких солама, такому, как ваш, не хватает воли и гордости, чтобы сразиться с вернорожденными воинами, такими, как бойцы моего соединения. Не сомневайтесь в том, что, как только мы закончим выполнение своего задания, ваши Ханы узнают о проявленных вами трусости и слюнтяйстве!

Ничего не изменилось в изуродованном облике Мэндрейка – возможно, он давно уже потерял способность шевелить мускулами лица, моргать, поднимать брови, морщить нос и прочее.

– Храбрые слова, Большой Дымчатый Трус, да только чего это ты прячешь свою морду под маской, будто я вольнорожденный подонок, которого можно запугать? – произнес ровным тоном Мэндрейк.

– Зато с такой харей, как у вас, звездный капитан, маску носить просто необходимо, – парировал Лорен.

Мэндрейку все-таки удалось улыбнуться: во всяком случае, Лорен надеялся, что правильно понял смысл мимического экзерсиса оппонента и что страшная гримаса на, так сказать, лицевой стороне черепа бравого Кота, разъехавшиеся в стороны синюшные губы, готовая лопнуть багровая кожа и практически вывалившиеся глаза в комбинации являются именно улыбкой.

– Ты говоришь, словно негодяй из бандитской касты, – проскрежетал Мэндрейк. – Эти почетные шрамы я завоевал, сражаясь вместе с Ягуарами на Люсьене, когда паскудным Ягуарам не удалось исполнить видение Керенских и они принесли позор обоим нашим кланам.

По лицу Керндона Лорен понял, что продолжать обмен оскорблениями не стоит. Ну и ладно.

– Я не был ни на Люсьене, ни на Токкайдо, но я и мои воины представляем лучшую кровь во Вселенной. Будь я там, уверяю, что наши кланы с гордостью стояли бы теперь на Черной Жемчужине Люсьена как победители. Но я пришел не затем, чтобы обсуждать стариков и их шрамы. Я пришел, чтобы вернуть честь моего клана. Признаете ли вы это Испытание Отказа, звездный капитан Мэндрейк, или мне придется вызвать вас на Испытание Права Владения всем, что вы охраняете?

Какое-то время Мэндрейк молчал, очевидно, обдумывая различные варианты ответа, потом заговорил:

– Условия этого обряда не обязывают меня сражаться за что-либо большее, нежели потерянное вашим кланом изначально. Когда мы вырвали эту планету из ваших грязных когтей, речь шла лишь о складах к западу от нашего комплекса. Поскольку вы вызываете нас на Испытание Отказа, биться мы будем за них и ни за что большее.

– Иного я и не желаю, – ответил Лорен. – Я пришел не затем, чтобы отобрать у вас планету, а затем, чтобы вернуть честь, подло похищенную вашими воинами.

– Я лично выступлю против вас, – сказал Мэндрейк. – Я и «звезда» моих лучших воинов. Чтобы обеспечить благосклонность судьбы, я намерен воспользоваться своим правом выбирать место, где будет идти бой.

После паузы он произнес именно то, чего ждал Лорен.

– Мы встретимся с вами там, где ваш клан однажды уже был сокрушен. Вы можете первыми занять позиции и приготовиться к обороне, чтобы мы могли вас вновь растоптать и уничтожить!

Лорен бросил через прорезь маски взгляд на Керндона, тот кивнул.

– Пусть так и будет, звездный капитан. Мы приземляемся через два дня. Будьте к тому времени готовы встретить свою судьбу.

XXXII

Заброшенная база Ягуаров

Болтин

Система ЕС-ЕУ-4189

Глубокая Периферия

17 июля 3058 года

Визуальный обзор был затруднен – над желтыми песками Болтина поднимались волны жара, искажавшие перспективу. Однако сенсоры «Масакари» функционировали без сбоев. Хотя они и не давали Лорену всей необходимой информации, ему были хорошо видны строения, опаленные и разрушенные изнутри мощным взрывом. От самого большого здания осталась одна коробка – стены да крыша, внутренние перегородки между пятью этажами рухнули.

Старая база Ягуаров находилась, в буквальном смысле этого слова, у черта на куличках, а в радиусе трехсот пятидесяти километров вокруг имелась только голая пустыня. Некогда комплекс был огорожен забором и силовой стеной, но теперь ветер все затянул песчаными дюнами.

Здания находились в центре огороженной площадки. Разрушенная ротонда посередине служила раньше скорее всего штабным бункером – теперь его почти полностью занесло песком и источило сухими ветрами Болтина. Вокруг развалин бункера располагались складские помещения, в том числе и то единственное, что выглядело относительно целым. По большей части здания были испещрены следами жестокого сражения, разрушены изнутри взрывами, а после боя разграблены Котами.

Лорен разглядывал ровную пустынную местность, унылый горизонт и одинокое строение, торчащее посередь песка. Это была единственная на много километров позиция, где можно было закрепиться для обороны. Все подходы к ней представляли собой открытую равнину безо всяких укрытий. Приближающегося противника будет видно за несколько километров, и его бойцов просто перещелкают, как куропаток…

«Буллран» приземлился примерно в пятнадцати километрах к востоку от базы, высадил роботов, и теперь они двигались своим ходом. Десантный корабль имел важнейшее значение для дальнейшего хода операции, и Лорен не хотел, чтобы он оказался слишком близко от поля боя.

Учитывая, насколько сильно он хотел, чтобы битва происходила именно здесь, было совершенно непонятно, почему Коты желают того же самого. Кажется, они вовсе не думали над этим вопросом… Всякий раз, вспоминая, как бросал вызов, Лорен видел перед глазами злющую гримасу кошачьего командира. Тот явно знал нечто такое об этих местах, о чем Лорен и не догадывался.

«Масакари» приблизился к развалинам. Сенсоры уловили небольшое повышение радиационного фона – ничего такого, о чем стоило бы беспокоиться. База состояла в общей сложности из восьми разрушенных зданий с осыпавшимися, опаленными лазерами и пробитыми попаданиями ракет и снарядов стенами. Больше всего пострадал штабной бункер. Если бы не торчащие из песка усиленные опоры, Лорен ни за что бы не догадался, что на этом месте когда-то что-то было. Ягуары, должно быть, защищали это место до последнего человека.

Майор вышел на связь со своей «звездой» лже-Ягуаров по защищенному каналу.

– Всей «звезде» – выставить периметр вокруг центрального строения и прочесать местность. О любых признаках появления Котов докладывать незамедлительно.

Воины один за другим откликнулись: «ут». Лорен на всякий случай приказал перестраховаться, вдруг Котам каким-либо способом удастся прослушать их коммуникации. Они не могли рисковать выдать себя – ставка была слишком высока.

Против заявленной Котами одной «звезды» Лорен выставил свою «звезду», составленную из легких и штурмовых роботов. По его мнению, силы были приблизительно равны, особенно если в заявку Котов включено хотя бы несколько тыловых роботов. Керндон советовал Лорену снизить заявку до четырех «лучей», то есть до четырех роботов, но тот отказался. Победа на Болтине слишком важна – нужно разъярить Котов настолько, чтобы они погнались за ними и добрались до Обочины V.

Осторожно проведя «Масакари» сквозь огромный дверной проем внутрь здания, Лорен увидел, что среди мусора протоптана дорожка. Двигаться здесь было непросто, но ему удалось зайти достаточно далеко, чтобы увидеть, что она ведет к большому расчищенному пространству посередине строения. Здесь уходила под пол впечатляющих размеров, метров пять в диаметре, труба. Должно быть, Коты в свое время добрались сюда и запечатали ее.

Осмотрев помещение, Лорен решил, что, пожалуй, мог бы разместить в нем свои силы, но лишь пожертвовав их маневренностью. Многоэтажная груда мусора будет мешать им двигаться, а также затруднит, закрыв сектор обстрела. Бой будет идти на близкой дистанции – слишком близкой…

Метрах в пятидесяти от трубы находился огромный ферропластиковый бак, в нескольких местах пробитый, с сорванной верхней частью. Из дыр понемногу сыпался белый, как мел, порошок – на полу его лежало уже немало. Лорен не знал, что это такое, но странно было: если это какой-то химикат, почему его не забрали?

Он вышел на связь с «Буллрана».

– Капитан Шпильман, дайте мне Керндона.

– Да, капитан Лорен, – ответил голос «связанного».

– Я сейчас нахожусь в единственном уцелевшем здании. Кажется, это не просто склад. Здесь еще какая-то труба, – сообщил Лорен.

– Похоже, это главная артезианская скважина. У Ягуаров был здесь, помимо прочего, водозаборный завод. Скорее всего с целью экономии места это здание использовалось и под склад, и для добычи воды.

– Должно быть, Коты после боя заварили трубу, – сказал Лорен, но само наличие этой трубы его беспокоило – будто он что-то упустил из виду.

Он приглушил реактор робота до пятнадцати процентов мощности и распахнул люк кабины. Из-за близости горячего двигателя майор весь вспотел, но разреженный сухой воздух Болтина осушил пот до последней капли, и после жары кабины он почти сразу чуть ли не замерз. Лорен спустился по скобам, вмонтированным в ногу робота, и ступил на заваленный мусором пол.

Не снимая трофейного ягуарского нейрошлема и охлаждающего жилета, он осторожно пробрался через мусор к остаткам бака, коснулся пальцем белого порошка и понюхал его. Запах был едва уловимым, но узнаваемым: мука. Лорен лизнул палец и тут же, лишь разобрав вкус, сплюнул. Никакой это не химикат, просто испортившаяся от времени настоящая мука…

На то, чтобы добраться до большой трубы, понадобилось больше пяти минут. Труба на ощупь оказалась холодной. С одного боку к ней крепился маленький цифровой счетчик, показывавший, что давление постепенно падает.

Что-то происходит, понял Лорен. Раз Коты меняют давление в трубе, это не просто запечатанный колодец.

Он вернулся в кабину «Масакари», тяжело дыша, – в разреженной атмосфере Болтина его легким не хватало кислорода. Что-то продолжало его беспокоить, но что именно, он понять не мог.

Лорен подумал об этих нескольких тоннах муки. В «Смертниках Коммандос» он научился оборачивать себе на пользу все, что только окажется под рукой. Мука была разбросана повсюду-вокруг «Масакари». Лорен включил боевой компьютер и прокрутил личные данные своих добровольцев. Всего несколько секунд понадобилось на то, чтобы найти ключевое слово – «взрывные работы».

«Гленда Джура». Лорен еще раз оглядел огромное помещение. Задача была нелегкая, но она справится. Конечно, понадобится немало времени, но если натиск Котов будет силен или если ему удастся их сюда заманить, то на этом можно будет сыграть.

Лорен вышел на связь с ее «Коши»:

– Гленда, говорит Жаффрей.

– Да, сэр, – откликнулась она, явно слегка удивленная тем, что старший помощник лично к ней обращается.

– Следуйте сюда. У вас есть с собой взрывчатые материалы?

– Да, сэр.

– Хорошо, – улыбнулся Лорен. – Вам приходилось работать с ВПИС?

– С воздушно-пылевыми инициирующими зарядами? Да, сэр.

– Хорошо. Вам тут нужно будет поставить довольно большой заряд. Время исполнения – критическое.

Место, где остатки Кильситской Стражи поставили своих роботов, было укрыто вечерними тенями, которые отбрасывали скалы к северу от аэродрома Ягуаров. Майор Джейк Фуллер и два копья воинов под его командой быстро выбрались из машин и затянули кабины термоуловителями, чтобы Ягуары не могли засечь их с воздуха. Термоуловители позволяли замаскировать тепловое излучение реакторов и их магнитные «подписи», так что обнаружить роботов становилось гораздо сложнее. Пока что их и не обнаружили.

За два дня, прошедших после битвы в ущелье, отряд Джейка продвинулся почти на сто сорок километров на северо-восток, по направлению к авиабазе. Теперь до цели оставалось всего километров тридцать. Вскоре задача будет выполнена, и роботы начнут свой неспешный путь обратно, пытаясь держаться как можно дальше от Ягуаров, туда, где будут их ждать остальные фузилеры.

Фуллер оставил половину отряда в кабинах в состоянии готовности, велев им не выключать пассивные сенсоры, чтобы, если они станут объектом внимания Ягуаров, это не осталось незамеченным. Остальные быстро разбили лагерь, поставив между иззубренными скалами сборные купола. Было время первой вахты, и Джейк Фуллер, уставший сидеть в тесной кабине, с удовольствием потягивался, осматривая снаружи своего залатанного «Цербера».

Эльден Паркенсен тоже вылез из стоявшего неподалеку «Хатамото-чи». До сих пор Джейк никак не мог понять, сколько же ему лет, но тут вдруг заметил, что загорелая кожа шо-са местами висит дряблыми складочками. Значит, прикомандированный офицер Синдиката куда старше, чем кажется.

Зачем же, дьявол ее-разрази, полковник его нам навязала? Он встает на дыбы и брыкается с самых тех пор, как началась наша миссия, раздраженно подумал Фуллер.

Джейк надеялся, что «Кошке» Стирлинг удастся растопить ледяную маску шо-са. Но нет – Паркенсен остался все таким же упрямым и надменным.

Однако рано или поздно Джейку придется начать с ним разговаривать – так почему бы не сейчас?

Он не спеша подошел к шо-са – тот тоже стоял, разминая мышцы, залитый бледно-зеленым светом ранних сумерек.

– Здравствуйте, шо-са Паркенсен, – очень вежливо сказал Джейк и даже слегка поклонился.

Паркенсен молча кивнул. Джейк постарался не подать виду, как ему это надоело.

– До аэродрома осталось совсем немного… Вам часто приходилось иметь дело с кланами. Может, стоит поговорить о том, как будем производить нападение?

Паркенсен задумчиво оглядел окрестности, потом опять повернулся к Фуллеру:

– Мы движемся медленно, майор. Я уверен, что отряд Ягуаров уже находится к югу от нас и преследует остальных фузилеров.

– Да, результаты спутникового сканирования говорят о том же, – подтвердил Джейк.

Краткая сводка, присланная капитаном Ловатом, действительно подтверждала предположения шо-са.

– Если мы выполним поставленную задачу, у нас не будет возможности вернуться в полк. Теперь уже и вы должны это знать, – произнес Паркенсен и испытующе посмотрел на майора.

Да, Джейк это знал. Соединение Клана Ягуара, преследовавшее полковника Стирлинг, преградило отряду путь к спасению.

– Верно, но мы получили приказ, и приказ этот – уничтожить аэродром противника. Вот выполним его, тогда и будем думать о том, как выбираться.

– Не думаю, что вы полностью оцениваете…

Внезапно Паркенсен оборвал себя и поднял лицо к зеленому небу Обочины V. Вдалеке был слышен звук, похожий на отдаленный гром, и он не затихал, а, наоборот, становился громче.

Коммуникатор на запястье у Джейка пронзительно запищал, и майор быстро включил его.

– Внимание, приближаются вражеские истребители, внимание!.. – раздался взволнованный голос Пола Крайтера, одного из дежурных офицеров.

Джейк перевел коммуникатор на связь со всем отрядом:

– Тревога. Все по машинам, немедленно снимаемся с места!

Он сам уже бежал к своему «Церберу», но не успел. Сверкнула вспышка, залившая ярким светом все вокруг. Джейк ничего не слышал, но почувствовал, как могучим рывком его поднимает в воздух. Взрыв почему-то был теплым и мокрым… Ушей Фуллера наконец достиг звук – страшный рев, будто всю планету вывернуло наизнанку.

Его подбросило вверх, а потом швырнуло наземь метрах в десяти от того места, где он стоял. Джейк ободрал голые колени и локти, жилет изорвало в клочья, а по спине застучали комья грязи и камни. Все тело было залито чем-то липким. Рядом лежал окровавленный шо-са Паркенсен.

Джейк попробовал глотнуть хоть немного воздуха, но легкие его не послушались. Взрыв, казалось, съел весь воздух, и Джейк на миг запаниковал. Наконец ему удалось вдохнуть. В ноздрях стало щекотно от запаха дыма.

Он попробовал двинуться, но не смог – тело просто отказалось выполнить приказ. Руку покрывала корка уже запекшейся крови с налипшими кусками грязи. Не обращая внимания на болезненный звон в ушах, Джейк сосредоточился и еще раз попытался пошевелиться, хотя бы для того, чтобы доказать себе, что он все еще жив. Волна боли была похожа на то, как если бы кто стал наваливать на него огромные камни, чтобы медленно раздавить насмерть.

В этот миг Джейк Фуллер понял, что умрет. Его разум заполнил панический страх и еще что-то жуткое, чему не было названия, а звон окружил его уже со всех сторон. Потом он подумал о своей матушке – интересно, откуда же она узнает о смерти сына?.. Следом ему представились полковник Стирлинг и майор Жаффрей, стоящие над его могилой.

Жаффрей. Если бы только он не улетел, ничего бы этого не стряслось…

Это была его последняя мысль, после которой сознание милосердно покинуло искалеченное, окровавленное тело.

XXXIII

Заброшенная база Ягуаров

Болтин

Система ЕС-ЕУ-4189

Глубокая Периферия

17 июля 3058 года

– Приближаются боевые роботы, – раздался на открытом канале голос Сары Макаллен.

Лорен взглянул на сенсоры. Посреди желтой пустыни Болтина стояли, ожидая возможности вступить в схватку, всего три робота. Как он и рассчитывал.

Майор расположил свои силы неподалеку от центра комплекса. Макаллен стояла лицом на восток, Джура – на запад, он сам и Берк смотрели на север и северо-восток, Макбрайд – на юг.

– Подтверждаю: три робота Клана Кота, – снова заговорила Макаллен. – Конфигурация следующая: ведущий – «Молот Войны», второй – «Лиходей», третий… черт побери, это же «Бегемот»!

Лорен опять посмотрел на сенсоры и проверил дислокацию своих роботов. Учитывая расположение разрушенных зданий, обернуться в сторону Котов не могла только Макбрайд. Пока все шло неплохо…

Стотонный «Бегемот» внушал ужас – эта машина для убийства могла нанести противнику огромный ущерб. С поста на борту «Буллрана» послышался словно бы бесплотный голос Керндона:

– «Бегемот» – робот Клана Ягуара. Должно быть, его захватили во время Испытания Права Владения или выиграли в качестве приза, когда шло сражение за эту планету.

– Я думала, они собирались выставить против нас «звезду»? – Лейтенант Макбрайд передвинула своего «Стервятника» так, чтобы прикрыть тыл.

Между ней и открытой пустыней находилось единственное оставшееся стоять здание – склад. Там, внутри, заканчивала свою работу Гленда Джура.

– Еще не вечер, – ответил Лорен. – Не спускайте глаз с дальних сканеров. Возможно, остальные заявленные роботы находятся еще вне пределов нашей досягаемости.

– Пока все чисто, – сказала Макаллен. – Коты не движутся.

Лорену было неспокойно – точно так же, как когда он обнаружил запечатанную водяную трубу. Почему – непонятно.

– Никому не стрелять и не двигаться с места, – приказал он. – Гленда, что там у вас?

После паузы хриплый голос лейтенанта Джуры откликнулся:

– Заряды установлены. Система подключена к командному каналу номер десять. Передача любого цифрового сообщения длиннее четырех знаков инициирует взрыватель. Полагаю, взрыв должен произойти спустя четыре секунды.

– Великолепно, – ответил Лорен. – Не знаю уж, что готовят Коты, но прошу всех быть очень внимательными. Гленда поставила внутри склада, полного рассыпанной муки, ловушку – воздушно-пылевую мину. Если Коты атакуют, мы отступим, дадим им зайти внутрь, а потом все там взорвем.

Он снова посмотрел на сенсоры. Три Кота по-прежнему стояли в ряд чуть дальше пределов досягаемости оружия. Выглянув через смотровой порт, Лорен разглядел их – три черных силуэта на фоне желтых песков Болтина, затянутые дымкой от жары. Они стояли, словно статуи давно забытых божеств.

– Почему же они не двигаются? – спросила Макаллен.

Лорен хорошо понимал ее нетерпение:

– Либо хотят, чтобы первый шаг сделали мы, либо ждут, пока остальные их силы займут свои позиции.

Если верить сенсорам, в пустыне по-прежнему находились всего три боевых робота Клана Кота. На такой открытой местности он легко заметил бы противника, даже если бы тот держался вне пределов обзора сенсоров.

Вдруг Коты начали движение.

– Приготовиться к отступлению, – немедленно скомандовал Лорен. – Самптер, Джура, Макаллен – уходите за пределы дальности боя их оружия или укройтесь от прямого попадания. Макбрайд, прикрой их огнем. Помните, ребята, нам надо, чтобы они приблизились к складу – там их ждет маленький сюрприз от Гленды.

Сверкнула вспышка – заряд, которым выстрелил медлительный «Бегемот», врезался в полуразрушенную стену недалеко от «Масакари», Сенсоры показывали, что громоздкий великан уже в пределах досягаемости дальнобойного ПИИ «Масакари», так что Лорен включил его и прогрел, заодно зарядив четыре калибра – их мощности хватило бы, чтобы выкосить танковый взвод. Перекрестье прицела рванулось через дисплей, словно ястреб, бросающийся на ничего не ожидающую дичь.

Лорен нажал на гашетку, и два энергетических заряда, будто молнии, вонзились в коренастый корпус «Бегемота», оторвав кусок брони больше тонны весом. Но, несмотря на всю мощь атаки, хорошо защищенный «Бегемот» вполне мог ее выдержать.

«Лиходей», аналог модели вековой давности, ставший благодаря передовой технологии кланов еще более грозным, открыл огонь по отступающему «Риокену» Макаллен. Ярко-красные вспышки лазеров пропахали его бок, робот накренился, броневые пластины отошли, обнажая миомерные мускулы, местами сыпавшие электрическими искрами. Из пробоины повалил дым – признак серьезного повреждения.

Триша Макбрайд навела тяжелые лазеры на «Молот Войны» и дала залп в тот же момент, когда тот выстрелил в нее из двух своих ПИИ. Лучи лазеров попали «Молоту» в правую ногу, чуть ниже тазобедренного сустава. Из пушечных зарядов один угодил «Стервятнику» в правую часть корпуса – робот пошатнулся и упал бы, если бы не оперся спиной об огромную кучу мусора.

Лорен снова выстрелил в «Бегемота», подошедшего достаточно близко, чтобы в него можно было попасть из пушек основных калибров «Масакари». Заряды спаренных излучателей попали «Бегемоту» в плечо, вывернув руку робота назад. Следом Лорен пустил волну ракет, которые одна за другой угодили туда же. Сила взрывов была достаточно велика, чтобы «Бегемот» еще больше подался назад. Воину-Коту едва удалось удержать управление.

Внезапно Лорен почувствовал два сильных удара сзади – он понял, что это ракетные попадания.

Сзади? Это невозможно! Откуда по мне могут стрелять?! – запаниковал Лорен.

Все роботы Котов находились перед ним и как раз готовились дать новый залп по лже-Ягуарам. Но «Стервятник» Макбрайд тоже накренился после атаки с тыла. Стреляют из брошенного склада, догадался майор. Он посмотрел на сенсоры – точно. На вспомогательном мониторе мелькнула точка – в здании был элементал.

Как же я его не заметил? Мы же с Глендой оба там были… Еще один Кот – он тут же скрылся в пламени, еще…

Тут его озарило. Запечатанная труба, в которой нет давления. Вот где собака… то есть кошка… то есть, тьфу! не важно… прорылась!..

– Всем силам Ягуаров – отойти от склада! В здании вражеские элементалы! Отойти на юг, приготовиться к взрыву!

По трубе они провели элементалов прямо нам в задний карман, и мы оказались словно между молотом и наковальней, лихорадочно неслись мысли майора.

Лорен переключился на ближние сенсоры и увидел, что «звезда» споро выполняет его приказ, обмениваясь с приближающимися роботами Котов выстрелами. Чтобы укрыться от гнавшегося за ним тяжелого «Бегемота», майор завел «Масакари» за кучу мусора, когда-то бывшую строением. Секундная передышка позволила ему включить устройство связи и приготовиться дать сигнал к детонации.

Коты поступили хитро. Должно быть, они, после того как отвоевали планету у Клана Ягуара, вместо того чтобы заново рыть глубокий колодец, просто протянули трубу от старого комплекса до своего, свежепостроенного. Отключив воду, элементалы пробрались по этой трубе в самый центр оборонительной позиции Лорена и теперь прицельно обстреливали его роботов, пытаясь оттеснить их внутрь склада, чтобы там облепить и уничтожить.

Лорен мог только восхищаться подобными действиями – единственный их недостаток состоял в том, что командир Котов не подумал, что Лорен и сам может поставить свою ловушку в том же месте.

Трое элементалов поднялись к открытому окну и шарахнули по «Масакари» ракетами ближнего действия. Одна пара ракет попала в цель, две остальные угодили в груду мусора, взметнув вверх обломки ферропластика и комья грязи. Почти автоматическим движением Лорен набрал код и передал его по десятому каналу.

Гленда Джура поработала хорошо. Взрывы, сотрясшие внутренности бака, должны были не причинить повреждения, а просто взметнуть мелко помолотую муку, заполнив взвесью весь склад. Теперь от любой искры, от луча лазера, от разрыва ракеты все здание могло взлететь на воздух. Лежа в баке, мука не могла даже загореться, но, будучи развеяна по воздуху, – взрывалась от малейшего огонька.

Взрыв последовал немедленно и произвел желаемый эффект. Мука вспыхнула и менее чем за секунду выжгла весь кислород в помещении. Покрытые трещинами стены и потолок рухнули.

Здание как бы сложилось вовнутрь себя, завалив обломками всех, кто там находился. Взрывная волна сотрясла «Масакари».

Интересно, подумал Лорен, может, кто-нибудь из элементалов уцелел? Если так, то он оказался заживо похоронен под тоннами мусора и обречен на медленную и мучительную смерть…

Лорену, когда он служил в «Смертниках Коммандос», приходилось уже пользоваться ВПИС, а Гленда оказалась хорошим взрывником.

– Ягуары, – скомандовал он своей «звезде», – в атаку!

Схватка была стремительной и яростной, цена ее была высока. Тройка Котов приказала долго жить довольно быстро. «Стервятник» Триши Макбрайд получил несколько серьезных попаданий и упал, хоть Гленда Джура и пыталась отвлечь огонь противника на себя. «Бегемот» стрелял в основном по роботу Сары Макаллен и так сильно его покалечил, что тот рухнул на песок, весь искореженный.

Лорен дал по огромному «Бегемоту» залп, раздробив ему правую ногу – робот накренился вперед и упал без движения. Внезапно оказалось, что над полем битвы стоит мертвая тишина. Бойцы Лорена были ранены, а может, и мертвы.

В наушниках нейрошлема захрипел голос звездного капитана Мэндрейка, пилота побежденного «Бегемота»:

– Звездный полковник Лорен из Клана Ягуара, ты победил…

Лорен ничего ему не ответил, молча глядя через смотровой порт кабины.

Триша и Сара скорее всего мертвы или при смерти, а он почему-то жив. Надо просто нажать на гашетку и восстановить справедливость… А я должен думать, черт побери, о том, что бы сделал в такой ситуации Ягуар!..

– Я склоняю голову перед тобой, признавая твою победу, – продолжал хрипеть звездный капитан Мэндрейк. – Прошу убить меня, не оставлять жить с этим страшным пятном на моей чести!..

У Лорена проснулось его логическое второе "я". В том, чтобы взять Керндона в «связанные», было немало риска, но зато сколько пользы это принесло! Теперь у него появился шанс получить «связанного» воина-Кота, что, конечно, очень сильно помогло бы в дальнейшем…

Логика, подкрепленная трезвостью мышления, напрочь подавила эмоции.

Я играю роль Ягуара и должен поступать, как Ягуар…

Лорен дал по кабине «Бегемота» залп. Вряд ли Мэндрейк мог остаться в живых.

– Сэр, – раздался голос Самптера Берка, – Сара, сэр… она мертва. Я пытался ее вытащить, но кабина… от нее ничего не осталось, сэр.

– Понял, – сказал Лорен бесстрастно. – А что с Тришей?

Ему ответила Гленда Джура:

– Я ее только что вытащила. Она ранена – в кабине была пробоина, – но выживет.

– Майор Лорен, – вмешался Керндон, – вы обязаны уничтожить тело Сары. Не должно остаться никакого следа.

Эти слова, словно пощечина, привели Лорена в чувство, вернули его к реальности.

– Самптер, – сказал он, понимая, как трудно будет тому выполнить приказ, – залезай в кабину и уничтожь останки Сары. Сожги все, что могло бы выдать Котам ее генетическое происхождение… Гленда, как только вынесешь Тришу, сделай то же самое с ее кабиной. Там не должно остаться ни капли крови.

– Сэр… – начал было Самптер Берк.

– Выполняй приказ, солдат, – отрезал Лорен. – Выполняй, или я сам это сделаю.

Ставки были слишком высоки, чтобы позволить эмоциям влиять на их поступки. Время скорбеть по павшим придет позже.

– Есть, сэр, – ответил Берк.

Лорену показалось, будто он услышал еще слово «ублюдок», и он не был уверен, что это ему не почудилось.

Через несколько минут он последовал за Берком и остановился возле тлеющей кабины. Майор открыл боковой люк и стал смотреть, как огонь пожирает тело его боевого товарища. Почти небрежным движением он бросил в огонь то, что не могло сгореть.

Это был обычный, не очень аккуратно сделанный браслет со вделанной в него небольшой микросхемой – неотъемлемая принадлежность каждого воина клана, с которой они никогда не расставались. Лорен велел медикам снять его с тела звездного капитана Марилен. Если кто-нибудь решит проследить, откуда они прибыли, браслет окажется важной уликой…

XXXIV

Временный полевой штаб

К югу от Новой Шотландии

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

17 июля 3058 года

Галактический командор Девон Озис вошел в штабной купол. Внутри находилась звездный полковник Патриция – она изучала картинку на тактическом дисплее.

Патриция перенесла свой пост в купол на то время, пока не будет уверенности, что ущелье зачищено. Ягуары заняли территорию, на которой сражалась и погибла звездный полковник Роберта. Ученым и техникам было поручено опознать мертвых и собрать записи с браслетов кодекса и дисков павших воинов. Девон Озис лично вывел на поле боя своего омниробота.

– Доложите обстановку, – рыкнул он грозно.

– Зачистка ущелья завершена. Мы обнаружили десантный корабль, использовавшийся противником. Я направила к нему одну «звезду» элементалов для осмотра и изъятия всего, что может представлять ценность, – спокойно ответила Патриция.

– Почему мне не доложили об обнаружении корабля?

– Этот вопрос не представлялся мне требующим вашего вмешательства, галактический командор. Всего лишь брошенный десантный корабль, слишком сильно поврежденный, чтобы подняться в воздух. Что-нибудь не так?

– Возможно. Ваши солдаты сейчас в корабле? – нетерпеливо спросил он.

– Ут, они только что начали его осмотр.

– Немедленно выводите их оттуда, звездный полковник! – рявкнул Озис.

– Не понимаю, сэр…

– Немедленно, звездный полковник, пока еще не слишком поздно! – велел он, делая шаг в сторону системы связи, чтобы самому передать приказ.

– Ут, галактический командор, – ответила Патриция и включила микрофон. – «Звезда» «Лямбда», говорит командир «Пронизателей Тумана». Немедленно выходите из корабля. Повторяю: немедленно покинуть корабль.

– Ут, звездный полковник, – ответил элементал. Патриция повернулась к Девону Озису и поморщилась:

– Галактический командор, есть ли что-либо, о чем мне следовало бы знать?

– Ут, – ответил Озис резко, но уже более спокойно. – Мне уже приходилось сражаться против воинов Внутренней Сферы. Это настоящие варвары. Они пользуются глупыми ловушками и другими подлостями на пути к победе, даже если эта победа и не имеет большого значения. Нет никакого сомнения, что этот корабль и является такой ловушкой!..

При последних его словах вдалеке раздался гул, купол задрожал. Девон не удивился и спокойно ждал, пока Патриция получит подробную информацию.

Побледнев, она опять вышла на связь со «звездой» «Лямбда»:

– Доложите обстановку!..

– Докладывает звездный капитан Джавин. – Элементал находился в двух километрах от штаба. – На нижних палубах корабля произошел взрыв.

– Потери? – хрипло спросила Патриция.

– В момент взрыва в корабле оставались два «луча», звездный полковник. Элементалы еще одного были как раз на выходе, они получили частичные повреждения.

Девон Озис внимательно следил за Патрицией. В ситуациях, когда Роберта начинала швыряться стульями в стены и людей, Патриция восхитительно умела владеть собою.

– Вы потеряли достойных воинов, но могло быть и хуже.

– Эти фузилеры, – сквозь зубы процедила она, – не знают, что такое честь. Подобные ловушки – в духе слизняков из бандитской касты, а не истинных воинов.

– Вы недооцениваете их, звездный полковник, – спокойно сказал Девон Озис. – В этом была ошибка звездного полковника Роберты, что стоило ей жизни. Помните: этим бандитам, как вы их называете, удается держаться против наших сил уже несколько дней. Честь Ягуаров требует, чтобы мы смыли подобное оскорбление кровью наших врагов.

– Но как, галактический командор? Эти вольнорожденные бегут от нас подобно крысам!

Девон Озис едва заметно улыбнулся:

– Бой можно выиграть в процессе подачи заявок, в своем сердце или на поле брани, полковник. Даже если я внешне и не выражаю своих чувств, вам все же следует их понимать… Эти фузилеры, победив звездного полковника Роберту, запятнали и мою собственную честь. Они оскорбили меня уже тем, что осмелились атаковать мой аэродром.

Лицо командора потемнело. Было видно, что он уже едва сдерживается.

– Я пропитаю землю этой проклятой планеты их кровью – попомните мои слова! – сказал он, довольно громко скрипнув зубами.

– Я все же не понимаю, командор… – осторожно произнесла Патриция.

Девон Озис криво улыбнулся:

– Вот поэтому-то я – галактический командор, а вы – звездный полковник…

Истребители Ягуаров типа «Башкир» прервали бреющий полет и свернули в сторону. Полковник Андреа Стирлинг смотрела им вслед из кабины своего «Великого Титана», и на сердце у нее было неспокойно. Дела у нее и у тех, кто остался под ее командой, шли хуже некуда. Одно хорошо – разведка доложила, что приближается буря. Дождь будет затруднять перемещения ее сил, но и Ягуарам не позволит предпринять дальнейшую рекогносцировку с воздуха.

– Полковник, для вас сообщение, – раздался в наушниках ее нейрошлема нерешительный голос полкового офицера связи.

Возможно, Фуллер наконец ответил на запрос. А может, и хуже – докладывают, что он взят в плен.

– Что там?

– Мэм, сообщение от галактического командора Девона Озиса. Он просит, чтобы вы лично поговорили с ним.

– Лично?

– Да, мэм.

– Включайте. И подключите к каналу майоров Блэкадара и Крейга.

Стирлинг повернула «Великого Титана» в сторону и остановила его. За несколько секунд, ушедших на установку связи, сердце ее забилось сильнее. Разговор с Ягуаром – дело жизни и смерти. Она и ее люди бежали, спасая свои жизни, попав в ловушку на планете далеко за пределами заселенной людьми части космоса, встретившись лицом к лицу с худшим из кошмаров, какие только могут присниться кому-либо во Внутренней Сфере. Единственная надежда у нее оставалась на Жаффрей и Малвани, но пока они не прибудут, надо помнить, что главное – тянуть время. Иначе может статься, что подмога, добравшись до Обочины, найдет только трупы.

– Изображение сфокусировано, мэм.

– Включайте, – решительно приказала Стирлинг. Вспомогательный дисплей несколько раз мигнул, а потом на нем появилось изображение мужчины и невысокой женщины в серой полевой форме, стоящих посреди чего-то вроде палатки или штабного купола. Они были очень чистенькие и подтянутые, будто сошли с рекламного плаката, призывающего записываться в рекруты.

Мужчина был, несомненно, Девон Озис. Лицо непримечательное, но в темных глазах – дикость зверя, давшего имя его клану. Мускулистая дама держалась так, чтобы было ясно: она крепкий орешек. Неистребимая, понимаешь.

Первым заговорил мужчина. Стирлинг была удивлена его архаичным, каким-то громыхающим акцентом, да и стиль речи на ее взгляд был какой-то уж очень древний.

– Я – галактический командор Девон Озис из Клана Дымчатого Ягуара, командир «галактики» «Тау».

Он сделал паузу, ожидая ответа.

– Я – полковник Андреа Стирлинг, командир «Фузилеров Стирлинг», полка нортвиндских горцев, – спокойно произнесла она.

– Я снисхожу до разговора с вами, чтобы сообщить: ваша жалкая попытка атаковать мой аэродром пресечена.

Озис нажал на кнопку на жезле, который держал в руке, словно скипетр. Изображение на секунду погасло, а потом на экране появились какие-то сполохи, дым, замелькали разодранные в клочья туши боевых роботов, лужи крови, куски мяса и прочее.

В кадре поплыл панорамный обзор. Пространство до горизонта было покрыто кратерами. Ничто не двигалось, ни одной живой души не было заметно среди выжженного поля битвы, и Стирлинг решила, что Фуллер и его люди не могли остаться после такого боя в живых.

Картинка снова поменялась – в кадре опять возникли давешние мужик с бабой.

– Может статься, вам интересно также будет узнать, что мы обнаружили вашу глупую ловушку на десантном корабле раньше, чем она могла причинить какой-либо серьезный ущерб. Ваши планы провалились, полковник Андреа, – напыщенно, но с несомненной угрозой произнес Озис.

Несмотря на охватившие ее гнев и отчаяние, Стирлинг удалось сохранить спокойствие в голосе:

– Звездный полковник Роберта обеспечила нам достаточно серьезную победу, командор Озис.

– Ненадолго, – насмешливо сказал Девон, но в глазах его мерцали злющие искорки. – Вы боитесь встретиться лицом к лицу с правдой, полковник? Вы можете бегать от нас, но даже если вы заявляете, будто не боитесь Ягуаров, как удастся вам прокормить своих людей на этой опасной планете, где так мало растительности?

Стирлинг расправила плечи и ответила в тон Девону:

– Итак, вы связались со мною, командор Озис. Ну и чего вам надо? Вы что думаете, я сейчас все брошу и вам сдамся?

– Воины не сдаются! – гордо сказал командор. – Кроме того, на этой планете нам негде держать столько пленных… Нет, я говорю с вами, как солдат с солдатом. Вы показали себя достойным противником. Прекратите отступление. Обернитесь и вступите в бой с моим соединением «Пронизателей Тумана». Я обещаю вам честную схватку.

Стирлинг обдумывала его предложение не меньше трех секунд.

– Предложение великодушное, командор Озис, но вы, возможно, недооцениваете нас. Это, конечно, будет уже не первая ошибка Ягуаров. Разве ваш народ ничему не научился, когда ему задали трепку на Люсьене и Токкайдо?

По такому случаю у нее снова проявился шотландский акцент.

Девон Озис, похоже, слегка напрягся, и по спокойному лицу его скользнула тень недовольства.

– Дурное дело, полковник, – только и сказал он, а потом нажал на кнопку на своем жезле и прервал связь.

XXXV

К северу от Баннокбернского Ущелья

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

18 июля 3058 года

Острая боль пробудила Джейка Фуллера от страшного сна, и он медленно, неохотно пришел в себя. Вчера, теряя сознание, он думал, что умирает. Ошибся. Вместо покойного блаженства смерти ему был уготован нескончаемый кошмар, полный демонов, чудовищ, пламени и монотонного звона в ушах – впрочем, звон не прекратился и тогда, когда Джейк проснулся.

Даже от неяркого зеленоватого света вечерних сумерек Обочины глазам было больно. Секунду Фуллер не мог понять, где находится, а потом догадался – он лежит, прислонившись к ноге собственного «Цербера». Поворот головы отозвался болью в мышцах шеи, зато ему удалось разглядеть очертания «Хатамото-чи», а за ним – то, что осталось от его отряда. Обожженные обломки были разбросаны среди камней, и не знай он точно, что это такое, то никогда бы не признал в кучах никуда не годного мусора жалкие останки своих боевых роботов.

– Вы живы, – донесся до него чей-то голос, – если, конечно, вас интересует именно это.

Джейк огляделся и увидел обмотанного грязными бинтами Эльдена Паркенсена, который наклонился и здоровой рукой совал ему под нос флягу. Другая рука у него была на перевязи, а голова обмотана бинтом из полевого пакета первой помощи.

Джейк с трудом взял флягу, кое-как донес ее до губ и глотнул теплой водицы. За спиной у Паркенсена он разглядел одну из женщин из своей команды, Чентилли Гамильтон. Она помахала ему рукой. Состояние ее было явно лучше, чем у Джейка или у шо-са, хотя он заметил бинты у нее на обеих ногах.

Фуллер с трудом пошевелился и почувствовал, что спина у него горит огнем – словно в нее одновременно вонзилась тысяча раскаленных иголок.

– Не волнуйтесь, майор, – сказала Гамильтон, подходя поближе. – Вся спина у вас нашпигована шрапнелью, есть ожоги, но у шо-са есть опыт полевой хирургии, и он говорит, все будет в порядке.

Джейк с благодарностью посмотрел на Паркенсена и шепотом сказал «спасибо».

– С вами все будет хорошо, хотя шрамы останутся. Я сделал, что нужно, – успокаивающе проговорил Паркенсен.

Фуллер посмотрел на Гамильтон:

– Какова обстановка? Или лучше не спрашивать? – с трудом произнес он.

Она ответила, но не сразу:

– По-видимому, Яги засекли нас при помощи пассивных сенсоров. Их истребители атаковали внезапно. Они использовали какие-то бомбы, наводящиеся на работающие реакторы. Поражены только те роботы, чьи реакторы не были заглушены. Выключенные не пострадали.

– У кланов опять какое-то новое оружие? – устало спросил Джейк.

Она пожала плечами:

– Если мы когда-нибудь улетим с этой проклятой планеты, подобная информация дорого обойдется разведке нашего нанимателя… Из бойцов отряда никого, кроме нас, не осталось, но роботы боеспособны. Ягуары появлялись еще раз, проверяли результаты налета, но нас, похоже, не заметили. Думаю, тут помогли скалы, да и термоуловители пригодились. Больше ничего пока не случилось.

– С полковником кто-нибудь связался? Гамильтон посмотрела на шо-са, и тот ответил:

– Мы не связывались с командованием фузилеров. Выход в эфир может выдать Ягуарам наше местонахождение.

Монотонный звон в ушах постепенно стихал, хотя, на взгляд Джейка, слишком уж медленно. Он глубоко вздохнул, но на это, похоже, потребовалось больше сил, чем можно было получить, набрав в легкие разреженного воздуха Обочины.

– Стало быть, пока что полк считает нас мертвыми…

– На месте полковника я бы думал именно так, – кивнул Паркенсен.

– С-сучий потрох, – выдавил Джейк и облизнул растрескавшиеся губы. – Нам остается только сидеть тут и загорать. Вы-то оба как?

– Я в порядке, – ответила Гамильтон, – так, пара порезов.

Она с беспокойством посмотрела на прикомандированного офицера, но ничего не сказала.

– А вы, шо-са? – спросил Джейк.

Лицо Паркенсена, казалось, было лишено способности проявлять эмоции, но, судя по напряжению мышц, ему, очевидно, было больно.

– Лейтенанту Гамильтон пришлось применить незначительное хирургическое вмешательство, но, уверяю вас, ничего такого, что помешало бы мне сражаться в дальнейшем, со мной не произошло, – сдержанно произнес он.

– А у меня спина – как подушечка для булавок, – подытожил Джейк. – Для начала неплохо.

– Это не все, – неохотно добавила Гамильтон. – Правая рука шо-са, сэр… я… я ампутировала ему несколько пальцев.

Джейк посмотрел на Паркенсена, которого эта непрошеная откровенность, похоже, рассердила.

– Это не имеет значения, – ледяным тоном произнес шо-са. – Я вполне могу управлять роботом.

– Да, – согласилась Гамильтон, – но с такой травмой вы сможете пользоваться всего двумя ПИИ. Придется следить, чтобы эта синдикатская жестянка не перегрелась и не заглохла посреди поля боя.

Джейк понял, что они уже по меньшей мере один раз об этом спорили. Паркенсен выпрямился во весь рост и посмотрел на него сверху вниз, вызывающе уперев здоровую руку в бедро.

– Мои ранения – это мои проблемы… точнее, не проблемы вовсе. Уверяю вас, что я боеспособен и могу снова сразиться с Ягуарами, если это понадобится. Как вы намереваетесь действовать дальше, майор Фуллер?

У Джейка голова шла кругом от всего происходящего. Уже во второй раз с тех пор, как он принял командование Кильситской Стражей, его отряд выкашивают подчистую. Выполнение задания, за которое он добровольно взялся, имеет важнейшее значение для выживания полка; какие бы потери он ни понес, это роли не сыграет. Пока вражеский аэродром функционирует, он представляет смертельную угрозу для фузилеров.

– Здравый смысл требует, чтобы мы поджали хвост и кинулись бежать в расположение полка… где бы он ни находился. Все, и в том числе Ягуары, думают, что мы погибли. В этом наше преимущество… Я принимаю решение продолжить операцию и выполнить поставленную перед нами задачу, – твердо сказал Фуллер.

– Ну же, Митч, скажи мне, что мы сохранили боеспособность, – сказал Лорен, перегнувшись через перила мостика над ремонтным отсеком для роботов.

«Буллран» направлялся к надирной точке перехода, собираясь покинуть Болтин. Отсек снова был полон шума и рабочей суеты. Лорен заметил даже, что несколько вахтенных инженеров вышли не в свою смену, чтобы помочь дежурным.

– Сохранили, но один робот потерян, – отозвался начальник полковой техслужбы. – С общей помощью нам удалось много чего отремонтировать. «Стервятник» Триши действует, но мне пришлось снять с него один оружейный блок. Я смог пустить в дело кое-какие запчасти, снятые с «Молота Войны» и «Бегемота». «Стервятник» будет малость кособоким, но это лучше, чем ничего.

– Понял. А что остальные?

– Внутренний ремонт продвигается медленно, но до прыжка еще осталось время. Думаю, к моменту достижения следующей точки все будет готово.

Лорен услышал в его голосе некоторую неуверенность, но знал, что каким бы то ни было образом техник сумеет поставить на ноги и запустить омнироботов.

– Вот и хорошо. Спасибо, – сказал он, и Митч Фрейзер немедленно вернулся к своим делам.

Как только Митч ушел, Керндон негромко заговорил:

– Я следил за боем с борта «Буллрана». Вы остановились у тела своего павшего воинам что-то бросили. Хотелось бы знать что.

– Помнишь воина-Ягуара, женщину, умершую в госпитале?

– Ут. Марилен.

– Это был ее браслет кодекса. Когда Коты его найдут, то убедятся, что перед ними подлинные останки воина-Ягуара. Верно?

Керндон на миг задумался.

– Идея неплохая, но я удивлен – почему вы перед этим не проконсультировались со мной? Вы мне не доверяете?

– Это не так, – покачал головой Лорен. – Сказать по чести, я не уверен в своих знаниях о клановых обычаях, касающихся осквернения мертвых, и не знал, что ваш народ делает с кодексом, когда воин погибает. Не хотел ставить перед тобой моральных дилемм.

– Здесь нет конфликта интересов, майор Лорен. Кланы смотрят на смерть не так, как ваш народ. Мы с гордым трепетом ожидаем почетной смерти в бою, мы стремимся к ней. Если бы ваша женщина-воин была Ягуаром, это был бы для нее шанс передать свое генетическое наследие новому поколению воинов. Это перерождение, а не конец.

Лорен посмотрел на Керндона, а потом взял его руку, на которой были узы «связанного», и оборвал вторую петлю, оставив лишь одну.

– Ты напомнил мне о том, что я должен был сделать – уничтожить останки Сары. Насколько я помню, вторая петля означает преданность. Ты показал, что предан мне.

Керндон потер запястье и подергал оставшийся шнур.

– Теперь я должен доказать свою доблесть в битве. Оказавшись на Тарнби, мы повстречаемся с Котами на поле боя, и там у меня будет такая возможность.

XXXVI

Планетарный командный штаб Клана Кота

Новый Лортон

Тарнби

Оккупационная зона Кланов Ягуара и Кота

19 июля 3058 года

Хан Клана Кота Северен Леруа сидел во главе стола и прямо-таки являл собою иллюстрацию к образу вождя. Рядом располагались командиры подразделений. Звездный полковник Аякс Драммонд, командир 100-го ударного соединения, был явно недоволен: для того чтобы прибыть на совещание, ему пришлось прервать полевые учения. Звездный полковник Ангелика, под командованием которой находилось 153-е гарнизонное соединение, была, как всегда, погружена в себя и мрачно улыбалась потаенным мыслям. Напротив Хана сидел звездный полковник Сэнтин Вест.

– …и я полагаю, что Ягуары все же мобилизовали свою «галактику» «Тау», – говорил он. – Принадлежащие этой части подразделения дислоцируются вдоль нашего маршрута снабжения и в настоящее время проверяют нашу оборону на прочность…

– Отчего ты думаешь, что это именно «галактика» «Тау»? – спросил Аякс Драммонд.

Вест покачал головой:

– Я просмотрел донесения с Болтина. Там найден кодекс одного из воинов, женщины. Хотя о расположении базы Ягуаров по нему судить нельзя, он содержит описание деяний погибшей, которая служила именно в «галактике» «Тау». Из записей о ее назначениях я смог узнать о противнике немало полезного.

– Например?

– Я сравнил их с данными, полученными с базы перезарядки «Кошачий Глаз», которая, по-видимому, была атакована той же частью. Ягуары выиграли там Испытание Права Владения на заряды для Т-корабля, что помогает определить, какой техникой они пользуются. Сопоставив имеющуюся информацию, мы выделили восемь звездных систем, в одной из которых может быть размещена «галактика» «Тау».

– Что ты предлагаешь? – спросила Ангелика. – Атаковать их раньше, чем они нападут на нас?

– Ут, – ответил Вест. – Они наносят пробные удары перед крупномасштабным наступлением. Это очевидно. – Многие ночи, бессонные или полные борьбы с кошмарными снами, обошлись ему недешево. Чем скорее все это кончится, тем лучше. – Нам нужно добыть еще немного информации, после чего мы сможем окончательно определить местонахождение их базы. Сюда от Болтина всего два прыжка. Если мои предположения верны, следующий удар они нанесут здесь, на Тарнби.

Драммонда эти слова явно поразили:

– Ты думаешь, они осмелятся на нас напасть?

– Ут, звездный полковник.

Я знаю это – знаю благодаря моему видению и тому, что пришло во сне к Хранительнице Клятвы. Они атакуют, и мы будем сражаться с ними именно здесь…

Хан Северен Леруа наконец заговорил:

– Звездные полковники Драммонд и Ангелика, вскоре вы увидите, что звездный полковник Вест может знать нечто, что недоступно нам. Поэтому я и перевел сюда его соединение… У полковника было видение, в котором он узрел сражающегося Ягуара. Видению сему я поверил, и – Ягуар грядет, как и было предсказано. Вест здесь по моему приказанию, он готов встретить противника, подобравшегося к самому порогу…

Сэнтин Вест оглядел лица собравшихся. Драммонд и Ангелика смотрели на него со смесью восхищения и почтения во взоре.

– У тебя было видение? Там были Ягуары? – переспросил Аякс Драммонд.

– Ут. В видении своем узрел я двух Котов – один из них был Ягуаром, другой мне неизвестен. Биккон Винтере, Хранительница Клятвы, во сне видела, как я сражаюсь с Ягуаром в Глубоком Эллуме – здесь, на Тарнби.

Его слова, похоже, взволновали даже Хана Леруа: обстановка в комнате сразу же сделалась более торжественной.

– Хранительница Клятв не говорила мне об этом сновидении, – промолвил Леруа. Голос его выдавал недовольство.

– Об этом судить не мне, мой Хан, – ответил Сэнтин Вест. – Она не поведала мне подробностей, сказала лишь, что видела, как я бьюсь против Ягуара, это происходит в городе, и схватка кончается вничью.

Хан Клана Кота медленно наклонил голову:

– Чего же желаешь ты?

– Преследовать их, – ответил Вест с пламенем в очах. Леруа чуть усмехнулся:

– Твоя готовность преследовать Ягуара радует меня. Она достойна крови Кота, наполняющей сердце твое и дух твой.

– Я лишь хочу защитить свой клан, мой Хан, – промолвил Вест, опустив очи долу в знак почтения.

– Мы будем ждать. Враг придет сюда. А когда он придет, мы ухватим его своими когтями, мы разорвем его своими острыми зубами. Мы будем биться с такой яростью, что Линкольн Озис узрит, сколь безумен был он, задумав такое.

Аякс Драммонд поднялся со своего места:

– Хан Леруа, большое значение придаем мы видениям наших воинов. Сэнтин Вест не единожды доказал, что он – истинный воин Кота. Он носит Родовое Имя и высокое звание, достойное кровного родича Кота. Посему я отказываюсь от права моего 100-го ударного соединения участвовать в какой-либо подаче заявок на сражение с «галактикой» «Тау» Клана Ягуара, когда она достигнет Тарнби.

Звездный полковник Ангелика тоже поднялась:

– Я также отказываюсь от права моего соединения участвовать в подаче заявок, мой Хан.

Сэнтин Вест был ошеломлен их поступком, но знал, что сам в подобных обстоятельствах поступил бы так же. Он склонил свою крупную голову в знак уважения к собратьям-офицерам.

– Благодарю вас обоих. Я не подведу ни вас, ни нашего Хана.

– Пусти им кровь, но не убивай их, – твердо сказал Леруа. – Пусть приведут нас к остаткам своего выводка.

– Как пожелаете, мой Хан, – ответил Сэнтин Вест, не поднимая головы.

Черная кожа Леруа блестела.

– Хорошо же, – проговорил он. – Подача заявок на право сокрушить «галактику» «Тау» завершена. Славное дело.

XXXVII

К югу от Новой Шотландии

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

22 июля 3058 года

Когда майор Каллен Крейг подошел к походному костру, возле которого сидела полковник Стирлинг, он не просто нервничал – он очень нервничал. И вот почему. Что бы он ни сказал, все решат, будто он продолжает свою маленькую личную войну против Лорена Жаффрей. Однако в действительности дело было не в этом. В первый раз за всю свою военную карьеру он подумывал о немыслимом – о том, чтобы прекратить сражаться.

Полковник Стирлинг доверила решение вопроса выживания полка своему старшему помощнику, майору Лорену Жаффрей. Мысль об этом приводила Крейга в бешенство.

Жаффрей… Год назад никто о нем и слыхом не слыхивал, а потом вдруг он становится старшим помощником, проводит собственные программы, переучивает весь полк по-своему, – и что толку? К встрече с Ягуарами фузилеры все равно оказались не готовы.

Больше всего Каллена Крейга злило то, что все почему-то продолжают верить, будто Жаффрей и его команда вернутся. Черта с два! Сам-то Крейг знал правду. Лорен Жаффрей сделал ноги.

Он не был настоящим горцем, таким, как я, или Блэки, или полковник. Он всегда оставался и будет оставаться чужаком, с ненавистью думал Крейг.

Хотя они с Куртом Блэкадаром дружили уже много лет, внезапно Крейг почувствовал, что ненавидит Блэкадара почти также сильно, как Жаффрей. Во время сражения в ущелье Блэки едва не бросил батальон Крейга умирать, ожидая приказа Стирлинг.

С тех пор, как Блэки сделался старшим помощником, он переменился, вот в чем дело. И виновата в этом полковник Стирлинг.

Злоба прямо-таки душила Каллена Крейга…

Он вошел в освещенное пространство вокруг костра. Полковник Стирлинг оторвала взгляд от пламени и посмотрела на него. Впервые, хотя и всего на миг, он увидел, как много ей лет.

– Вы чем-то обеспокоены, майор?

– Да, мэм. – Языки огня рвались в ночное небо. – Полковник, мне необходимо высказаться. Происходящее мне не нравится.

Он не смел посмотреть ей в глаза, встретиться с ее пронзительным взором.

– М-да? – холодно произнесла она.

– Бегство через всю планету обходится нам слишком дорого. Мы измотаны, ухудшилось состояние личного состава и техники. А Ягуары гнут свое…

– Я осведомлена о сложившейся ситуации. Даже если нам удастся сохранить нынешний темп движения, Ягуары вцепятся нам в ляжки в течение пяти дней, – по-прежнему холодно сказала Стирлинг.

И фузилеры и Ягуары были на марше, но противнику не приходилось тащить за собою обоз, поэтому они постепенно сокращали расстояние.

– Вам не нравится моя стратегия, майор? – надменно спросила Стирлинг.

Каллен Крейг не ответил – раскрыл рот, но произнести не смог ни слова.

– Говорите, не стесняйтесь, майор. Он моргнул и посмотрел ей в лицо.

– Фузилеры истощены до предела. С моей точки зрения, мэм, пора повернуться лицом к врагу и принять бой.

Она некоторое время пристально смотрела на него, потом заговорила.

– Отчасти вы правы, майор. Весь смысл отступления состоял в том, чтобы протянуть время, но больше нам этого сделать не удастся… Мы прошли более четырехсот километров и находимся на полпути от ущелья к проливу Такаши. Нам удалось получить небольшое преимущество во времени, но мы оба знаем, что добром все это не кончится.

Она замолчала, испытующе глядя на Крейга. Тот смотрел куда-то в сторону, понурившись.

– У меня есть план – вариант разработанного прежде СХВ, – заговорила снова Стирлинг. – Мы попробуем вывести большую часть в район Новой Шотландии. Арьергард будет прикрывать их отход. В основном это будут оставшиеся у нас бронетранспортеры, пехота и роботы, состояние которых не позволит им пройти по тропе наверх.

– У авангарда не будет ни малейшего шанса на победу, мэм, – пробормотал Крейг.

Стирлинг кивнула.

– Их цель не в том, чтобы победить Ягуаров, они должны будут просто выжить и выиграть время для спасения остальных. Может статься, они дождутся Жаффрей и Малвани с подмогой.

– Ваш приказ – смертный приговор для этих людей, – тихо проговорил Крейг.

Она внимательно посмотрела на майора.

– Погибнут многие, но кто-то останется в живых. Это часть нашей работы. Иногда приходится отдавать приказы, которые приведут к гибели людей. Единственная причина, по которой я это делаю, – в конечном итоге мой план спасет больше жизней, чем погубит. Я не буду приказывать сражаться до последней капли крови. Арьергард должен выжить и выиграть время, точка.

Каллену Крейгу тоже не раз за время его службы приходилось отдавать людям приказ идти на смерть.

– Операция по выводу остальных роботов на континент будет слишком опасна. Атмосфера там разреженная, почти вакуум, ночью – дикий холод, а днем солнце изжарит нас заживо.

– Установленные в кабинах роботов системы регенерации воздуха должны позволить нам провести наверху несколько недель, хотя, конечно, придется нелегко. Сложнее всего будет с продовольствием. Даже с учетом введенных ограничений его недостаточно, а будет еще хуже.

– Вы вправду верите, что Жаффрей вернется? – спросил Крейг. – С майором Малвани, конечно, дело другое. Она-то в любом случае сюда прилетит. Но вот в Жаффрей я не уверен…

Стирлинг посмотрела на него так, что, несмотря на жар костра, у майора по спине побежали мурашки.

– Вы не доверяете ему, но у вас, насколько мне известно, нет для этого никаких причин, – холодно произнесла «Кошка».

– Он лишь называется горцем, – сказал, не поднимая глаз, Крейг. – Вы да и остальные старшие офицеры относитесь к нему так, будто он один из нас, но его род отвернулся от горцев десятки лет назад, когда полк вернулся на Нортвинд. Да, я знаю, что в прошлом году Жаффрей помог нам победить Дэвионов, но все равно он в большей степени принадлежит Капелле, нежели горцам. А теперь он вообще дезертировал!..

Стирлинг яростно затрясла головой:

– Дело ведь не только в этом. Причина в том, что он стал старшим помощником, верно?

На этот раз Крейг не сумел удержаться:

– Это назначение должно было достаться мне! Я его достоин! Я шесть лет прослужил верой и правдой под началом майора Макфранклина, и чем вы мне за это отплатили?! Сделали своим старшим помощником этого человека! Сперва этого предателя, а теперь – Блэкадара!

Стирлинг сначала была потрясена, а потом на ее лице проступила жалость.

– Так вот в чем загвоздка… Вы носили это в себе долгие месяцы. Вы завидуете майору Жаффрей…

Крейг открыл рот и хотел было опровергнуть ее слова, но в конце концов передумал.

– Полковник, – сказал он, похоже, стыдясь того, что потерял самообладание, – если вы планируете оставить какие-либо силы в арьергарде, я хотел бы ими руководить.

– Майор… Каллен, – медленно ответила она, – вам не нужно мне ничего доказывать. Я знаю ваши достоинства, но знаю также, что вы не готовы к этому назначению. Вы вините во всем майора Жаффрей, но в действительности решение приняла я.

Каллен Крейг, казалось, смотрел сквозь нее, словно что-то в его сознании сдвинулось. Напряжение последних недель наконец дало о себе знать.

«Кошка» Стирлинг и ее старший помощник стояли возле небольшого жаркого костерка. Привал был коротким – только чтобы дать солдатам возможность немного отдохнуть и проглотить паек. Несмотря на близость огня, Стирлинг растирала плечи, спасаясь от холода.

– Стало быть, говорите, Крейг сломался? – спросил Блэкадар.

– Нет, – покачала головой «Кошка» Стирлинг, – я лишь говорю, что это возможно. Сам знаешь, Блэки, здесь есть разница.

– Полковник, мы с ним знакомы много лет. Вечно он чем-нибудь недоволен, такой уж он уродился.

– Будь что будет, а нам надо решить, оставлять ли его прикрывать нашу спину.

– Надо серьезно подумать, мэм, – ответил Курт. – Если арьергард под его командой облажается, нам крышка. А если он пойдет с нами и сойдет с катушек – тоже нехорошо…

Стирлинг кивнула:

– Если хочешь, я сама ему сообщу.

– Нет, мэм, это моя работа. Пойду скажу нашему дорогому майору, что он будет отвечать за оборону наших тылов…

Он пошел было прочь, но обернулся к Стирлинг, словно что-то забыл, и негромко добавил:

– И да поможет нам Бог…

XXXVIII

Планетарный командный штаб Клана Кота

Новый Лортон

Тарнби

Оккупационная зона Кланов Ягуара и Кота

25 июля 3058 года

Огромный костер пылал, словно врата ада. Над ним возвышалась колонна почти в десять метров высотой с круглой площадкой наверху. Ритуал проходил в самом сердце штабной базы Клана Кота в Новом Лортоне, между плац-парадом и небольшой рощицей, вдалеке от любопытных взглядов низших каст.

Воины Клана Кота, облаченные в церемониальные одежды, окружили костер. Одежда большинства из них состояла лишь из черных кожаных жилетов и шортов; иные дополнили его перетянутыми тесьмой обмотками и ботинками, другие, в основном бойцы-элементалы, оставались босыми. На раскладных столиках имелись еда и напитки, но собрался народ не для гулянки.

Ритуал, принятый в Клане Кота, назывался Хроникой Битв. Раз в месяц воины клана собирались под звездным небом, дабы предстать друг пред другом, почитать вслух отрывки из Предания и поведать о славных подвигах.

Этот обряд связывал воинов клана воедино, сплачивал их. Но нынче ритуал Хроники проходил не так, как обычно. Сегодня ночью 179-е готовилось к бою, и, собравшись вокруг священного костра, Коты говорили не только о победах прошлого, но и о грядущем сражении – сражении против Клана Ягуара.

Сэнтин Вест стоял чуть в стороне. Будучи элементалом, он выделялся среди собравшихся ростом. Он смотрел на воинов трех соединений, расквартированных на Тарнби, но мысли его блуждали где-то далеко. Сэнтин Вест думал о будущем противнике. Ягуары вторглись в его сны, превратив их в кошмары.

Он хотел положить этим кошмарам конец, но чувствовал, что все это не закончится на Тарнби. Что-то говорило ему: настоящее сражение произойдет не здесь…

На Тарнби Коты столкнутся всего с одним соединением «галактики» «Тау». У врага есть еще и другие бойцы, и они пойдут по следу Клана Кота…

Кто-то положил ему руку на плечо. Вест опустил глаза и увидел рядом с собой звездного полковника Аякса Драммонда.

– Приветствую тебя, – произнес Сэнтин. – Добрая ночь сегодня для того, чтобы воздать славу Коту.

– Многие говорят о твоем видении, Сэнтин Вест, – серьезно сказал Драммонд.

Эта новость неприятно удивила Веста.

– Как такое могло случиться? – спросил он.

– Кто-то проговорился, скорее всего – Ангелика. Давно уже ни у кого в нашем клане не было такого видения, да еще столь отчетливого… Оглядись, Сэнтин Вест. Разве ты не обратил внимания на то, как смотрят на тебя эти воины? Они пришли услышать твое слово, разделить с тобою твое видение. Разве ты не замечаешь?

Вест обвел глазами собравшихся – в самом деле, многие, похоже, смотрели на него.

– Оно им не понравится. Сон мой омрачен кошмарами, после коих я лежу, не смыкая глаз… Да и не почитают меня вождем. Я просто воин Кота.

– Нег, – возразил Драммонд. – Незримое коснулось тебя. Керенский протянул свою длань и указал тебе на угрозу со стороны Клана Ягуара. Это вдохновляет воинов. Ты – ось, ты – опорная точка. Нашим воинам нужно услышать твой голос.

– Им нужно готовиться встретить Ягуара, – недовольно сказал Сэнтин Вест.

Барабан ударил двадцать раз – по одному разу в честь каждого из кланов, созданных Николаем Керенским. Толпа заволновалась: низкие звуки затронули не только сердце и разум, но, казалось, и что-то еще более глубокое.

Это был сигнал к началу церемонии. Старшие офицеры взошли на площадку над ревущим пламенем.

– Сайла, – хором возгласили воины.

Из толпы выступила одетая в черное Ангелика. Она приблизилась к Драммонду, и оба они повели Сэнтина Веста к площадке. Право говорить первым принадлежало ему – такова была дань почтения его видению.

– Сэнтин Вест, – пели хором воины Клана Кота, – сайла!..

Чувствуя на себе их взгляды, Сэнтин поднялся на площадку, которую снизу лизали языки огня. Отсюда он должен был обратиться к собравшимся воинам клана.

Он раскрыл рот, но грозный рев внизу не дал ему говорить. Посмотрев вниз, он увидел: толпа превратилась в некое живое, дышащее воплощение Клана Кота Сверхновой. Рычание зверя, низкое и мощное, пронизывало собравшихся до костей, запустив когти в сердце и душу.

Могучий зверь пристально смотрел на Сэнтина Веста, а потом припал на передние лапы, будто кланяясь ему. Над толпой пронесся смутный ропот. Пора было начинать речь.

– Воины Кота, я – звездный полковник Сэнтин Вест. Я – вождь Круга Силы. Вовек не бывало взращено во славу нашего клана воинов лучше, чем бойцы моего соединения… Хоть должен вещать я о битвах минувших, сегодня веду я сказанье о схватках грядущих…

Сэнтин сделал паузу, набрал побольше воздуху и заговорил в том стиле, что принят на торжественных сборищах Котов, с легкими завываниями, мерно раскачиваясь в такт словам:

– Мне было виденье, в котором узрел я врага неизбывного нашего, друга, поверьте. То был Ягуар – он такой же, как прежде, и ярость его не стихает вовеки. С клыков его капает мутно и гадко слюна ядовитая, очень вонюча; глазищи гаденыша зело сверкают, как две галогеновых фары во мраке; на дымчатой шерсти узрел я те знаки, что всем, без сомненья, известны в округе: обличье скотины, изгоя кошачьих, ублюдка пятнистого всем вам знакомо…

Вест перевел дух и оглядел собравшихся. Они внимали его речи с чрезвычайным почтением.

Вест удовлетворенно кивнул и продолжил: – Однако же странное дело, о други: чудес нам виденья приносят немало; привиделась мне и такая вот штука: там был не один наш противник пятнистый. Имелся и кто-то совсем непонятный, однако же видом совместный с котярой: он так некрасиво, все прячась в засаде, себя вел нахально и вредно к тому же: стремясь уязвить нас, желательно в спину, наш недруг-инкогнито был тем не менее, весьма агрессивен и грозен вдобавок: на полном серьезе мы бились с ним долго, и яростью враг отличался изрядной: вгрызался клыками, царапался когтем, он бился хвостом и другими частями могучего тела, пригодного к битве… но все же попытка его одолеть нас имела не более шансов на счастье, чем то, если б враг очумевший, отринув сомненья, взалкал бы желаньем восстать и пролиться дождями златыми на провод под током… уж лучше бы он попытался, безумный, используя тыл без брони, оголенный, в атаку пойти на ужасных животных, что панцирь имеют из игл преострейших, и бродят во мраке ночей, и топочут, и кушают (бон аппетит!) земноводных, и фыркают строго на всех для порядка…

– Сайла, – в восхищении произнесли нараспев воины Клана Кота, и слово это эхом разнеслось в ночи, заглушив бой барабана и рычание зверя, давшего клану имя.

Тем временем через толпу начала пробираться девушка из касты техников. Сперва плотное кольцо воинов не давало ей пройти, но потом они расступились, и девушка робко начала подниматься на платформу. В руках у нее был переносной голографический проектор. Чуть не дойдя до верха, она остановилась и опустила голову в поклоне.

– Ритуал сей – для воинов, и лишь для воинов, – сказал Сэнтин Вест.

– Прошу простить меня, звездный полковник. Но вы приказали мне прервать вас в том случае, если произойдет нечто из ряда вон выходящее… Так вот, с корабля, только что вторгшегося в систему через пиратскую точку перехода, пришел вызов. Бросил его звездный командор по имени Грегори из Клана Ягуара.

– Включай, – велел он. – Покажи всем, что случилось, и пусть видят, как я отвечу.

– Поступил ответ из города Новый Лортон, – доложил офицер связи «Буллрана».

– Передавайте, – велел Лорен, включая голографическую систему.

До сих пор Котов вызывал он один. Однако знание специфики работы военной разведки подсказывало ему: рано или поздно Коты могут выяснить, что против них воюют всего две «звезды». Чтобы создать иллюзию того, что сил у него больше, он решил, что следующий вызов должен бросить Грег Гектор.

Как только проектор включился, лейтенант Гектор сразу выпрямился. В воздухе появилось изображение настоящего великана, почти на метр выше обычного человека, – очевидно, элементала. На нем была черная кожаная куртка с проклепанным воротником, на огромных руках – черные перчатки. Лицо его выражало силу, решительность, гнев – но все это было под контролем разума. На заднем плане виднелись зловещие отблески пламени.

– Я – звездный полковник Сэнтин Вест, командир 179-го ударного соединения, которое сокрушит и уничтожит вас, – прогрохотал грозный вояка. – Отвечайте, Ягуар Грегори, был ли ваш звездный полковник, тот, которого звали Лорен, убит нашими людьми на Болтине или же он слишком труслив, чтобы предстать перед истинным воином?

– Нег, – ответил Грег Гектор. Лицо его было скрыто маской Ягуара. – Звездный полковник Лорен полагает, что эта битва недостойна его внимания, и потому поручил бросить вызов мне.

– Я запомню вашу грубость и ваше высокомерие, недостойные воина – даже Ягуара, – холодно произнес Кот.

– Слова пусты, – твердо ответил Гектор. – Отвечайте: какие силы будут защищать ваш узел ГИС?

Сэнтин Вест не дрогнул:

– Я отказываю вам в Испытании Права Владения. Если вы хотите воспользоваться нашим узлом ГИС, придите и попробуйте воспользоваться. Я же говорю: я пришел бросить вызов вам и вашей «галактике» «Тау» на Испытание Обиды. Своими набегами вы нанесли нам оскорбление.

Грег Гектор бросил быстрый взгляд на Керндона. «Связанный» медленно кивнул – вызов следовало принять.

– Мы принимаем ваш вызов, – сказал спокойно Гектор, – и будем защищать свою честь… – тут Лорен поднял девять пальцев – у него оставалось девять омнироботов, – девятью «лучами».

Элементал из Клана Кота расхохотался и продолжал смеяться, пока связь внезапно не прервалась.

XXXIX

К югу от Новой Шотландии

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

25 июля 3058 года

Каллен Крейг подошел к ожидавшим его Курту Блэкадару и Стирлинг. Высокий холм прикрывал временный лагерь от ветра. Зеленое небо Обочины потемнело – его затянули тучи.

Полк уходил к северу, резко свернув с прежнего маршрута, и поднимался на поверхность материка. Авангард Ягуаров находился всего в нескольких часах пути от лагеря – об этом сообщали оставленные фузилерами сторожевые сенсоры. Неутомимые Ягуары не прекращали погони.

– Вы с полковником боитесь, что я не выдержу напряжения, так? – с вызовом спросил Каллен Крейг. – Так вот, я не сломался…

Он бросил на Стирлинг, которая стояла со скрещенными на груди руками и сохраняла на лице выражение полнейшей невозмутимости, злобный взгляд.

– Я просто не доверяю Жаффрей, но вы слышите об этом далеко не в первый раз. Блэки, мы с тобой сто раз об этом говорили. Ты его тоже не любишь, насколько я помню…

– Дело не в этом, Каллен, – сказал Курт Блэкадар. – Мне просто нужно быть уверенным, что ты не позволишь своим чувствам помешать тебе выполнять задание.

Крейг потер лоб, словно от сильной головной боли.

– Мне просто нужно немного отдохнуть, Блэки. Черт, нам всем нужно отдохнуть…

– Пока ты будешь сдерживать Ягов, остальные пойдут дальше на север, а потом – на восток, – сказал Курт. – Наверху, на материке, растет окаменевший лес. Без техников придется нелегко, но мы выдюжим.

Стирлинг наконец заговорила:

– «Стена» осталась в точке посадки. Летать корабль не сможет, слишком серьезны повреждения, но там можно укрыться и дождаться, пока прибудет подкрепление.

Крейг, не веря своим ушам, посмотрел на нее, потом перевел взгляд на Блэкадара.

– А как же мой батальон?

– Переходит под мое командование до тех пор, пока не будет восстановлена связь, – спокойно ответил Блэкадар. – Ты получишь усиленную роту – всю оставшуюся пехоту, техников, машины и боевых роботов, которые слишком сильно повреждены, чтобы подниматься наверх, на плато. Отряд достаточно сильный, но для действий в тамошних условиях он не подходит. Нанеси Ягуарам удар, отвлеки их внимание и уходи… До места посадки далеко, но направляйся прямо туда. Как только вернется Жаффрей со своей командой или прилетит батальон Малвани, мы с вами встретимся.

– Ты ведь не думаешь, Блэки, что Жаффрей в самом деле вернется? – спросил Крейг, не скрывая своего раздражения – несмотря даже на присутствие полковника Стирлинг. – Когда мы разделимся, больше свидеться нам не придется, и ты это хорошо знаешь…

Сидя в кабине своего «Лесного Волка», звездный полковник Патриция снова и снова обдумывала ситуацию и всякий раз приходила к одному и тому же выводу.

Они в ловушке. Они устали от гонки, и теперь они наши.

Патриция представляла себе, как эта вольнорожденная Стирлинг разворачивает своих подонков, а потом перед ее внутренним взором разыгрывалась вся будущая битва. Она видела, словно наяву, как противник бросается навстречу ее соединению на своих устаревших роботах, как кипит бой, в котором все определено с самого начала, как она, Патриция, стоит над поверженным, втоптанным в кровавую грязь телом этой выскочки Андреа Стирлинг и попирает сапогами никчемный, жалкий труп…

Коммуникатор негромко запищал, и она включила монитор. На экране появилось лицо галактического командора Девона Озиса.

– Звездный полковник Патриция, ознакомились ли вы с данными воздушной разведки?

– Так точно, галактический командор.

– Значит, вы пришли к тому же выводу, что и я, – холодно сказал он.

– Совершенно верно. Фузилеры прекратят бегство и повернутся к нам лицом, – ответила она с ноткой радости в голосе.

– Вы так думаете?

– Ут, галактический командор. Для чего бы еще им начинать движение по такой пересеченной, почти непроходимой местности?

– Вы вернорожденный Ягуар, но боевого опыта вам не хватает. Жители Внутренней Сферы весьма упрямы. Полковник Стирлинг уводит свои войска на север, но не для того, чтобы сражаться с нами, – она хочет подняться на континент, – поучающе произнес Девон.

Патриция посмотрела на него, мягко говоря, с недоверием. Учитывая специфику топографии Дикого Кота, подобный поступок лежал за пределами логики. Но Девон Озис говорил весьма убежденно.

– Разве не существует вероятности, что она планирует атаковать нас? – с сомнением произнесла Патриция.

– Нег, Патриция, нег. Если бы она хотела драться, она приняла бы мой вызов еще тогда. Нег, она надеется сбежать наверх.

Патриция была потрясена этой мыслью – она знала, что на континентах Дикого Кота атмосферы почти нет.

– Что мне следует предпринять, галактический командор?

– Ускорьте преследование. Я хочу ударить по ним как можно быстрее. Если же они попытаются все же прорваться на поверхность континента, наши аэрокосмические истребители разбомбят их в прах. Я хочу, чтобы от генетического материала этих мерзких вольнорожденных не осталось и следа!

– Будет исполнено, – ответила Патриция. Меньше чем через два дня от «Фузилеров Стирлинг» ничего не останется. Отмщение за честь, потерянную звездным полковником Робертой, станет ее заслугой и будет включено в ее, Патриции, кодекс.

Она улыбнулась, думая о славном деле, в котором ей предстоит поучаствовать…

На своих дальних сенсорах Джейк Фуллер увидел неясные изображения двух вражеских омнироботов системы «Тор», стоящих в дальнем конце взлетно-посадочной полосы. Они, как и вражеские же элементалы, были его мишенями.

– Шо-са, вы на позиции?

На то, чтобы добраться до аэрокосмического комплекса Ягуаров, понадобилось несколько суток медленного, осторожного продвижения. Они шли только по ночам – днем Фуллер и два его спутника прятали роботов среди скал, укрывая их термоуловителями и всей растительностью, какую только могли отыскать. До ущелья было теперь несколько дней пути, и Ягуары его, несомненно, уже заняли.

База находилась на плоской каменной площадке, окруженной высокими песчаными дюнами – обычный для этих мест пейзаж. ВПП шла с севера на юг. На северном ее конце находилось несколько строений – ангар, центр связи, казарма. Аэродром лежал как на ладони, тогда как Фуллер был пока что прекрасно замаскирован. Пока что…

Окрестности базы они обследовали, спешившись, чтобы те, кто должен был ее оборонять, их не заметили. План Джейка был довольно прост, но рискован. Он собирался вырваться на дальний конец ВПП, а как только его заметят – вернуться в дюны. Тем временем Паркенсен должен был атаковать узел связи и ангар, уничтожив омниистребители и лишив базу возможности вызвать подмогу. Чентилли Гамильтон следовало спрятаться в дюнах, почти заглушив реактор, а когда Джейк выманит вражеских элементалов и «Торов» с базы, запустить его и атаковать противника с фланга. Паркенсен, пройдя вдоль ВПП, должен нанести им удар с тыла. Оказавшись зажатыми между трех огней, Ягуары не будут иметь шансов остаться в живых.

– Майор Фуллер, – очень спокойно проговорил Эльден Паркенсен, – я готов и ожидаю вашего сигнала.

Эти ублюдки уничтожили мою роту. Они забросали бомбами Кильситскую Стражу. Мои люди даже не поняли, кто их убил… Но пришел час расплаты!.. – с ожесточением подумал Джейк.

– За наших мертвых и за тех, кто еще жив, – зададим им жару! Увидимся на аэродроме!.. – сказал он и двинул своего «Цербера» к ничего не подозревающим роботам Ягуаров.

XL

Глубокий Эллум

Новый Лортон

Тарнби

Оккупационная зона Кланов Ягуара и Кота

25 июля 3058 года

Город Новый Лортон расположился подле протекавшей с востока на запад речки Черный Язык. Берега широкой, быстрой реки по большей части представляли собою крутые обрывы, поднимавшиеся в высоту почти на двадцать метров. Форсировать ее было невозможно даже силами боевых роботов. Река оказалась превосходной естественной преградой. К северу от города находилось большое болото. Там в свое время была фабрика по добыче метана, обеспечивавшая в эпоху Звездной Лиги энергией половину планеты. Теперь от нее остались одни развалины – тоже та еще местность, весьма неудобная для действий даже лучших моделей роботов.

Город был разделен на секторы. В южной его части, среди обширных зеленых лугов, находился планетарный штаб Клана Кота. Самой старой частью Нового Лортона был Глубокий Эллум, здания которого карабкались по склону утеса над рекой. Строили их давно, еще в ту пору, когда планета Тарнби была аванпостом могущественной Звездной Лиги. Постройки содержались в порядке, а на узких улочках между ними не могли бы развернуться даже самые легкие боевые роботы.

Узел гиперимпульсной связи, посылавший сообщения с использованием той же технологии, что позволяла перемещаться между звездами Т-кораблям, находился на самом краю обрыва. Построил его Комстар за несколько сот лет до возвращения детей Керенского. Другой связи с остальной вселенной у Тарнби не было. Как и на многих других старых станциях Комстара, город окружал огромный парк, который представлял собой прекрасное место для внезапной посадки десантного корабля, что позволяло высадившимся выстроиться в боевые порядки в стороне от тесных улиц Глубокого Эллума.

Лорен намеревался отправить отсюда фальшивое ГИС-сообщение на Обочину V. Само по себе оно ничего не представляло – просто бессмысленный набор знаков. Смысл посылки депеши состоял в том, что ГИС-сообщения отправляются по координатам планеты адресата, и эти координаты Лорен собирался оставить, будто случайно, Котам. Тогда у них будет буквально все необходимое, чтобы отыскать базу Клана Ягуара на Обочине.

Капитан Шпильман аккуратно посадил «Буллран» посреди парка. Войдя в отсек, где стояли роботы, Лорен увидел там лейтенанта Макбрайд. На первый взгляд можно было решить, что она готова броситься в битву. Однако подойдя поближе, Лорен понял, что это не совсем так: лицо девушки было бледно, глаза налились кровью от лопнувших сосудиков, сквозь плотные повязки на ранах просочилась кровь.

Лорен постарался скрыть свое беспокойство за шутливым тоном:

– Не хочу тебя обижать, лейтенант, но с виду ты вроде как перегрелась.

– Готова к бою, сэр, – ответила она, но лицо у нее было такое, будто ее вот-вот стошнит.

– Ага, – кивнул Лорен. – А я – новый Первый Лорд Звездной Лиги.

– Я вам нужна. – Макбрайд говорила с трудом. – Вы заявили всех роботов, что у нас есть…

– Да, мы сообщили, что выступим всеми своими силами. Но если ты выйдешь в бой в таком состоянии, обратно тебя можно не ждать. Лучше посиди в тактическом центре – там от тебя будет больше пользы.

– А кто поведет моего робота?

– Об этом не беспокойся – это уже мои проблемы. А теперь ступай и выпей чего-нибудь обезболивающего, а то не сможешь отслеживать перемещения Котов.

– Состояние Макбрайд не позволяет ей участвовать в битве, – сказал Лорен, стоя в дверях каюты Керндона. – Она и десяти минут не протянет… Я приказал ей остаться на борту корабля и заниматься тактической координацией. Это означает, что ты будешь пилотировать ее «Стервятника».

– «Бешеного Пса», – поправил Керндон. Так называлась эта модель в кланах.

– «Стервятника», – твердо повторил Лорен. – Теперь все будет по-другому, Керндон. Отныне ты не просто помогаешь нам изображать Ягуаров. Ты становишься одним из нас, одним из нашего клана, если угодно. Если ты собираешься пилотировать «Стервятника», ты будешь делать это не для себя и не для своего клана. Ты будешь драться за «Фузилеров Стирлинг», за полк нортвиндских горцев.

Керндон слегка прищурил свои темные глаза:

– Это дорогая цена.

– Ты мой «связанный», Керндон. Я мог бы просто приказать тебе, но хочу, чтобы ты сделал это по доброй воле. Решай немедля – ты один из фузилеров или нет?

Керндон задумался. Он подергал последнюю оставшуюся у него на запястье петлю, шнур доблести. Она напоминала ему о том, кем он был, и о том, что до сих пор стояло между ним и правом вновь называть себя истинным воином.

– Хорошо. Я в вашем распоряжении… майор Лорен Жаффрей.

Звездный полковник Сэнтин Вест произнес слово «экран», и встроенная в доспех элементала система голосового распознавания команд высветила маленький тактический дисплей, на который передавались данные с сенсоров звездного капитана Делапортаса. Отряд Ягуаров отошел примерно на километр от комплекса ГИС и занял позицию.

Хотя одновременного визуального контакта со всеми роботами Ягуаров добиться было невозможно – обзор закрывали здания, – Сэнтин Вест увидел, что они вошли в город, удалившись от парка и своего корабля почти на километр, оказавшись, таким образом, примерно посередине между кораблем и силами Сэнтина Веста. Их позиция – они выстроились цепочкой, протянувшейся на северо-запад, по направлению к утесу, – была ненадежна, единственной возможностью для отступления оставался их десантный корабль. Если Ягуарам не удастся пробиться к нему, их можно будет сбросить с обрыва в реку. Не спеша двинувшись вперед, Сэнтин Вест краем глаза продолжал изучать крохотный дисплей.

– Боевому бинарию рассыпаться. Боевой «звезде» «Чарли» выдвинуться дальше на запад по улице Лукаса к утесам и закрепиться. Боевая «звезда» «Альфа», занимаем периметр по улице Шульца и на восток, до границы комплекса, – произнес он в микрофон.

– Ут, – в один голос ответили звездные капитаны Делапортас и Нина.

Пятью секундами позже Итон Делапортас снова вышел на связь:

– Ожидаю приказа к атаке.

Звездный полковник Сэнтин Вест в последний раз посмотрел на дисплей и произнес слово «тактика». Нашлемный целеуказатель выдал тактические данные.

Ягуары там, где мне нужно… Я должен нанести им удар) слегка их зацепить, но не уничтожить. По кровавому следу я доберусь до вражеского логова…

– «Звезде» «Чарли» продвинуться вперед на два квартала и закрепиться. Бинарию направляться к востоку, после каждого квартала останавливаться. Мы хотим ранить кошку и убить нескольких ее котят… Но необходимо, чтобы часть Ягуаров осталась в живых. Можете атаковать по собственному усмотрению.

– Приближаются роботы противника, – сообщила Гленда Джура.

Волна дальнобойных ракет метнулась в сторону ее «Коши». Взметнулись рыжие языки пламени, зазвенели стекла старых витрин.

На вспомогательном дисплее у Лорена зажглись огоньки, обозначившие появление нескольких омнироботов Клана Кота.

– Гектор, ни шагу назад. Любой ценой прикрывай маршрут отхода к «Буллрану»!

– Вас понял, – ответил Гектор, перекрикивая помехи. – Контакт с противником: два «Охотника», один «Бешеный Кот»!

Лорен внезапно увидел на краю поля обозрения сенсоров «Масакари» неясное изображение. Он прогрел смертоносные ПИИ и сосредоточился. Все тело его окутало Чувство. Пальцы задрожали от возбуждения. В наушниках раздался голос Триши Макбрайд:

– Всем силам Ягуаров: Коты концентрируют свои силы напротив центра ваших позиций. Рекомендую отвести правый фланг на два квартала назад.

Лорен посмотрел на сенсоры. Триша была права.

– Информацию подтверждаю. Грег, постепенно отходи, но держи строй.

Лорен увидел, как над крышей одного из зданий появляются несколько элементалов, и в тот же миг из-за угла выдвинулся уродливый «Дредноут». Робот дал пару очередей из автопушек – снаряды застучали по ногам «Масакари», сорвав несколько кусков брони, но ничего больше не повредив, – и снова скрылся, будто приглашая Лорена последовать за собой.

Лорен навел на цель, спрятавшуюся за зданием, четырехствольный ПИИ и открыл огонь. В этот самый момент «Дредноут» опять выглянул из-за укрытия. Ярко-голубые лучи протонно-ионного излучения врезались в стену на уровне второго этажа, со страшной силой пробив ее. Здание тут же загорелось, будто в нем пробудился огнедышащий дракон. Потом что-то взорвалось – скорее всего газовая труба, – и строение обрушилось.

Сэнтин Вест укрылся за «Горгульей» звездного капитана Делапортаса – тот вел стрельбу по вражескому «Ястребу Войны». Внезапно дом всего в нескольких метрах от него взорвался и рухнул. Сэнтин Вест включил дюзы и почти успел вылететь из-под града мелких обломков, но его зацепило куском какой-то балки и швырнуло на землю, ноги придавило. Он заскрипел зубами, напряг мышцы бедер и спины – однако оказалось, что его по пояс засыпало и выбраться он не может. Тогда Вест начал яростно раскапывать кучу своей механической клешней, расшвыривая искореженные куски металла.

«Горгулья» тоже была повреждена, но вывалилась на улицу и продолжала обстреливать «Ястреба Войны».

А вот Сэнтин Вест никуда отсюда не полетит, пока не откопается из этой кучи дерьма. Не хотелось бы вот так погибнуть…

– Я подбита, – крикнула Лей Энн Миллер.

Вражеский «Охотник» окутал ее «Лиходея» пеленой пламени. Лазеры и автопушка почти оторвали «Лиходею» руку, он повернулся и выстрелил из пушки Гаусса. Расстояние до цели было очень мало. Снаряд попал большеголовому «Охотнику» прямо в грудь, и тот на секунду сильно накренился назад.

«Дредноут» снова угодил роботу Лорена в ногу, на этот раз причинив серьезные повреждения. Краем глаза Лорен заметил, как «Охотник» приближается к «Лиходею» Лей Энн, собираясь его прикончить. Робот выстрелил из одного из своих тяжелых лазеров в ногу «Лиходея», и без того уже покалеченную, и из бедра робота вырвалось облако черного дыма. Робот начал падать, и «Охотник» добил его несколькими ударами.

Помочь Лей Энн Лорен не мог – у него своих проблем хватало. Они с «Дредноутом» еще раз обменялись залпами, при этом «Масакари» получил несколько попаданий. Однако противник его был поврежден сильнее. Ракеты, находившиеся в его руке, взорвались, и остатки покалеченной конечности разлетелись в разные стороны – остались лишь обрывки проводов и миомерных тросов.

«Охотник» все еще стоял над поверженным «Лиходеем». Он занес ногу, и Лорен с ужасом понял – Кот собирается раздавить кабину Лей Энн! Он попытался было повернуться и хоть что-нибудь сделать, но тут внезапно появился «Стервятник» и смел «Охотника» потоком огня.

– Готовься к смерти! – раздался в динамиках женский голос. Он принадлежал пилоту «Дредноута». По броне на правой руке и ноге «Масакари» застучали снаряды автопушек.

Лорен немедленно ответил – дал залп ракетами, невзирая на то, что дистанция была слишком мала. Большинство ракет взорвалось, ударившись о ферроволоконную броню, но нескольким удалось проникнуть глубже, повредить внутренние структуры робота и порвать его миомерные мышцы. Механические потроха рассыпались по всей улице. Из пробоины повалил дым и показались язычки пламени.

Лорен выстрелил из ПИИ, и молния, словно огненное копье, вонзилась в уже проделанную дыру, да так глубоко, что пробила «Дредноут» насквозь – со спины у робота сорвало бронепластину. Его боезапас взорвался.

«Дредноут» рухнул на колени. Лорен собирался было оставить его и посмотреть, не нужна ли его помощь Керндону или еще кому-нибудь, но внезапно из-за спины «Дредноута» вылетела пара ракет ближнего действия. Лорен взглянул вверх и увидел поднимающегося в воздух элементала в черном доспехе, который открыл яростную стрельбу.

Лорен автоматически дернул рычаг и повел «Масакари» назад, пытаясь зайти за здание и укрыться от огня противника. Посмотрев на тактический дисплей, чтобы проверить обстановку, он похолодел. Коты продавливали его шеренгу. Несколько роботов уже не могли продолжать бой, получив достаточно сильные повреждения.

Фузилеры проигрывали битву. Котам тоже досталось, но у них еще хватало сил, чтобы перемолоть Лорена и его людей, словно мясорубка.

XLI

Аэрокосмодром Клана Ягуара

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

25 июля 3058 года

«Цербер» Джейка Фуллера поднялся на небольшой холмик и дал залп сразу из обеих пушек Гаусса. Похожие на смертоносных слизней заряды рванулись к головному «Тору», оба ушли ниже, чем следовало, но все же попали в цель – от удара по ногам робот упал вперед, словно получив подножку.

Как Джейк и надеялся, им удалось застать Ягуаров врасплох. Перемещаясь в основном ночью и оставаясь под прикрытием крутых песчаных дюн и скал, маленький отряд занял прекрасную позицию. Фуллер атаковал с юга, обстреливая дальний конец взлетно-посадочной полосы. Паркенсен зашел с севера и должен был теперь двигаться ему навстречу, намереваясь разрушить командный центр аэродрома. Чентилли прикрывала фланг. План был хорош – лишь бы Ягуары не помешали его выполнению…

Второй «Тор» среагировал мгновенно и сразу двинулся в их сторону. Джейк перевел прицел на него и открыл огонь из дальнобойного ПИИ, одновременно с этим дав залп ракетами дальнего действия. «Тор» тоже ответил огнем: смертоносная голубая молния протонно-ионного излучения врезалась в левую часть груди «Цербера», сминая мощную ферроволоконную броню, словно расплавленный воск.

В наушниках нейрошлема раздался гудок: «Тор» навел на «Цербера» свои ракеты. Джейк задействовал противоракетную систему «Макартур». На груди робота открылся небольшой люк, и оттуда брызнуло пламя. Дальнобойные ракеты «Тора» взорвались в воздухе, но две из них уцелели и вонзились «Церберу» в правую ногу.

Вдалеке Джейк Фуллер услышал грохот, похожий на раскат грома, и над крышами зданий аэродрома расцвел огненный, шар. Он резко развернул «Цербера» вправо и двинул полным ходом.

– Узел связи уничтожен, – бесстрастно доложил со своего конца ВПП шо-са Паркенсен.

Датчики показывали, что обе пушки Гаусса полностью заряжены и готовы к бою. Джейк навел их на второго «Тора». Первый тем временем начал подниматься на ноги. Скоро должна была начаться заварушка.

– Паркенсен, мне бы пригодилась ваша помощь, – сдержанно заметил Джейк в микрофон нейрошлема.

Снова наведя прицел на второго «Тора», он открыл огонь. Два заряда ударили робота в правую ногу – один в бедро, другой – в коленный сустав, сильно его повредив. Второй «Тор» тоже упал, но зато первый успел подняться и был вполне готов сражаться, несмотря на повреждения.

И тут над упавшим роботом взмыла в воздух «звезда» элементалов. Коричневая с серыми полосами окраска их доспехов служила прекрасной маскировкой, делая бойцов противника неразличимыми на фоне голых глиноземов Обочины. Элементалы были еще далеко – так что Джейк мог сосредоточиться на первом «Торе», – но все же представляли собой угрозу.

Он не сводил глаз с индикаторов – пушки Гаусса медленно набирали заряд, готовясь к новому выстрелу. Первый «Тор» дал ракетный залп, но все ракеты прошли мимо цели. Как только пушки набрали достаточно энергии, Джейк опустил прицел и снова выстрелил «Тору» по ногам.

Противник – вот ведь крепкий орешек попался! – в этот же момент открыл огонь из тяжелых и средних лазеров. Лазерные лучи, похожие на рубиново-красные клинки, были быстрее, они первыми достигли цели, срезав с ног и корпуса «Цербера» большие куски брони. Ущерб был невелик, но все же заметен. Для пушек же Гаусса расстояние было неподходящее – один заряд ударил «Тора» в ногу, другой прошел мимо и вырыл за спиной у Ягуара большую яму. Тем временем элементалы поднялись в воздух и выпустили ракеты.

На лбу Джейка выступили капли пота: он приготовился обменяться с упрямым «Тором» еще одним залпом. Хотелось бы, подумал он, чтобы на этой планете хоть раз все пошло так, как следует…

Сэнтин Вест выругался – «Ястреб Войны» уходил от него прочь, двигаясь вниз по улице. Судя по сигналу, робот принадлежал звездному полковнику Клана Ягуара по имени Лорен, и это именно он обрушил на Сэнтина стену здания, придавив его к земле – казалось, на долгие часы, хотя на самом деле прошла всего минута. Сэнтин взглянул на тактический дисплей внутри шлема и оценил ущерб, понесенный обеими сторонами. Его бинарий причинил Ягуарам серьезный урон, но и сам пострадал.

Ему очень хотелось продолжать сражение. Ведь это, в конце концов, было Испытание Обиды. Редкая цепь ягуарских роботов все еще тянулась по узким улочкам города от оставшегося в парке вокруг узла ГИС корабля до утеса, нависавшего над безмятежными водами Черного Языка. Натиск Котов ее не смял – просто весь строй сдвинулся назад. Сэнтин знал, что достаточно отдать один приказ, и противник будет сокрушен. Но ценой этого приказа должна была стать его жизнь и жизнь его людей. Это слишком дорогая плата за подобную победу. Воспоминания о данном ему видении дразнили его. Вест еще не мог сжать глотку Ягуара своей силовой клешней…

«Ястреб Войны» уже заходил за угол, когда Сэнтин Вест снова выпустил в него пару ракет ближнего деиствия. В воздух взметнулись обломки брони, черный дым и языки огня – обе ракеты врезались в самое сердце вражеского омниробота. «Ястреб Войны» начал отступать, стреляя на ходу из одного из своих излучателей – мимо, лишь одна из молний угодила Сэнтину в ногу. Мощный электрический разряд пробил в доспехе дыру, и Сэнтин почувствовал, как каждый волосок на его теле встал дыбом. Но ранен он не был, а защитная система немедленно залила пробоину быстро застывающим пластиком.

Пора. Биккон Винтере говорила ему, что бой в Глубоком Эллуме пойдет именно так – она видела это во сне. Теперь он воплотит в реальность ее видение и продвинется на шаг ближе к пониманию своего…

– У меня пожар!.. – раздался в общем открытом канале связи пронзительный голос сержанта Ролстона Маканиса.

– Катапультируйся, черт тебя побери! – закричал Самптер Берк.

Макание был дальше всех от корабля, и Берк должен был его прикрывать.

– Господи, Боже мой… – послышался голос Гленды Джуры, а потом вдалеке раздался взрыв, сотрясший улицы и дома по всему Глубокому Эллуму.

Лорен бросил взгляд на данные, поступавшие с его собственных сенсоров и от Триши Макбрайд, оставшейся на борту «Бычьего бега». Половина его людей была мертва или почти мертва. Остальные отступали, и каждый метр пути им приходилось преодолевать с боем.

Только бы продержаться до тех пор, пока Митч не сообщит об отправке ГИС-сообщения…

Он уже раздумывал, не отдать ли приказ об общем отступлении. Теперь уже не важно. Но тут капитан Митчелл Фрейзер подал голос:

– С техниками Клана Кота договориться оказалось проще, чем с воинами. На Обочину V отправлено сообщение, как и было запланировано.

Лорен взялся за гашетку и выстрелил из одного из ПИИ в приближавшегося элементала – основной заряд ушел на пять метров в сторону, но одна искра зацепила цель и опалила блестящий черный доспех. Вдалеке поднялись в воздух еще несколько иссиня-черных элемента-лов, а первый выстрелил из своего маленького лазера и попал «Масакари» в грудь, чуть ниже кабины.

Лорен повернул корпус робота и повел его дальше вниз по улице, чтобы, даже признавая поражение, не поворачиваться к противнику спиной. Внезапно в наушниках нейрошлема раздался низкий угрожающий голос:

– Звездный полковник Лорен из Клана Ягуара, пришел ли ты в сей день, дабы вместе с воинами своими умереть, или же намерен скрыться в корабле и лишь взирать на их смерть?

Лорен включил микрофон:

– Я – Лорен из Клана Ягуара. Полагаю, говорит со мною досточтимый звездный полковник Сэнтин.

В его тоне была неприкрытая насмешка.

– Продолжение схватки будет значить смерть для нас обоих – мы взяли друг друга за горло, – в голосе Веста звучала усталость. – Вы сражались неплохо для каких-то там Ягуаров, выродков, чьи гены отягощены кровью слабаков и животных.

Лорен коротко усмехнулся:

– Вы тоже неплохо сражались для стариков и бандитов. Быть может, однажды вы узнаете, что такое честь или хотя бы как это слово пишется, воут? – сказал он, а сам тем временем нашел на сенсорах ближнего действия источник сигнала – оставшегося в одиночестве элементала в аспидно-черном доспехе, того самого, что стрелял в него. – Слова мало что значат для воинов. Есть за твоим остроумием какой-нибудь смысл?

– Ут, – ответил Сэнтин Вест. – Расточительство не в обычае наших кланов. Я желаю вместе с тобой объявить, что это Испытание недействительно. Пусть воины больше не умирают без нужды. Мы можем снова повторить его – в другое время, в другом месте.

Он хочет отложить бой, понял Лорен. Оставить Испытание незавершенным. Какие у меня есть варианты? Я ведь прилетел не затем, чтобы перебить всех Котов на планете…

– Такие сражения не должны заканчиваться подобным образом. Я принимаю твое предложение, но лишь при условии, что мы снова сойдемся с тобою в схватке.

– Уверяю тебя, что буду охотиться за тобою и найду тебя, звездный полковник Лорен из Клана Ягуара, – произнес Сэнтин Вест со скрытой угрозой. – И в следующий раз, когда мы повстречаемся, я оставлю от тебя лишь прах и пепел.

КНИГА ТРЕТЬЯ

ИСПЫТАНИЕ

Еще одна такая победа, и мы погибли!

Пирр, царь Эпира

Они опять нас окружили, бедняжки.

Генерал Крейтон У. Абраме

Этот человек, Веллингтон, столь глуп, что не понимает, что его победили, и продолжает сражаться.

Наполеон Бонапарт

XLII

К югу от Новой Шотландии

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

25 июля 3058 года

«Победитель» майора Каллена Крейга возвышался над штабелями снаряжения, которое фузилеры не могли унести с собой на континент. Рядом с «Победителем» расположились еще четыре боевых робота, не способные подняться наверх из-за полученных повреждений. В зеленых сумерках Обочины V они казались изумрудными колоссами, окутанными туманом, – системы охлаждения внутренних структур выбрасывали клубы отработанного воздуха.

Туман стелился у ног роботов, делая их похожими на персонажей древних мифов, на титанов или там великанов былых веков.

Роботам было придано усиленное танковое копье – тяжелые наземные машины, которыми фузилеры собирались воспользоваться при атаке на штаб Ягуаров, которой так и не суждено было случиться. Даже прибытие Малвани с подкреплениями лишь продлит агонию полка. Пехотные взводы и одетые в силовые доспехи группы внедрения капитана Льюиса засели в укрытиях вдоль предполагаемого маршрута Ягуаров.

Маршрут этот предсказать было несложно. Вокруг бывшего морского дна поднимались покатые холмы, и единственной относительно ровной дорогой был проход километровой ширины, где противника и поджидали Крейг со своими людьми. На худосочной желтой траве после фузилеров, ушедших два часа назад, все еще оставалась ровная цепочка следов, ведущая на север. Крейг стоял лицом к югу, откуда должны были появиться Ягуары, а за спиной у него, километрах в семидесяти, полковник Стирлинг, должно быть, уже достигла рубежа бывшего континента.

Полковые связные и штабные машины сосредоточились неподалеку от него, готовясь прорываться к местам посадки – туда, где фузилеры впервые ступили на Обочину. Задача Крейга была проста: задержать Ягуаров, а потом попробовать ускользнуть. Те, кто останется в живых, должны будут пройти вдоль стены холмов на юго-запад – может быть, им удастся достичь останков «Стены».

Сказать проще, чем сделать… Крейгу приходилось уже видеть, как сражались Ягуары в Баннокбернском Ущелье. Они дерутся яростно, даже если проигрывают.

Разведчики-пехотинцы первыми подали сигнал о приближении противника и сообщили о его численности. В авангарде шел смешанный бинарий боевых роботов.

Полученные от разведки данные поступали на вспомогательный дисплей «Победителя» так же, как если бы Ягуаров засекли его собственные сенсоры ближнего действия. Каллен Крейг собирался с силами, глядя на пульт связи в кабине робота.

Хоть истребителей не видно. А то нам бы сразу крышка…

Ягуары тем временем засекли помехи, возникавшие от работы полковой машины связи, и тут же активизировались. Передовой бинарий ринулся в проход, где стоял «Победитель». Два передних омниробота, «Торопыга» и «Коши», двигались так быстро, что их невозможно было поймать в прицел. Следующий, серый «Стервятник», представлял собой гораздо более удобную мишень. Крейг навел на него перекрестье прицела, и в тот же момент по врагу открыл огонь еще один фузилерский робот, сильно поврежденный «Стрелок».

Лазеры «Победителя» опалили «Стервятнику» правый бок, а автопушки «Стрелка» испещрили его следами от попаданий. Но шестидесятитонная боевая машина даже не замедлила хода – она лишь повернула корпус и дала залп дальнобойными ракетами.

Расстояние было минимальным. Почти все ракеты попали в цель – наспех установленные броневые пластины «Стрелка» полетели в глину, – а промахнувшиеся врезались в скалу у него за спиной, обрушив на робота град камней.

Крейг открыл огонь из пушки Гаусса и средних лазеров, не обращая внимания на резкий скачок температуры в кабине. Снаряд врезался в поврежденную правую часть корпуса «Стервятника», сорвал броню и углубился во внутренние структуры. Правая пусковая установка наполовину отвалилась, выйдя из строя. Лазерные лучи в клочья изорвали «Стервятнику» грудь. Еще один робот горцев, «Мрачный Жнец», добавил ему ракетами ближнего действия и лазерами.

Каллен Крейг сорвался с места и обогнал тяжелый танк «Разрушитель», сцепившийся с двумя «Коши». В «Победителя» попала пара ракет, непонятно откуда залетевших.

Все вокруг разваливается по частям…

– Арьергард, отходим. Немедленно рассредоточиться. Теперь каждый сам за себя. Надо подняться на самый высокий холм и осмотреться. Иначе я такой же мертвец, как и все остальные.

– По приоритетному каналу поступило сообщение от звездного капитана Кларка, – раздался в нейрошлеме Девона Озиса голос начальника службы связи соединения.

Девон Озис замедлил бег своего робота, нарушив строй «звезды», державшей тыл. Фузилеры оставили за собой слишком заметный след. Он перешел в резерв, предоставив Патриции и ее силам самим разбираться с арьергардом Стирлинг.

– Включайте, – велел он.

– Я провел сканирование аэродрома, галактический командор, – заговорил капитан «Темного Когтя». – Сам комплекс, оборонявшие его войска, а также, насколько можно судить, большинство аэрокосмических истребителей – если не все они – уничтожены…

Девона Озиса охватил гнев. Он снова двинул робота вперед.

– Это невозможно. Вы, должно быть, ошиблись, воут?

– Никак нет, галактический командор. Мы совершили виток по низкой орбите и перепроверили данные. Часть комплекса осталась нетронута, но узел связи и истребители погибли.

– Есть ли какие-либо следы тех, кто совершил это бесчестное деяние?

– Поблизости никого не обнаружено, галактический командор. Возможно, они находятся в зданиях или покинули район.

Звездный полковник Патриция, находившаяся во главе отряда, почти в трех километрах впереди, подала голос:

– Докладываю обстановку, галактический командор. Мы столкнулись лишь с небольшой группой боевых роботов. Остальные силы противника – наземные бронемашины и пехота. Основная часть фузилеров, по-видимому, поднялась на поверхность материка. Мы захватили в плен нескольких техников и сотрудников обслуживающего персонала врага.

Девон Озис жестоко улыбнулся:

– На пленных ресурсов не тратьте.

– Что прикажете с ними сделать, галактический командор? – деловито спросила Патриция.

– Убейте их всех, – легко сказал он. – Расстреляйте или еще чего – как вам больше понравится.

«Кошка» Стирлинг поднялась на последний уступ. Теперь перед ней лежала поверхность материка, безжизненная, почти лишенная воздуха, словно астероид, – но это было ее последнее убежище на этой планете. Последний шанс спасти полк.

В наушниках раздался уже знакомый голос, голос врага – Девона Озиса, галактического командора Клана Ягуара.

– Полковник Андреа, вы лишь оттягиваете неизбежный конец. Ваша бесполезная попытка задержать нас позволила вам выиграть всего несколько минут, и мы быстро наверстываем это время.

– Чего-чего я оттягиваю? – переспросила Стирлинг. Надеюсь, Крейг и его люди сумели скрыться…

– Вы еще никого тут не победили, Девон Озис. Вы разбили лишь те силы, которые нам пришлось бросить.

– Слишком гордые слова для тех, кто спасается бегством, словно трус, – насмешливо ответил Озис. – Но пора вам понять, каково сердце Ягуара. Я покажу вам.

Вспомогательный дисплей в кабине «Великого Титана» мигнул и дал картинку, полученную с полевой камеры, – искореженные обломки танка типа «Разрушитель», а на его корпусе – несколько человек из ее подчиненных, которые стояли с поднятыми руками.

Камера – должно быть, она была установлена на роботе, – наехала на лица пленных. Сверкнула вспышка, по земле и броне танка застучали пули. Фузилеры кинулись бежать, но спрыгнуть с танка удалось лишь одному – двоих других пулеметные очереди перерезали пополам. Брызнула кровь.

Ясно. Ягуары просто убивают ее людей – пленные им не нужны. Арьергард капитулировал, но Ягуары, видимо, не понимают моральных обязательств по отношению к тем, кто сдается. Андреа Стирлинг закусила нижнюю губу и выключила монитор.

– Ублюдок, – сказала она в микрофон шлема. – Они же сдались в плен!

– Подобное ругательство, произнесенное вольно-рожденным, не является оскорблением, – спокойно произнес Озис. – Из ваших уст только такое и можно услышать… Как я уже говорил, у нас нет возможности играть в принятые во Внутренней Сфере игры с военнопленными. Истинные воины сражаются насмерть. Те, кто сдаются, – ярмо на шее моего клана, и они мне не нужны. Вы уже причинили мне слишком много вреда. Не думайте, что уничтожение аэродрома что-либо изменило. Уже близится час, когда я раскрашу лицо вашей кровью.

Он отключил передатчик. Стирлинг вытерла внезапно выступившие слезы отчаянья. Ухватиться она могла только за одну новость, жизненно важную, дающую отблеск надежды. Аэродром Ягуаров уничтожен. Значит, Джейку Фуллеру как-то удалось выжить. Победа небольшая, но уж какая есть.

XLIII

Десантный корабль «Буллран»

Пиратская точка перехода

Система Тарнби

Оккупационная зона Кланов Ягуара и Кота

25 июля 3058 года

– Черт тебя дери, Джура, тяни эту клятую ерундовину налево – рявкнул Митч Фрейзер.

Они с Глендой Джурой уже в третий раз пытались заменить на ее «Коши» – точнее, на том, что от робота осталось, – броню. Оба они парили в невесомости посреди предназначенного для роботов отсека «Буллрана», привязавшись к «Коши» тросами, чтобы их не отнесло слишком далеко, оба были покрыты машинным маслом и потом и злобно смотрели друг на друга. Митч вращал мощный ворот. Весь отсек звенел и грохотал – повсюду шла работа: люди Лорена пытались восстановить поврежденных омнироботов.

Гленда слегка сдвинула пластину, но опять не туда, да к тому же прищемила Митчу палец.

– Кр-ровь и тьма, – заорал он, отдергивая руку. – Я же сказал «налево»!.. – Он отлетел к грузовому крану и бешено затряс ладонью.

– Не ругайтесь, сэр, – подчеркнуто спокойно ответила Гленда. – Я все-таки пилот, а не хренов технарь!

– Придется тебе поработать и за технаря, – отрезал Митч.

По всему отсеку водители боевых роботов, превратившиеся в техников, бросили работу и стали смотреть, как они ссорятся. Все были в напряжении, и вот наконец Гленда и Митч взорвались.

Гленда схватила тяжелый сварочный аппарат и со всей дури врезала им по крану:

– Вот что, хватит с меня! Если хотите, можете сами тут корячиться, сэр!..

Она двинулась к выходу из отсека и вдруг увидела, что навстречу ей медленно направляется Лорен Жаффрей.

– Смирно! – рявкнул он, бросая суровый взгляд сперва на Гленду, потом – на Митчелла.

Оба вытянулись по стойке «смирно», остальные тоже, насколько позволяла невесомость.

– Лейтенант Джура, капитан Митчелл Фрейзер старше вас по званию, поэтому вы будете обращаться к нему так, как положено по уставу. Вам ясно? – ледяным тоном произнес Лорен.

– Так точно, сэр, – ответила она, наградив Митча уничтожающим взглядом.

Лорен оглядел огромный отсек, где его люди, обливаясь потом, ремонтировали своих роботов. Он понимал их чувства, но пора было напомнить им, кто они и почему здесь оказались.

– Я знаю, что все вы расстроены из-за понесенных нами потерь. Я тоже расстроен. Сержант Макание был славным воином. Макаллен, Киллфрайс и Миллер тоже были достойными бойцами… Но мы находимся не в том положении, черт возьми, чтобы теперь вцепиться друг другу в глотки!..

Он вспомнил, как они пытались подобрать тела павших. Останки Киллфрайса, Миллер и Макаллен можно было вывезти. Макание, судя по всему, сгорел заживо – взорвался боекомплект, а люки не открылись. От него остался обугленный обрубок.

Джиллиаму удалось катапультироваться, но приземлился он неудачно и сломал ногу в двух местах. Триша Макбрайд в битве не участвовала, но Керндону не удалось уберечь ее робота от серьезных повреждений. Так что теперь у Лорена оставалось два «Масакари», его и Гектора, «Коши» Джуры и «Стервятник» Макбрайд. «Торопыга» Берка в общем и целом представлял собой скорее кучу обломков, чем боевого робота, но отчасти сохранил боеспособность, так что Лорен решил, учитывая полученную отрядом трепку, оставить его в строю. «Черного Ястреба» Киллфрайса забрали с поля боя, но Митч полагал, что на его ремонт может уйти все полетное время, и то вряд ли что-нибудь получится.

– Через несколько минут корабль совершит прыжок. Потом еще один, и после этого мы присоединимся к «Кобаяши» и вернемся на Обочину. Мы задали Котам жару, и теперь они должны за нами погнаться. Митчу удалось оставить за собой след, который приведет их на Обочину. Примерно через две недели мы снова увидим свой полк. К тому времени должна появиться и майор Малвани со своим отрядом… Мы им понадобимся.

– Сэр, – произнес капитан Митч Фрейзер, – наша техника по большей части превратилась в кучу потрепанных запчастей. Чем, по-вашему, мы сможем им помочь?

Лорен улыбнулся и развел руками:

– Эти роботы оснащены ягуарскими системами распознавания «свой-чужой», так ведь?

Митч кивнул, и мгновение спустя на его лице тоже появилась улыбка – он понял, в чем был смысл слов Лорена.

– Мне незачем было их заменять. Вы же сами хотели, чтобы нас принимали за Ягуаров.

Системы распознавания «свой-чужой» использовались для идентификации боевых роботов на поле боя. В неразберихе сражения они подавали сигналы, показывавшие и своим и врагам, на чьей стороне робот сражается. Омнироботы команды Лорена по-прежнему обозначались как принадлежащие Клану Ягуара. Значит, они могли вмешаться в битву так, что даже сами Ягуары примут их за своих.

– Стало быть, все недурно, ребята. Заканчивайте с ремонтом и полетели домой.

– Майор… – обратился к нему Грег Гектор.

– Да, лейтенант?

– Дело пошло бы быстрее, если бы Керндон мог спуститься к нам и помочь. Мы еще не разбирались с роботом его и Триши – он весь искорежен. Не говоря уже о той куче обломков, которую мы по недоразумению продолжаем называть «Черным Ястребом».

Лорен Жаффрей взялся за поручень, идущий вдоль стены тесной каюты, в которой жил вместе с еще несколькими фузилерами Керндон. Каюта находилась в глубине «Буллрана», и ее стены мерно подрагивали – совсем рядом работал на холостом ходу мощный реактор. Керндон отстегнулся от койки и перелетел к другому поручню.

– Вы ко мне, воут? – спросил он.

– Да, твоя помощь нужна в отсеке с роботами. Ступай туда, Митч даст тебе задание.

Керндон кивнул:

– Хорошо, я иду.

Лорен жестом удержал его:

– Подожди. Надо сперва сделать еще кое-что.

Свободной рукой он достал из кармана нож и, подлетев поближе к Керндону, срезал у него с запястья последнюю петлю. Шнур упал на стол, как простая веревка. Керндон потер руку.

– Вы отпускаете меня, воут?

– Да, – ответил Лорен. – Последняя петля – узы доблести. На Тарнби ты доказал мне, что ею обладаешь.

– Я снова воин, – негромко проговорил Керндон, словно не осмеливаясь в это поверить.

– Да. Ты снова воин, – подтвердил Лорен серьезно. – И в будущей битве ты понадобишься мне еще больше, чем прежде.

ХLIV

Новая Шотландия

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

29 июля 3058 года

Днем наверху так ярко светило солнце, что «Кошка» Стирлинг и подумать не могла, будто на этой планете так бывает. И облака: тонкие клочки тумана, окутывавшие ноги роботов. Они появлялись только днем, а к вечеру таяли, изморозью оседая на броне. Все-таки здесь был какой-то воздух, хоть и разреженный. Но дышать им было нельзя.

На панели связи в кабине «Великого Титана» зажегся огонек. «Кошка» Стирлинг надела нейрошлем. Эфир был полон разноголосого шума. Говорили в основном о показаниях сенсоров и приближающихся роботах.

– Здесь Кошка-один. Освободите канал и доложите, что происходит, – приказала Стирлинг.

– Докладывает Гадюка-три, – голос был такой молодой, что сердце защемило. – Похоже, мы засекли на пределе дальности сенсоров несколько реакторных сигнатур. Противник тоже нас обнаружил и скрылся.

Уже? Она надеялась успеть до тех пор, как Ягуары их догонят, добраться до окаменевшего леса, названного Новым Шервудом. Теперь эта надежда рухнула в одну секунду. Местность вокруг была ровная, без какой-либо возможности укрыться. Хуже не придумаешь. Правда, Ягуары, может быть, еще не готовы к широкомасштабной атаке. В мыслях полковника только замелькали различные варианты действий, а голос уже отдавал приказы.

– Объявляется полковая тревога. Всем силам, за исключением разведкопья Гадюк, отходить к северу. Разведке определить количество и тип вражеских роботов.

Сама она стала изучать показания дальних сенсоров.

– Полковник, – подал голос Курт Блэкадар, чей «Альбатрос» находился почти в двух километрах от «Великого Титана», – я могу выделить для огневой поддержки штурмовое копье.

– Нет, майор. Ведите полк к точке назначения. Я не хочу сейчас сражаться с Ягуарами. Мне просто нужно знать, с чем мы столкнулись.

– Говорит Гадюка-два, – раздался в наушниках голос. – Подтверждаю предыдущее донесение. Три единицы движутся со скоростью сорок километров в час, направление – прямо на нас. Две из них, согласно сигналам системы распознавания, принадлежат к нашему полку и относятся к Кильситской Страже. Один сигнал нейтральный.

Лицо Стирлинг озарилось улыбкой. Она крикнула в ночь по прямому лучу связи:

– Говорит полковник Стирлинг. Приказываю приближающимся роботам назваться!

В ответ раздался хриплый, сбивающийся голос – передатчик явно был поврежден:

– Докладывает майор Джейк Фуллер, мэм. Задание выполнено.

После этого говоривший облегченно вздохнул, словно у него гора с плеч свалилась.

– Это кто с вами – шо-са Паркенсен? – спросила Стирлинг.

– Да, мэм, но у нас у всех проблемы со связью. Его слышно всего за сто метров. Но если бы он мог, то, несомненно, поговорил бы с вами.

– Вы великолепно поработали, майор Фуллер, – сказала она со сдерживаемой радостью. – Полк, тревога отменяется. Майор Фуллер, займите место в строю и рассказывайте, как оно там все было…

Каллен Крейг смотрел в черное, усыпанное звездами небо, пытаясь прогнать мрачные мысли. Бой для него прекратился, когда прямое попадание гауссовского заряда сбило «Победителя» на землю. Воспоминания расплывались. Когда сознание вернулось к нему, сражение было уже закончено. Ягуары даже не задержались посмотреть, не остался ли он в живых.

Должен же кто-то еще из арьергарда был выжить! Пропажа ремонтных машин означала, что либо техникам удалось бежать, либо их взяли в плен и отправили на базу. Но вокруг повсюду лежали тела тех, кому не так повезло – распухшие, с белой до голубизны кожей. Крейг закричал: «Я тоже должен был погибнуть!..» Вина за поражение лежала на нем тяжким грузом.

С тех пор он бежал, не останавливаясь, бежал прочь от лиц мертвых, пытаясь найти тех, кто был виноват в смерти его людей. А виноваты были поровну и Ягуары, и Стирлинг с Блэкадаром.

Если бы она поставила командовать меня, все было бы по-другому. Не погибло бы без нужды столько людей…

Он поднимался по уступам вверх и в конце концов добрался до почти лишенной воздуха поверхности Новой Шотландии. Лишь одна мысль билась в его разгоряченном мозгу. Надо дойти до конца, даже если это будет конец его жизни…

Тревожный сигнал заставил обернуться и Лорена и Шпильмана.

– Доложите, – приказал Шпильман.

– Множественные электромагнитные импульсы, расстояние – двенадцать тысяч километров, – коротко отрапортовал дежурный по сенсорам. – Похоже, это три крупных Т-корабля.

«Буллран» добрался до надирной точки перехода системы Болтин и летел теперь от «Лисьей погибели» к «Кобаяши», готовому к прыжку сквозь гиперпространство.

Лорен на миг задержался у смотрового порта, будто мог разглядеть корабли сквозь бездну космоса.

– Доложите тип целей, – потребовал Шпильман.

– Две цели имеют очертания принадлежащих кланам Т-кораблей класса «Звездный Лорд». Третья… – офицер на секунду умолк, – третью компьютер определяет как эсминец… предположительно – боевой корабль класса «Лола III».

Шпильман посмотрел в звездное небо, а потом повернулся к Лорену:

– Ну, парень, мы своего добились. Похоже на то, что Коты у нас на хвосте.

Лорен кивнул:

– Сообщите капитану «Кобаяши», пусть готовится совершить прыжок как можно скорее.

– Есть, сэр, – отозвался Шпильман с усмешкой. – Однако, видите ли, если слишком спешить с расчетами, то запросто можно совершить ошибку или вообще реактор к едрене фене расплавить. Поспешишь – людей насмешишь, вот в чем штука…

– К сожалению, я вполне это понимаю, – серьезно сказал Лорен. – Но мы тут с вами разговариваем, а майор Малвани тем временем мчится к Обочине. А полковник Стирлинг с ребятами бьются за свою жизнь. Нам придется рискнуть, иначе будет слишком поздно…

XLV

Десантный корабль «Принц Чарли»

Пиратская точка перехода СЕХС-0021-А. 2122. 97

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

6 августа 3058 года

Что-то шло не так, совсем не так, как надо…

– Повторите информацию о позициях и численности Ягуаров, – попросила Честити Малвани.

Команда «Принца Чарли» была возбуждена – предварительные данные, поступившие с планеты, поражали.

Гравитации на мостике не было, приходилось держаться за поручни. Оператор еще раз внимательно просмотрел показания сенсоров.

– Вижу чуть меньше сотни нейтринных сигнатур реакторов, которые установлены на боевых роботах противника, сконцентрированных в двух местах. Часть роботов повреждена и скорее всего небоеспособна, но все равно события развиваются по варианту худшего сценария. Место первого сосредоточения – район базы Ягуаров, место второго – на одном из континентов. Частоты загружены переговорами между подразделениями. Аэродром, похоже, не действует – ни реакторов, ни гарнизона.

– Ад и пламя! – взорвалась Малвани. – Сотня роботов!.. Это по меньшей мере два соединения… Да нет, это целая «галактика»! – Перед ее глазами запрыгали цифры. Все шло наперекосяк…

– А где фузилеры? – Она не хотела, не могла позволить себе думать, будто полк уничтожен.

– Ищем, – коротко ответил дежурный. – Ага, вот… вижу. К северо-востоку от отряда Ягуаров. Если верить спутниковым картам, полк приближается к окаменевшему лесу на том континенте, который мы назвали Новая Шотландия.

Честити Малвани поняла, что дела идут плохо. Очень плохо. На поверхности лишенных воздуха континентов Обочины и людям, и роботам приходится действовать на пределе возможностей – а то и за этим пределом… Вывод столь больших сил на материковое плато означал такой риск, что ситуация, должно быть, самая прискорбная.

– Можем ли мы связаться с полковником Стирлинг? Полковая сеть у нее работает?

– Нет, мэм. Насколько можно судить, связь поддерживается только на уровне батальонов.

– Еще один сигнал, раньше его было не видно, – взволнованно заговорил дежурный по сенсорам. – Это Т-корабль… нет, слишком мощно… Господи, майор, это боевой корабль клана. Эсминец класса «Эссекс»!..

– Эсминец?!

Малвани была потрясена не меньше, чем молодой офицер, но думать могла только об одном – где же, черт возьми, Жаффрей? Благодаря использованию пиратской точки перехода до посадки оставалось всего два дня, но не будет ли и это слишком долго?..

– И еще, мэм. Вижу остатки трех фузилерских десантных кораблей. Все три небоеспособны.

– А где четвертый? Дежурный покачал головой:

– Никаких признаков, майор. Либо он на другой стороне планеты, либо эсминец его уничтожил.

Ничего себе. Гибель даже одного из имевшихся у Стирлинг десантных кораблей могла означать потерю до трети личного состава полка.

Малвани стала глядеть в смотровой порт, пытаясь справиться с волнением. Внизу вращался шар – зеленый, с белыми и голубыми прожилками. Серо-коричневые горы прорывали тонкую атмосферу.

Честити включила микрофон:

– В общем, так, ребята. Наша задача изменилась – теперь мы спасатели и эвакуаторы. Старшим офицерам через пять минут собраться в центральном посту. Всем постам – общая тревога…

Она дала знак капитану корабля Эндрю Дефо, и по всему кораблю разнесся вой сирены.

– Мэм, – позвал ее дежурный, глядя в экран так, будто не верил своим глазам. – Вижу электромагнитный импульс – расстояние минимальное, километров четыреста.

– Т-корабль, – спокойно сказал капитан Дефо. – Предлагаю выпустить истребители прикрытия.

– Капитан, майор, – опять заговорил дежурный, – на этом корабле мощная утечка гелия. Похоже, он совершил ошибку при расчете прыжка, возможно, даже полностью потерял ядро.

– Совершил ошибку и попал в пиратскую точку, о которой никто, кроме нас, не знает? – спросила Малвани как бы про себя. – Определите, что это за корабль.

– Это «Кобаяши», – доложил дежурный с явным облегчением. – Один из кораблей фузилеров. – Он еще раз проверил данные и добавил: – К нему пристыкован один десантный корабль… система распознавания определяет его как «Буллран».

Мостик наполнился радостным гулом. Внезапно в динамиках раздался хриплый голос – слыша его, Малвани почувствовала себя куда лучше, но почему-то совсем не удивилась.

– Внимание, Первый батальон полка Маклауда. Говорит майор Лорен Жаффрей из полка «Фузилеров Стирлинг»…

Подавив улыбку, она включила микрофон:

– «Принц Чарли» – «Буллрану». Майор Жаффрей, вас не затруднит объяснить, что у вас там, черт побери, происходит?

– С удовольствием, майор Малвани, – отозвался он. – Я так спешил, что загнал свою лошадь… то есть Т-корабль. Надеюсь, праздник еще не начался.

– Какой праздник?

– Разве вы не знаете? Я пригласил гостей. Думаю, они уже здесь – совершили прыжок в другую точку.

Малвани включила систему внутренней связи:

– Внимание всех старших офицеров. Собраться не через пять минут, а через пятнадцать. Выпивку приносит Кильситская Стража.

XLVI

Лес Новый Шервуд

Новая Шотландия

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

8 августа 3058 года

– Хочу вам сказать, что вы все замечательно поработали, – устало поздравила своих людей полковник Андреа Стирлинг.

От полка осталось чуть больше батальона. Роботы стояли на опушке бывшего леса – в те времена, когда на континенте Новая Шотландия еще была жизнь, здесь шумели могучие деревья. На юге, всего в десяти километрах от фузилеров, находился отряд Клана Ягуара.

Окаменевшие деревья были велики, метров до шести в поперечнике ствола. Многие упали, образовав естественные простреливаемые коридоры. Вокруг леса раскинулась широкая равнина. Единственным укрытием на много километров окрест была вековая чаща.

– Яги уже больше суток не шевелятся, мэм, – просто сидят на месте и наблюдают за нами. Чего, во имя Аида, они ждут? – спросил из своей кабины майор Блэкадар.

– На месте Девона Озиса я бы занималась исследованием местности, – ответила Стирлинг. – Отправила бы вдоль периметра разведгруппы, постаралась бы узнать об этом лесе все, что только возможно, прежде чем посылать туда войска. Честное слово, вряд ли он поджал хвост от страха. Он воин-Ягуар – худшее, что только может нам присниться… Правда, – добавила она, – кое-что играет в нашу пользу. Во-первых, окружающая среда опасна для них так же, как и для нас. И знакома она им ничуть не лучше, чем нам, что может дать нам преимущество. Кроме того, они кое-чего еще не понимают, и вся их хваленая выучка им не поможет – они не знают, что за люди нортвиндские горцы.

Все, кто слышал их разговор, радостно зааплодировали.

– Надо еще потянуть время, ребята, – сказал Курт Блэкадар. – Действуем по плану. Либо обстреливайте их, укрывшись в лесу, либо пытайтесь заманить туда… Пусть этот бой обойдется им подороже, пусть заплатят за каждый метр земли кровью и жизнью. Помните – Малвани должна вот-вот появиться. Нам просто надо дать ей знать, где нас искать…

– Кильситская Стража к бою готова, – доложил Джейк Фуллер. В Страже осталось всего пять роботов – три, что атаковали аэродром, и еще два, принадлежавшие лейтенантам Утеру и Амари.

– Говорит Гадюка-три, – раздался в наушниках еще один голос, сразу вернувший напряжение. – Яги вышли на прогулку. Движутся сюда – похоже, всеми силами… Точно: движутся все «звезды».

Стирлинг улыбнулась:

– Ну, парни и девчата, разбивайтесь на огневые группы и давайте зададим им жару. Что бы там потом ни случилось, сегодня наш день. Направим Ягуаров по дороге в ад…

Она повернула «Великого Титана» и вступила в лес, сразу скрывшись за огромными каменными деревьями.

– Через несколько секунд мы их настигнем, – доложила из кабины «Лесного Волка» звездный полковник Патриция. В ее голосе звенело предвкушение битвы.

Три бинария омнироботов мчались вперед, к каменному лесу, держа безукоризненный строй. Сначала Патриция собиралась выкурить горцев оттуда, заставить их выйти и встретиться с ее силами. Когда это не получилось, она передумала и решила нанести им короткий смертоносный удар.

– Бинарий «Огненный Коготь» остается на дальнем правом фланге, сенсоры противника его засечь не смогут. Мы атакуем с фронта, после чего «Огненный Коготь» подойдет и добьет оставшихся.

Ее собственный бинарий «Альфа», прозванный «Смерть-под-Чадрой», держал центр строя. В первом ряду шел Девон Озис. Слева, на западном фланге, располагался бинарий «Бета», «Удар Кинжала». «Кинжалы» и «Смерть-под-Чадрой» мчались вперед, а «Огненный Коготь» тем временем обходил противника с востока, чтобы внезапно ударить его с фланга почти в упор.

– Никаких случайностей быть не должно. И от этих фузилеров ничего не должно остаться, – жестко проговорил из кабины своего «Матерого Волка» Девон Озис. – Наша задача – уничтожить проклятый Клан Кота, а не гоняться по всей планете за вонючими вольнорожденны-ми наемниками. Мы и так уже потратили на них слишком много времени.

О гибели аэродрома и о том, сколько времени уйдет на восстановление 101-го соединения, он не упомянул.

– Они дорого заплатят за свою дерзость, галактический командор, – откликнулась Патриция. – Уверяю вас в этом.

Воины «галактики» «Охотница» ринулись к прячущимся за камнями, словно дети, фузилерам. В разреженном воздухе лучи лазеров светились неярко. Молнии ПИИ и огненные языки ракет врезались в землю, в стволы деревьев, кромсая их на куски. Фузилеры тоже ответили огнем, хоть и не таким плотным – бег шеренги омнироботов замедлился, некоторые получили попадания.

Девон Озис разогрел стволы, нашел цель и с мрачной радостью стал смотреть, как корчится под огнем ПИИ фузилерский «Вайверн». Молния попала роботу в ногу, он накренился, но его лазеры и ракеты ближнего действия поразили сразу трех ягуарских роботов, которые в ответ открыли убийственный огонь по «Вайверну».

Подойдя к опушке, Девон Озис вышел на связь со своими воинами.

– «Галактика» «Охотница», враг бежит. Вырвите ему сердце. Покажите вольнорожденнымим ярость Ягуара!

Все вокруг окуталось огнем, яростью, грохотом и ревом битвы.

Внезапно на открытом канале что-то завыло – какой-то заунывный звук, от которого у Девона Озиса по спине пробежал холодок. Что это? Музыка? Плач волынок? Эта примитивная тактика была тем не менее эффективна: противник забивал канал посторонними шумами. Звездные командоры пытались выйти на связь, но жуткая какофония заглушала их голоса.

И в этот момент в спину «Матерого Волка» что-то ударило, да так сильно, что обломки брони брызнули во все стороны.

Сзади? Невозможно!..

Озис развернул тяжелого омниробота и увидел пролетающий мимо десантный корабль, из открытого люка которого горохом сыпались боевые роботы. Они тут же открывали стрельбу по его Ягуарам, но главное – отрезали их от резервного бинария, оставшегося справа.

– Говорит майор Честити Малвани из полка Маклауда нортвиндских горцев, – зазвенел в наушниках женский голос. – Немедленно сдавайтесь, или я тут камня на камне не оставлю!..

– Это Малвани!.. – заорал Курт Блэкадар на низкой частоте, использовавшейся, когда основную приходилось глушить.

– Правому флангу – оставаться на месте, – немедленно приказала «Кошка» Стирлинг. – Левому – перейти на передовые огневые позиции и закрепиться. – Ее пальцы замелькали над панелью управления системой связи. – Вы очень вовремя, майор Малвани…

После этого она дала ракетный залп, хотя боеприпасы подходили к концу. Половина ракет попала в ягуарского «Лиходея», и на землю полетели обломки брони.

– Извините, у меня были дела, – ответила Малвани. – Я пробиваюсь сквозь их строй навстречу к вам.

– Хорошо, – сказала Стирлинг.

Хотя неожиданность появления подмоги сразу обозначила преимущество горцев, защитить от ярости Ягуаров она все равно не могла. Стирлинг подняла голову, и тут же посланный откуда-то с другого конца поля боя лазерный луч пробил грудь ее робота. Из дыры стал со свистом вырываться воздух.

– «Черные Гадюки», вперед! Надо соединиться с подкреплением, пока его не перебили. Огневой коридор «Браво» – огонь!

Ягуары стреляли метко и мощно, но фузилеры давали им неплохой отпор.

– Майор Жаффрей передает приветствие и наилучшие пожелания, – сообщила, не переставая стрелять, Честити Малвани.

– Он здесь? – с радостью и облегчением выдохнула «Кошка» Стирлинг.

– Погодите, полковник, некогда говорить. У него есть план…

Потрепанный отряд омнироботов Лорена Жаффрей оказался на правом фланге Ягуаров почти случайно. Приказ, отданный Лореном, был прост: с Ягуарами на связь не выходить, при столкновении с фузилерами или батальоном Малвани стрелять, но мимо.

Воспользовавшись замешательством, возникшим при внезапной высадке отряда Честити Малвани, и тем, что системы распознавания определяли их как Ягуаров, бойцы Лорена сумели внедриться в строй противника. Капитан Шпильман высадил их почти в пяти километрах от поля боя и с недовольным видом выслушал приказ там и оставаться – на тот случай, если отряду потребуется срочная эвакуация.

По большей части роботы представляли собой ходячие свалки запчастей. На «Стервятнике» Макбрайд осталось меньше половины брони – остальную пришлось заменить. На обоих «Масакари» – один принадлежал Лорену, другой лейтенанту Гектору, – кое-где брони не было вовсе, не смогли подобрать нужные пластины. Керндону при помощи остальных каким-то образом удалось довести боеспособность «Черного Ястреба» до такого уровня, чтобы он представлял для противника хоть какую-нибудь угрозу.

«Торопыга» Самптера Берка находился в строю, но его пилот не мог сражаться: Берк слег с тяжелой лихорадкой, быстро перешедшей в воспаление легких. Робот был нужен Лорену хотя бы как просто еще одна единица техники. В конце концов ему пришлось посадить в кабину даже капитана Митчелла Фрейзера – Фрейзер, как любой техник, умел пилотировать робота, но стрелковые его навыки оставались под сомнением. Когда он наконец был вынужден «вызваться добровольцем», выразился он весьма деликатно: «Вообще-то, майор, я и в стену сарая не попаду – разве что изнутри…»

Лорен посмотрел в усыпанное звездами ночное небо. Где-то там находились Коты, в эту самую минуту они должны были завершить прыжок, и их десантные корабли уже готовы были ринуться к Обочине V.

Они просканируют планету и распознают Ягуаров и фузилеров. Но на нас они внимания не обратят. Они прилетели, чтобы схватиться с Ягуарами, этим и займутся…

И тут – наконец-то! – на канале связи раздался грозный голос, перекрывший шум битвы. Лорен узнал его тотчас же.

– Внимание, «галактика» «Тау» Клана Дымчатого Ягуара! Я – звездный полковник Сэнтин Вест из Клана Кота. Да вздыбится шерсть у вас на загривке от ужаса, ибо Кот вступает в сражение. Какими силами будете вы защищать эту планету?..

XLVII

Лес Новый Шервуд

Новая Шотландия

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

8 августа 3058 года

– Они отходят, – удивленно доложила «Кошке» Стирлинг майор Малвани.

Поразительно: все силы Ягуаров отступили за пределы дальнобойности оружия фузилеров. Укрыв нижнюю часть «Мародера II» за стволом окаменевшего дерева, Честити Малвани могла простреливать широкую равнину – всего в двадцати метрах от ее позиции лес резко заканчивался, и начиналась ничейная территория, по которой несколько минут назад она провела своих бойцов.

– С чего бы им сейчас отходить, полковник? Коты еще не скоро приземлятся…

– Мы для них – мелочь, – объяснила «Кошка» Стирлинг. – А вот Коты – настоящая угроза. В битве против нас чести нет – мы просто горстка наемников. – Она подвела своего «Великого Титана» к «Мародеру II». – Так что мы успеем эвакуировать раненых. В тылу у нас теперь ваш десантный корабль. Будем по очереди выводить роботов, чтобы они могли прочистить фильтры и системы регенерации воздуха.

– Ясно, – ответила Малвани и начала отдавать необходимые приказы.

– Следующий вопрос: куда вы дели моего старшего помощника? – строго спросила Стирлинг.

– Он со своими людьми остался среди Ягуаров. Выдают себя за их солдат, чтобы в нужный момент нанести им удар изнутри.

– Как только Коты высадятся, поле боя превратится в одно большое кладбище, – сказала Стирлинг. – Ну, да он, надо думать, знает, что делает.

– Это невозможно, – сказал сам себе Девон Озис. – Это безумие, чистое безумие.

Его омниробот с заглушенным реактором стоял в переднем ряду строя Ягуаров, все еще сориентированного фронтом на далекую позицию фузилеров. Девон Озис был зол, но в глубине его сердца таился страх – страх перед Ханом Линкольном Озисом, перед тем, что и как придется докладывать о произошедшем…

Девон Озис вызвал на связь звездного полковника Клана Кота.

– Провидцы и оракулы не помогут вам, Сэнтин Вест. Я, Девон Озис, командир «галактики» «Тау», буду от имени Линкольна Озиса, Хана Клана Дымчатого Ягуара, защищать эту планету всеми имеющимися у меня силами, а именно двумя усиленными соединениями, состоящими из лучших воинов, каких только создавал когда-либо Клан Ягуара; все они вернорожденные. Одно соединение сейчас при мне, остальные силы ожидают часа вашей смерти на нашей базе в семистах километрах отсюда. Коли есть у вас отвага, выходите немедля – проверим, чем вы там так гордитесь.

– Мы засекли рядом с вашей позицией еще один отряд. Будет ли он включен в вашу заявку? – спросил Сэнтин Вест.

– Нег, не обращайте на них внимания. Это наемники из Внутренней Сферы. Я сокрушу их, когда покончу с вами.

– Они не вмешаются?

– Забудьте о них, Сэнтин Вест. Им уготована гибель. Лучше прилетайте поскорей. Я обещаю вам быструю смерть…

– Верно ли я понимаю, что вы выбираете полем боя местность, где в настоящее время дислоцированы ваши силы?

– Верно, – сказал Озис с ноткой презрения – вряд ли звездный полковник может командовать силами больше, чем одно соединение. Для его «галактики» это, во всяком случае, не равный противник.

– Галактический командор Девон Озис из Клана Ягуара, – отозвался Сэнтин Вест, – вы бахвалитесь и делаете заявки, словно вольнорожденный, пытаясь своим бесчестием раздразнить меня. Я не боюсь вас и согласен с вашей заявкой.

– Славное дело, – ответил Девон Озис, уже предвкушая гибель соединения Котов.

– Нег, – перебил его Вест. – Вы еще не знаете, что под мое временное командование отдано еще одно соединение. Если вы полагаете, что превосходите нас числом, вы ошибаетесь. – Он засмеялся, грубо и жестоко. – Дурное дело.

– Когда же мы начнем атаку, сэр? – обратился к Лорену на низкочастотном канале связи Митчелл Фрейзер.

– Еще не знаю, но когда будет пора – пойму. Если полковник все делает, как надо, она позволит Ягуарам столкнуться с Котами, а потом мы добьем тех, кто выживет.

– Я раньше не спрашивал, – сказал Митч, – но как наши отличат нас от настоящих Ягуаров? Мы ведь на сенсорах выглядим точно так же…

– А никак, – хладнокровно ответил Лорен. – Так что придется нам, Митч, быть очень и очень осторожными.

Десантные корабли Котов приземлились в километре к западу от поля боя. Их роботы продефилировали, чеканя шаг, что твой римский легион, и сошлись с Ягуарами лицом к лицу.

Битва началась, как начинаются летом на далеком Нортвинде грозы. Нельзя было сказать, кто пальнул первым – да это и не важно было. Обе стороны мгновенно обрушили друг на друга огненные вихри – стреляли автопушки, лазеры, ПИИ, пушки Гаусса, летели ракеты… Ночь, опустившаяся на Новую Шотландию, озарилась неестественно ярким светом. Лорен и его люди незаметно отошли чуть назад.

Час пришел.

– Сучий потрох! – вслух выругался Джейк Фуллер, глядя на этот Армагеддон на Обочине. Голубые молнии ПИИ, красные и зеленые вспышки лазеров окутали поле боя мрачным ореолом.

Тут же на канале появилась полковник Стирлинг:

– Майор Фуллер, взгляните на дальний тактический дисплей. Вы с капитаном Ловатом будете следить за тем, кто побеждает. Наша задача – как можно дольше поддерживать равновесие сил, и пусть они колошматят друг друга. Как только кто-нибудь из них начнет одерживать верх, надо будет потрепать его из дальнобойных калибров – но не слишком сильно, так, чтобы сравнять ставки.

– Есть, мэм, – немедленно ответил Фуллер.

– Майор Малвани, как по-вашему, что это там происходит? – спросила Стирлинг.

– Похоже, Коты пробиваются сквозь шеренгу Ягуаров, а к нам поворачиваются боком и задом…

– Мне тоже так кажется, – сказал Фуллер. – Очень неосторожно с их стороны… Кошка-один, говорит Страж-один. Коты одерживают верх.

– Значит, пора нам поучаствовать, – ответила Стирлинг. Дав команду объединенным силам нортвиндских горцев, она сама выступила вперед. – Сосредоточить огонь на Котах, пока я не отменю этого приказа.

Заговорили ПИИ и пушки Гаусса, полетели ракеты. 179-е соединение Клана Кота было атаковано с фланга.

– Майор!.. – запаниковал в кабине «Бегуна» Митч Фрейзер, выбегая на край поля боя. За ним гнался, пытаясь уязвить в заднюю часть корпуса, «Ледяной Хорек» Котов.

В разреженной атмосфере шум битвы был почти не слышен, но фейерверк огневого боя ужасал своей масштабностью. Коты пробились в середину позиции Ягуаров, туда, где держался со своим маленьким отрядом Лорен. Митч и все остальные были в опасности.

Ответить Лорен не успел – его опередил Грег Гектор. Лейтенант одновременно выстрелил по ногам «Ледяного Хорька» из двух ПИИ – одна молния просто покорежила броню, зато другая вырвала коленный сустав, и робот рухнул носом вниз.

Краем глаза Лорен заметил внезапное появление «Черного Ястреба» Керндона – тот вступил в рукопашную с «Тором». Удары коренастого «Черного Ястреба» приходились невысоко, перед каждым замахом сверкали лазеры.

Солдаты обоих кланов смешались друг с другом, небо было залито пламенем. Лорену всегда хотелось посмотреть на большую схватку бойцов кланов. Ну что ж – посмотрел…

Остановившись на опушке леса, «Кошка» Стирлинг стала внимательно следить за тем, что происходит на поле боя, на самом пределе дальнобойности ее оружия. Ягуары, похоже, собрались с силами – ход битвы стремительно менялся.

Подведя «Великого Титана» поближе, она открыла огонь из тяжелых лазеров. Если одна из сторон слишком рано одержит уверенную и полную победу, враги смогут заняться фузилерами.

– Кошка-один – фузилерам: переносите огонь на Ягуаров, – приказала она. – Майор Малвани, со мной.

Стирлинг двинулась вперед, Малвани по-прежнему держалась за ней.

Похожий на птицу ягуарский «Стервятник» остановился и дал по «Великому Титану» два залпа ракетами дальнего действия, пробившими в броне несколько глубоких дыр. Стирлинг услышала, как из правой руки робота со свистом вырывается воздух. Огоньки на оружейном пульте зажглись желтым, потом красным – стволы были потеряны.

– Черт побери, – пробормотала она и стала яростно палить по Ягуару.

Смотровую щель кабины затянули клубы дыма. Лорен бросил на вспомогательный дисплей быстрый взгляд и увидел, что делает полковник Стирлинг. Она стреляла то по Котам, то по Ягуарам. Малвани оставалась в резерве.

Сбоку налетел рой элементалов, четыре ягуарских робота получили ракетные попадания. Спешенные пехотинцы облепили машины и немедленно стали долбить стекла кабин. Двум Ягам удалось стряхнуть их и в упор расстрелять нескольких элементалов из лазеров, пока те пытались перегруппироваться, третий не сумел этого сделать – воздух вырывался из его кабины с громким хлопком. Огни внутри погасли. Шансов выжить у пилота не было.

Неподалеку поднялся в воздух элементал в аспидно-черном, зловеще блестящем доспехе. Сэнтин Вест, сказал себе Лорен. Больше некому. Из всех элементалов Клана Кота, которых он видел, черный доспех носит только он.

Элементал опустился на корпус упавшего «Бешеного Кота», высматривая новую мишень.

Лорен повернулся навстречу Коту, но вдруг между ними возник еще один робот. Это был один из самых больших омнироботов на свете – стотонный «Волкодав», его огромный корпус был весь опален и покрыт вмятинами. По нему открыли огонь сразу три элементала, но, похоже, только раззадорили пилота – ракеты безнадежно увязли в толстой броне. Не отворачиваясь от Сэнтина Веста робот протянул руку в сторону и дал по элементалам смертоносный залп.

В наушниках раздался голос. Говорил пилот «Волкодава».

– Сэнтин Вест, я – Девон Озис. Готовьтесь узреть Керенских!..

XLVIII

Опушка леса Новый Шервуд

Новая Шотландия

Обочина V (база «Дикий Кот»)

Глубокая Периферия

8 августа 3058 года

Сэнтин Вест, словно черная букашка зажатый между огромными роботами, должен был вот-вот погибнуть. Лорен, не теряя времени, отдал приказ:

– Жаффрей – Кильситской Страже: атакуйте Ягуаров. Зайдите за спину самым большим роботам и гоните их прямо в пекло.

Он включил ПИИ своего «Масакари», а Сэнтин Вест тем временем дал по огромному «Волкодаву» ракетный залп, спрыгнул с поверженного «Бешеного Кота» и побежал прочь. Девон Озис двинул свою тяжелую машину вперед, нацеливаясь на крохотного элементала всеми стволами. Против боевого робота Сэнтин Вест ничего поделать не мог. Лорен прицелился «Волкодаву» в спину, туда, где броня была тоньше, и открыл огонь из всех ПИИ. Робот Девона Озиса – его легко было узнать по букве "Т" с тремя красными звездами над ней, – снова шагнул вперед, продолжая целиться в Сэнтина Веста, и выстрелил.

Две молнии из ПИИ Лорена прошли сквозь заднюю броню «Волкодава» и достигли реактора, его сердца. Мощный статический разряд пробил гироскопический кожух, систему охлаждения, а потом и сам котел реактора.

Остальные ПИИ ударили «Волкодава» в затылочную часть головы – они должны были сбить прицел. И в этот самый миг Девон Озис нажал на гашетку. Огненный вихрь врезался в землю в десяти метрах от Сэнтина Веста, вырыв большущую ямищу.

– Звездный полковник Лорен… – заговорил по радио Вест, явно потрясенный тем, что только что увидел: один Ягуар стрелял в другого.

– Не-а, – ответил Лорен, разворачивая робота и выпуская последние оставшиеся ракеты дальнего действия в пробегающего мимо ягуарского «Ледяного Хорька». – Осмелюсь представиться: майор Лорен Жаффрей из полка «Фузилеров Стирлинг»!..

Между ним и Вестом внезапно появились два ягуарских робота – один стрелял по «Масакари», другой – по элементалу. Разговаривать было некогда.

Галактический командор Клана Ягуара погиб, но уловка Лорена была раскрыта. Лже-Ягуары бросились в бой против настоящих. Обе стороны внезапно поняли, что Лорен и его люди – прекрасная мишень.

– Говорит Жаффрей. Всем, всем, всем. Отходите на восток как можно быстрее. Системы распознавания вырубить. Фузилеры, уходим.

– Майор Малвани, давайте сюда с ротой, да побыстрее, – приказала «Кошка» Стирлинг, вывела «Великого Титана» из-за деревьев и двинулась на юг, туда, где сражались кланы. Судя по всему, обе стороны пришли в бешенство и пытались буквально втоптать друг друга в землю, не только стреляя из всех видов оружия ближнего действия, но и раздавая удары руками и ногами. Такой схватки ей никогда прежде не доводилось видеть.

Стирлинг подвела своего штурмового робота еще на пятьдесят метров ближе – и тут же ему в левую голень врезался гауссовский заряд, пробивший броню и чуть не сбивший «Великого Титана» с ног. Битва была подлинной оргией смерти и разрушения.

Где-то там, посреди всего этого, находился Лорен Жаффрей.

Роту Малвани, вырвавшуюся из леса, встретили огнем и Ягуары и Коты. Всего за секунду легкие горские роботы были либо уничтожены, либо вынуждены замереть на месте. Остальные горцы, пробившись чуть вперед, нашли естественные укрытия и добавили к общему огненному пиршеству разряды своих ПИИ и ракет.

– Плохо дело, мэм, – с отчаянием в голосе крикнула Малвани. – Мы не можем подойти достаточно близко, чтобы прогнуть линию фронта. Ягуары подавляют нас огнем и не дают сдвинуться с места.

Ее «Мародер II» поливал поле битвы огнем ПИИ. Два других робота, «Катапульта» и «Циклоп», рухнули на землю.

– Надо найти способ вытащить оттуда Жаффрей и его людей, – сказала Стирлинг сквозь зубы.

«Масакари» остановился над упавшим «Торопыгой» Митча Фрейзера и открыл огонь из ПИИ по сбившему Митча «Лиходею». Отряд Лорена постепенно пробивался на восточный край поля, навстречу новой волне Котов; каждый метр давался фузилерам с огромным трудом. Им удалось свалить двух Котов, но робот Митча тоже упал на землю, и в пыль потекла струйка смазки.

Выстрел в упор создал перегрузку в цепях ПИИ, сплавив его в бесполезный кусок металла. Но прицел был верен, молния угодила «Лиходею» под мышку, броня распалась, и робот рухнул, словно сломанная кукла. Митч тем временем пытался снова поднять искалеченного «Бегуна» на ноги.

Внезапно раздался сильный взрыв, «Масакари» накренился и упал, с такой силой ударившись о землю, что Лорену показалось, будто робот раскололся на куски. В ушах загудело, кровь хлынула из носа и залила изнутри нейрошлем. На панелях управления замигали красные огоньки. В кабине что-то душераздирающе затрещало, но Лорен не смог пошевелиться, даже когда электрический разряд ужалил его в руку. В глазах становилось все темнее, и наконец, когда все провалилось в черноту, Лорен услышал, как Митч зовет его по имени.

Далекий свет впереди становился все ближе. Майор Каллен Крейг пустил «Победителя» трусцой, взметая над землей облака мелкой пыли. Он направлялся на север, по следам горцев и Ягуаров. Поднявшись на небольшой холмик, он остановился и уставился на развернувшуюся перед ним картину баталии. Зрелище было страшное, почти дьявольское.

С расстояния почти в два километра он просканировал роботов. Так, «Рожденный-в-Котле» – стало быть, Ягуары. Следующим в поле зрения сенсоров оказалась «Сверхновая».

Это невозможно, подумал Каллен Крейг. «Сверхновая» – робот Клана Кота. Потом он понял, что происходит – правда была похожа на пощечину.

Лорен Жаффрей вернулся. Его план сработал. Каллен Крейг сидел в кабине «Победителя», не в силах промолвить слово, не в силах пошевелиться, не в силах сдвинуть робота с места. Отчасти он был рад тому, что пережил суд Божий над арьергардом и что теперь его, может быть, эвакуируют и спасут. Отчасти – горел огнем, не в силах справиться с мыслью: он ошибся в Лорене Жаффрей.

– Грег, Керндон, валяйте туда и прикройте его! – Митч Фрейзер отдавал приказы тоном, каким говорил редко.

Из боя вышел «Стервятник» Триши Макбрайд – то, что от него осталось, – и остановился над поверженным «Масакари» Жаффрей. Фрейзер дал залп изо всех стволов, а Керндон и Гектор обошли робота с двух сторон, чтобы его прикрыть.

– Кошка-один, – рявкнул Митчелл по аварийному каналу, так что все его слышали, – нам срочно требуется эвакуация. Майора Жаффрей сбили. Кошка-один, повторяю: нам нужна помощь!

Вдруг поле боя накрыла тень. Митч Фрейзер невольно поднял глаза, ожидая увидеть нависающий над отрядом, словно туча, эсминец…

Он увидел округлые, похожие на яйцо очертания «Буллрана». Поливая огнем из стрелковых турелей и Котов и Ягуаров, корабль мягко опустился – из-под дюз полетели комья грязи и камни. Люки были уже открыты. Особого приглашения Митчу не потребовалось.

– Горцы! – заревел он в микрофон. – Сваливаем!.. Керндон и Гектор под градом снарядов втащили сбитый «Масакари» Лорена по трапу.

Полковник Андреа Стирлинг с благоговейным трепетом смотрела, как «Буллран» приземляется посреди поля боя. Корабль высился над полем битвы вполне монументально. Обстреливать его могли и Коты и Ягуары. Она вызвала по связи капитана Шпильмана, немало его удивив:

– Капитан Шпильман, что вы там делаете?

– Делаю то, что у вас не получается: ребят наших вызволяю, – огрызнулся тот в своем стиле.

– Немедленно улетайте! Это приказ! – крикнула Стирлинг.

Корабль был ей нужен. И так уже потери были огромны.

– Приказ? – хмыкнул Шпильман. – Давненько мне не приходилось нарушать приказы…

Меньше чем через две минуты, так же аккуратно, как опустился, «Буллран» запустил двигатели и взлетел над полем боя.

Бой шел еще двадцать пять минут. Оба клана сражались яростно. Полковник Стирлинг отвела своих солдат, велела им окопаться на опушке окаменевшего леса и ждать, чем все кончится.

Попытки поддерживать равновесие сторон окупились сторицей. На поле боя осталось всего пятнадцать вражеских омнироботов, а элементалов и того меньше. Все они были страшно искорежены и изранены – битва собрала свою дань. В неразберихе схватки трудно было что-нибудь разобрать, но по дальним сенсорам Стирлинг поняла, что победили Коты. Судя по всему, из Ягуаров в живых не осталось ни одного. Они бились насмерть.

Несмотря на истощившую их силы битву, Коты начали быстро разворачиваться в шеренгу, готовясь наступать на Новый Шервуд. Стирлинг смотрела на них, поражаясь такому мужеству. За это она теперь уже уважала воинов клана. У них была та же твердость воли, что делала ее людей теми, кем они были, – горцами.

В наушниках раздался громкий и четкий голос командира соединения Клана Кота:

– Я – звездный полковник Сэнтин Вест из Круга Силы, «галактика» «Сигма», Клан Кота. – Он сделал паузу, словно собираясь с силами – говорить ему явно было нелегко. – Я желаю поговорить с тем, кого зовут Лорен Жаффрей.

– Говорит полковник Стирлинг из нортвиндских горцев, – сурово ответила «Кошка» Стирлинг. – Ваша просьба выполнена быть не может. Майор Жаффрей ранен.

Сэнтин Вест опять помолчал, а потом сказал:

– Мы победили Ягуара в его собственной игре. База Ягуаров взята соединением, которое я направил туда в качестве составной части своей заявки против их клана. Наши эсминцы тоже участвовали в сражении, и, несмотря на потери, нам удалось уничтожить боевой корабль противника. Вот день, когда Кот победил, вот планета, где он воет над трупом поверженного врага.

Стирлинг не знала, чего на эту тираду отвечать, но боялась – как бы гордые слова Веста не стали прелюдией к новой битве.

– Ваш Жаффрей – он специально заманил нас сюда, воут?

– Да. Я отправила его найти вас и привести на эту планету, чтобы вы сразились с Ягуарами. Это был единственный способ спасти полк, – сдержанно сказала Стирлинг.

– Поступок майора Жаффрей противоречит нашему кодексу чести. Обман – не то оружие, с которым идет в бой истинный воин, – произнес Вест осуждающе.

– Считаете ли вы, что он сражался доблестно, звездный полковник?

– Да, – после паузы, но решительно сказал тот. – Я и подумать не мог, что против меня бьется не Ягуар.

– Значит, для вас в этом нет потери чести.

Вест сперва не ответил, и «Кошка» Стирлинг подумала – уж не спровоцировала ли она его на решительные действия?

– А вы, полковник, – наконец проговорил он, – вы бесстрашно говорите о том, что сделали, – это признак истинного воина. Не ожидал.

– Итак, к чему мы пришли? – спросила Стирлинг, глядя на стройную шеренгу боевых роботов Клана Кота.

– Победа, которую я здесь одержал, омрачена вашими поступками, полковник, – спокойно ответил Вест. – Это заставляет меня обдумывать вопрос о вашем уничтожении, которое, по-видимому, приведет также и к моей гибели. Несомненно, вы видите на своих сенсорах, что мы понесли тяжелые потери. Я загнан в угол и вынужден либо дать вам право свободного прохода, либо погибнуть в последней схватке с вами.

Стирлинг улыбнулась:

– Недаром меня прозвали «Кошкой», звездный полковник.

На этот раз молчание длилось дольше, чем прежде. Андреа Стирлинг опять задумалась, не разозлила ли она чем-нибудь командора Клана Кота, или не было ли целью всего разговора отвлечение внимания. Она посмотрела на ближние сенсоры – проверить, не перегруппируются ли Коты, – и наконец нарушила тишину:

– Так что, звездный полковник, вы пришли к какому-нибудь решению?

– Вас зовут «Кошкой», воут?

– Да.

– Ваш майор Жаффрей спас мне жизнь, полковник Стирлинг. Будучи воином Клана Кота, я высоко ценю подобные поступки. Говорят, что, если один воин спасает другого, их души связываются между собой – даже если один из них вольнорожденный, а другой – вернорожденный… Чтобы победить вас, я был бы вынужден убить и его. При этом опасности была бы подвергнута и моя собственная душа, – сказал Вест. – Таким образом, я больше не имею желания продолжать сражение в настоящее время. Заявка против ваших фузилеров подана не была. В этих условиях единственным результатом битвы будут потери, а подобное я нахожу неприемлемым. Вопрос закрыт.

– Стало быть, бой закончен?

– Ут. Я отведу свои силы… пока. Помните, что дух Кота Сверхновой ведает об этом месте и его важности. В данный момент я не вижу причин держаться за эту голую планету. Но если обстоятельства изменятся, будьте уверены, что я не замедлю возвратиться сюда и отобрать планету у вас, во что бы мне это ни обошлось.

– В этом, – ответила «Кошка» Стирлинг, – я и так уверена.

– Славное дело, – сказал звездный полковник Сэнтин Вест и отключил микрофон.

ЭПИЛОГ

Планетарный штаб ВС Синдиката Дракона

Обочина V Глубокая Периферия

9 сентября 3058 года

Шо-са Эльден Паркенсен с гордостью смотрел, как алое знамя поднимается в небо и легкий ветерок подхватывает его, развевая над штабным постом Синдиката Дракона на Обочине.

Знамя развернулось, стал виден аспидно-черный дракон, знак Синдиката. Паркенсен и стоявшая рядом с ним полковник Андреа Стирлинг отсалютовали – правда, ему показалось, что она отдает честь в основном небольшому флажку «Фузилеров Стирлинг», закрепленному под знаменем Синдиката.

«Кошка» Стирлинг осталась на планете с небольшим гарнизоном, составленным из фузилеров и людей Малвани – ждать, пока не прилетит постоянный гарнизон. Работы по перестройке бывшей базы Клана Ягуара уже начались. Некоторые строения были сильно повреждены Котами, но многие сохранились и представляли ценность.

Паркенсен повернулся к Стирлинг и четким жестом отсалютовал ей.

– Полковник Стирлинг, контракт выполнен, наша совместная работа завершена, – сказал он с таким чувством, что она даже удивилась. – Не думал, что доживу до этого дня. Я очень горд тем, что мне довелось участвовать в выполнении этого задания. Я снова потерял всех своих людей – со мною так всегда бывает. Но на этот раз я сражался до конца, и мы взяли верх…

Синдикат одержал моральную победу, – продолжал Паркенсен строго. – Мы отобрали у кланов планету, такого прежде никогда не случалось. К тому же эта планета не знала войны и никогда не была полностью колонизирована. Вместе, Андреа Стирлинг, мы стали творцами истории… славной истории Дракона Дома Куриты.

– Это всего одна планета, – заметила Стирлинг. – Одна планета, да и та безжизненная, изолированная на Периферии.

– Самый долгий путь начинается с одного шага, – ответил Паркенсен, снова глядя на реющие над их головами флаги. – Однажды мы пойдем войной на родные планеты кланов. Обочина – лишь камень на Пути Исхода.

Он опять посмотрел на нее:

– Я не забуду, и никто не забудет тех жертв, которые вы принесли здесь. Честь павших будут помнить в веках. Я отправил с Т-кораблем послание Координатору. Названия, которые вы с Лореном Жаффрей дали географическим объектам на этой планете, будут сохранены.

«Кошка» Стирлинг понимала, как много значит этот жест. Она пожала Паркенсену руку, и они снова отсалютовали друг другу. Потом с военной четкостью она повернулась кругом и зашагала к машине на воздушной подушке, которая должна была доставить ее к десантному кораблю. Ей предстоял еще долгий путь домой.

В помещении штаба Клана Кота было тихо. Даже толстая кожаная обивка кресел, окружавших длинный дубовый стол, не скрипела. За прозрачной стенкой из непробиваемого стекла виднелись огни Нового Лортона.

– Сэнтин Вест, – говорил Хан Северен Леруа, – ты славно послужил своему клану и своему видению. Твой воины сражались искусно и отважно. Ты победил векового недруга нашего, Клан Ягуара, и уберег наш клан от опасности. Кешик доволен тобою. Ты принес Коту великую честь.

Присутствовать на этом небольшом собрании было весьма почетно. Хан Луциан Карнс – его черная кожа блестела в свете ламп – кивнул. Наклонила голову и хранительница клятвы Биккон Винтере, стоявшая в дальнем конце комнаты. Лицо ее, как всегда, было скрыто капюшоном.

– Благодарю вас, мои Ханы, – отвечал Сэнтин Вест, низко кланяясь. – Я исполнил свое видение, – с гордостью добавил он. – Я послужил моему клану всеми своими силами.

Леруа кивнул:

– Твои деяния достойны похвалы. Кто бы мог подумать, что кошка из твоего видения – воин из Внутренней Сферы? Всем ведомо о твоем поиске и о том, как ты повел войска против Ягуаров. Ты – вождь среди воинов, и ныне это еще более, верно, нежели когда-либо прежде, Сэнтин Вест. Такое геройство должно поощрить – тебе надлежит получить под свое командование собственную часть.

– Верно ли я понимаю, Хан Леруа, что вы приказываете мне провести подачу заявок на право снова захватить планету Дикий Кот? – спросил Луциан Карнс.

– Отнюдь нет, – резко ответил старший Хан. Карнс удивленно поднял бровь:

– Никогда прежде не было такого, чтобы воины из Внутренней Сферы держали на Периферии цитадель.

Леруа и глазом не моргнул:

– Захваченная ими планета не принадлежит нам – на нее заявляет права Клан Ягуара. Потеря ее означает опасность для их цепочки баз снабжения, а не для нашей. Если Синдикат или эти горцы используют планету для того, чтобы устраивать против нас набеги, я обреку ее на уничтожение. Но пока что она служит великой цели – это шип в боку врага, ищущего, как бы ему сокрушить нас. Ягуары претерпят позор ее потери, и в бесчестии их она послужит нашему клану.

– Майор Крейг, – предостерег полковник Эдвард Шенн, – вы не должны выносить на рассмотрение Собрания вопросы, являющиеся внутренним делом вашего полка. До возвращения полковника на Нортвинд осталось меньше двух месяцев. До тех пор вы отстранены от своих обязанностей согласно ее приказу.

– Разве вы не понимаете? – упрямо настаивал Каллен Крейг. – Он совратил ее так же, как всех остальных.

Терпение членов Собрания Воинов подходило к концу: Крейг рассказывал о всех злодеяниях Лорена Жаффрей уже больше получаса.

– Остынь, парень, – сказал полковник Маклауд, надеясь успокоить Крейга.

– Нет! – крикнул Крейг, срывая петлицы. – Я подаю в отставку. Я найду себе полк, способный не купиться на подобное предательство. В следующий раз мы встретимся с вами на поле боя…

Прежде чем кто-нибудь мог ему что-либо ответить, он выбежал прочь, хлопнув дверью древнего Зала Воинов нортвиндских горцев.

Лорен Жаффрей поднялся с постели и медленно пошел вдоль комнаты. Руки и ноги еще болели – последствия резкого падения давления в кабине и двух недель в, бинтах. На руке остался длинный шрам от электрического удара, полученного при гибели «Масакари». Лорен добрался до окна, выглянул и увидел правительственные здания и внутренние стены Форта. За время выздоровления палата превратилась для него в тюремную камеру. Скорей бы вернуться в строй.

В дверь негромко постучали. Лорен обернулся и увидел на пороге Честити Малвани в парадной форме.

– Черт побери, рад тебя видеть.

Лорен притянул ее поближе к себе и хотел было обнять, но тут оказалось, что она не одна. У двери палаты стояли Митч Фрейзер и Курт Блэкадар. С легкой досадой он выпустил Честити и пожал им руки.

– Вот, решили тебя навестить, – сказала Честити, обмениваясь со своими спутниками быстрыми взглядами.

– Ну и слава Керенским, – буркнул Лорен. – Я тут уже чуть умом не двинулся. Врачи меня все никак не отпускают.

– Про Крейга слышал? – спросила Малвани. Лорен покачал головой, и она продолжила: – Ушел в отставку. Неудивительно. Пытался на тебя наезжать, но без толку. Теперь надо будет тебе поосторожнее, мало ли. Если верить слухам, он сейчас летит на Дальний.

– А как идет восстановление? – Лорен был жаден до новостей о жизни полка.

Блэкадар и Фрейзер переглянулись.

– Омнироботы и запчасти, что остались после того, как Коты подобрали своих погибших, оказались настоящим кладом. Если техники из Гончих Келли и Драгун нам помогут, будет просто замечательно.

– Техника – дело важное, – согласился Лорен. – А что с личным составом?

Честити была готова к ответу:

– Раненые стали поправляться, так что полк укомплектован примерно на тридцать процентов. Но все же для восстановления боеспособности понадобится рекрутировать немало новых воинов…

– Не беспокойся, – добавил Курт. – Я этим уже занимаюсь.

– Ты там не слишком привыкай к моему месту, Блэки, – сказал Лорен. – Я через недельку вернусь в строй.

В комнате стало тихо.

– Так ты не знаешь? – спросила Честити. Сердце Лорена забилось:

– О чем?

Честити вынула из-за пазухи распечатку и маленькую коробочку.

– "Приказом Собрания Воинов нортвиндских горцев майору Курту Блэкадару даруется назначение на пост старшего помощника командира полка «Фузилеров Стирлинг», – торжественно прочитала она.

Сердце у Лорена оборвалось. Слова приказа подействовали на него, словно ведро ледяной воды.

– Я не понимаю… Почему?

– Ой, – сказала Честити, – тут еще… Пардон, забыла.

Она опять развернула распечатку.

– Ага, вот… «За доблесть, проявленную при выполнении долга при военных действиях против кланов Лорену Жаффрей присваивается звание подполковника». Печать. Подпись. Все чин по чину.

Она подала ему коробочку. Внутри лежали новые знаки отличия.

– Подполковника?! – переспросил Лорен, все еще не понимая, хотя теперь вести показались уже не столь печальными. – Под чьим командованием?

– Лорен, – взволнованно проговорил Митч Фрейзер, – тебе понравится. Собрание Воинов решило, что твои идеи об изучении кланов и их боевой тактики должны быть включены в горский устав. Все равно нам придется рано или поздно снова с ними сражаться. Для тебя создается новая часть.

– Что?

– Ты будешь командовать нортвиндскими Гусарами. Лорен задумчиво повторил, пробуя слова на вкус, как игристое вино:

– Нортвиндскими Гусарами…

Моя собственная часть. Под моим собственным командованием. Я всю свою жизнь шел к этому моменту. Теперь у меня есть родной дом, есть место, которое я могу назвать своим, есть часть, которой я могу командовать… Его лицо невольно расплылось в широкой улыбке.

– Пока что эта часть существует лишь на бумаге, – продолжила Честити. – Тебе придется создавать ее из ничего. Но трофеев хватит на то, чтобы вернуть потерянное на Обочине, да с избытком. Оружие кланов стоит на свободном рынке столько, что мы сможем заметно расширить свои ряды.

Лорен посмотрел на нее и вдруг, несмотря на всю неуместность такого жеста, на то, что они были не одни, притянул ее к себе и поцеловал. Она была потрясена и только засмеялась, когда он ее отпустил:

– Итак, подполковник Жаффрей, – сказала она, обняв его за шею и глядя в глаза, – как вы себя чувствуете в новом качестве?

– Я дома, Честити. Наконец-то я дома.

Хан Клана Ягуара Линкольн Озис сидел на корточках возле доставленного ему ящика и с подозрением его разглядывал. Ящик привез заезжий купец, и на нем стояла печать Хана Клана Кота, Северена Леруа. Линкольн Озис смотрел на прямоугольный черный контейнер длиной около полуметра и раздумывал о том, что бы такое хитрое могло в нем содержаться… что за послание, в самом деле, отправил ему враг. Здесь, в безопасном бункере в Эль Гитаре на Эйвоне, он не мог перед лицом своих подчиненных позволить себе излишнюю робость, так что пришлось нажать на кнопку на крышке. Ящик открылся, и Линкольн Озис заглянул внутрь.

Там лежало два предмета. Он достал один – небольшой металлический цилиндр, такие использовались для хранения гифтэйка – образца ДНК воина. Благодаря этим генам наследие воина могло перейти в следующие поколения. Гифтэйк обычно брали лишь у мертвых, у павших в бою. Необычно было только одно: один Хан посылал генетический образец другому.

Линкольн Озис перевернул цилиндр, прочитал надпись на белой ленте, которой он был перетянут, и стал яростно ругаться. Теперь он понял, что случилось… В гневе он швырнул гифтэйк в стену с такой силой, что металлическая крышка соскочила, и замороженное содержимое выплеснулось на пол.

– Нет – крикнул он и яростным движением руки смахнул со стола все, что на нем было. Его голос был ужасен, в нем звучало нечто большее, чем гнев, большее, чем ненависть.

Чуть успокоившись, он вытащил из ящика второй предмет – жезл кодекса «галактики» «Тау». На жезле было начертано имя: «Девон Озис». Рядом была закреплена микросхема из его, Озисова то бишь, браслета, доказательство его поражения.

Хан Ягуаров двумя руками поднял жезл и бил им по столу до тех пор, пока не смял его в лепешку.

Линкольн Озис давал выход гневу, молотя невидимых врагов. Генетический материал Девона Озиса бесполезной вонючей лужей растекался по полу.

ГЛОССАРИЙ

БОЕВЫЕ РОБОТЫ – это наиболее мощные военные машины, которые когда-либо создавались людьми. Впервые разработаны терранскими учеными и инженерами. Эти чудовищные устройства, напоминающие формой человеческую фигуру, по скорости, мобильности, огневой мощи и броневому вооружению далеко опережают любой, самый тяжедый танк XX века.

Высота боевого робота колеблется от десяти до двенадцати метров. Вооружение составляют скорострельные орудия, лазеры и ракеты. Огневая мощь робота способна подавить огневую мощь любого противостоящего противника, кроме другого робота. Небольшой термоядерный реактор предоставляет боевому роботу практически неисчерпаемые энергетические ресурсы. В силу своих конструктивных особенностей робот легко может быть адаптирован для ведения боевых действий в любых климатических условиях, начиная от выжженных солнцем пустынь и кончая приполярной тундрой.

ЗВЕЗДНАЯ ЛИГА. Звездная Лига образовалась в 2571 году, когда была предпринята попытка мирного объединения главных звездных систем, заселенных к тому времени человечеством. Звездная Лига просуществовала почти 200 лет, вплоть до 2751 года, когда вспыхнула гражданская война. Причиной войны послужила начавшаяся борьба за власть между членами тогдашнего правительства, известного как Верховный Совет. Каждый из членов королевского Дома провозгласил себя Верховным Правителем Звездной Лиги, и по прошествии нескольких месяцев война захлестнула всю Внутреннюю Сферу. Эти столетия непрекращающейся кровавой смуты известны сегодня как Войны за Наследие.

КЛАНЫ. После развала Звездной Лиги генерал Николай Керенский, командир регулярной армии Лиги, увел подчиненные ему военные силы за пределы Внутренней Сферы. Впоследствии это событие стали называть Исходом. Армия Звездной Лига осела за рубежами Периферии, где Николай Керенский попытался возродить гибнущую цивилизацию. Империя Николая Керенского очень быстро распалась в огне междоусобных войн, дав начало Кланам.

ЛАЗЕР. Использование лазера как боевого оружия основано на его способности концентрировать мощнейший поток теплового излучения на малой площади поверхности. Бортовые лазеры, устанавливаемые на боевых роботах, делятся в зависимости от мощности генерируемого теплового потока на малые лазеры (МЛ), средние лазеры (СЛ) и большие лазеры (БЛ). Кроме станковых боевых лазеров, существуют и переносные модификации. Помимо использования лазера как оружия, он находит применение в различных системах локации и наведения. Для этого используются маломощные лазеры.

ЛОРДЫ-НАСЛЕДНИКИ. Каждое из пяти государств-наследников, выросших на месте некогда единой Лиги, управляется семейством, возводящим свой род к одному из пяти Лордов-Наследников, составлявших Верховный Совет Звездной Лига. Главы всех пяти правящих домов заявляют свое право на титул Верховного Правителя и готовы перегрызть друг другу глотки. Такое положение дел сохраняется начиная с 2786 года, который считают годом начала Войн за Наследие. Все обширное пространство Внутренней Сферы, все эти населенные людьми звездные системы, когда-то входившие на правах отдельных государств в Звездную Лигу, представляют собой сегодня единое поле битвы.

ПЕРИФЕРИЯ. Обширные области пространства, частью исследованные, частью – нет, прилегающие к границам Внутренней Сферы. Первоначально Периферия заселялась колонистами с Терры. Во время распада Звездной Лиги эти области особенно сильно пострадали от технологического, политического и экономического кризиса, охватившего территории Лиги, что привело к значительному сокращению населения планет Периферии вплоть до того, что некоторые области практически обезлюдели. В настоящее время Периферия является убежищем пиратских королей, феодалов-плантаторов и людских отбросов Внутренней Сферы.

ПИИ (ПРОТОННО-ИОННЫЙ ИЗЛУЧАТЕЛЬ). Боевое оружие. Поражающий эффект создается за счет зарядов – сверхплотных струй ускоренных протонов или ионов, разгоняемых магнитным ускорителем. При встрече заряда с поражаемой целью последняя испытывает разрушающее воздействие мощной ударной волны и высокой температуры. Указанные свойства делают ПИИ одним из наиболее эффективных видов оружия. ПИИ-установки входят в комплект стандартного бортового вооружения боевого робота.

РБД (РАКЕТЫ БЛИЖНЕГО ДЕЙСТВИЯ).

Оружие, применяющееся для поражения цели, находящейся в пределах прямой видимости. Боеголовки РБД бывают двух видов: фугасные и бронебойные. Имеют радиус действия меньше одного километра. Обеспечивают точное поражение цели, удаленной не более чем на 300 метров. Вместе с тем по мощности они превосходят РДД.

РДД (РАКЕТЫ ДАЛЬНЕГО ДЕЙСТВИЯ). Используются для поражения удаленных (вне пределов прямой видимости) объектов. Каждая РДД несет боеголовку, начиненную мощной взрывчаткой.

РОДОВАЯ ТРАДИЦИЯ. Это история воинов Кланов, носящих одно и то же Родовое Имя. Особое внимание в родовой традиции уделяется деяниям основателя традиции – одного из воинов, принявших участие в Исходе вместе с генералом Керенским.

РОДОВОЕ ИМЯ. В качестве Родовых Имен используются фамилии тех восьмисот воинов, которые участвовали вместе с Николаем Керенским в Исходе во время гражданской войны. Эти восемьсот воинов стояли у истоков возникновения Кланов и принимали участие в разработке программы направленного генетического отбора. С момента появления Кланов право носить Родовое Имя становится заветной мечтой каждого воина, принадлежащего любому из Кланов. Но лишь двадцать пять воинов имеют право носить его одновременно. По традиции эти воины именуются Бессмертными. Число 25 – это число предков-основателей каждого Клана.

Когда кто-либо из двадцати пяти воинов-избранников уходит из жизни, устраивается Испытание, призванное определить, кто отныне будет носить его Родовое Имя. Претендент должен сперва доказать правомерность своих притязаний на Родовое Имя, а затем завоевать право на него, победив в поединках иных претендентов. Только Бессмертные могут заседать на Совете Клана или же быть избранными Ханом или Ильханом. Со временем становится традиционным использование того или иного Родового Имени внутри одного либо двух замкнутых воинских классов. Однако некоторые Имена, рассматриваемые как особо престижные, такие, как, скажем, Керенский, являются объектом притязаний на право обладания со стороны всех трех классов. Эти Имена, как правило, связаны с особо ценимым набором генов, давшим и продолжающим давать первоклассных воинов во всех трех классах: и у водителей боевых роботов, и у пилотов истребителей, и у элементалов.

Формально считается, что Родовые Имена передаются по материнской линии (по крайней мере, в первых поколениях воинов это подтверждалось процессом рождения, проводимым еще по старой схеме). Однако воин, среди родителей которого с женской стороны имелся носитель того или иного Родового Имени, имел формальное право лишь притязать на Родовое Имя.

СКОРОСТРЕЛЬНОЕ ОРУДИЕ. Скорострельное, самозаряжающееся оружие.

Легким считается орудие с калибром от 30 до 90 мм. Тяжелое скорострельное орудие может иметь калибр от 80 до 120 мм и даже выше. Стрельба ведется очередями. Снаряды для скорострельного орудия, как правило, начиняются мощной взрывчаткой и отличаются высоким бронебойным эффектом. В разговорах между собой воины называют орудия «пушкой» или «скорострелкой».

Т-КОРАБЛИ («ПРЫГУНЫ»). Транспортные средства для межзвездных перелетов. Впервые разработаны в XXII столетии. Внешний вид: длинный, узкий корпус двигательного отсека, заканчивающийся парусом в виде гигантского зонтика. Диаметр паруса иногда превышает километр. Прозвище «прыгуны» эти корабли получили за свою способность мгновенно перемещаться из одной точки пространства в другую. Выпрыгнув в Евклидово пространство, Т-корабль не может покинуть его до тех пор, пока не пополнит запасы энергии.

Гигантский парус Т-корабля сделан из особого металла, способного поглощать и накапливать электромагнитное излучение ближайшей звезды. После того как парус накапливает достаточное количество энергии, он передает ее в двигательный отсек, где энергия преобразуется в особое поле, искривляющее и свертывающее пространство. Мгновение спустя Т-корабль совершает очередной прыжок, покрывая при этом расстояние около тридцати световых лет. Поле, искривляющее пространство, известно под названием гиперпространства. Именно его открытие и проложило человечеству дорогу к звездам.

Т-корабли никогда не садятся на планеты и крайне редко заходят внутрь планетных систем. Межпланетные перелеты осуществляются шаттлами – небольшими судами, находящимися на Т-корабле во время прыжков.

ШАТТЛЫ. Т-корабли обычно избегают входить в пространство планетных систем и выпрыгивают из гиперпространства в значительном отдалении от планет, являющихся целью их путешествия. Для челночных полетов внутри планетных систем используются шаттлы. Во время гиперпрыжков шаттлы находятся в специальных отсеках космического корабля. Способные перемещаться лишь в Евклидовом пространстве, ограниченные в скорости, шаттлы, с другой стороны, отличаются очень высокой маневренностью и мощным вооружением в сочетании с высокими аэродинамическими показателями, что дает им возможность совершать посадки на поверхность планет. Перелет от точки выхода Т-корабля из гиперпространства до планеты обычно занимает несколько дней или недель, в зависимости от массы и светимости центральной звезды планетной системы.

ЭЛЕМЕНТАЛЫ. Отборная тяжелая пехота Кланов. И мужчины и женщины отличаются гигантским ростом. Результат целевых программ генетического отбора. Большая физическая сила необходима пехотинцу для того, чтобы носить специальные боевые доспехи, совершенствованием которых занимается каждый Клан.

ОБ АВТОРЕ

Манассас

Вирджинское Содружество

Терранская Гегемония

Соединенные Штаты Америки

Терра

13 марта 1996 года

Виртуальное географическое общество

Блейн Ли Пардоу

Биография

Блейн Ли Пардоу родился в 1962 году эры до основания Звездной Лиги в Ньюпорт-Ньюс, штат Виргиния, Терра, но большую часть своей жизни провел в Мичигане. Он поступил в Центральный Мичиганский университет, закончил его с дипломом в области делового администрирования и магистерской степенью в области кадровой политики и администрации. Там же он заразился любовью к серии «Боевые роботы».

Последние 12 лет Пардоу пишет для этой серии. В 1995 году в издательстве Кос Воокз вышел первый его роман – «Операция гамбит», в котором читатель впервые встретился с Лореном Жаффрей. Пардоу написал также несколько книг по мотивам компьютерных игр для Brady Books Макмиллана. Работа это непростая – ведь приходится не только писать, но и играть, – однако ему нравится.

В «гражданской жизни» Блейн работает менеджером в одной из крупных вашингтонских фирм, занимающихся обучением и документацией на национальном уровне. У них с женой – ее зовут Синди – двое детей: Виктория-Роза и Александр-Вильям. Любящая семья терпеливо сносит его ночные путешествия в XXXI век, где происходит действие большинства его книг. Живет Блейн в Манассасе, штат Виргиния, неподалеку от ручья Буллран, где в 1861 ив 1862 годах во время Гражданской войны в США произошли крупные сражения между южанами и северянами. Прохладными осенними вечерами его можно найти на холме Генри-Хаус, откуда он взирает на поля минувших битв.

Что ждет нас в будущем? Пардоу работает над новым романом, действие которого происходит в мире «Боевых роботов». Когда я в последний раз его видел, он бормотал что-то непонятное о кланах, каком-то Пути Исхода и «Чести Маккенны»…